Рассвет над бульваром Сансет

Герцог стоял на коленях в центре комнаты. Его запястья были стянуты за спиной сыромятной кожей — не туго, но так, что двигаться было невозможно. Ноги на ширине плеч. На глазах — черная шелковая повязка. Он дрожал, но не от холода.

— Считай, — велел Мастер.

Плетка опустилась на левое бедро. Раз. Герцог вздрогнул, но не издал ни звука.

— Раз, — отчитался он.

На правое. Два.

— Два.

На лопатки. Три.

— Три.

Голос не дрогнул. Спина осталась прямой. Каждый удар стирал границу между болью и жаром, разгоняя кровь. Член Герцога прижался к животу, твердый и влажный на конце

— Ещё? — спросил Мастер, и в его голосе сквозило удовлетворение.

— Да, — ответил Герцог. — Пожалуйста.

— Хорошо, — сказал Мастер, кладя руку ему на затылок и надавливая, заставляя лбом коснуться пола. — Это только начало.

Люсия Блэк «Покорность Герцога»

Чат «Старые задроты» Крис: он рисовал меня. В ресторане. Прямо там Чанбин: ЧТО?! Крис: Набросок. Просто посмотрел на меня, а потом нарисовал Джисон: Я бы растаял Чанбин: надеюсь это была карикатура Крис: Я почти растаял. Еще он обещал подарить мне картину Чанбин: надеюсь, не с твоей физиономией Крис: Конечно, нет! На хрена? Хочу смотреть только на него ♥ Чанбин: Кто бы мог подумать, что ты, Кристофер Бан, будешь сохнуть по художнику, который рисует тебя за обедом. Крис: Не сохну. Просто… Джисон: Просто что? Крис: Он прекрасный. И странный… И я хочу быть рядом. Всё время. Чанбин: Это и есть «сохнешь» Чанбин: Кстати, ты становишься ужасно сопливым. Придется выгнать тебя из чата. А то Хенджина тут скоро станет больше, чем нас. Примем его вместо тебя, чего уж! Джисон: Скажи ему что-нибудь. Необязательно «люблю». Просто что он тебе нравится. Крис: Я сказал Чанбин: И? Крис: Он покраснел Джисон: Это успех! Крис: Потом мы поднялись на башню. И он поцеловал меня. При всех. Чанбин: смелый парень… в отличие от некоторых Крис: Заткнись! Хенджин проснулся раньше будильника. Вчера он забыл задернуть шторы, и теперь солнце просачивалось через легкий тюль и вольно заливало комнату, наполняя ее золотисто-розовым светом. Хенджин обнял одеяло и улыбнулся. Вернее, улыбка будто сама собой появилась на губах, просто так без причины. Он пошарил по постели и нашел телефон. На экране помимо спама, оповещений и сообщений с работы, от Феликса и от мамы, было еще одно. «Доброе утро. Надеюсь, ты спал» Хенджин уткнулся лицом в подушку и тихонько заскулил от радости, как щенок. Он был счастлив. И счастья этого было так же много, как солнечного света. Оно переливалось через край, выплескивалось из него, как из растрясённой бутылки с шампанским. И даже страшно стало. Он резко сел на кровати, растрёпанный, розовый ото сна, и уставился в одну точку. Слишком счастлив. Так не бывает. Так не должно быть. За это всегда приходится платить. Хенджин не знал, как именно. Но чувство было липким и тревожным, как предрассветный туман над океаном. Телефон пиликнул снова. «Или не спал… Может рисовал? Но доброе утро в любом случае =)» Хенджин откинулся на подушки и закрыл лицо руками, засмеялся. Сверху тут же принялась стучать старушка с гиперчувствительным слухом. — Прекратите хулиганить! — глухо донесся ее скрипучий голос. Возможно, бабуся даже высунулась из окна, чтобы прокричать это в сторону его распахнутой створки. — Никакого хулиганства, мадам! Я просто, кажется, влюбился! — Что, опять?! — поразилась она. И Хенджин залился смехом громче прежнего. В офисе всё было как обычно. Клавиатуры стучали. Кофемашина шипела. Кто-то в углу говорил по телефону слишком громко. Кто-то крутился на стуле или спешил выйти на крышу, чтобы покурить или просто перезагрузиться. Шелби раскладывала печенье на витрине. Хенджин вошел в половине двенадцатого, помахал всем, послал воздушный поцелуй Феликсу. Посмотрел в сторону «аквариума» и чуть не запнулся о ковер. Покраснел, прижав ладони к щекам, и поспешил за свой стол. Присутствие Криса ощущалось как запах чего-то знакомого, как касание ветра на коже. Хенджин как всегда кинул сумку на пол и открыл ноутбук, спрятался за экраном. Он уставился в текст, как будто впервые его увидел. Поморщился и удалил последний абзац. — Доброе утро, — с ухмылкой протянул Феликс. Он материализовался будто из воздуха и поставил рядом с Хенджином большой стакан холодного кофе и маленькую тарелочку с шоколадным печеньем. — Я слышал, что кое-кто с самого утра просто отвратительно счастлив… и ты похоже не отстаешь, да? — От кого слышал? — От Ноя. Он всему офису уже успел поныть, что Крис сегодня какой-то странный. И ему все это не нравится. — Почему не нравится? — Хенджин отпил немного кофе через трубочку и кивком поблагодарил Феликса. — Ты как будто не знаешь Ноя. Он же Гринч. Веселье его пугает. Но ты не отвлекайся и зубы мне не заговаривай. — Не понимаю, о чем ты, — ответил Хенджин, но на губах снова появилась улыбка. Он попытался спрятаться за стаканом. — Вот об этом, — Феликс обличающе ткнул в него пальцем. — Ты тоже будто светишься. Но в отличие от Ноя, я за вас рад, поэтому жду от тебя самый подробный рассказ! Вы были на свидании? Куда ходили? Что делали? — Вообще-то я на тебя все еще обижен, — тут же перешел в наступление Хенджин. — На меня?! За что?! — искренне поразился Феликс. — За эту австралийскую… хм… Шонну! Зачем ты ее Крису подсунул? — Подсунул? — он округлил глаза. — Да никого я не подсовывал. Шонна просто недавно из Австралии, подумал, что ей будет приятно поговорить с соотечественником. Что тут такого? — Ты тоже ее соотечественник! Вот сам бы и болтал с ней хоть всю ночь! — Ну извини! Не думал, что она так в него вцепится, — развел руками Феликс, но тут же наставил палец обратно на Хенджина. — Может, у нее просто вкус получше, чем у некоторых. Сразу разглядела, что Крис отличный вариант, пока кое-кто носом крутил. — Простите, что я не кидаюсь на мужиков с первой встречи! — прошипел Хенджин, сузив глаза. — Я лишь предложил присмотреться… И вообще, ты мне «спасибо» должен, мое сводничество все-таки сработало. Неблагодарный! — Хочешь, чтобы я сказал: «Спасибо»? — Разумеется, — кивнул Феликс и цапнул печеньку. — Ладно, — Хенджин глубоко вздохнул, на секунду прикрыл глаза и произнес: — Спасибо, Феликс, без тебя бы я не обратил на Криса внимание и не сходил на лучшее свидание в жизни. Доволен? — Не за что, — Феликс улыбнулся. — А теперь рассказывай про свое «лучшее в жизни» свидание, а то я умираю от любопытства. — Лучше ты расскажи, что за парень увел тебя из ресторана? — Парень? А, да ничего особенного. — Вы на танцполе чуть друг друга не съели. — Так и вы почти от нас не отставали. — Поэтому мы и продолжаем встречаться, а ты? Кто он хоть такой? — Просто хороший знакомый, — пожал плечами Феликс. — Друзья с привилегиями и все такое. Давай уже рассказывай про Криса! Но Хенджин даже рта раскрыть не успел, в опенспейсе внезапно поднялся крик. Сначала завозмущался один из редакторов, затем паника охватила остальных, а когда миссис Стерлинг закричала так, что задребезжали стёкла в переговорной, стало понятно — упали серверы. Жалобы на не открывающиеся файлы слились в сплошной гул. Феликс, прихватив со стола Хенджина еще одно печенье, покатился на стуле обратно к своему рабочему месту. Хенджин взглянул на экран, открытый файл мигнул и исчез. Выскочила надпись: «Соединение с сервером потеряно». Хенджин мысленно поблагодарил любопытство Феликса, которое не дало ему засесть за текст, и взглянул на «аквариум». Крис уже был в работе: с гарнитурой на голове он отдавал команды, а его пальцы летали по клавиатуре с невероятной скоростью. Его голос, доносившийся сквозь приоткрытую стеклянную дверь, звучал поразительно спокойно на фоне общего хаоса: «Восстанавливаю. Буквально пара минут, только ничего не трогайте». Разумеется, никто не обратил внимания на его слова, вокруг раздавались щелчки мышками и бесконечные возмущения. А Хенджин подпер щеку кулаком и смотрел на Криса. Он видел его разным: мокрым от пота в спортзале, расслабленным на пляже, романтичным на вершине башни. Но такого Криса он еще не видел: собранного, холодного и решительного. И при этом дико сексуального. Ситуация требовала решительных действий, и Крис, оставив свой кабинет, уверенно направился через опенспейс к серверной. В его движениях не было суеты или паники. — Отойдите от компьютеров, — не повышая голоса, произнес он. Когда никто не сдвинулся с места, он остановился в самом центре зала и повторил, чуть прибавив плотности в тон: — Я сказал — отойдите. В этом требовании звенела такая непреклонная, почти осязаемая сила, что спорить не решился никто. Редакторы послушно отстранились от столов, и Крис скрылся за дверью серверной. Хенджин проводил его взглядом, чувствуя, как по коже пробегают мурашки. Этот Крис, способный одним лишь присутствием остановить хаос, пугал и одновременно притягивал неистовой силой. Этот металл в его голосе заставлял Хенджина ежиться. Никогда он не замечал за собой тяги к подобному, но сейчас он больше всего хотел бы наброситься на Криса прямо в серверной, чтобы почувствовать на своих бедрах его стальные пальцы. Попросить его оставить синяки на коже. — Ого, — Феликс развернулся в кресле, на его губах была ухмылка. — Что это за доктор Манхеттен, а? — Не знаю, — покачал головой Хенджин, все еще витая в облаках. — Ты покраснел. — Не ври, — отмахнулся он, пряча лицо в ладонях. Шее под волосами стало жарко и мокро. — Посмотри в зеркало, если не веришь мне. О чем ты подумал? А? — подмигнул Феликс. — Что за пошлые мыслишки у тебя в голове? — Отстань, — Хенджин сложил руки на стол и уронил на них голову. Проговорил глухо. — Это просто пытка какая-то. — Что? — ОН! Ходит тут весь такой сексуальный Терминатор, а я мучаюсь. Слушай, — он посмотрел на Феликса одним глазом. — Думаешь, я на него такой же эффект произвожу? Или ему плевать? — Может, сам спросишь? Телефон в руке Ли пискнул, заставив обоих отвлечься. Феликс глянул на экран и улыбнулся, Хенджин вытянул шею. — Кто пишет? — Никто. — И из-за этого «никто» ты улыбаешься? — Отвали, — Феликс легонько оттолкнул его от себя, но Хенджин успел увидеть на экране подпись контакта «LMH». Похоже было на название бренда, но Хван был уверен, что Ликс радуется вовсе не оповещению о скидках. — Тот парень с танцпола, да? — Ничего тебе не скажу. — Ты ему нравишься, да? Конечно, нравишься, ты не можешь не нравится Ликс-и. — Мы просто… — Друзья с привилегиями, знаю. Ты уже говорил. — Следи лучше за свой личной жизнь. Феликс кивнул в сторону серверной. Крис как раз вышел из нее и вернулся в своей «аквариум», снова принялся что-то колдовать над клавиатурой. Постепенно работа восстанавливалась, соединение с серверами наладилось, один за другими люди возвращались к работе. Однако Хенджин уже не мог думать о тексте. Он поднялся, зашел в буфет и направился к стеклянному кабинету. На его негромкий стук Крис отозвался коротким: «Да». Хенджин вошел и аккуратно поставил стакан на свободный участок стола, рядом с идеально ровной стопкой документов. Крис поднял глаза, моргнул, и будто кто-то вдруг перевернул страницу, металлический холод мгновенно сменился мягким, искренним удивлением. — Ты запомнил, какой кофе я люблю? — Ну, — Хенджин чуть смутился. — Не ты один замечаешь детали. Он присел на корточки и оперся локтями на крышку стола, положил подбородок на руки. Крис улыбнулся ему и отпил кофе, а потом спросил очень официальным тоном: — У тебя все работает? Не нужна помощь с компом? — Конечно, все отлично. Спасибо, — кивнул Хван и понизил голос так, чтобы слышал только Крис. — Я зашел сказать, какой ты сексуальный, когда командуешь. Крис мгновенно вспыхнул, на бледной шее появились неровные красные пятна, будто кто-то пролил чернила на лист бумаги. — Я тебя еще таким не видел. Какие еще стороны вы скрываете, мистер Бан? — подмигнул Хенджин, наслаждаясь его замешательством. — Это… — Крис прочистил горло. — Это не самая моя лучшая сторона. Не та, которую я хотел бы показывать тебе. — Почему? — Потому что я дотошный и скучный, отвратительный перфекционист, который может вывести из себя кого угодно. Во всем, что касается работы, я настоящий контролфрик. В повседневной жизни я стараюсь держать в узде эту часть себя, но не всегда выходит. — Не замечал, — пожал плечами Хенджин. — Ты не видел, как я складываю белье после стирки. Как храню вещи, расставляю банки и тюбики в ванной и в кухне. У меня даже цветы стоят на подоконнике ровно, как солдаты. — Аккуратность не порок… — Не тогда, когда я довожу это до абсурда. — Если ты не будешь требовать этого от меня, то с этим можно жить, — чуть улыбнулся Хенджин и пока никто не видел провел кончиками пальцев по тыльной стороне ладони Криса. Тот тоже улыбнулся, но улыбка был немного печальной. — Обещаю. — Мне надо идти, — тихо сказал Хенджин, но голос его говорил: «я так хочу остаться». — Я тебе говорил, что ты выглядишь потрясающе, когда заботишься обо мне? — Нет, этого не было. — Так вот — это правда, — Крис сделал глоток и улыбнулся так тепло, что у Хенджина перехватило дыхание. И, вспыхнув до кончиков ушей, он поспешно покинул кабинет. Отошел за угол, прислонился спиной к прохладной стене и пытался унять бешено бьющееся сердце. Феликс издалека послал ему понимающий взгляд, на что Хенджин лишь показал ему язык, едва сдерживая улыбку. К концу дня суета окончательно сошла на нет, уступив место мягкой вечерней лени. Солнце заливало опенспейс оранжевым светом. Офис постепенно пустел, миссис Стерлинг сделала последний звонок, собрала вещи, махнула всем на прощание и вышла. Дизайнеры лениво мучали планшеты. А Хенджин не спешил собираться, бесцельно крутя колесико мыши и листая документы. Когда в «аквариуме» погас основой свет, Крис попрощался с Ноем и направился к выходу, но у стола Хенджина притормозил. — Не собираешься домой? — Собираюсь, — ответил Хенджин, не поднимая глаз. — Почему не идешь? Хенджин лишь неопределенно пожал плечами. Крис быстро огляделся — в полутемном зале почти никого не осталось — и, наклонившись, мимолетно, нежно поцеловал его в макушку. — Подвезти тебя? — Думал, ты не предложишь, — Хенджин быстро подхватил сумку. Низкий рокот под капотом Ауди звучал мягко и убаюкивающе — как урчание сытой, огромной кошки. Крис вел уверенно, держа одну руку на руле, а вторую оставив на рычаге коробки передач, лишь изредка переводя быстрый, внимательный взгляд на пассажирское сиденье. Хенджин смотрел в окно, за которым смазанными неоновыми полосами проносились ночные огни Сан-Диего, и чувствовал, как внутри, прямо за ребрами, разливается густое, одуряющее тепло. Они затормозили у дома Хенджина. Фонарь напротив подъезда, перегоревший еще неделю назад, так никто и не починил, поэтому пятачок у тротуара тонул в густой, безопасной тени. Здесь было темно, уютно и абсолютно скрыто от чужих глаз. Крис повернул ключ, и двигатель заглох, оставив их в оглушительной тишине салона. — Спокойной ночи, — негромко произнес Крис. — Спокойной ночи, — эхом отозвался Хенджин, но даже не пошевелившись. Он продолжал сидеть, до белизны в костяшках сжимая плотную ленту ремня безопасности, и завороженно изучал Криса: мягкую линию челюсти, чуть скрытую под капюшоном худи, сильные плечи и крупные, уверенные руки. — Что-то не так? — Все так, — выдохнул Хенджин и подался вперед. Поцелуй начался с робкого, почти невесомого касания, Хенджин до последнего боялся, что Крис мягко отстранит его, скажет: «не здесь», «не сейчас», «люди». Но Крис остался на месте. Он лишь шумно выдохнул Хенджину прямо в губы, и его тяжелая ладонь уверенно легла на затылок, притягивая ближе. Хенджину неловко и неуклюже полез к нему на колени. Мешал руль, спортивное глубокое кресло сковывало движения, а рычаг коробки передач ощутимо впивался в бедро, но физические неудобства просто перестали существовать. Перекинув ноги, Хенджин обхватил коленями бедра Криса и оказался лицом к лицу, полностью втиснутым в его пространство. Жарко, тесно, до предела интимно в полумраке автомобильного салона, где весь мир сузился до лихорадочного блеска чужих глаз. — Ты… — хрипло сорвалось с губ Криса. Он крепко перехватил Хенджина за талию, поддерживая. — Я, — выдохнул Хенджин и снова поцеловал его — на этот раз глубже, требовательнее, заставляя их зубы слегка стукнуться. Он зарылся пальцами в жесткие волосы, чуть похрустывающие от фиксирующего геля. Они чуть вились на висках, влажность Сан-Диего могла победить любую фиксацию. «Интересно, — подумал Хенджин, — как он выглядит после душа?» И пообещал себе: «Однажды». — Ты сегодня в офисе был страшным, — прошептал Хенджин, едва отрываясь от его губ. — Я был эффективным, — в тон ему, так же тихо возразил Крис, но в его глазах промелькнула искра. — Нет. Именно страшным. У меня внутри всё перевернулось от восторга. — Ты преувеличиваешь. — Ни капли, — Хенджин отстранился ровно настолько, чтобы поймать его взгляд. — Ты просто сказал им отойти, и они подчинились. Одним голосом, Крис. Ты даже на крик не перешел. — Это просто моя работа. — Это не работа. Это… контроль. Что за сверхсилу ты прячешь? Крис молчал, но его пальцы начали медленно, успокаивающе поглаживать спину Хенджина сквозь тонкую ткань блузки. — Тебя это… — Крис сделал короткую паузу, словно взвешивая, стоит ли озвучивать мысль. — Тебя это заводит? Хенджин почувствовал, как жаркая волна румянца накрывает щеки и шею. Даже в этой густой темноте Крис наверняка уловил, как сбилось его дыхание. — Не знаю, — честно признался он, глядя прямо в темные зрачки напротив. — Заводит. Но не само доминирование, понимаешь? Но мне нравится, что ты на это способен. Что ты умеешь быть жестким, непоколебимым. Я плохо объясняю. Я не мазохист или вроде того, мне нравится… Господи, стыдно-то как. Хенджин обнял его за шею и спрятался у Криса на плече. — Но тебе понравилось? — Да, — тихо признался Хенджин. — Понравилось. Твоя уверенность. Крис коротко усмехнулся — одними уголками губ, но в глазах зажглось что-то опасно-темное. Он чуть отстранил Хенджина от себя и уткнулся носом в изгиб его шеи, глубоко вдохнул. Попробовал языком на вкус его кожу. Хенджин задышал резко и коротко. — Ты не должен постоянно быть со мной мягким, Крис, — простонал он, прикрыв глаза и подставляясь под его губы. — Не нужно играть роль уютного парня. Ты можешь быть показывать мне все свои стороны. Даже эту. Мне это чертовски нравится. — Не испугаешься? — Буду храбрым, — засмеялся Хенджин, прижимаясь теснее, утопая в Крисе. Они просидели так еще несколько минут, растворившись в тесноте и запахе дорогой кожи салона. Руль безжалостно врезался Хенджину в спину, но тот не обращал внимания на это. Губы нежно касались Криса, будто он был слеп и старался тщательно изучить его лицо, запечатлеть внутри себя. — Тебе пора, — наконец выдохнул Крис, хотя его руки на талии Хенджина сжались чуть крепче. — Знаю, — прошептал Хван и с тихим вздохом неохотно сполз с его колен, поправил задравшуюся блузку и нащупал дверную ручку. — Напиши мне, как поднимешься, — скомандовал Крис. Хенджин шутливо закатил глаза, пытаясь скрыть за маской возмущения глупую улыбку: — Серьезно? Это всего лишь подъезд, уверен, там нигде не притаился маньяк с топором. — Напиши, — повторил Крис, и в его голосе снова звякнул тот самый непреклонный металл. — Я хочу знать, что ты в безопасности. — Ладно-ладно, уговорил. Только и ты пришли мне селфи из дома. Договор? Вместо ответа Крис быстро чмокнул его в губы. Хенджин выскочил из машины, мягко захлопнул тяжелую дверь и быстро зашагал к дому. Уже у самой двери он обернулся — Ауди всё еще стояла в темноте, а Крис наблюдал за ним, опершись локтем о руль. — Уезжай уже! — замахал рукой Хенджин. Крис лишь едва заметно кивнул в ответ. Хенджин взлетел на этаж на абсолютно ватных, непослушных ногах. Поспешно провернул ключ в замке, шагнул в темную тишину и запер дверь изнутри. И только тогда, когда защелкнулся засов, когда он остался один на один со своими чувствами — Хенджин не выдержал. Он упал на кровать, уткнулся в подушку и радостно завизжал. Вытащив из кармана телефон, он набрал быстрое: «Дома». Ответ пришел нескоро, видимо, Крис не собирался пренебрегать правилами дорожного движения. Телефон загорелся в темноте. Фотография в мессенджере была немного смазанной и темной, будто Крис стеснялся делать селфи. «Я тоже. Спокойной ночи, Хенджин-и». Хенджин крепко прижал мобильный к груди, глядя в темноту потолка, чувствуя, как внутри всё еще вибрирует что-то, похожее на низкий рокот мощного мотора. — Спокойной ночи, Крис, — прошептал он в тишину студии и закрыл глаза, окончательно сдаваясь этому новому, сумасшедшему ритму. Чат «Старые задроты» Крис: Сегодня я орал на людей в офисе. Он принёс мне кофе и сказал, что это сексуально. Чанбин: Ты нашёл сокровище Джисон: Идиот. Женись уже