Дочь Падшего

События происходят после возвращения делегации из Лондона и трансформации профессора Торна. Мина Парк и Зара, пройдя через первые месяцы отношений, полных неловкости, недопонимания и осторожного узнавания, решают сделать следующий шаг — съехаться. Но совместная жизнь человека и демонессы-инквизитора оказывается куда сложнее, чем они представляли. Часть первая: Решение Глава 1: Утро Мины Мина Парк проснулась в своей маленькой квартирке недалеко от кампуса — той самой, которую она снимала ещё со студенческих времён и к которой так привыкла, что не меняла даже после того, как её зарплата координатора Совета Архитектора позволила бы переехать в куда более просторное место где-нибудь поближе к Башне. Солнце только начинало пробиваться сквозь жалюзи, рисую на полу золотые полосы. Рядом с ней, раскинувшись на добрую половину кровати, спала Зара. Демонесса во сне выглядела почти безобидно — когти втянуты, лицо расслаблено, дыхание ровное и неглубокое, а на губах застыло подобие лёгкой улыбки. Почти как человек. Почти. Только крылья, сложенные за спиной и занимающие всё оставшееся пространство, напоминали о её истинной природе. Мина лежала, боясь пошевелиться, и смотрела на неё. Они провели вместе уже много ночей — то у Зары в её аскетичной, почти спартанской комнате в казармах Башни, то здесь, в уютной захламлённой квартирке Мины, — но каждое утро, просыпаясь рядом с демонессой, она всё ещё испытывала лёгкий шок. «Я сплю с демоном, — думала она. — С инквизитором Башни. С существом, которое может убить человека щелчком пальцев. И она... она любит меня». Это было невероятно. И это было правдой. Зара пошевелилась, приоткрыла глаза — алые, с вертикальными зрачками, — и улыбнулась. Улыбка у неё была особенной: когда она смотрела на Мину, в ней не было обычной хищности, а проступало что-то тёплое, почти уязвимое. — Ты опять смотришь на меня, — прошептала она низким, вибрирующим голосом, тем самым, от которого у Мины по спине бежали мурашки. — Просто... любуюсь, — призналась Мина. — Любуешься демоном? — Зара усмехнулась. — Ты извращенка, координатор Парк. — Наверное. Но это ты виновата. Не нужно было быть такой... такой. — Какой? — Зара приподнялась на локте, склоняясь над ней. — Красивой. И страшной. И нежной одновременно. Это сбивает с толку. — Это называется «демоническое обаяние», — Зара поцеловала её в лоб — осторожно, чтобы не задеть когтями, — и встала с кровати. — Мне пора на службу. Сегодня допрос того контрабандиста из Бостона, помнишь? Того, что перевозил серебряное оружие. Уэнсдей лично попросила меня быть пожёстче. Кажется, у неё есть основания полагать, что он связан с охотниками. — Опять допрос, — вздохнула Мина. — Ты когда-нибудь устаёшь от этого? — От допросов? Никогда, — Зара натягивала свою форму — чёрный облегающий костюм, бронежилет, портупею с метательными ножами, — и в этом была вся она: хищная, опасная, смертоносная. Но, застегнув последнюю пряжку, она обернулась и добавила: — Но я устаю приходить сюда поздно ночью и уходить на рассвете. Я устаю от того, что у нас нет общего дома. Что твоя квартира — твоя, казарма — моя, а мы — где-то между. Мина замерла. Она думала об этом — много раз, последние несколько недель, — но боялась заговорить первой. Боялась, что это слишком быстро, слишком рано, слишком... серьёзно. И вот Зара сказала это сама. — Ты хочешь... съехаться? — осторожно спросила она. Зара обернулась. Её лицо было непривычно серьёзным, почти напряжённым, и в алых глазах читалась уязвимость, которую она редко позволяла себе показывать. — Да. Я хочу просыпаться рядом с тобой каждый день. Не три раза в неделю. Я хочу, чтобы у нас был общий дом. Общая кухня, общая ванная, общая... жизнь. Я понимаю, что это сложно: я демон, ты человек, мы разные. Но я хочу попробовать. Если ты согласна. Мина почувствовала, как сердце забилось где-то в горле. Она хотела этого. Очень хотела. Но она также боялась. Боялась, что совместная жизнь разрушит то хрупкое, что они построили. Боялась, что Зара увидит её в быту — растрёпанную, уставшую, раздражённую после долгого дня, без макияжа и с немытой головой, — и разочаруется. Боялась, что сама не выдержит демонических привычек Зары — её режима (она почти не спала), её рациона (сырое мясо и кровь), её представлений о порядке (которые, как подозревала Мина, были далеки от человеческих). — Я... я хочу, — сказала она наконец. — Но мне страшно. — Мне тоже, — призналась Зара. — Я никогда не жила со смертным. Я не знаю, как это — делить пространство с кем-то, кто не является демоном. С кем-то, кто... хрупок. Я боюсь причинить тебе боль. Не специально — случайно. Своими когтями, своей силой, своей... природой. — Мы можем попробовать, — тихо сказала Мина. — Медленно. Осторожно. И если что-то пойдёт не так — мы всегда можем вернуться к тому, что есть сейчас. Никто не обязан оставаться вместе, если совместная жизнь не складывается. Зара подошла к кровати, опустилась на колени и взяла Мину за руки — осторожно, как всегда, втянув когти. — Я не хочу возвращаться. Я хочу, чтобы у нас получилось. Но я согласна на «медленно и осторожно». С чего начнём? — С поиска квартиры? — Мина улыбнулась. — Или дома? Что-то нейтральное. Не моё и не твоё. Наше. — Наше, — повторила Зара, и это слово прозвучало как заклинание. Как обещание. --- **Глава 2: Зара идёт за советом** В тот же день, закончив допрос (который прошёл успешно — контрабандист, пребывая в полной уверенности, что его сердце сейчас остановится, признался во всём, включая связи с тремя ячейками охотников в Новой Англии, о которых Башня раньше не знала), Зара направилась в кабинет Морганы. Она редко обращалась к Архитектору по личным вопросам — их общение обычно ограничивалось отчётами, оперативными совещаниями и редкими неформальными беседами на приёмах. Но сегодня был особый случай. Моргана сидела за своим столом, просматривая какие-то документы, и, увидев Зару, отложила бумаги. Она сразу заметила, что инквизитор не в своей обычной боевой форме — вернее, форма была, но выражение лица было другим. Более... человеческим. — Зара. Что-то случилось? — Нет, Архитектор. То есть... да. Но не оперативное. Личное. Моргана жестом пригласила её сесть. — Я слушаю. Зара села, сложила руки на коленях и заговорила — медленно, подбирая слова, что было для неё совершенно несвойственно: — Мы с Миной решили съехаться. Жить вместе. И я... я не знаю, как это делается. Как демону жить с человеком? Как делить с ней пространство, быт, привычки? Вы... вы живёте с Энид и Уэнсдей уже много лет. Как вы начинали? Как вы справлялись с... различиями? Моргана откинулась в кресле, и на её лице промелькнула тёплая улыбка — та, которую она позволяла себе только с самыми близкими. — О, Зара. Ты задала вопрос, на который нет простого ответа. — Я и не жду простого. — Тогда слушай. — Моргана встала и подошла к окну. — Когда мы с Энид и Уэнсдей только начинали жить вместе — ещё в Неверморе, а потом в особняке здесь, — мы тоже не знали, как это будет. У нас были... трения. Много трений. Энид — оборотень, у неё обострённое обоняние, она не выносила запах морга, который приносила Уэнсдей. Я курила трубку с адскими травами, что бесило их обеих. Уэнсдей была... Уэнсдей. Холодной, отстранённой. Мы ссорились из-за мелочей, и нам казалось, что это конец. — Но вы справились. — Да. Не сразу. Мы учились. Учились говорить, а не копить обиды. Учились уступать. Учились принимать друг друга — не только сильные стороны, но и слабости. И странности. И демонические особенности. — Моргана усмехнулась и коснулась своего чёрного глаза. — Я прошла через... многое. И они прошли со мной. — Что было самым трудным? — спросила Зара. — Самым трудным было понять, что любовь — это не только страсть и романтика, — медленно произнесла Моргана. — Любовь — это быт. Это грязные чашки в раковине. Это храп по ночам. Это разбросанные носки — в нашем случае, разбросанные ножи Уэнсдей. Это привычки, которые бесят. И ты должна решить: стоят ли эти привычки того, чтобы быть с этим человеком — или демоном? Если стоят — ты найдёшь компромисс. — А если компромисс невозможен? — тихо спросила Зара. — Тогда ты ищешь способ обойти проблему. Не можешь изменить привычку — измени обстановку. Не можешь изменить обстановку — измени отношение. Главное — не молчи. Говори. Объясняй. Слушай. И никогда не ложись спать, не помирившись. Зара кивнула, запоминая. Потом спросила: — А как быть с... демоническими особенностями? Я — инквизитор. Я допрашиваю людей. Иногда — жёстко. Мина... ей это не нравится. Она не говорит прямо, но я вижу. Она вздрагивает, когда я рассказываю о методах допроса. Она отворачивается, когда я возвращаюсь с работы и от меня пахнет... страхом. Моргана вернулась к столу и села напротив. — Уэнсдей работает в морге. Когда-то Энид не выносила запах формалина. Мы нашли решение — амулет, поглощающий запахи. Но это была мелочь. Настоящая проблема была не в запахе, а в том, что Уэнсдей становилась... холодной. Отстранённой. Её работа с мёртвыми меняла её. И я, и Энид — мы боялись, что она теряет себя. Мы говорили с ней. Много раз, трудно. Она не сразу открылась. Но в итоге мы справились — потому что продолжали говорить. — Значит, мне нужно говорить с Миной о работе? — уточнила Зара. — Даже о том, что ей не нравится? — Именно. Объясни ей, почему ты делаешь то, что делаешь. Расскажи о разнице между демонической моралью и человеческой. Не оправдывайся — просто объясни. И дай ей право чувствовать то, что она чувствует. Ты не обязана меняться ради неё, Зара. Но ты должна уважать её чувства. И искать баланс. — Баланс, — повторила Зара. — Это сложно. — Всё стоящее — сложно, — Моргана улыбнулась. — Но ты сильная. И Мина сильная. Вы справитесь. — Спасибо, Архитектор. — Обращайся, когда понадобится. И, Зара... — Моргана помедлила. — Я рада за вас. Правда. Зара кивнула и вышла, чувствуя странную смесь страха и надежды. Она получила ответы — но теперь нужно было применить их на практике. Что, как она подозревала, будет гораздо труднее. --- **Глава 3: Мина советуется с Энид** Пока Зара разговаривала с Морганой, Мина сидела в кабинете Энид, в Центре социальной поддержки, и нервно теребила край своего фиолетового свитера. Она пришла сюда сразу после утреннего совещания, всё ещё взбудораженная разговором с Зарой, и теперь не знала, с чего начать. Энид, заметив состояние подруги, отложила кипу бумаг, над которыми работала, и пододвинула к Мине кружку с травяным чаем. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит, — заметила она с тёплой прямотой. — Рассказывай. — Мы с Зарой решили съехаться, — выпалила Мина. Энид просияла, её глаза загорелись восторгом. — Это же здорово! Поздравляю! Почему у тебя такое лицо, как будто ты на похоронах? — Потому что я боюсь! — Мина схватилась за голову. — Я боюсь, что всё испорчу. Что мы не справимся. Что наши различия окажутся слишком большими. Она — демон, Энид. Настоящий демон. Она ест сырое мясо. Она спит по два часа в сутки. Она допрашивает людей их собственными страхами. А я... я человек. Обычный человек, который боится пауков и плачет над грустными фильмами. Энид пересела поближе и взяла Мину за руку. — Послушай меня. Я — оборотень, Моргана — демон, Уэнсдей — Аддамс. Если кто и знает о странных союзах, так это мы. И я скажу тебе: различия — это не приговор. Это... spice. Приправа. — Приправа? — Мина недоверчиво посмотрела на неё. — Ты называешь то, что Зара может случайно разорвать меня когтями, приправой? — Ну, не буквально, — Энид хихикнула, но быстро стала серьёзной. — Я понимаю твой страх. Когда мы с Морганой только начинали, я тоже боялась. Я боялась её силы, её тьмы, её демонической природы. Я думала: что, если однажды она проснётся и поймёт, что я недостаточно хороша? Что, если её тьма поглотит меня? Но знаешь, что я поняла за эти годы? — Что? — Что любовь — это не отсутствие страха. Любовь — это выбор быть вместе, несмотря на страх. Ты просыпаешься утром, смотришь на человека — или демона, — который лежит рядом, и думаешь: «Да, у нас есть проблемы. Да, мы разные. Но я выбираю тебя. Сегодня. И завтра. И каждый день». Мина задумалась. Потом спросила: — А как вы справлялись с бытовыми проблемами? Ну, там, с разными привычками, распорядком дня... — О, это было весело, — Энид рассмеялась. — Моргана курила трубку — жутко вонючую, с серой. Уэнсдей приносила запах морга. Я в полнолуние превращалась в волчицу и пугала соседей, а по весне у меня обострялось обоняние, и я чувствовала каждую вонючую мелочь в доме. Мы ссорились из-за этого! Ругались, дулись друг на друга. Но потом мы поняли: если проблема решаема — её нужно решать. Амулет от запаха, вытяжка для трубки, специальная комната для Уэнсдей, где она могла переодеваться после работы. Если проблема не решаема — её нужно принимать. Или обходить. — Например? — Например, Моргана по ночам не спит. Вообще. Она может лежать рядом, обнимать меня, но она не спит. Поначалу меня это напрягало — я просыпалась, видела её открытые глаза и пугалась, думала, что она мёртвая. Но потом я привыкла. Теперь я знаю: если Моргана лежит и смотрит в потолок, она не умерла, она просто думает. Это её норма. Я приняла эту норму. — А Зара... она почти не спит. И когда спит, то иногда издаёт такие звуки... как будто рычит во сне. Она говорит, что это демоническая привычка, но меня это жутко пугает. — Значит, тебе нужно решить, примешь ли ты эту привычку, — серьёзно сказала Энид. — Если нет — может, вам стоит спать в разных комнатах? Нет ничего постыдного в раздельном сне. Мы с девочками спим вместе, потому что нам так нравится. Но если вам будет комфортнее раздельно — это нормально. — Я не хочу раздельно, — призналась Мина. — Мне нравится, когда она рядом. Просто... мне нужно время, чтобы привыкнуть. — Вот и скажи ей это, — мягко посоветовала Энид. — Скажи: «Зара, я хочу спать с тобой, но твоё рычание меня пугает. Давай найдём способ». Может, она сможет контролировать это? Или вы купите беруши? В конце концов, это решаемо. Главное — не молчи. Говори с ней. Всегда говори. — Ты говоришь то же, что, наверное, и Моргана сказала бы, — заметила Мина. — Мы — одна семья, — Энид улыбнулась. — И мы все учились на своих ошибках. Теперь ты будешь учиться на своих. Но ты не одна. У тебя есть мы. Мина почувствовала, как к горлу подступает ком. Она не ожидала такой поддержки. Она вообще не ожидала, что когда-нибудь в её жизни будет столько людей — и не-людей, — которые готовы помочь. — Спасибо, Энид, — прошептала она. — Не за что. — Энид обняла её. — А теперь иди и найди квартиру. И чтобы с видом на океан! Зара заслуживает красивых закатов. Мина кивнула и вышла из кабинета, чувствуя странную смесь страха, надежды и воодушевления. Она боялась — да, до дрожи. Но теперь она знала: она не одна в этом страхе. У неё были друзья, которые прошли через то же самое. И они верили в неё. --- **Часть вторая: Поиски** **Глава 4: Поиски жилья** Поиски общего дома оказались куда более сложным предприятием, чем Мина и Зара предполагали. Они начали с просмотра объявлений в интернете, но сразу же столкнулись с проблемой: большинство квартир в Провиденсе были спроектированы для людей. Обычные помещения не учитывали демонических особенностей Зары, которая, например, предпочитала ванны без зеркал (в отражении она видела свою истинную форму, и это напоминало ей о том, что она хотела бы забыть) и нуждалась в усиленной вентиляции (запах серы, исходивший от неё, был слабым, но приятным далеко не для всех). Вдобавок её крылья, хоть и складывались, требовали пространства — в тесных коридорах она постоянно задевала стены, а однажды случайно снесла плечом дверной косяк в одной из осматриваемых квартир, чем изрядно напугала риэлтора. После нескольких дней бесплодных поисков, уставшие и слегка разочарованные, они обратились за помощью к миссис Блэквуд, которая, будучи министром Внешних Связей и демоницей с многовековым опытом жизни среди смертных, знала о недвижимости Провиденса всё. — Вам нужно что-то особенное, — сказала Блэквуд, когда они пришли к ней в кабинет. — Не просто квартира, а место, где сможет комфортно жить и демон, и человек. У меня есть на примете несколько вариантов. Один из них — пентхаус в новом жилом комплексе «Квартал Триединства», который строит Жилищный фонд Башни. Там усиленная звукоизоляция, просторные комнаты с высокими потолками — крылья не будут задевать, — и отдельный выход на крышу. — Крыша? — заинтересовалась Зара. — Зачем мне крыша? — Чтобы летать, — спокойно ответила Блэквуд. — Или просто стоять и смотреть на звёзды. Демонам нужно пространство, инквизитор. Даже если вы не летаете, вам нужно чувствовать небо над головой. Иначе вы начнёте задыхаться — в переносном смысле, а потом и в прямом. Зара удивлённо моргнула. Она никогда не говорила об этом вслух, но Блэквуд была права: жизнь в тесных казармах давила на неё. Ей действительно нужно было пространство. Небо. Свобода. — Я хочу посмотреть этот пентхаус, — сказала она. Через несколько часов они стояли на крыше «Квартала Триединства», глядя на панораму Провиденса. Пентхаус оказался именно тем, что они искали: огромные окна, высокие потолки, две спальни (на случай, если Мине понадобится уединение), камин в гостиной, современная кухня и терраса, выходящая на океан. А главное — отдельный выход на крышу, где Зара могла расправлять крылья, не опасаясь, что её увидят посторонние. Цена была высока, но зарплата координатора Совета Архитектора и жалование инквизитора, вместе взятые, вполне позволяли это. — Мы берём, — сказали они хором, переглянулись и рассмеялись. — Вот и решили, — улыбнулась Блэквуд. — Документы оформят в течение недели. Добро пожаловать в «Квартал Триединства». --- **Глава 5: Переезд — день первый** Переезд — это всегда хаос. Когда в нём участвуют человек и демон, хаос приобретает эпические масштабы. Мина перевозила свои вещи из старой квартиры. Книги — десятки книг по оккультизму, демонологии, сравнительному религиоведению, антропологии, — альбомы с зарисовками, одежду, старую кофеварку, которая досталась ей от бабушки, коллекцию камней, собранных в разных странах, и ещё тысячу мелочей, которые она называла «необходимыми», а Зара — «бесполезным хламом». Зара, напротив, везла из казарм лишь самое необходимое: оружие (три набора метательных ножей, два арбалета, боевой топор, который она называла «мой любимый», и коллекцию клинков, собранных за столетия службы), доспехи, несколько смен формы и небольшую шкатулку с личными вещами, которую она никогда не открывала при посторонних и на которую Мина смотрела с почтительным трепетом. — И это всё? — удивилась Мина, глядя на три коробки Зары в сравнении со своими пятнадцатью. — А что ещё нужно? — Зара пожала плечами. — Оружие, броня, одежда. Минимальный набор. — Минимальный набор, — повторила Мина. — У тебя три набора метательных ножей! — Четыре, — поправила Зара. — Один спрятан в подкладке плаща. На всякий случай. — Четыре! — Мина всплеснула руками. — Зачем тебе четыре набора? — Потому что иногда три не хватает. Однажды в Бостоне я метнула все ножи из трёх наборов и осталась без оружия. Пришлось добивать врага врукопашную. Это было... неэффективно. С тех пор я ношу четыре. Мина открыла рот, закрыла и решила не углубляться в эту тему. В конце концов, она сама выбрала жить с инквизитором. Нужно быть готовой к тому, что в доме будет арсенал. Первая ссора случилась из-за мебели, а именно — из-за старого, ободранного дивана, который Мина тащила ещё со студенческих времён. Мина хотела оставить его — «он такой уютный, и я к нему привыкла, и у него есть душа!» Зара категорически возражала — «он скрипит, он воняет пылью, и на нём невозможно сидеть, потому что пружины впиваются в задницу!» — Это мой любимый диван! — горячилась Мина, обнимая подлокотник так, словно защищала ребёнка. — Это древний монстр, который нужно сжечь, — парировала Зара, брезгливо трогая обивку кончиком когтя. — Посмотри на него — он же разваливается! Я чувствую запах плесени! Ты хочешь, чтобы в нашем новом доме пахло плесенью? — Он не пахнет! Ну, может быть, чуть-чуть... — Чуть-чуть? Мина, у меня демоническое обоняние, и я говорю тебе: он пахнет так, будто в нём умерло что-то маленькое и пушистое. Много раз. В итоге они сошлись на компромиссе — диван отправился на реставрацию. Новый чехол, новый наполнитель, укреплённый каркас — и уже через месяц он стал похож на вполне приличную мебель, достаточно крепкую для демонических когтей и достаточно уютную для человеческих вечеров с книгой. Но эти несколько недель диван провёл в мастерской, и Мина скучала по нему, как по старому другу. Второй инцидент, гораздо более пугающий, произошёл ночью. Они разобрали вещи, поужинали (стейк с кровью для Зары, салат и паста для Мины), выпили по бокалу вина и легли спать. Впервые в их общем доме. В их общей постели. Всё было идеально — почти. Где-то около трёх часов ночи Мина проснулась от звука, похожего на низкое, утробное рычание. Она открыла глаза и увидела, что Зара лежит рядом, и её тело напряжено, когти выпущены, а из горла вырывается тот самый низкий, вибрирующий рык, похожий на рокот далёкого водопада. Глаза Зары были открыты, но смотрели в никуда — она явно была во сне. — Зара? — прошептала Мина, пятясь к краю кровати. — Зара, ты меня слышишь? Рычание усилилось. Мина, не решаясь прикоснуться к демонессе, тихо выскользнула из спальни и провела остаток ночи на диване в гостиной, завернувшись в плед и дрожа от страха. Утром, за завтраком, Зара выглядела смущённой. — Я напугала тебя, — сказала она, избегая взгляда. — Прости. Это... старая привычка. Во сне я иногда возвращаюсь в боевой режим. Сны о битвах, о прошлом. Я не контролирую это. — Ты рычала, — тихо сказала Мина. — И когти... они были выпущены. Я испугалась, что ты нападёшь на меня. Зара подняла глаза, и в них была боль. — Я бы никогда не напала на тебя. Даже во сне. Я скорее убью себя, чем причиню тебе вред. Но я понимаю, что это звучит... неубедительно, когда ты слышишь рычание в три часа ночи. — Я знаю, что ты не хотела бы причинить мне вред, — Мина взяла её за руку. — Но я всё равно испугалась. Может, нам пока спать раздельно? Пока ты не научишься контролировать эти... сны? Или пока я не привыкну? Зара задумалась. Потом кивнула. — Временно. Только временно. Я найду способ контролировать сны. Я не хочу, чтобы мы спали раздельно навсегда. — Временно, — согласилась Мина. — Мы справимся. Так они начали свою совместную жизнь — с компромиссов, страхов и надежд. И хотя было трудно, они не сдавались. Потому что оба знали: это стоит того. --- **Глава 6: Первые гости** Прошло две недели. Мина и Зара постепенно обживались в пентхаусе, привыкали друг к другу, учились сосуществовать. Зара старалась контролировать свои сны — перед сном она медитировала, пыталась направлять подсознание в спокойное русло, и рычание стало реже и тише, хотя ещё не исчезло совсем. Мина привыкала к арсеналу на стенах гостиной (Зара настояла на том, чтобы развесить часть оружия открыто, утверждая, что «это эстетично»), к отсутствию зеркал, к запаху серы, который, как она выяснила, можно перебить ароматическими свечами, и к тому, что Зара иногда исчезала посреди ночи — уходила на крышу, расправляла крылья и стояла там, глядя на звёзды. «Мне нужно небо», — говорила она, и Мина не задавала лишних вопросов. Но совместная жизнь — это не только быт. Это ещё и социальные связи. И однажды Зара предложила пригласить гостей. — Мы должны позвать Архитектора и её жён на ужин, — сказала она как-то вечером. — Они помогли нам. Поддержали. Это будет... вежливо. — Ты просто хочешь похвастаться пентхаусом, — улыбнулась Мина. — Немного, — призналась Зара. Через день они сидели за столом в своём пентхаусе с Морганой, Энид и Уэнсдей. Грим, разумеется, тоже был приглашён и теперь сидел на отдельном стуле, лакомясь кусочками сыра. Ужин состоял из компромиссного меню: стейки с кровью для демонов, паста для людей и огромный шоколадный торт, который Мина испекла сама, потратив на него полдня. — У вас очень уютно, — сказала Энид, оглядывая гостиную. — Серьёзно. Я ожидала больше... оружия. — Оно в спальне, — ответила Зара. — И в ванной, — добавила Мина с лёгким вздохом. — И на кухне, в ящике для ножей. Только там не кухонные ножи, а метательные. Я однажды схватилась за них, когда резала салат, и чуть не осталась без пальца. — Ты преувеличиваешь, — фыркнула Зара. — Они просто острые. — Они зачарованы на кровь! — Мина повернулась к гостям. — Она хранит зачарованные ножи в ящике для столовых приборов! Как я должна это воспринимать?! Энид расхохоталась. Уэнсдей, напротив, серьёзно кивнула: — Разумная мера. Я тоже храню ножи везде. Никогда не знаешь, где они понадобятся. — Уэнсдей, ты — Аддамс, — простонала Мина. — Ты не в счёт. Ты спишь с ножом под подушкой! — Двумя, — поправила Уэнсдей. — Двумя ножами. Конечно. — Мина закрыла лицо руками, но не выдержала и рассмеялась. Моргана, наблюдавшая за ними, улыбалась. — Вы справляетесь, — сказала она. — Я вижу, что вам трудно, но вы не сдаётесь. Это главное. — Мы пытаемся, — ответила Зара. — Это... сложно. Но оно того стоит. — Всегда стоит, — тихо сказала Моргана, и её взгляд на мгновение встретился с взглядами Энид и Уэнсдей. В этом взгляде было столько любви и понимания, что Мина почувствовала укол зависти — и одновременно надежды. Когда-нибудь и они с Зарой будут так же смотреть друг на друга. После ужина они сидели в гостиной, пили чай — адский для Морганы и Зары, травяной для остальных — и разговаривали. О Башне, о Лондоне, о Торне и его новой жизни. О том, как меняется мир. О том, как они меняются вместе с ним. — Знаете, — сказала Энид, откидываясь на диван, — я помню, как мы с Морганой и Уэнсдей только начинали. У нас тоже были проблемы. Я боялась, что не выдержу. Что различия убьют нашу любовь. А теперь... я не могу представить жизнь без них. Даже когда Уэнсдей приносит запах морга, а Моргана курит свою трубку, а я в полнолуние превращаюсь в волчицу и пугаю соседей. Это всё — часть нас. Часть нашей жизни. И я бы ничего не поменяла. — Я тоже, — сказала Моргана. — И я, — добавила Уэнсдей, хотя и без особой эмоциональности. Но в её голосе была правда. Мина посмотрела на Зару. Зара посмотрела на Мину. Они улыбнулись друг другу. Может быть, у них тоже получится. --- **Глава 7: Ночной разговор** Гости ушли, оставив после себя атмосферу тепла и лёгкой грусти. Пентхаус погрузился в тишину, нарушаемую только шумом океана за окнами. Зара вышла на террасу, расправила крылья и стояла там, глядя на луну. Она делала так почти каждую ночь — ритуал, который ей был необходим, чтобы восстановить силы. Мина, помедлив, вышла следом — сначала хотела дать ей побыть одной, но решилась. — Можно к тебе? — тихо спросила она. — Конечно, — Зара подвинулась, освобождая место. — Ты замёрзнешь. Возьми плед. Мина накинула на плечи плед и встала рядом. Океан внизу был чёрным и бесконечным, а звёзды над головой — яркими, как алмазы. — О чём ты думаешь? — спросила Мина. — О том, как странно всё сложилось, — Зара не отрывала взгляда от горизонта. — Я — демон. Я служила в легионах, убивала, допрашивала, выполняла приказы. Я не планировала... это. Тебя. Нас. Но теперь я не могу представить жизнь без тебя. И это пугает. — Почему? — Потому что это делает меня уязвимой, — Зара повернулась к ней, и в её алых глазах промелькнула искра уязвимости. — Я привыкла быть сильной. Быть оружием. А теперь я... я могу потерять тебя. Ты можешь уйти, можешь умереть — ты человек, твоя жизнь так коротка. И эта мысль делает меня слабой. Я ненавижу быть слабой. Мина взяла её за руку — осторожно, как всегда, потому что когти всё ещё были чуть выпущены. — Ты не слабая, — сказала она. — Ты — самая сильная из всех, кого я знаю. И то, что ты позволяешь себе любить меня, зная, что я смертна, — это не слабость. Это мужество. — Или глупость, — горько усмехнулась Зара. — Или глупость, — согласилась Мина. — Но я тоже глупая. Я влюбилась в демонессу-инквизитора, хотя знала, что это опасно. Так что мы с тобой обе глупые. И, может быть, в этом наша сила. Зара долго молчала. Потом наклонилась и поцеловала Мину — очень нежно, очень осторожно. — Я рада, что мы съехались, — прошептала она. — Я тоже, — ответила Мина. Они стояли на террасе, обнявшись, пока луна не скрылась за облаками, и звёзды не стали ярче. И в этот момент им было всё равно на различия, на страхи, на косые взгляды, на грязные чашки в раковине и зачарованные ножи в ящиках. Они были вместе. И это было главное. --- **Эпилог: Месяц спустя** Прошёл месяц. Однажды утром Мина проснулась в постели, и рядом с ней лежала Зара. Она не рычала. Она не выпускала когти. Она просто спала — тихо, спокойно, свернувшись калачиком. Её крылья, сложенные за спиной, мерно подрагивали в такт дыханию. Мина смотрела на неё и улыбалась. Они всё ещё ссорились — из-за мелочей, из-за привычек, из-за разного понимания порядка, из-за того, что Зара снова оставила ножи в раковине, а Мина снова повесила на стену картину, которая Заре «резала глаз». Но они также научились мириться. Научились слушать друг друга. Научились уступать. И хотя их совместная жизнь не была идеальной, она была их. И это было достаточно. Более чем достаточно. Когда Зара проснулась и увидела, что Мина смотрит на неё, она улыбнулась — той самой, особенной улыбкой, которую приберегала только для неё. И Мина поняла: они справились. Они преодолели первые, самые трудные шаги. Впереди было ещё многое — но они были готовы. Вместе.