Тёмный дворецкий. По осколкам души

Дождь усиливался, превращаясь в ливень. Барабанная дробь капель по крыше экипажа заглушала все остальные звуки, создавая иллюзию изоляции от мира. Сиэль закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на дыхании. Вдох — выдох. Медленно. Глубоко. Не давать боли взять верх. Но чем ближе они подъезжали к докам, тем сильнее становилось чувство, что за ним наблюдают. Это было не паранойя. Это был инстинкт хищника, который годами развивался в нем благодаря присутствию Себастьяна. Граф привык чувствовать взгляд демона на своей спине, даже когда тот находился в другом конце комнаты. И сейчас, несмотря на то, что дворецкий, по словам Танаки, уехал «по делам», это ощущение не исчезало. Оно стало навязчивым, липким. — Кучер, — позвал граф, не открывая глаз. — Да, милорд? — Останови экипаж у входа в порт. Дальше я пойду пешком. — Но, сэр, там грязь, темнота… и… — Выполняйте приказ, — голос парня был тихим, но в нем звенела сталь, не терпящая возражений. Экипаж замедлил ход и остановился у ржавых ворот порта. Сиэль вышел. Холодный ветер сразу ударил в лицо, пробирая сквозь пальто. Ноги увязли в грязи. Он пошатнулся, но успел опереться на трость. — Ждите меня здесь, — бросил он кучеру. — Если через час я не вернусь… езжай в поместье и зови на помощь. Кучер хотел возразить, но вид решительного, почти призрачного силуэта графа заставил его промолчать. Он лишь кивнул, закутался плотнее в плащ и остался ждать. Сиэль двинулся вперед. Доки встретили его запахом гниющей рыбы, мокрого дерева и машинного масла. Темнота здесь была абсолютной, разрываемой лишь редкими фонарями, качающимися на ветру. Тени плясали, искажая очертания складов и контейнеров. Каждый шаг давался с трудом. Боль в животе пульсировала в такт сердцебиению. Сиэль шел, опираясь на трость, и чувствовал, как холод проникает под одежду, заставляя тело дрожать. Но он не останавливался. Склад номер четыре. Старый причал. Он свернул за угол большого склада, и тут же почувствовал, как волоски на затылке встали дыбом. — «Кто-то есть». Фантомхайв замер, прислушиваясь. Кроме шума дождя и плеска волн, ничего не было слышно. Но он «чувствовал» Присутствие. Тяжелое, знакомое, давящее. — Кто здесь? — тихо спросил он, направляя трость вперед, как оружие. Тишина. Затем, из тени между двумя контейнерами, вышел человек. Высокий, в темном плаще, с цилиндром на голове. Лицо было скрыто тенью. — Граф Фантомхайв, — произнес незнакомец. Голос был хриплым, неуверенным. — Вы пришли одни. Смело. Сиэль сузил глаза. — Где Блейк? — Он внутри, — кивнул человек в сторону склада. — Но сначала… давайте поговорим. Сиэль сделал шаг вперед, и в этот момент боль пронзила его с такой силой, что он едва не упал. Он схватился за живот, согнувшись пополам. Мир поплыл перед глазами. — Вам плохо, милорд? — голос незнакомца звучал теперь ближе. Слишком близко. Сиэль попытался выпрямиться, но ноги не слушались. Он чувствовал, как тепло растекается по боку. Кровь. Рана открылась. — Я… в порядке, — прохрипел он, стиснув зубы. — Нет, вы не в порядке, — сказал незнакомец. И вдруг его голос изменился. Стал мягче. Бархатистее. Знакомо до ужаса. Сиэль медленно поднял голову. Человек в плаще снял цилиндр. Под ним оказались черные, идеально уложенные волосы. Он улыбнулся. Той самой улыбкой, от которой у Сиэля всегда холодело внутри. — Добрый вечер, мой юный лорд, — произнес Себастьян Михаэлис. Парень так и замер. Время остановилось. Дождь, боль, страх — все исчезло. Остался только демон, стоящий перед ним в грязи лондонских доков, сияющий безупречностью даже в этом аду. — Ты… — выдохнул Сиэль. — Ты не уехал. Себастьян сделал шаг вперед. — Разумеется, нет. Разве мог я оставить своего господина в таком уязвимом состоянии? Танака сообщил мне о ваших планах, как только вы покинули поместье. — Как Танака? Как он узнал? Ты следил за мной? — голос графа дрогнул от ярости и облегчения, смешанных воедино. — Я охранял вас, — поправил его Себастьян. — Издалека. Чтобы не нарушать ваш приказ «не приближаться». Но когда вы вошли в порт… я понял, что риск слишком велик. Он подошел еще ближе. Теперь Сиэль мог видеть его глаза. В них не было насмешки. Была только холодная, расчетливая забота. — Ваша рана кровоточит, молодой господин, — тихо сказал демон. — И вы окружены врагами. Господин Блейк внутри склада не один. Их пятеро. Вооружены. Сиэль смотрел на него, не в силах говорить. Он чувствовал себя глупо. Унизительно. Он сбежал из дома, рискуя жизнью, чтобы доказать свою независимость, а демон просто ждал его здесь, как нянька, ждущая непослушного ребенка. — Почему ты не остановил меня раньше? — прошептал Сиэль. — Потому что вы должны были понять это сами, — ответил Себастьян. — Вы должны были понять, что без меня вы беспомощны. Что ваша гордость может стоить вам жизни. Демон протянул руку. -Позвольте мне помочь. Сиэль смотрел на эту руку. Ту самую, которую он отверг прошлой ночью. Ту самую, которую он назвал грязной. И в этот момент из темноты склада раздались шаги. Тяжелые, грубые. Голоса. — Эй, кто там? — крикнул кто-то. — Выходи! Себастьян не опустил руку. Он ждал. Сиэль закрыл глаза. Боль была невыносимой. Страх — реальным. А демон… демон был единственной опорой в этом рушащемся мире. Медленно, преодолевая гордость, преодолевая обиду, Сиэль протянул свою дрожащую, холодную руку и вложил ее в ладонь Себастьяна. — Прости, — тихо сказал он. Себастьян сжал его пальцы. Крепко. Надежно. — Все будет хорошо, мой лорд, — прошептал он. — Теперь я рядом. И в ту же секунду демон исчез. Вернее, он не исчез — он стал тенью. Тенью, которая накрыла Сиэля, защищая его от дождя, от боли, от врагов. Парень почувствовал, как чья-то сильная рука обнимает его за талию, поддерживая ослабевшее тело. — Держитесь, — услышал он голос прямо у уха. Сейчас будет немного больно. Но быстро. И мир вокруг взорвался движением. Но не для Сиэля. Для графа время словно замедлилось, превратившись в тягучий, вязкий сироп. Он чувствовал, как сильная рука Себастьяна обхватывает его талию, прижимая к себе, и в то же время отстраняя от опасности. Демон двигался с такой скоростью, что человеческий глаз не мог уловить отдельных движений — только смазанные тени и вспышки металла. — Закройте глаза, мой лорд, — прошептал мужчина, и в его голосе звучала не просьба, а приказ, исполненный заботы. Сиэль инстинктивно зажмурился. Раздались глухие удары, хруст костей, короткие, оборванные вскрики боли, которые тут же гасли, словно их отсекали ножницами. Запах крови, резкий и металлический, смешался с запахом дождя и озона. Сиэль чувствовал, как его тело легко перемещается в пространстве: вот они сделали шаг в сторону, вот рывок вперед, вот резкий поворот. Он был марионеткой в руках мастера, который знал каждый миллиметр этого танца смерти. Когда все стихло, прошло, казалось, всего несколько секунд. Хотя разум Сиэля подсказывал, что бой с пятью вооруженными людьми не мог длиться так мало. — Можно открыть, — мягко произнес Себастьян и Фантомхайв послушался. Перед ними лежали пятеро мужчин. Они были без сознания, некоторые стонали, хватаясь за сломанные конечности. Никто не был мертв — Себастьян, верный образу идеального слуги, не оставил после себя трупов, которые могли бы привлечь лишнее внимание Скотланда. Но каждый из них был надежно выведен из строя. Михаэлис стоял рядом, поправляя манжеты своего безупречного черного костюма. Ни капли грязи, ни пятна крови, ни даже намека на беспорядок в прическе. Только легкий блеск в глазах выдавал недавнюю активность. — Господин Блейк находится внутри, на втором этаже склада, — сообщил демон, словно речь шла о подаче чая. — Он один. Остальные были его охраной. Сиэль опирался на плечо демона, чувствуя, как силы стремительно покидают его тело. Адреналин, державший его на плаву, отступал, оставляя после себя пустоту и адскую боль. Кровь продолжала сочиться из раны, пропитывая рубашку и пальто. — Ты… ты справился, — выдохнул граф, и его голос звучал слабо, почти детски. — Это была моя обязанность, — ответил Себастьян. Он осторожно, но решительно поднял Сиэля на руки. Граф был легким, почти невесомым в его объятиях. — Что ты делаешь? — слабо запротестовала аристократическая тушка, хотя сопротивления в его голосе не было. — Мы уходим, — твердо сказал Себастьян. — Ваша рана требует немедленной обработки. Здесь холодно, сыро и опасно. Я отвезу вас обратно в поместье. Доктор уже предупрежден. — Но… маркиз… встреча… — пробормотал Сиэль, чувствуя, как сознание начинает затуманиваться. — Маркиз Граур в безопасности. Я оставил ему записку и обеспечил охрану. Дело закрыто, мой лорд. Торговец арестован полицией, которая прибудет сюда через десять минут по моему анонимному сигналу. Вам больше не нужно ни о чем беспокоиться. Сиэль посмотрел на демона. В полумраке склада лицо Себастьяна казалось почти неземным. Красные глаза светились в темноте, но в них не было угрозы. Только бесконечная, пугающая преданность. — Почему? — спросил Фантомхайв, и слеза скатилась по его щеке, смешиваясь с дождевой водой. — Почему ты вернулся? После того, как я… как я ударил тебя? Себастьян остановился на мгновение. Он посмотрел на своего господина, и на его губах появилась едва заметная, грустная улыбка. — Потому что это вы — мой господин, — тихо ответил он. — И потому что ваша душа слишком ценна, чтобы потерять ее из-за глупой ошибки. А также… — он помолчал, подбирая слова, — …потому что я не могу позволить никому другому причинять вам боль. Даже вам самому. Он крепче прижал Сиэля к себе и двинулся к выходу из склада. — Спите. Когда проснетесь все будет хорошо. Парень хотел возразить, хотел сказать что-то едкое, хотел сохранить остатки своей гордости. Но темнота, теплая и мягкая, накрыла его с головой. Последнее, что он почувствовал, — это ритмичное биение сердца демона под своим ухом. Спокойное. Уверенное. Вечное. *** Сиэль пришел в себя в своей постели. Было утро. Солнце пробивалось сквозь шторы, освещая комнату, которая теперь сияла чистотой. Никаких осколков, никаких вмятин, никакой пыли. Все было возвращено на свои места. Даже ваза династии Мин стояла на каминной полке, целая и невредимая (или, по крайней мере, так казалось; Сиэль решил не проверять). Он лежал неподвижно, чувствуя, что боль в животе притупилась, замененная приятной тяжестью обезболивающих средств. На животе лежала новая, аккуратно наложенная повязка. Дверь открылась. Вошел Себастьян. С подносом. На подносе был чай, тосты и маленькая вазочка с белыми лилиями. — Доброе утро, молодой господин, — приветливо сказал он. — Как вы себя чувствуете? Сиэль посмотрел на него. Долго. Молча. Вспомнилась ночь. Доки. Кровь. Объятия. И слова: — «Я не могу позволить никому другому причинять вам боль. Даже вам самому». Граф отвернулся к окну, скрывая выражение лица. — Чай остыл, — буркнул он. — Я подогрею, — спокойно ответил дворецкий, ставя поднос на стол. — И… — Сиэль запнулся. Голос предательски дрогнул. — И прости. Себастьян замер на секунду. Затем уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке. — За что? — Не притворяйся, ты прекрасно понимаешь про что я говорю. Себастьян медленно подошел к кровати. — Нет, господин. Как раз таки вы — не знаете, и извиняетесь совершенно не зная за что. — В каком смысле? На этот вопрос демон лишь кивнул в сторону дверей, возле которых сидел дымчатый комочек. — Не понял, это что ещё за… — Красавица? — почти что пропела Михаэлис тем же самым голосом, который ранее слышал граф. Осознание пришло моментально и Сиэль покраснел то ли от гнева, то ли от стыда. — Эта кошка, сэр, теперь живет в садовом домике. Под присмотром. Она. . довольно независимая. Как и некоторые другие обитатели этого поместья. На это парень лишь ыыркнул и отвернулся. — Принеси мне письмо маркиза, наверняка же он что-то прислал, — приказал он, уже более твердым голосом. — И вызови доктора. Мне нужно знать, когда я смогу вернуться к работе. — Доктор придет через час, — ответил Себастьян, кланяясь. — А письмо уже на вашем столе. Он развернулся, чтобы выйти. — Себастьян, — позвал его Сиэль. Демон остановился в дверях. — Да, мой лорд? Сиэль смотрел на свои руки, лежащие на одеяле. — Прости, и… Спасибо, — тихо сказал он. Михаэлис не обернулся. Но граф увидел, как напряглись его плечи, а затем расслабились. — Всегда к вашим услугам, — ответил демон. И дверь закрылась. Сиэль остался один в тишине солнечной комнаты. Боль еще была здесь, шрамы еще остались. Но чувство одиночества исчезло. Он знал, что демон рядом. Что он ждет. Что он наблюдает. И впервые за долгое время Сиэль Фантомхайв не хотел, чтобы он уходил. Даже не так. Он никогда не хотел, чтобы его дворецкий уходил. Солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы, казался неестественно ярким после мрака лондонских доков. Граф Фантомхайв лежал неподвижно, слушая удаляющиеся шаги слуг. Тишина в покоях была звенящей, но больше не давящей. Он повернул голову к прикроватному столику. Там, рядом с подносом, действительно лежало письмо. От маркиза Граура. Сиэль нахмурился. Он медленно, преодолевая слабость, протянул руку и взял конверт. Бумага была холодной. Парень разорвал печать дрожащими пальцами. Внутри был всего один листок. Короткое, лаконичное сообщение: — «Граф Фантомхайв. Инцидент в доках ликвидирован благодаря вашим оперативным действиям. Торговец Блейк арестован. Его показания подтверждают связь с исчезновением моей дочери. Вы оказали огромную помощь в этом деле. Однако, до меня дошли слухи, что вас серьёзно ранили. Поправляйтесь и как будет время приезжайте, у меня есть что сказать и показать. И вполне возможно, что удастся найти мою дочь. Р. S. Маркиз Граур». Сиэль перечитал строки дважды. -» Благодаря вашим оперативным действиям». Мужчина считал, что это он справился. Он не знала о роли Себастьяна. Для внешнего мира Граф Фантомхайв снова совершил невозможное, решив дело в одиночку, несмотря на болезнь. Парень опустил письмо на одеяло и тихо рассмеялся. Смех вышел сухим, немного истеричным, но в нем было облегчение. — Оперативные действия… — пробормотал он. — Если бы ты знал, чьи руки действительно работали той ночью… Дверь снова открылась. На этот раз вошел не Себастьян, а Танака. Старый дворецкий нес в руках свежую газету и кувшин с водой. — Ах, вы уже проснулись, молодой господин, — улыбнулся он, подходя к кровати. — Как ваше самочувствие? — Лучше, Танака-сан, — ответил Сиэль, пряча письмо под подушку. — Где Себастьян? Старый слуга поставил кувшин на стол и поправил очки. — Господин Себастьян занимается подготовкой вашего…завтрака. Он настоял на том, чтобы приготовить его лично. Сиэль кивнул. — И… как он? Дворецкий посмотрел на графа с легким недоумением, а затем его глаза смягчились. — Он спокоен, молодой господин. Более того… я бы сказал, он доволен. — Доволен? После того, как я его ударил и оскорбил? Танака подошел ближе и мягко поправил одеяло на ногах графа. — Господин Себастьян — сложный человек. Но он предан вам безгранично. Для него важно не то, как вы с ним обращаетесь, а то, что вы живы и здоровы. Вчера вечером, когда он вернулся… он выглядел так, словно сбросил тяжелый груз. Сиэль отвернулся, глядя в окно. — Он манипулирует мной, Танака. Он знает, как надавить, чтобы я почувствовал себя обязанным. — Возможно, — согласился старик. — Но разве это плохо, если результат — ваша безопасность? В комнату вошел Себастьян. Он нес большой поднос, накрытый серебряным куполом. Запах свежезаваренного кофе и теплых круассонов наполнил воздух. — Завтрак подан, молодой господин, — объявил он своим обычным, безупречным тоном. Он поставил поднос на столик и снял купол. Перед графом лежали идеально приготовленные яйца пашот, хрустящий тост, свежие фрукты и чашка кофе, от которого поднимался ароматный пар. Рядом стояла маленькая ваза с белой лилией. Демон отошел в сторону, складывая руки за спиной. — Доктор прибудет через полчаса. До этого времени прошу вас воздержаться от резких движений и эмоциональных потрясений. Сиэль посмотрел на еду, потом на демона. — Себастьян. — Да, мой господин? — Та кошка. В садовом домике. — Да? — Ей нужно имя. Демон замер. Его бровь едва заметно дернулась. — Имя? — Да. Нельзя же называть ее просто «кошкой». Это неуважительно, — Сиэль взял вилку, чувствуя, как голод начинает побеждать боль. — Назови ее… Грим. Себастьян молчал секунду. Затем на его лице появилась та самая, едва уловимая улыбка. — Прекрасный выбор, мой лорд. Грим. Звучит… солидно. — И еще, — продолжил парень, откусывая кусочек тоста. Вкус был божественным. — Когда я немного оправлюсь… мы продолжим расследование. Но на этот раз… — он поднял взгляд на демона, и в его глазах не было ни злости, ни страха. Только холодная решимость и тень благодарности. — …на этот раз ты будешь рядом. Не в тени. Не издалека. Рядом. Себастьян сделал шаг вперед и низко поклонился. — Как прикажете, мой лорд. Я всегда рядом. Фантомхайв кивнул и вернулся к завтраку. Солнце светило ярче. Боль отступала. И где-то в саду, в маленьком домике, мурлыкала черная кошка с именем Грим, греясь на солнце и не подозревая, что стала частью странной, хрупкой связи между демоном и его хозяином. День только начинался. И впервые за долгое время Сиэль Фантомхайв не боялся того, что принесет ночь. Потому что знал: какая бы тьма ни окружала его, одна тень всегда будет стоять на страже. Даже если эта тень иногда бывает невыносимо раздражающей. *** Вечер опустился на поместье Фантомхайв мягким, бархатным покрывалом. Граф лежал в постели, перечитывая уже знакомые строки отчета о деле Блейка, когда дверь бесшумно открылась. Себастьян вошел без стука. Его лицо было серьезнее обычного, а в глазах плясали странные, неуловимые огоньки. — Господин, — произнес он тихо, но настойчиво. — Вам необходимо срочно спуститься вниз. Сиэль даже не поднял глаз от бумаг. — Нет. Доктор запретил мне вставать до утра. И я не намерен нарушать его предписания ради твоих капризов, Себастьян. — «Ну надо же, кто у нас тут самым правильным заделался. То есть раньше, когда я говорил об этом, это был пустой звук, а теперь уже» не намерен нарушать», ну-ну», — про себя подумал дворецкий, но вслух сказал: — Мой лорд, — демон сделал шаг к кровати. — Это вопрос первостепенной важности. Там… нечто, что требует вашего немедленного присутствия. Если вы не спуститесь сейчас, момент будет упущен навсегда. Парень наконец оторвал взгляд от листа и подозрительно прищурился. — Что за «нечто»? Кошка убежала? Или ты разбил что-то? А может кое-кто опять взорвал пол поместья? — Прошу вас, доверьтесь мне, — Себастьян протянул руки, словно собираясь помочь встать, но в его жесте читалась готовность взять графа на себя полностью. — Всего несколько минут. Я обещаю, что это того стоит. Сиэль колебался. Боль все еще давала о себе знать, а слабость после дневных событий была ощутимой. Но тон Себастьяна был таким убедительным, таким лишенным привычной насмешки, что любопытство пересилило осторожность. — Ладно, — вздохнул юный аристократ, отбрасывая одеяло. — Но если это шутка, Себастьян, я тебя… Он не договорил. Михаэлис уже склонился над ним. Быстрыми, ловкими движениями демон помог ему переодеться из пижамы в легкий, но теплый халат из темно-синего бархата, аккуратно завязал пояс и набросил на плечи небольшой плед. Затем, прежде чем Сиэль успел протестовать против собственной беспомощности, подхватил его на руки. — Эй! — возмутился парень, инстинктивно хватаясь за воротник демона. — Я могу идти сам! — Вы можете, но вы не должны, — спокойно ответил Себастьян, направляясь к двери. — Берегите силы для того, что вас ждет внизу. Сиэль замолчал. Он оказался заключен в крепких объятиях демона, лицом к лицу с его грудью, но вскоре тот слегка изменил хватку, позволяя графу видеть окружающее пространство. И тут Сиэль понял, что сопротивляться бессмысленно. Он остался лежать на руках у своего слуги, чувствуя странную, обволакивающую безопасность. По мере того как они спускались по широкой лестнице, он не мог отвести взгляда от лица слуги. В полумраке коридора, освещенного лишь редкими канделябрами, демон казался почти неземным существом. — «Как же он красив», — пронеслось в голове у графа, и эта мысль застала его врасплох. Он смотрел на четкие, точеные скулы, на высокий лоб, на длинные ресницы, отбрасывающие тени на щеки. Его взгляд скользил по изгибу шеи, по линии подбородка, возвращаясь снова и снова к одним и тем же деталям, словно пытаясь запомнить их навсегда. Черные волосы Себастьяна, блестящие и гладкие, словно сама тьма, собранная воедино, манили к себе. Пальцы Сиэля, лежащие на плече демона, слегка подрагивали от желания коснуться этой прохладной шелковистости, зарыться в них, почувствовать реальность этого существа. — «Он — монстр. Он — демон. Он хочет мою душу», — напоминал себе разум. — «Но он держит меня так, будто я хрустальный», — возражало сердце. Сиэль чувствовал ритмичное движение мышц под своей рукой, слышал тихое, ровное дыхание. В этом контакте не было похоти, о которой он думал той ночью. Была только абсолютная, пугающая преданность. И красота. Холодная, совершенная, опасная красота. Они достигли первого этажа. Коридор вел к большой гостиной. Двери были закрыты. Себастьян остановился перед ними. — Приготовьтесь, мой лорд, — шепнул он. И распахнул двери. Внутри было темно, но лишь на секунду. Вспыхнули свечи. И грянули голоса. — Сюрприииз! Десятки голосов слились в радостный хор. Мэйлин, Бардрой, Финниан, Танака — все стояли в центре комнаты, держа в руках огромный, великолепный торт. Он был украшен белой глазурью, голубыми лентами и маленькой фигуркой щенка наверху — точь-в-точь такой, какой Сиэль любил с детства. Слуги начали напевать поздравительную песню, их лица светились искренней улыбкой. Воздух наполнился запахом ванили, сахара и тепла. Парень замер. Его мозг отказывался обрабатывать информацию. Сегодня… Сегодня был его день рождения? Нет, конечно, он знал дату. Но после всего, что произошло: рана, побег, доки, ссора… Он забыл. Полностью вычеркнул этот день из сознания, считая его просто еще одним днем борьбы за выживание. А они… Они помнили. Себастьян аккуратно опустил своего господина на пол, но не отпустил сразу. Его руки остались на плечах и локтях графа, поддерживая его, давая опору, пока ноги еще не привыкли к твердости пола. Демон стоял позади, чуть склонив голову, наблюдая за реакцией хозяина. Сиэль смотрел на торт. На мерцающие свечи. На улыбающиеся лица слуг, которые для него были не просто персоналом, а единственной семьей, которая у него осталась. Горло перехватило спазмом. Ком, который копился весь день — от страха в доках, от унижения собственной слабости, от осознания своей зависимости от демона, — вдруг подступил к самому горлу. Он хотел сказать «спасибо». Хотел улыбнуться. Хотел сделать вид, что это просто милый жест. Но вместо этого по его щеке, медленно и предательски, скатилась одинокая, горячая слеза. Она блеснула в свете свечей и упала на бархат халата, оставив темное пятно. Тишина повисла в комнате на долю секунды, прежде чем Мэйлин всхлипнула: — Ох, молодой господин плачет! От счастья! Бардрой громко шмыгнул носом, вытирая глаза рукавом. — Ну вот, я тоже сейчас реветь начну! Себастьян ничего не сказал. Он лишь чуть сильнее сжал плечи Сиэля, немой поддержкой напоминая: — «Я здесь. Мы все здесь. Ты не один». Сиэль закрыл глаза, позволяя слезам течь свободно, впервые за долгие годы позволяя себе быть просто мальчиком, которого любят. Слеза за слезой. Тихие, беззвучные, они катились по щекам, смывая маску холодного графа, оставляя обнаженным испуганного, уставшего ребенка. Он не пытался их вытереть. Не пытался скрыть свою слабость. В этом кругу света, в окружении тех, кто был ему дорог, защита была не нужна. Демон медленно отступил, давая Сиэлю возможность стоять самостоятельно, но остался рядом, готовый подхватить его в любую секунду. Он смотрел на своего господина с выражением, которое трудно было назвать человеческим. В его глазах не было ни жалости, ни насмешки. Было нечто более глубокое — удовлетворение художника, видящего, как его творение обретает жизнь, или хищника, понимающего, что добыча наконец-то доверилась ему полностью. — Мой лорд, — тихо произнес Себастьян, его голос прозвучал мягче обычного, словно бархат. — Позвольте мне. Он взял нож для торта и аккуратно отрезал первый кусок — тот самый, с фигуркой щенка. Затем, игнорируя удивленные взгляды слуг, он поднес кусочек к губам Сиэля. — Откройте рот, — сказал он, и в этом приказе не было власти, была лишь забота. Повзрослевший именинник послушался. Сладкий вкус ванильного крема и мягкого бисквита растаял на языке. Этот вкус вернул его в прошлое, в те дни, когда родители были живы, когда мир был безопасным, а единственной проблемой был выбор между чаем с молоком или с лимоном. Вкус детства. Вкус дома. Сиэль проглотил кусочек и наконец смог выдавить из себя хриплый шепот: — Спасибо… всем вам. Мэйлин радостно захлопала в ладоши, Финниан улыбнулся во весь рот, а Танака, стоявший в стороне, слегка кивнул, и в его глазах блестели слезы. — Мы так рады, что вам лучше, молодой господин! — воскликнула горничная. Себастьян вытер уголок губ салфеткой, и на этот раз граф не отдернулся. Он позволил демону сделать это. Прикосновение было легким, почти невесомым, но оно оставило след чётче, чем любой ожог. — А теперь, — продолжил дворецкий, обращаясь ко всем, но глядя только на Сиэля, — предлагаю продолжить празднование. Но ненадолго. Здоровье господина превыше всего. Слуги засуетились, разнося чай и остатки торта. Атмосфера стала теплой, домашней. Смех, тихие разговоры, звон фарфора. Сиэль отошел к камину и опустился в свое любимое кресло. Себастьян тут же оказался рядом, подложив ему под спину дополнительную подушку и накрыв ноги пледом. Граф смотрел на огонь, чувствуя, как тепло распространяется по телу, вытесняя холод и боль. Рядом, на маленьком столике, стояла чашка чая, приготовленная идеально, как всегда. — Себастьян, — позвал он, не оборачиваясь. — Да, мой лорд? — Ты ведь знал, что сегодня мой день рождения. — Разумеется. Я знаю каждую дату, важную для вас. — И ты организовал это? Всех собрал? Приготовил торт? — Я лишь напомнил остальным о важности дня, — уклончиво ответил демон. — Инициатива исходила от них. Они очень любят вас. Граф усмехнулся. Сиэль закрыл глаза. — Знаешь… я думал, что ты уехал. Что ты бросил меня. — Я никогда не брошу вас, — голос мужчины прозвучал прямо над ухом, низкий и вибрирующий. — Контракт обязывает меня быть с вами до самого конца. И даже после. — Даже после того, как я ударил тебя? — Особенно после этого, — в голосе Себастьяна проскользнула едва уловимая нотка наслаждения. — Это показало мне, что в вас еще много огня. А огонь… он делает душу вкуснее. Граф открыл один глаз и посмотрел на демона поверх плеча. — Ты неисправим. — Я всего лишь ваш дворецкий, — Себастьян улыбнулся, и эта улыбка была искренней, хотя и пугающей. В комнате стало тихо. Слуги постепенно расходились, уважая покой своего хозяина. Остались только они двое. Граф Фантомхайв и его демон. Парень посмотрел на свои руки. На них больше не было дрожи. Боль притупилась, превратившись в фоновый шум. Он чувствовал себя странно спокойно. Опасно спокойно. Потому что он знал: эта идиллия хрупка. Что завтра снова будут расследования, опасности, кровь. Что Себастьян все еще ждет его душу. Но сейчас… Сейчас был торт. Был огонь. Был демон, который стоял на страже его сна. — Себастьян. — Да? — Оставайся здесь. Пока я не усну. Демон склонил голову в поклоне. — Как прикажете, мой лорд. Я буду здесь. Всегда. Сиэль закрыл глаза, слушая треск поленьев в камине и ровное дыхание своего слуги. И впервые за долгое время он заснул без кошмаров. Ему снился не мрак и не кровь. Ему снился черный кот с зелеными глазами, который мурлыкал у него на коленях, и чья-то холодная, но надежная рука, гладящая его по волосам.