Контракт, что не отпускает

Элиас сделал осторожный шаг вперёд, его взгляд смягчился, в нём читалась неподдельная жалость. Он посмотрел на Сиэля с той же теплотой, что и в их первую встречу. — Граф, — тихо произнёс он, — после всего, что я услышал… готов ли ты стать человеком снова? Сиэль замер. В его глазах на мгновение промелькнуло что‑то, возможно, надежда, надежда, смешанная с недоверием. Он медленно поднял взгляд на хранителя. — Да, — ответил он твёрдо, но голос чуть дрогнул. — Я готов. Элиас кивнул, его улыбка стала чуть шире, но в ней читалась и доля грусти. — Тогда слушай условия, — произнёс он мягко. — Ты станешь человеком на десять лет. За это время ты проживёшь остаток своей человеческой жизни. После смерти ты уйдёшь на небеса, минуя ад. Контракт с демоном будет расторгнут с того момента, как ты обретёшь человечность. Себастьян, до этого молча стоявший в стороне, резко вскинул голову. Его губы искривились в холодной усмешке, а тень на земле зашевелилась, словно живое существо, готовое броситься в атаку. — О, как трогательно, — протянул он с насмешкой. — Десять лет прозябать в бренной оболочке, ждать смерти, как приговора, а потом — рай? Какое щедрое предложение! И всё ради чего? Чтобы стать смертным, слабым, уязвимым? Чтобы дрожать от холода, болеть, стареть, гнить в земле? Он сделал шаг к Сиэлю, склонился почти вплотную, и его голос зазвучал тише, но от этого ещё более угрожающе: — Вы забыли, мой господин, что такое настоящая жизнь? Вы забыли, каково это — видеть мир насквозь, чувствовать его вибрации, знать, что ничто не может вас остановить. Вы хотите променять это на слёзы, боль и страх? На старость, на немощь, на беспомощное ожидание конца? Сиэль сжал кулаки, но не отступил. — Я хочу вернуть себе душу, — твёрдо ответил он. — Душу? — Себастьян рассмеялся, — холодно, без тени веселья. — Вы и так ею обладаете. Просто предпочитаете не замечать. А знаете, почему я вас выбрал? Не из‑за вашей высокой морали или жажды мести. Нет. Вы были интересны мне с самого начала, когда я только услышал ваш голос. Он выпрямился, его глаза сверкнули алым. — Вы отказались от веры не из слабости, а из своей силы воли. Не испугались моего облика. Ни на шаг не отступили от своей цели, даже когда мир рушился вокруг. Вы смотрели мне в глаза и говорили: Я буду жить вопреки всему. Вы не молили о пощаде. Вы хотели мести. И я дал её вам, силу, знания, отомщение. Себастьян сделал паузу, затем его голос стал жёстким, почти рычащим: — Но вы, кажется, забыли одну важную деталь, мой господин. Контракт не разорвать. Ни вам, ни ему, — он бросил короткий, ледяной взгляд на Элиаса. — Он выжжен в самой ткани мироздания. Думаете, я закрою на это глаза? Что позволю увести вас из‑под моего влияния, пока я буду стоять и молча наблюдать? Его тень резко вытянулась, почти касаясь ног хранителя. Голос зазвучал глухо, с явной угрозой: — Если кто‑то попытается разорвать наш контракт, я узнаю об этом в тот же миг. И поверьте, Элиас, — он впервые обратился напрямую к хранителю, — я не спущу вам с рук подобной дерзости. Мой господин принадлежит мне по праву контракта. И пока он жив, я буду рядом. Элиас не отступил, но его улыбка слегка померкла. Он спокойно встретил взгляд демона, но в его глазах мелькнуло что‑то вроде осторожного уважения. — Я не пытаюсь нарушить договор, — произнёс он ровным голосом. — Я лишь предлагаю графу выбор. — Выбор есть всегда, — холодно отозвался Себастьян. — Но последствия — мои. Сиэль перевёл взгляд с одного на другого, чувствуя, как напряжение между ними почти осязаемо сгущается в воздухе. — И что теперь? — спросил он. — Ты хочешь сказать, что я достоин быть демоном? — Нет, — Себастьян покачал головой. — Я хочу сказать, что вы достойны большего, чем быть просто человеком. Но выбор за вами. Хотя, должен заметить, — его улыбка стала ещё шире, — решение отказаться от силы ради иллюзии чистоты кажется мне… крайне неразумным. Элиас мягко положил руку на плечо Сиэля. — Выход всегда есть, — произнёс он тихо. — Даже когда кажется, что пути назад нет. Вы можете отложить превращение. Подумать. Взвесить всё. Я буду ждать. Я не враг вам. Я просто тот, кто понимает вас. Сиэль перевёл взгляд с Элиаса на Себастьяна, затем снова на хранителя. В его сознании боролись два голоса: один звал к искуплению, другой — к силе. — Я… — он запнулся, сжал кулаки. — Я отложу превращение. Пока. Мне нужно время. Себастьян едва заметно улыбнулся — на этот раз без сарказма, почти одобрительно. — Мудрое решение, мой господин, — произнёс он. — Хотя, признаться, я ожидал от вас именно этого. Элиас кивнул с лёгкой улыбкой. — Хорошо, — сказал он. — Время — ваш союзник. Используйте его с умом. Сиэль глубоко вдохнул, расправил плечи. Впервые за долгое время он почувствовал, что у него действительно есть выбор и он всегда может к нему вернуться. — Мы возвращаемся в поместье, — приказал он, поворачиваясь к Себастьяну. — Как пожелаете, мой господин, — отозвался демон, склоняя голову в почтительном поклоне, в котором всё же читалась тень прежней насмешки. Элиас проводил их взглядом, пока фигуры графа и демона не скрылись в тени деревьев. На его лице застыла задумчивая улыбка — он знал, что этот выбор станет началом чего‑то нового.