21
3 мая 2026 г., 10:16
Лэн вернулся из тюрьмы и с тех пор почти не говорил. Он сидел на террасе, глядя в сад, но не видя ни цветов, ни теней. Кад нашёл его там, когда солнце уже село.
— Ты не притронулся к еде, — заметил Кад, садясь рядом.
— Не хотелось.
— Из-за брата?
Лэн промолчал. Кад не настаивал. Он просто остался рядом, положив руку на плечо юноши.
Ночью, когда они лежали в постели, Лэн вдруг заговорил — тихо, глядя в потолок:
— Я думал, что когда найду его, станет легче. Что мы вместе… что-то восстановим. А он оказался чужаком. Завистливым, злым, одиноким. И я не знаю… может, это я виноват? Что затмил его? Что родители любили меня больше?
Кад повернулся к нему, приподнявшись на локте.
— Ты не виноват в том, что тебя любили. И в том, что он выбрал ненависть вместо того, чтобы строить свою жизнь.
— Но он мой брат.
— Брат — не приговор, Лэн. Это связь, но не обязанность. Он сделал свой выбор. А ты сделал свой: не предавать себя.
Лэн закрыл глаза.
— Я так устал… бояться, что во мне тоже что-то сломано. Что я стал таким же — пустым, злым.
— Ты — нет, — твёрдо сказал Кад. — Я видел твоё сердце. Оно не пустое. И не злое. Просто живое.
Лэн положил голову на его плечо.
— Побудь со мной.
— Я никуда не уйду.
И они лежали так в темноте, пока дыхание Лэна не стало ровным. Кад не спал. Он гладил его по голове и думал о том, что этот мальчишка — самый сильный человек из всех, кого он встречал.
На рассвете Лэн проснулся первым. Он долго смотрел на спящего Када, потом тихо вышел. Умылся. Надел чистую одежду. Привёл себя в порядок.
Когда Кад появился, Лэн уже ждал его на террасе. Слуги только что подали завтрак: лепёшки, мёд, свежий инжир.
— Доброе утро, — сказал Кад и сел рядом.
— Доброе утро, мой повелитель.
Лэн налил в чашку ароматный дымящийся кофе и подал её Каду, вторую налил себе.
— Ты… в порядке?
Лэн поставил чашку и посмотрел на него ясными, почти прозрачными глазами.
— Всё хорошо. Я решил. Он сам сделал свой выбор. Я не могу нести ответственность за его жизнь. Я могу только жить свою.
Кад приобнял его одной рукой и поцеловал.
— Ты смелый, Лэн.
— Просто устал бояться.
