Голос моря

Чонгук стоял по колено в воде, сердце колотилось так громко, что заглушало шум волн. Тишина после его слов тянулась долго. Он уже начал бояться, что второй голос исчез навсегда. Но потом раздался тихий, дрожащий ответ: — Меня… зовут Чимин. Голос был невероятно мягким, почти воздушным, но в нём слышалась вся боль и страх. — Я… русал. Младший принц подводного царства Атлантии. Мой отец — царь Семи морей. Он строго-настрого запретил нам приближаться к людям. Говорил, что вы опасны… что вы принесёте нам только беду. Чонгук затаил дыхание. Каждое слово русала отдавалось в груди тёплой, но болезненной волной. — Я знал, что не должен был тебя спасать… — продолжал Чимин едва слышно. — Знал, что нарушаю запрет. Но когда я увидел, как ты тонешь… я не смог просто смотреть. Я так боялся… боялся, что отец узнает, боялся, что наврежу своему народу. И всё равно каждую ночь возвращался сюда. Потому что… не мог удержаться. Голос Чимина дрогнул на последних словах. Чонгук стоял неподвижно, боясь пошевелиться. Его сердце сжималось от нежности и отчаянного желания защитить того, кого он даже толком не видел. — Чимин… — тихо прошептал он имя, словно пробуя его на вкус. — Спасибо тебе. За то, что спас меня. За то, что пришёл сегодня. Долгая пауза. А потом Чимин, словно решившись на самый смелый поступок в своей жизни, медленно выплыл из-за рифа. Сначала показались розово-серебристые волосы, мерцающие, словно сотканные из лунного света и перламутра. Затем — изящная серебряная корона с жемчугом, тонкие черты лица, пухлые губы и большие, полные слёз глаза. А ниже — переливающийся розовый хвост, грациозно движущийся в воде и невесомая полупрозрачная накидка на груди, украшенная жемчугом. Чонгук замер. Время словно остановилось. Они смотрели друг на друга в полной тишине. Только шум волн и их собственное прерывистое дыхание нарушали её. В глазах Чимина стояли слёзы. В глазах Чонгука — изумление, нежность и что-то очень глубокое, что нельзя было назвать словами. Чимин робко подплыл чуть ближе — по пояс показавшись из воды. Чонгук, не отрывая взгляда, медленно протянул руку вперёд, ладонью вверх. Приглашение было тихим, но очень ясным. «Можно?» Чимин смотрел на протянутую руку несколько долгих секунд. Его собственная рука дрожала. Потом, очень медленно и осторожно, он вложил свою маленькую ладонь в ладонь принца. Их пальцы соприкоснулись. Кожа русала была прохладной и удивительно мягкой. Чонгук осторожно сжал руку, словно боялся, что видение исчезнет. Чимин ответил лёгким пожатием. На их губах одновременно появилась робкая, светлая улыбка — первая улыбка, которую они подарили друг другу. — Ты… настоящий, — тихо выдохнул Чонгук, голос дрожал от переполнявших его чувств. — Я так долго хотел тебя увидеть. Чимин улыбнулся сквозь слёзы и чуть крепче сжал его пальцы. Они стояли так несколько драгоценных мгновений — рука в руке, взгляд в взгляд, два мира, которые наконец коснулись друг друга. Но вдруг Чимин резко напрягся. Его глаза расширились от страха. — Кто-то идёт… — прошептал он в панике. — На берегу… твои люди. Они ищут тебя. Чонгук обернулся. Вдалеке действительно мелькнули огни факелов. Чимин быстро отпустил его руку и отплыл назад. — Мне нужно уходить… — Подожди! — отчаянно попросил Чонгук, но русал уже начал исчезать в тёмной воде. Перед тем, как полностью скрыться, Чимин обернулся в последний раз. Их взгляды встретились снова — полные надежды и грусти одновременно. — Это… не последняя ночь, — тихо шепнул Чонгук в темноту. Чимин ничего не ответил. Только улыбнулся — грустно и нежно — и исчез под водой. Чонгук ещё долго стоял в воде, глядя на то место, где только что был Чимин. Сердце болело, но в груди горела новая, тёплая надежда. «Мы обязательно встретимся снова», — подумал он. А где-то в глубине, прижимая к груди золотую цепочку, Чимин тоже шептал про себя те же самые слова.