Наклейки для Темного Лорда

Ночь закончилась слишком быстро. Гарри почувствовал это по тому, как василиск перестал дышать ровно и поднял голову, чуть склонив её набок. Пора, детёныш, — голос в голове был сонным и недовольным. — Рассвет скоро. — Не хочу, — простонал Гарри, зарываясь лицом в чешую. — Здесь тепло. Завтра придёшь. Я буду ждать. Гарри открыл глаза. Гермиона спала, свернувшись клубком, и даже во сне прижимала к себе мешок с книгами. Том не спал — он смотрел куда-то в темноту. — Ты как? — спросил Гарри. — Нормально, — Том повернулся к нему. — Материальность... держится. Пока я рядом с дневником. — Дневник у меня в кармане. — Я знаю. Я чувствую его. Как якорь. Гарри кивнул и осторожно потряс Гермиону за плечо. — Подъём. Нужно идти. — Ещё пять минут, — пробормотала она. — Ты говорила это уже четыре раза за последний час. — Потому что я умная и знаю, что мне нужно больше сна. Гарри вздохнул и посмотрел на Тома. Том пожал плечами — мол, твоя подруга, ты и разбирайся. — Гермиона, если мы не вернёмся до завтрака, профессора заметят. — Пусть замечают. Скажем, что гуляли. — Ночью? — Мы подростки. У нас кризис идентичности. Гарри не нашёлся, что ответить. Том тихо хмыкнул — должно быть, смеялся. Василиск выручил всех, мягко, но настойчиво поддев компанию носом и столкнув с колец. Гермиона взвизгнула и проснулась окончательно. — Мы падаем! Не падаете, — спокойно сказал василиск. — Я просто... помог. — Спасибо, — буркнула Гермиона, поправляя мантию. — Очень... заботливо. Она недовольно потянулась и с тоской посмотрела Василиска, впервые в жизни ей не хотелось идти на уроки. — Хорошо. Идём. Гарри погладил василиска по носу — огромный, тёплый, с влажными ноздрями. — Я приду завтра, — пообещал он. Приходи, детёныш. Я буду скучать. Они выбрались через трубу, прошли по пустым коридорам, разошлись по своим спальням. Гарри упал на кровать и уснул, даже не успев положить голову на подушку. Утром его разбудил Рон. — Гарри! Ты проспал завтрак! У нас квиддич через час! Гарри сел на кровати, хлопая глазами. — Что? — Квиддич! Матч! Гриффиндор против Слизерина! Ты ловец! Гарри выругался так, что Рон удивлённо поднял брови. — Ты чего? — Не выспался, — честно сказал Гарри. — И не хочу видеть Малфоя. — Никто не хочет, — Рон протянул ему форму. — Но придётся. Давай, вставай. Оливер тебя убьёт, если опоздаешь. Через час Гарри уже летал над полем, ветер свистел в ушах, и мир почти стал прекрасным. Почти. Потому что напротив него, на другой стороне поля, летал Драко Малфой на новой модели «Нимбус-2001» — подарок отца, естественно, — и ухмылялся так, будто уже выиграл. — Поттер! — крикнул он, пролетая мимо. — Не упади сегодня! Я надеюсь ты готов проиграть? Гарри сжал зубы и ничего не ответил. Он искал снитч. Слизеринцы играли жёстко, постоянно нарушали правила, но судья — профессор Снейп — то ли не замечал, то ли не хотел замечать. Бладжеры летали странно — Гарри был уверен, что кто-то из слизеринцев бьёт их с явным намерением сбить его с метлы. — Гарри, осторожно! — крикнула Алисия, пролетая мимо. Бладжер просвистел у самого уха. Гарри увернулся, нырнул вниз и заметил золотое крылышко — снитч трепыхался у самой земли, возле трибун Слизерина. Он рванул вниз. И в тот же миг увидел, что Малфой летит за ним — наперерез, с явным намерением толкнуть, сбить, выиграть любой ценой. Они неслись к земле. Ветер свистел в ушах. Трибуны кричали. И в этот момент Гарри понял — Малфой не остановится. Он врежется в него, они оба упадут, и кто-то разобьётся. А Малфою всё равно. Что-то щёлкнуло внутри Гарри. Не злость. Не страх. Просто... понимание. Что он не позволит. Что он не даст себя сбить. И что Малфой сам напросился. Он посмотрел на Драко — всего на секунду — и мысленно сказал: «слезь». Ни палочки. Ни слов. Ни жеста. Просто желание. Метла Малфоя в ту же секунду вильнула в право и Драко скатился с метлы, приземлившись на поле. Малфой шлёпнулся на траву, перекатился и остался сидеть, глядя перед собой с выражением полного непонимания. Гарри поймал снитч за секунду до того, как тот коснулся земли. Поле взорвалось криками. — Гарри Поттер поймал снитч! Гриффиндор выигрывает! Гарри поднял руку со снитчем, и трибуны взревели. Он посмотрел вниз — Малфой всё ещё сидел на траве. К нему уже бежали слизеринцы, что-то кричали, помогали встать. Драко выглядел растерянным. Он смотрел на Гарри так, будто видел его впервые. — Что ты сделал? — прошептал он, но Гарри не услышал. Гарри приземлился, и команда набросилась на него с объятиями. — Ты гений! — орал Вуд. — Ты видел, как он упал?! — У наверняка он просто недостаточно хорош для ловца — предположила Кэти. — Да какая разница! Мы выиграли! Гарри улыбался и кивал, но сам не понимал, что произошло. Он просто... подумал. И Малфой упал. Без палочки. Без слов. В раздевалке он достал дневник — пальцы дрожали. Том, — написал он. — Я скинул Малфоя с метлы. Чернила появились сразу. Поздравляю. Он был неприятным типом. Нет, я не понял. Я скинул его без палочки. Просто подумал — и он упал. Том молчал долго. Ты колдовал без палочки? Похоже на то. И без слов? Да. ... Том? Я думаю, мы должны кое-что обсудить. Позже. Не здесь. Гарри стиснул перо. Что-то плохое? Не знаю. Не уверен. Но... я заметил твою магию в последнее время. Она стала сильнее. Намного сильнее. Это не нормально. Я в детстве колдовал без палочки, — написал Гарри. — Один раз даже трансгрессировал на крышу. Том снова замолчал. Трансгрессия в детстве без обучения — это не просто сильная магия. Это... ты понимаешь, что это почти невозможно? Я понимаю, что я был очень напуган Дадли. Этого достаточно. Гарри. Ты меня пугаешь. Тебя? Да... Гарри не знал, что на это ответить. Сверху донёсся голос Вуда: — Поттер! Ты идёшь на награждение? Гарри закрыл дневник и сунул его в сумку. — Иду! Он пошёл на поле, натянув улыбку. Но внутри у него всё тряслось. Потому что он знал — это не его магия. Или не совсем его. Это что-то другое. И Том это тоже знал.