Наложник

Тронный зал Фьорна в Крассе — столице северных земель — был сложен из грубого серого камня и согревался лишь огромным очагом, в котором с треском прогорали целые брёвна. Пламя отбрасывало дикие тени на стены, но тепла почти не давало. Правитель Севера, облачённый в меха и золото, сидел на троне, вырубленном из цельного куска чёрного базальта. Он смотрел на Арса, распростёртого на полу, и в его глазах не было ни капли сострадания. Арс выглядел жалко: истощённый, с гноящимися ранами от пут, он едва нашёл в себе силы доползти до трона. Его одежда превратилась в лохмотья, а лицо и тело были серыми от пыли и грязи. — Ты не отравил его, — голос Фьорна был подобен хрусту льда. — Мой «лучший сокол» вернулся с перебитыми крыльями и пустыми когтями. Ты знаешь, что я делаю с теми, кто не оправдал моих надежд, Арс? Арс вздрогнул и прижался лбом к холодному камню. — Мой господин... Каддариан — настоящий демон. Он почуял измену раньше, чем я успел коснуться его чаши. Но... — он поднял лихорадочно блестевшие глаза, в которых надежда мешалась с отчаянием. — Налир падёт к твоим ногам и без яда. Повелитель Песков в плену у восточных псов. Его свита мертва. Трон пуст. Прямо сейчас его вельможи грызут друг другу глотки за право сесть на него. Фьорн замер. Гнев в его глазах схлынул, сменившись хищным, ледяным интересом. Он медленно поднялся с трона, подошёл к Арсу и, подцепив его подбородок носком тяжёлого сапога, заставил смотреть на себя. — В плену? Не убит? — Фьорн усмехнулся, и эта улыбка не сулила ничего доброго. — Так даже лучше. Если он умрёт от рук разбойников, Налир станет неуправляемым пожаром. Но раз трон пуст, я посажу на него своего человека раньше, чем закончится луна. Он подошёл к карте, висевшей на стене, провёл пальцем по южным границам. — Твоя неудача обернулась для меня новой возможностью, Арс. Но помни: если Каддариан вырвется из плена и вернётся... — Фьорн обернулся, и в его глазах полыхнул холодный огонь. — Твоя голова станет украшением на воротах этой цитадели.