Изюминка

      Босс буравил меня взглядом, а я боялся пошевелиться. Секунды тянулись мучительно медленно. Я чувствовал, как по спине под рубашкой течёт предательская капля пота. В голове — гул. Только бы не начать запинаться. Нет… только бы не хлопнуться в обморок!       Тэхён опустил глаза на лежащую перед ним распечатку — нашу с Минсу презентацию. Его пальцы медленно перевернули страницу. И это нарочитое спокойствие пугало больше, чем если бы он сразу начал критиковать.       — Ты делал аналитику? — наконец спросил он, не отрывая взгляда от расчётов.       — Да, — подтвердил я.       Короткая пауза — Тэхён выпрямился в кресле. Свет из окна очертил его профиль: чёткий, спокойный, сосредоточенный. Галстук сидел идеально. Ни намёка на утреннюю суету. Ни намёка на… Я резко оборвал мысль. Не думать о гипюровом безобразии. Только не сейчас.       — В целом структура выстроена правильно, — продолжил босс ровно. — Но выводы в третьем блоке недостаточно убедительны. Клиент из Токио любит конкретику. Цифры должны давить, а не просто присутствовать для антуража. — Мужчина впился в меня взглядом. — Ты понимаешь, о чём я? — прищурившись, уточнил шеф.       Я нервно сглотнул.       — Да. Нужно усилить аргументацию и добавить сравнительный анализ по прошлому кварталу, — быстро ответил я.       Едва заметный кивок.       — Хорошо. Рад, что ты схватываешь на лету, — похвалил меня босс.       И почему от этой фразы стало ещё тревожнее? Я кивнул, но взгляд предательски дрогнул. И — чёрт! — в памяти вспыхнула утренняя сцена. Красная полоска ткани. Безумный контраст с безупречным костюмом. Сердце предательски сбилось с ритма. Нет-нет-нет!       Мужчина встал, и в тот момент я окончательно перестал понимать, что со мной происходит. Тэхён подошёл к окну, засунув одну руку в карман брюк. Его движения были плавными, спокойными, уверенными. Слишком уверенными. С трудом отведя взгляд, я судорожно выдохнул. Смотрел куда угодно: на стол, на папки, на часы. Только не на него. Не вспоминать!       — Чон Чонгук, — обратился ко мне начальник строгим голосом.       Я вздрогнул и вытянулся по струнке.       — Да, — прохрипел я.       — На работе стоит концентрироваться на конкретных задачах. Личные мысли необходимо оставлять дома, — сухо заметил мужчина.       До меня с трудом дошёл смысл сказанного. Кровь прилила к лицу. Он… он что-то понял? Я замер, не зная, как реагировать на двусмысленное замечание. Тэхён медленно повернулся ко мне. В его взгляде не было ни улыбки, ни угрозы. Только пронзительная наблюдательность. Почти исследовательская.       — Ты меня услышал? — строго уточнил босс.       Я ещё сильнее напрягся, чувствуя, как ноют мышцы спины. Этот разговор дался мне тяжело.       — Да, я всё понял, — поспешил согласиться я.       — Прекрасно. Тогда поговорим о самой презентации. В общем неплохо, но у меня есть несколько замечаний. На мой взгляд, цвет презентации выбран не очень корректно. Я бы сказал, он слишком мрачный. Тёмно-синий? Определённо нет, лучше бы… — начал шеф.       — Красный! — почти выкрикнул я. Перед глазами всё плыло, а на грудь будто упала бетонная плита.       — Красный? Почему красный? — недоумённо вскинулся Тэхён.       — Вы правы, кремовый или светло-абрикосовый подошли бы куда лучше… — еле внятно пробормотал я.       Босс нахмурился и впился в меня взглядом ещё сильнее.       — И способ подачи информации слишком сухой. Она перегружена таблицами и текстом, надо бы разбавить, сделать презентацию более…       — Кружевной! — просипел я. Мать моя женщина! О чём это я?!       — Какой? — подозрительно прищурился Тэхён. По-моему, после моих гениальных ответов он стал сомневаться в моей адекватности.       — Я имел в виду лёгкой для восприятия, — выдавил я.       — Вот именно, стоит добавить парочку изображений, возможно, графиков. Они сделают презентацию более живой, — подозрительно всматриваясь в мою горящую физиономию, заметил начальник.       — Конечно, простите. До конца рабочего дня обязательно переделаю, — выпучив глаза от перенапряжения, выдал я.       — Да уж постарайся… Исправленную версию жду к шести часам, — подытожил Тэхён.       Я поклонился и, пошатываясь, вышел из кабинета. Дверь за спиной закрылась. И только тогда я позволил себе выдохнуть. Конец! Это мой бесславный конец!       Далее я работал без продыху, стараясь успеть вовремя. К шести часам я уже плохо понимал, кто я, где я и что происходит. Но исправленная презентация была отправлена боссу вовремя. Домой я не уходил, сидел и ждал, не позовут ли меня снова на ковёр, чтобы отчитать за пропущенные ошибки. Но нет — около семи Тэхён показался из кабинета, окинул долгим взглядом старательно работающих сотрудников и ушёл. Однако мне показалось, что на мне его взгляд остановился чуть дольше, чем на остальных.

***

      А со следующего дня началась абсолютно непонятная мне игра. Я исподтишка следил за боссом, стараясь не попадаться — он ловил мои взгляды, не меняясь в лице. Но его глаза… Тэхён был мастером глубоких взглядов. Чего я только ни читал в них: интерес, вызов, вопрос, а также раздражение, злость, недовольство. Это была сильная цельная личность, но внутри босса скрывалось что-то такое, от чего у меня сладко замирало сердце.       Я старался не думать о том, что происходит со мной и во что это странное взаимодействие в конце концов выльется. Самым вероятным было моё скорое увольнение. А жаль, мне нравилось здесь. Работа была сложной, выматывающей, но в то же время интересной и вдохновляющей. Она была словно живой организм: менялась поминутно. Только ты думал, что наконец-таки закончил, справился, как появлялись непредвиденные обстоятельства, новые условия — и всё приходилось менять или начинать заново.       Мы часто оставались в офисе до позднего вечера. Я всё также работал с Минсу, мы неплохо дополняли друг друга. Он был более опытным, въедливым, а я мыслил куда шире и чаще предлагал интересные варианты выполнения тех или иных заданий. Мою способность думать нестандартно в конце концов заметил и Тэхён.       Не прошло и месяца, как он позвал меня в свой кабинет и с порога заявил:       — Чонгук, я следил за твоими успехами и пришёл к выводу, что мне стоит более целенаправленно использовать твои таланты.       — Таланты?.. — округлил глаза я. Это была первая похвала из уст моего строгого начальника.       — Минсу — хороший специалист, но у него не хватает гибкости мышления. Он слишком опирается на цифры. Ты же… — Тэхён чуть наклонил голову, внимательно наблюдая за моей реакцией, — умеешь чувствовать ситуацию более глобально. Это редкий навык.       Я громко сглотнул. Сердце предательски ускорилось.       — Я всего лишь выполнял ваши указания… — начал я.       — Нет, — перебил он спокойно. — Ты анализировал глубже, чем требовалось. В отчёте для токийского клиента ты добавил блок о культурных различиях в потребительском поведении. Этого не было в задании.       Я замер — он заметил. В душе разлилось тепло.       — Я подумал, это может быть полезно, — осторожно заметил я.       — И оказался прав, — уголками губ улыбнулся шеф.       Пауза повисла в воздухе. Тэхён медленно поднялся из кресла и обошёл стол. Я вытянулся так, что затрещали позвонки. Даже спустя месяц я всё ещё ощущал заметное напряжение в его присутствии — смесь уважения, осторожности и… чего-то ещё, чему я пока не давал названия.       — С завтрашнего дня ты будешь работать напрямую со мной по новому проекту, — продолжил он. — Это крупный клиент. Мне нужен свежий взгляд.       Напрямую с ним? Внутри что-то дрогнуло — меня затопили и радость, и страх одновременно.       — Я… постараюсь оправдать доверие, — невнятно пролепетал я, благодарно поклонившись.       Мужчина остановился в шаге от меня. Слишком близко, чтобы остался хоть шанс вернуть себе внутреннее равновесие. Его взгляд, как всегда, был сдержанным, но теперь в нём читался интерес — профессиональный, оценивающий.       — Не надо стараться, — тихо сказал он, — нужно делать. А пока возвращайся к работе.       Я кивнул, чувствуя, как ладони становятся влажными. Это был шанс, настоящий. Возможность выйти из тени, доказать, что я не просто новичок на испытательном сроке. Но вместе с этим пришло осознание: теперь я буду чаще находиться рядом с Тэхёном. Разговаривать с ним. Видеть его силуэт не через стеклянные стены… И почему-то эта мысль взволновала меня куда сильнее, чем сам намечающийся проект.       Я сел за свой стол и устало прикрыл глаза. Возможность общаться с шефом более тесно рождала в душе странные чувства. Этот мужчина горел изнутри, и я ясно ощущал его жар. Он словно опалял меня, и я до дрожи боялся, что его демонический огонь обожжёт мои крылья там, в вышине. И я упаду на землю, чтобы уже никогда не подняться.       Вечером Тэхён поймал меня в кухонной зоне, когда я позволил себе короткую передышку. Я держал в руках стакан с горячим чаем — на этот раз я выбрал кукурузный, сладковатый: хотелось побаловать себя чем-то вкусным. Через панорамное окно Йоидо мерцал яркими огнями, отражаясь в тёмной глади реки.       Работа спорилась. Новый отчёт я закончил быстрее, чем ожидал, и внутри разливалось тихое удовлетворение. Возможно, я действительно начинаю вписываться.       — Чонгук? — послышался знакомый низкий баритон.       Я едва не обжёгся. Этот глубокий бархатистый голос невозможно было перепутать.       — Да? — Я тут же выпрямился, чуть поклонившись.       Тэхён стоял в нескольких шагах, без пиджака, рукава рубашки аккуратно закатаны до локтей. Галстук ослаблен. Даже в таком неформальном виде он выглядел безупречно.       — Я заметил, что ты задерживаешься почти каждый день, — произнёс он спокойно. — Выносливость — важное качество. Но ты должен понимать, что наши силы не безграничны.       Я не сразу понял, к чему он ведёт. Поэтому лишь согласно кивнул.       — В здании есть корпоративный спортзал. Я обычно прихожу туда к семи утра. — Мужчина сделал короткую паузу. — Если хочешь работать со мной на постоянной основе, тебе придётся привыкнуть к моему графику. Зал предназначен для высшего руководства, но я приглашаю тебя завтра присоединиться ко мне.       Это звучало не как приглашение. Скорее как… предложение, от которого невозможно отказаться. Правда, я не был уверен, что хочу отказываться.       — Мы сможем обсуждать проекты во время разминки, — добавил он чуть мягче. — Утро — самое продуктивное время.       Семь утра. Я мысленно прикинул: значит, вставать придётся в полшестого. После наших полуночных переработок это звучало почти жестоко.       — Я… понял, буду, — согласился я.       Его взгляд задержался на мне на секунду дольше обычного. В глазах не было ни улыбки, ни раздражения — только тихая сосредоточенность, от которой почему-то становилось жарко.       — Спорт дисциплинирует, Чонгук. А дисциплина в нашем отделе обязательна, — добавил мужчина. Его тон был ровным, но в уголках губ едва заметно дрогнула тень улыбки.       — Я обязательно приду, — куда твёрже сказал я.       Тэхён удовлетворённо прищурился.       — Прекрасно. Тогда завтра в семь. Не опаздывай.       Мой невыносимый босс развернулся и вышел, оставив после себя лёгкий аромат дорогого одеколона и странное ощущение… предвкушения. Я медленно опустился на стул. Сделал глоток чая. Тот успел остыть, а я и не заметил. Это сколько же мы простояли на кухне?       Спортзал. Рано утром. Вдвоём. Почему-то мысль о совместной тренировке волновала меня сильнее, чем обсуждение нового клиента. Возможно, потому, что вне офиса расстояние между начальником и подчинённым заметно сокращается. И я не был уверен, готов ли к такому шагу.