Дочь Падшего

Глава 12: Письмо из Преисподней Прошло два месяца. Осень окончательно уступила место зиме, и Невермор укутался в снежное одеяло. Отношения между Уэнсдей, Энид и Морганой развивались медленно, но верно. Они всё ещё привыкали к новой динамике — к тому, что теперь их трое, что каждая имеет равное право на внимание, нежность и личное пространство. Энид, как самая эмоциональная, часто становилась инициатором объятий и поцелуев. Она первой просыпалась и тайком целовала спящую Уэнсдей в лоб, зная, что та притворяется спящей, но не возражает. Она первой брала Моргану за руку в коридоре, не обращая внимания на удивлённые взгляды однокурсников. Уэнсдей проявляла чувства иначе. Она писала для них обеих мрачные стихи, подкладывала в подушки засушенные чёрные розы, а однажды, когда какой-то парень из Когтей позволил себе грубо высказаться в адрес Энид, Уэнсдей молча подошла к нему и что-то прошептала на ухо. Парень побледнел и больше никогда даже не смотрел в сторону их троицы. Моргана же... Моргана просто была рядом. Она стала их тенью в самом прямом и переносном смысле. Она могла часами сидеть молча, пока Энид красила ногти, а Уэнсдей писала очередной роман о приключениях Вайпер де ла Морте. Она могла одним взглядом успокоить начинающуюся ссору или, наоборот, подлить масла в огонь, если видела, что это нужно для разрядки. Их комната в Офелия-холле преобразилась. К розовым пледам и постерам Энид добавились готические гравюры Уэнсдей и странные артефакты Морганы — кристалл, в котором кружился миниатюрный торнадо из пепла, зеркало, отражающее не лицо, а тень смотрящего, и небольшой горшочек с цветком, который питался не водой, а шёпотом страхов. В то утро всё изменилось. Моргана проснулась раньше обычного и обнаружила на своём ночном столике свиток, перевязанный чёрной лентой с сургучной печатью. На печати был изображён герб — пылающая пентаграмма с короной в центре. — О, папа написал, — пробормотала она, разворачивая свиток. Энид, услышав шорох, приоткрыла один глаз. — Что там? Счета за отопление Ада? — Хуже, — Моргана нахмурилась. — Приглашение. На семейный ужин. В Преисподнюю. Для меня и моих... избранниц. Уэнсдей, которая уже не спала, а просто лежала с закрытыми глазами, мгновенно села в кровати. — Твой отец хочет познакомиться с нами? — Да. И не только отец. Вся семья. Дяди, тёти, кузены, племянники. Легионы. В общем, большой приём. Энид села, её лицо выражало смесь ужаса и восторга. — Мы идём в Ад? Настоящий Ад? С грешниками и котлами? — С котлами я уже объясняла, — вздохнула Моргана. — Но да, вы увидите Преисподнюю. Если, конечно, согласитесь. Я не настаиваю. Это может быть... шокирующим для неподготовленных. — Я согласна, — немедленно сказала Уэнсдей. Её глаза горели. — Возможность увидеть Ад воочию выпадает раз в жизни. Или в смерти. Я не упущу её. — Энид? — Моргана посмотрела на оборотня. — Я... — Энид замялась. — А там безопасно? Для нас? — Со мной — абсолютно. Никто не посмеет причинить вам вред. Вы под моей защитой, а значит, и под защитой моего отца. А Люцифер Морнингстар очень серьёзно относится к гостям своей дочери. — Тогда я с вами, — выдохнула Энид. — В конце концов, сколько оборотней могут похвастаться, что побывали в Аду и вернулись? — Ни одного, — честно ответила Моргана. — Обычно они туда попадают, но не возвращаются. — Обнадёживает, — пробормотала Энид. Уэнсдей уже встала и начала одеваться. — Когда мы отправляемся? — Сегодня вечером. Портал откроется в полночь. А пока... нам нужно подготовиться. И предупредить директора Уимс. Боюсь, это будет интересный разговор. *** **Глава 13: Разговор с директором** Кабинет Ларисы Уимс, обычно наполненный спокойным величием, сегодня казался каким-то съёжившимся. Возможно, дело было в том, что за спиной Морганы, невидимые для обычного глаза, но ощущаемые на каком-то животном уровне, стояли два демона-стража. А возможно, в том, что сама директор до сих пор не оправилась от событий двухмесячной давности. — Прошу прощения, мисс Шейд, — Уимс поправила безупречный воротник своего пиджака. — Вы хотите взять академический отпуск на... неделю? Чтобы посетить Ад? — Да, директор. Семейные обстоятельства. Отец настаивает на личном знакомстве с моими... партнёрами. — Партнёрами? — Уимс перевела взгляд на Уэнсдей и Энид, стоящих по бокам от Морганы. — Во множественном числе? — Да, — спокойно подтвердила Уэнсдей. — У нас полиаморные отношения. Это проблема? Уимс открыла рот, закрыла, снова открыла. — С точки зрения правил академии... студенческие отношения не регламентируются, если они не нарушают общественный порядок и не мешают учебному процессу. Но... Ад? Вы серьёзно? — Абсолютно, — Моргана улыбнулась. — Не волнуйтесь, мы вернёмся. Я обещаю. И даже привезём сувениры. — Какие, например? — нервно спросила Уимс. — Ну, у нас есть отличные засушенные души грешников в стеклянных шарах. Очень декоративно. Уимс побледнела. — Я... я оформлю вам разрешение на отсутствие по семейным обстоятельствам. Но, мисс Шейд, я надеюсь, вы понимаете всю... ответственность. Если с мисс Аддамс или мисс Синклер что-то случится... — Со мной ничего не случается, директор, — перебила её Уэнсдей. — Я сама — то, что случается с другими. — А я могу за себя постоять, — добавила Энид, и её глаза на мгновение вспыхнули золотом. — Я теперь умею оборачиваться. Полностью. Уимс вздохнула. Спорить с этой троицей было бесполезно. Она подписала разрешение и протянула его Моргане. — Будьте осторожны. И... постарайтесь не начинать апокалипсис, пока вы там. — Постараемся, — хором ответили все трое и вышли из кабинета. Когда дверь закрылась, Уимс откинулась в кресле и потёрла виски. — Иногда я жалею, что не стала обычным школьным директором в какой-нибудь средней школе в Огайо, — пробормотала она. — Но ненадолго. *** **Глава 14: Портал** Полночь. Подвал Офелия-холла, тот самый, где когда-то Уэнсдей обнаружила тайное общество «Соловьёв», теперь служил другой цели. Моргана расчистила центр помещения и начертила на каменном полу сложный узор — не мелом, а чем-то, что светилось тусклым багровым светом. — Это кровь? — спросила Энид, с опаской глядя на светящиеся линии. — Не совсем, — ответила Моргана, не отвлекаясь. — Это ихор. Субстанция, заменяющая кровь у демонов высшего порядка. Я попросила у папы немного через курьера. — Курьера? — Гончего Ада. Они быстрые и неприхотливые. Энид решила не уточнять. Уэнсдей стояла рядом, держа в руках небольшую сумку с самым необходимым: ножи, верёвка, яды, сменное чёрное платье и блокнот для записей. Она была готова ко всему. — Портал откроется через минуту, — предупредила Моргана. — Когда войдёте, не бойтесь. Первое, что вы почувствуете — это жар. Он не обжигает, но ощущается как дыхание огромного зверя. Второе — запах. Сера, пепел, немного ладана и что-то сладкое. Это аромат душ. — Звучит... аппетитно? — неуверенно сказала Энид. — Многим нравится, — пожала плечами Моргана. Она встала в центр узора и протянула руки. — Возьмитесь за меня. Крепко. Если отпустите во время перехода, вас может выбросить в Лимб. А там скучно. Уэнсдей и Энид одновременно схватили её за руки — Уэнсдей за левую, Энид за правую. — Готовы? — Да, — ответили обе. Моргана закрыла глаза и произнесла несколько слов на языке, который заставил стены подвала завибрировать, а тени — сжаться в ужасе. Узор вспыхнул ослепительным алым светом, пол под ногами исчез, и они провалились в бездну. *** **Глава 15: Врата Ада** Переход длился одновременно вечность и одно мгновение. Уэнсдей показалось, что она увидела всю свою жизнь — но не так, как описывают в книгах о предсмертном опыте. Она увидела её как цепочку выборов, каждый из которых вёл её к этому моменту. И каждый выбор был правильным. Энид почувствовала, как её внутренний зверь, обычно беспокойный, вдруг затих и прижал уши. Он не боялся. Он... узнавал. Словно возвращался домой. А потом они приземлились. Точнее, не приземлились. Они просто оказались стоящими на чём-то твёрдом. Вокруг клубился багровый туман, который постепенно рассеялся, открывая вид. Ад. Первое, что бросилось в глаза — небо. Оно было не чёрным и не красным, как ожидала Уэнсдей. Оно было цвета запёкшейся крови, с прожилками золота, которые пульсировали, словно вены гигантского существа. Вдали возвышались горы, но не каменные — они казались состоящими из окаменевших костей и застывшей лавы. Второе — архитектура. Огромный город раскинулся перед ними. Здания были высокими, изящными, построенными из чёрного мрамора и обсидиана, с окнами, горящими адским пламенем. Улицы были вымощены не булыжником, а чем-то, напоминающим чешую. По ним двигались существа — демоны всех форм и размеров. Кто-то шёл пешком, кто-то летел, кто-то полз. Но все они двигались с какой-то... целью. Это не был хаос. Это был город. Живой, дышащий, функционирующий. Третье — запах. Моргана была права. Пахло серой, пеплом, горячим металлом и чем-то сладким, почти приторным. Запах был густым, но не отвратительным. Скорее... будоражащим. — Добро пожаловать в Пандемониум, — произнесла Моргана, широко улыбаясь. — Столица Преисподней. Мой дом. Энид медленно повернулась вокруг своей оси, пытаясь охватить взглядом всё сразу. — Это... невероятно. Я думала, Ад — это пещеры, огонь и крики грешников. — Это есть в туристических зонах, — пояснила Моргана. — Для поддержания имиджа. Но мы, местные, живём вот так. Цивилизованно. Уэнсдей молчала, впитывая каждую деталь. Её острый ум уже анализировал, сопоставлял, делал заметки для будущих романов. — Кто все эти... существа? — спросила она, указывая на проходящего мимо демона с головой шакала и шестью руками. — Местные жители. Торговцы, ремесленники, воины, чиновники. У нас есть своя экономика, политика, искусство. Да, искусство! У нас потрясающие театры. Правда, в трагедиях актёров иногда убивают по-настоящему, но это добавляет остроты. — А грешники? — спросила Энид. — В специальных секторах. Не волнуйся, вы с ними не встретитесь. Если только не захотите на экскурсию. Но я бы не советовала. Зрелище не для слабонервных. — Я не слабонервная, — тут же сказала Уэнсдей. — Знаю, любимая. Но даже тебе может стать... неуютно. Наказания в Аду справедливы, но суровы. Каждый получает то, что заслужил. В прямом смысле. В этот момент к ним подошла группа демонов. Они были облачены в нечто, напоминающее церемониальные доспехи — чёрные, с золотыми вставками. У каждого за спиной были сложены крылья — не кожистые, а словно сотканные из теней. Они остановились в нескольких шагах и синхронно поклонились. — Приветствуем княжну Моргану Шейд, дочь Владыки, — произнёс один из них, по-видимому, старший. — Ваш отец ожидает вас и ваших спутниц во дворце. Нам велено сопроводить вас. — Спасибо, капитан, — кивнула Моргана. — Мы готовы. Она повернулась к Уэнсдей и Энид. — Идёмте. Папа не любит ждать. Но не бойтесь, он... в хорошем настроении. Я предупредила его, что вы особенные. — А если бы не предупредила? — спросила Энид. — Тогда он мог бы решить проверить вас. А его проверки... своеобразны. Например, он может принять свой истинный облик. А это, поверьте, зрелище, после которого некоторые сходят с ума. — Весело, — прокомментировала Уэнсдей. — Я готова. — Я тоже, — выдохнула Энид, хотя её руки чуть дрожали. Моргана взяла их за руки и повела за процессией демонов-стражей. Они шли по улицам Пандемониума, и прохожие демоны почтительно расступались, кланяясь дочери своего Владыки. Некоторые с любопытством разглядывали двух смертных девушек, но никто не проявлял агрессии. Только интерес. — Они удивлены, — тихо сказала Моргана. — Обычно папины гости — это падшие души или демоны из других кругов. Смертные здесь — редкость. Особенно такие, как вы. — Такие, как мы? — переспросила Уэнсдей. — Изгои. Те, кого мир людей отверг. Здесь таких ценят. Многие демоны сами когда-то были изгоями в своих мирах. Это нас объединяет. Они подошли к гигантским воротам, выкованным из цельного обсидиана и украшенным барельефами, изображающими сцены Восстания и Падения. Ворота медленно открылись, и перед ними предстал дворец. Он был прекрасен и ужасен одновременно. Огромный, с башнями, уходящими в багровое небо, с окнами, в которых плясало пламя, с колоннами, увитыми не плющом, а чёрными лозами, которые, казалось, дышали. Над главным входом висел герб — та самая пылающая пентаграмма с короной. — Дворец Морнингстар, — объявила Моргана. — Мой дом. *** **Глава 16: Люцифер Морнингстар** Тронный зал был огромен. Своды терялись в дымке, колонны из чёрного мрамора с золотыми прожилками поддерживали невидимый потолок. Вдоль стен стояли демоны — сотни, если не тысячи. Все они молча наблюдали за прибывшими. В центре зала, на возвышении, стоял трон. Он не был похож на те троны, что Уэнсдей видела в музеях или на картинах. Он был словно вырезан из застывшей лавы, с вкраплениями драгоценных камней, которые горели внутренним огнём. И на нём сидел Он. Люцифер Морнингстар. В человеческом облике он выглядел как мужчина лет сорока, с аристократическими чертами лица, чёрными волосами, зачёсанными назад, и глазами цвета расплавленного золота. На нём был строгий костюм — чёрный, безупречного кроя, с алым платком в нагрудном кармане. Никаких рогов, копыт, хвоста. Только аура. Аура такой силы, что воздух в зале, казалось, дрожал. Он улыбнулся, увидев Моргану, и улыбка эта была тёплой, почти отцовской. Но когда его взгляд переместился на Уэнсдей и Энид, в нём промелькнуло что-то оценивающее, испытующее. — Моя дорогая дочь, — произнёс он. Голос у него был глубокий, бархатный, с лёгким эхом, словно он говорил одновременно здесь и где-то ещё. — Ты вернулась домой. И, как я вижу, не одна. — Папа, — Моргана сделала шаг вперёд и поклонилась — не низко, но с уважением. — Позволь представить тебе моих избранниц. Уэнсдей Аддамс и Энид Синклер. Уэнсдей и Энид, следуя заранее оговорённому плану, тоже поклонились. Не слишком низко, чтобы не выказать слабость, но достаточно, чтобы проявить уважение к хозяину. — Аддамс, — повторил Люцифер, и его глаза блеснули. — Я знаю этот род. Старый, тёмный, с отличным чувством юмора. Ваша прапрабабушка как-то гостила у нас. Очаровательная женщина. Любила играть в шахматы душами. — Она была бы польщена, что вы её помните, Владыка, — ответила Уэнсдей ровным голосом. — А вы, мисс Синклер, — Люцифер перевёл взгляд на Энид. — Оборотень, который долго не мог обернуться. Но теперь, я слышал, вы освоили эту способность. Поздравляю. В вас есть огонь. Буквально. Энид, не ожидавшая, что Владыка Ада знает такие подробности о ней, смутилась, но взяла себя в руки. — Спасибо, Ваше... Величество? — Можно просто Люцифер. Или мистер Морнингстар. Я не люблю титулы в семейном кругу. А вы теперь — семья. По крайней мере, если моя дочь так решила. Он встал с трона и спустился к ним. Ростом он был выше всех, но не подавлял. Наоборот, его присутствие было... успокаивающим? Уэнсдей заметила это противоречие и мысленно отметила его. — Я хочу узнать вас лучше, — сказал Люцифер, останавливаясь перед ними. — Не как правитель Ада, а как отец. Моргана — моё единственное дитя. Её счастье для меня важно. И я должен убедиться, что вы те, за кого себя выдаёте. — И как вы собираетесь это сделать? — спросила Уэнсдей, глядя ему прямо в глаза. Люцифер усмехнулся. — Мне нравится ваша прямота, мисс Аддамс. Что ж, я предлагаю провести небольшое... испытание. Не пугайтесь, оно не опасно. Скорее, познавательно. Вы увидите то, что скрыто в ваших душах. А я увижу, достойны ли вы моей дочери. — А если мы откажемся? — спросила Энид. — Тогда я приму это. Но буду разочарован. Впрочем, — он бросил взгляд на Моргану, — я не думаю, что вы откажетесь. Моя дочь умеет выбирать смелых. Моргана подошла к ним и взяла за руки. — Я буду рядом. Всё время. Это действительно не опасно. Папа просто хочет познакомиться поближе. Он... своеобразный, но он любит меня. И вас он тоже полюбит, я уверена. Уэнсдей и Энид переглянулись и кивнули. — Мы согласны, — сказали они хором. Люцифер улыбнулся шире, и в его глазах промелькнуло одобрение. — Отлично. Тогда следуйте за мной. *** **Глава 17: Зал Отражений** Они прошли через несколько коридоров, украшенных гобеленами с изображением битв, которых никогда не было в человеческой истории, и остановились перед высокой аркой, за которой клубилась тьма — густая, почти осязаемая. — Это Зал Отражений, — пояснил Люцифер. — Здесь каждый видит свою истинную суть. Не ту, что он показывает миру, а ту, что скрыта глубоко внутри. Для демонов это место самопознания. Для людей... ну, вы увидите. Он жестом пригласил их войти. — Идите вместе. Держитесь за руки. Так будет легче. Моргана первая шагнула в арку, увлекая за собой Уэнсдей и Энид. Тьма сомкнулась вокруг них, а потом расступилась. Они оказались в огромном зале, стены которого были зеркальными. Но зеркала эти отражали не физические тела, а нечто иное. В них двигались тени, образы, сцены. Уэнсдей посмотрела в ближайшее зеркало и увидела себя. Но не ту Уэнсдей, что стояла сейчас в Зале Отражений. Это была Уэнсдей — Владычица Тьмы. Она сидела на троне из костей, в короне из чёрного льда, а у её ног лежали поверженные враги. Но её глаза... они не были жестокими. Они были справедливыми. Она вершила суд, и суд этот был окончательным. — Это твоя истинная суть, — прошептал голос Люцифера, хотя самого его не было видно. — Ты не просто девочка с ножом. Ты — воплощение возмездия. Ты — та, кто наказывает за несправедливость. Поэтому тебя тянет к тьме. Ты чувствуешь своё предназначение. Уэнсдей не ответила, но её губы дрогнули в улыбке. Ей нравилось это отражение. Энид посмотрела в другое зеркало. Там она увидела огромную волчицу с золотистой шерстью и глазами, горящими как два солнца. Волчица стояла на вершине холма, а вокруг неё собралась стая — не только оборотни, но и другие существа. Она вела их, защищала, согревала своим теплом. Она была сердцем стаи. — Ты — свет во тьме, — продолжал голос. — Твоя сила не в клыках и когтях, а в способности объединять, исцелять, любить. Ты боишься своей мягкости, считая её слабостью. Но это твоя величайшая сила. Ты — маяк для заблудших душ. Энид почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Она всегда считала себя недостаточно сильной, недостаточно «волчьей». А теперь она видела, что её истинная природа — не соответствовать чьим-то ожиданиям, а быть собой. Моргана тоже смотрела в зеркало. Там была она сама — но с огромными крыльями за спиной, сотканными из звёздной пыли и теней. В одной руке она держала меч, в другой — цветок. Она была мостом между светом и тьмой, между Адом и Землёй, между любовью и силой. — А ты, дочь моя, — голос Люцифера стал теплее, — ты — баланс. Ты унаследовала от меня силу, но от твоей матери, благословенной Лилит, ты взяла способность любить без границ. Ты соединяешь миры. Ты — будущее Преисподней. Потом отражения в зеркалах начали меняться. Уэнсдей, Энид и Моргана увидели себя вместе. Они стояли втроём, держась за руки, а за их спинами простирались и Земля, и Ад, и ещё какие-то неизведанные миры. Они были центром всего. — Вы трое — единое целое, — произнёс Люцифер, появляясь рядом. — Каждая дополняет других. Уэнсдей — справедливость. Энид — милосердие. Моргана — связь. Вместе вы — сила, способная изменить всё. Я одобряю этот союз. Тьма рассеялась, и они снова оказались в коридоре перед аркой. Люцифер стоял перед ними и улыбался — на этот раз по-настоящему, по-отцовски. — Добро пожаловать в семью, девочки. *** **Глава 18: Семейный ужин** Вечером в огромной столовой дворца Морнингстар накрыли стол. Он ломился от яств — блюда, которые выглядели странно, но пахли божественно. Жареные фрукты, истекающие соком цвета рубина, мясо неизвестных животных, приготовленное с пряностями, от которых кружилась голова, вино, которое искрилось, как жидкое пламя. За столом собралась семья. Люцифер сидел во главе. Рядом с ним — Лилит, мать Морганы. Уэнсдей и Энид ожидали увидеть роковую красавицу-демоницу, но Лилит оказалась... иной. У неё были мягкие черты лица, длинные тёмные волосы с проседью и глаза, полные древней мудрости и печали. Она была первой женщиной, созданной из того же праха, что и Адам, но отказавшейся подчиняться. Она была матерью всех изгоев. — Мои дорогие, — сказала Лилит, и её голос был похож на журчание ручья в ночном лесу. — Я так рада, что Моргана нашла вас. Она всегда была... одинока среди демонов. Слишком человечная для нас, слишком демоничная для людей. А вы — идеальный баланс. — Спасибо, госпожа Лилит, — ответила Энид, краснея. — Просто Лилит, дитя. Мы теперь семья. За столом также сидели дяди и тёти Морганы. Бафомет, который в домашней обстановке носил не доспехи, а просторную тунику, и пил что-то из кубка, довольно урча. Мастема, который что-то тихо обсуждал с Азазелем, поглядывая на Уэнсдей с уважением — они помнили её храбрость в доме Торнхилл. Ещё несколько демонов, чьи имена Уэнсдей и Энид не запомнили, но все они были приветливы и любопытны. — Расскажите о Неверморе, — попросила Лилит, подкладывая Энид на тарелку кусочек чего-то, похожего на засахаренную розу. — Моргана писала, что там интересно. — Очень, — оживилась Энид. — Там учатся вампиры, сирены, горгоны, оборотни, телекинетики... И никто никого не боится. Ну, почти. — А норми? — спросил кто-то из демонов. — Норми боятся нас, — ответила Уэнсдей. — Как обычно. — Это правильно, — одобрительно кивнул Бафомет. — Бояться — значит уважать. А уважение — первый шаг к подчинению. — Не все норми плохие, — тихо сказала Энид. — Моя мама, например. Она норми, но она приняла меня. В конце концов. — Исключения подтверждают правило, — заметил Люцифер. — Но я рад, что у тебя есть поддержка в мире людей. Это важно. Ужин продолжался долго. Говорили о многом: о политике Ада, о последних душах, прибывших на суд, о планах Морганы на будущее. Уэнсдей задавала острые вопросы, и Люцифер отвечал на них с видимым удовольствием. Ему нравился её ум. Когда подали десерт — что-то воздушное, тающее во рту, с привкусом дыма и мёда — Люцифер поднял кубок. — Я хочу произнести тост. За мою дочь Моргану, которая нашла свою любовь. И за её избранниц, Уэнсдей и Энид, которые приняли её такой, какая она есть. За ваше триединство. Да будет оно вечным. — Вечным! — подхватили демоны, поднимая кубки. Уэнсдей и Энид переглянулись. В их глазах читалось одно и то же: они больше не гости в Аду. Они — часть семьи. *** **Глава 19: Ночь в Преисподней** После ужина Моргана отвела Уэнсдей и Энид в свои покои. Это была огромная комната с высоким потолком, увешанная гобеленами и заставленная книгами. В центре стояла широкая кровать с балдахином из чёрного бархата. — Моя комната, — сказала Моргана. — Здесь мы будем спать. Вместе. Если вы не против. — Мы спим вместе в Неверморе, — напомнила Энид, которая уже давно перестала стесняться их общей постели. — Да, но здесь... всё иначе, — Моргана чуть смутилась. — Это Ад. Здесь желания обостряются. Эмоции становятся ярче. Если вы не готовы к... более близкому контакту, скажите сейчас. Я не хочу, чтобы вы чувствовали давление. Уэнсдей подошла к ней и взяла за руку. — Я готова. Мы обе готовы. Мы обсуждали это, пока ты ходила к отцу. Мы хотим быть с тобой. Полностью. Энид подошла с другой стороны и обняла Моргану за талию. — Да. Мы любим тебя. Обеих. И хотим показать это. Моргана посмотрела на них, и в её серебряных глазах блеснули слёзы. Дочь Падшего, повелительница демонов, плакала от счастья. — Я люблю вас, — прошептала она. — Больше всего на свете. И в Аду. Ночь была долгой и полной открытий. Они исследовали друг друга не только телами, но и душами. В Аду границы между физическим и духовным размыты, и близость здесь ощущалась во сто крат сильнее. Уэнсдей, всегда контролирующая себя, позволила себе быть уязвимой. Энид, вечно сомневающаяся, почувствовала себя желанной и прекрасной. А Моргана... Моргана наконец-то обрела дом не в месте, а в людях. Когда они уснули, переплетясь руками и ногами, тени в комнате мягко светились, оберегая их покой. *** **Глава 20: Испытание верности** На следующее утро их разбудил стук в дверь. Вошёл Азазель, поклонился и сообщил, что Владыка желает видеть их в тронном зале через час. У него есть важное сообщение. Они оделись (Моргана помогла Энид и Уэнсдей выбрать наряды из своего гардероба — тёмные, элегантные, подходящие для Ада) и отправились в тронный зал. Люцифер ждал их. Рядом с ним стояла Лилит и несколько высших демонов. Выражение лица Владыки было серьёзным. — Мои дорогие, — начал он, когда они вошли. — Я провёл с вами ночь, наблюдая за вашими снами, вашими аурами. И я увидел то, что хотел увидеть. Ваша любовь искренна. Но есть кое-что ещё. Он сделал паузу. — Моргана — не просто моя дочь. Она — наследница Преисподней. Когда-нибудь она займёт мой трон. И тот, кто будет рядом с ней, должен быть готов разделить это бремя. Уэнсдей, Энид, готовы ли вы? Это не просто титул. Это ответственность за миллиарды душ, за баланс между мирами, за вечность. Уэнсдей выступила вперёд. — Я готова. Я всегда чувствовала, что моё место не среди обычных людей. Ад или Земля — неважно. Важно, с кем я. И я выбираю Моргану. Энид встала рядом. — Я тоже. Я не знаю, смогу ли я править Адом, но я смогу любить ту, кто правит. И поддерживать её. И защищать. Я готова учиться. Люцифер перевёл взгляд на Лилит. Та кивнула. — Хорошо, — сказал он. — Тогда я даю своё благословение. Но есть условие. Вы должны пройти ещё одно испытание. Не здесь. На Земле. Там, где ваша связь будет проверена по-настоящему. Без демонической магии, без защиты Ада. Только вы трое и ваши чувства. — Что за испытание? — спросила Моргана. — Скоро узнаешь, дочь. А пока — наслаждайтесь оставшимся временем здесь. Через два дня вы вернётесь в Невермор. И там начнётся настоящее приключение. *** **Глава 21: Серные Сады и прощание** Последние два дня в Аду пролетели быстро. Моргана показала Уэнсдей и Энид Серные Сады — огромный парк, где росли цветы, питающиеся болью. Это было мрачно, но красиво. Лепестки переливались оттенками от алого до фиолетового, а аромат был терпким и волнующим. Они гуляли по городу, пробовали местную еду, общались с демонами. Энид подружилась с молодой демоницей, которая работала в библиотеке и обожала любовные романы. Уэнсдей нашла общий язык с Мастемой, обсуждая философию наказания. Моргана просто сияла, видя, как её миры соединяются. Настал день отъезда. Люцифер и Лилит проводили их до портала. — Помните, — сказал Люцифер на прощание, — вы всегда желанные гости здесь. И не только как гости. Как семья. — Мы будем ждать вас, — добавила Лилит, обнимая каждую по очереди. — Берегите друг друга. И Моргану. — Обещаем, — хором ответили Уэнсдей и Энид. Моргана обняла родителей, и в её глазах снова стояли слёзы. — Я люблю вас. Спасибо, что приняли их. — Они — твоё сердце, — сказал Люцифер. — А сердце моей дочери священно. Они вошли в портал. Вспышка, ощущение падения — и вот они снова в подвале Офелия-холла. Всё было как прежде. Только они сами изменились. — Ну что, — сказала Энид, отряхиваясь. — Дом, милый дом. — Дом там, где вы, — поправила Моргана. Уэнсдей улыбнулась. — Идёмте. Нас ждут новые тайны Невермора. И новое испытание. Они вышли из подвала, держась за руки. Впереди был новый семестр, новые опасности и новые возможности доказать, что их любовь сильнее любых преград.