Пушистый объектив

– Я же говорил, тебе понравится там, хён, – ликовал Чимин, когда Тэхён поделился своим недавним визитом в приют в роли фотографа. – У тебя даже лицо посветлело. Я так переживал, что ты выпал из социума. А котики тебя оживили. – Знаешь, я сам не ожидал, – честно ответил Тэхён за ужином. – После расставания думал, что всё, нет ни в чём смысла, некуда стремиться. А жизнь она многогранна. Юнги вон гнёт спину на непростой работе, да, за деньги, но кто ему спасибо скажет. Коты говорить не умеют. Он так расцвёл, когда я похвалил его самоотдачу. Чимин наблюдал за другом с улыбкой. – Я тебя тоже хвалю, Тэхён-а. – А? – Ты молодец, шаг за шагом. Пожалуйста, не сдавайся больше. – Не смущай меня, Чим, – Ким потупил взгляд, ковыряя палочками еду. – Я просто следую твоему совету и живу. – Значит, поедешь снова, будешь фотографировать котиков? – Да. Я хочу. Правда хочу. Не знаю, надолго ли меня хватит. Но бескорыстная помощь, она...наполняет что ли. Тем более портреты животных – это новая страничка в портфолио. Они пили свежезаваренный чай с гибискусом и жевали сухофрукты. – Как дела у Хосока? – Ох, всё хорошо. Мы правда встречаемся, он зовёт меня Цветочком. Тэхён в умилении приподнял брови. – Цветочком? – Ага. Мне кажется, я влюбился, Тэ, – глаза Чимина сияли, щёчки пунцовые, лицо по-детски счастливое. – Это здорово, Чимин-а, Хосок производит впечатление надёжного парня. Надеюсь, он тебя не обидит. А если посмеет, я ему уши надеру. Пак засмеялся. – Ты лучший, хён.

***

В следующий выходной Тэхён приехал снова с фотоаппаратом и гостинцами. – Ты рано, – заметил Юнги, утирая лоб тыльной стороной ладони. Он был в мыле, с перчатками и грязным следом на скуле. Пахло химией и наполнителем. – Надеюсь, не отвлёк, – Тэхён по привычке переобулся в тапочки и аккуратно убрал обувь на этажерку. – Кипера невозможно отвлечь. Мы как Цезарь – сотня дел одновременно, – усмехнулся Юнги. Взгляд был таким же тёплым, но уставшим. Тэхёну захотелось заварить ему чай с травами, каким поил его Чимин. – Может, тебе чем-то помочь? – Если отвлечёшь пушистых, пока я мою вольеры, цены тебе не будет. Игрушки возьми на полке над столом. Рыжик, если что, обожает играть с мышкой на верёвочке. Тэхён улыбнулся и последовал указаниям. Взял игрушки, поставил корм в углу гостиной, поманил своих новых друзей. Сначала расшевелил Рыжика, затем привлёк внимание других. Беленький котёнок носился как угорелый и высоко подпрыгивал. Смех Тэхёна наполнил комнату. Юнги невольно засиял в ответ. – Не поймаешь. Оп. А вот так. И ещё. Он потерял счёт времени, пока возился с пушистой гвардией. Юнги благодаря ему справился с уборкой в разы быстрее. – Я смотрю, ты теперь их фаворит, – усмехнулся кипер, когда сходил вымыть руки. – Я уже почти забыл, каково это – играть с животными. Они такие милые. Беленький котёнок очень шустрый. – Это Белка, девочка. – Белочка, ты прелесть. – Не ведись на её миловидность, царапается она будь здоров. Они снова усмехнулись друг другу. – Что ж, сегодня по плану начать портретную съёмку. С них, или... с больных котиков? – Как сам чувствуешь, – ответил Юнги. Ким глубоко вдыхает. – Тогда веди меня, Юнги-я. Мин коротко вздрогнул от доверительного тона, но внешне не показал, лишь кивнул и повёл в другую комнату, где Тэхён ещё не был. Она была чуть меньше и не такая светлая. Но уют создавали те же коврики и расписные стены. На уровне глаз красовалась надпись: "Мы в ответе за тех, кого приручили. Главное, оставаться человеком". Тэхён тут же навёл объектив и сделал кадр. – У вас тут художники появляются, я заметил. – Да, иногда делают благотворительный проект. Но эту надпись писал я, – Юнги говорил тем же голосом, но в глазах мелькнула печаль. Их взгляды пересеклись, и почему-то Тэхён понял его без слов. – Здесь малыши, на чью доли выпали непростые испытания. Кому не повезло столкнуться с жестокостью. Юнги погладил пятнистого кота, на первый взгляд абсолютно обычного, но когда тот поковылял обратно к лежанке, внутри Тэхёна что-то оборвалось – задняя лапка была ампутирована. Он подождал, когда котик устроится на своём месте и сделал кадр. Здесь были хромые, слепые, даже глухие котики или просто с болезнями, которые требовали постоянных лекарств и строгой диеты. Чем дольше Тэхён наблюдал, тем грустнее ему становилось. Он украдкой смотрел на кипера, который уделял внимание каждому обитателю, давал лекарства, утешал, просто молча гладил. Сам не мог, что-то не позволяло – то ли страх навредить, то ли страх расплакаться прямо на месте. Как, как этот молодой парень справляется – каждый день видеть обездоленных и нуждающихся, которые не могут о себе позаботиться, не могут поделиться болью вслух? А его хватает на всех, на лекарства по часам и именам, на неблагодарную уборку, на тёплые слова и ласку. Тэхён сделал по меньшей мере пять снимков с тем, какой титанический труд выполняет этот парень в синей спецовке, пахнущей хлоркой, с руками в вечных царапинах и с грязью под ногтями, но с такими глубокими глазами и огромным сердцем, что у Тэхёна ком к горлу подкатывал. Он молча вышел перевести дух и позволил себе тихо всхлипнуть, зажимая переносицу. – Хочешь чай? – послышался за спиной мягкий голос. Тэхён кивнул, не оборачиваясь. Не хотел, чтобы Юнги видел его минутную слабость. Он обещал, что справится. Он пришёл помогать, и он поможет. Не потому что заставили, не потому что Чимин дал наводку. А потому что здесь и сейчас он увидел ту жизнь, ради которой стоит просыпаться по утрам, продолжать заниматься тем, чего требует душа и просто делать этот мир чуточку лучше. – Здесь только зелёный с ромашкой. Его пьёт Джин. Я обычно пью какао в термосе. Кстати, может быть, ты захочешь какао? Я сам его варю по утрам, оно с кедровыми орешками, – улыбнулся Юнги, когда они оказались в небольшой кухонной зоне с чайником и микроволновкой. – Ого, звучит заманчиво. Я не откажусь, – кивнул Тэхён, стараясь настроиться на позитивную волну. Смотрел как Юнги откручивает крышку металлического термоса, от которого поднимается пар, а нос улавливает шоколадно-ореховый аромат, как он наливает в кружку с котиком для Тэхёна, а себе в крышку. – Что ж, за котиков, – озвучил тост Юнги. – За котиков, и их семью, – подхватил Тэхён, легонько ударяя своей кружкой, и сделал глоток. – М-м-м, какой насыщенный шоколадный вкус. Ты правда сам это варишь? – Ага, подсмотрел новогодний рецепт однажды на ютубе. С тех пор какао с кедровыми орешками мой ежедневный ритуал. – Очень вкусно, мне нравится. Поделись потом рецептом, если не секрет. Юнги улыбнулся и кивнул. Они пили какао в уютной тишине, и Тэхён чувствовал, как его нутро медленно, но верно согревается.

***

С каждым днём Тэхён замечал, что ранние подъёмы ему всё меньше в тягость. Продолжительность светового дня играла свою роль, но теперь у парня появилось кое-что ещё – смысл. Он ждал новый день, чтобы сделать кадр дня, с удовольствием проявлял фотографии, цифровал, даже открыл старый архив, который создавал для участия в выставке. Пока он не понимал, какая здесь ключевая идея. Потому что старая про футуристичный город принадлежала прежнему Тэхёну, с иным взглядом на мир. Нынешний Тэхён мыслит и чувствует уже по-другому, пока не может объяснить, как именно, но чувствует, что точка невозврата уже пройдена, а душа стремится к чему-то новому. Ким решил себя не мучить, просто собирать свою коллекцию, которую однажды покажет миру. Но не только фотография давала сил. Тэхён попробовал рецепт Юнги, чуть не спалил кухню, когда какао начало выкипать

Taehyung:

Слушай, мне даже туториал не помог

Половина вытекла на плиту ахаха

Yoongi: О, это нормальная история Поверь, я тоже не с первого раза нашёл свою идеальную формулу)

Taehyung:

В чём твой секрет, сонсэним?)

Yoongi: Правильная дозировка Постоянное помешивание Измельчённые орешки И главный ингредиент – щепотка любви)

Taehyung:

Так и думал, что дело в орешках ахахаха

– Хён, это ты с кем там пишешься? – ухмыляется Чимин, наблюдая за другом. – М? С Юнги обсуждаем варку какао, – Ким даже не поднял глаз, продолжая что-то строчить в телефоне с глупой улыбкой на лице. – Вы сдружились, я смотрю. – Ты был прав, он добрый и классный собеседник. – Это очень хорошо, я рад, что у тебя появились новые друзья. Главное, не прыгай в этот дружеский омут с головой. Тэхён поднял взгляд. – Ты о чём? – Да так, не обращай внимания. Лучше помоги мне собраться на свидание. За мной через час Хосок заедет. А я до сих пор не знаю, идти в новой льняной рубашке или остаться в футболке, в которой все свидания проходят как по маслу. Тэхён усмехнулся. – Чим, да ты в любом образе секси. Хосок не на наряды смотрит. – Я знаю, но в любой ситуации нужно оставаться привлекательным, – подмигнул Чимин, открывая дверцу шкафа и доставая одежду. – Кстати, я сегодня скорее всего это…останусь у него. Ну, ты понимаешь… Ким поднял брови. – Кто тут мне про омут говорил? – Вот не сравнивай. Я с ним почти месяц встречаюсь. А ты с Юнги… – Что я с Юнги? – с нажимом произнёс Ким. – Ничего. Молчу. Собираюсь, – Пак поднял ладони в жесте капитуляции. Тэхён помог ему собраться, проводил до порога, взял с него обещание держать в курсе событий и отписаться, что всё в порядке, чтобы Тэхён со спокойной душой лёг спать. Затем закрыл за Чимином дверь и вернулся к переписке.

Taehyung:

Сонсэним?

Yoongi: М?

Taehyung:

Вы обещали мне дать послушать свою музыку

Yoongi: Спасибо, что напомнил Я как раз доделываю аранжировку Сейчас скину тебе Неловко, если честно)

Taehyung:

Почему?)

Yoongi: Я привык к правкам и благодарности Обычно не даю кому-то просто послушать Что-то внутри Тэхёна зашевелилось тёплым комочком

Taehyung:

Выходит, я первый?

Молчание. Ким уже испугался, что ляпнул лишнее. Но Юнги скинул файл под названием «Микрокосмос». Тэхён подключил портативную колонку и вывел звук на среднюю громкость. По комнате расплылось звёздное интро, без слов, просто красивая мелодия, которая переносила в другое измерение. Не холодное и бесконечное в привычном понимании космоса, а что-то тёплое, осязаемое, дрожащее на кончиках пальцев. Тэхён не мигал. Перед глазами проносились его мечты о выставке, о теме космоса и футуризма, город, который он видел через объектив ещё тем наивным мальчишкой, верящим в чудеса. В глазах застыли слёзы. Он всхлипнул. Мелодия плавно закончилась, оседая невидимой звёздной пыльцой на плечи. Зачарованный Тэхён просидел ещё несколько секунд, прежде чем вспомнил про Юнги.

Taehyung:

Ты поверишь, если я скажу, что заплакал?

Yoongi: Правда? Она вызвала в тебе болезненные воспоминания?

Taehyung:

Твой микрокосмос напомнил мне о том, кто я есть

И чего на самом деле хочу

Yoongi: И чего же?

Taehyung:

Быть фотографом,

Который несёт свет

Yoongi: Ты уже, Тэхён-а Даже если сомневаешься

Taehyung:

Можно я сохраню её себе?

Только для личного прослушивания

Yoongi: Конечно, теперь это и твой микрокосмос тоже

***

Юнги опаздывал. Пожалуй, впервые за всё время работы кипером. Просто лёг он позже обычного. Писал музыку, даже когда часы перевалили за полночь, а он не мог оторваться от клавиатуры, от программы, писал под огромной волной вдохновения – не на заказ, для души, для Тэхёна. Он не поверил, когда прочитал, что его музыка смогла пробить на слёзы. Это не просто комплимент, это то, зачем он в принципе творит. Если его музыка способна затронуть чью-то душу, значит, он делает своё дело не зря. Ни одна похвала и благодарность от заказчиков не давали Юнги такого заряда мотивации, он просто писал черновики и не мог остановиться. Буквально заставил себя лечь спать, потому что день предстоял непростой. Приедет ветврач, люди из проверки, хозяйка приюта. Они с Джином обязаны оба быть на месте, давать отчёт и отвечать на все вопросы. Юнги выматывали такие дни, выматывала толпа народа, котики тоже начинали нервничать и капризничать, от этого и сам Юнги заводился, но делать нечего. Он буквально забежал в приют, понимая, что смену надо было открыть ещё семь минут назад. Впопыхах переобулся, отметился в журнале. Хозяйка и Джин уже были на месте. – Прошу прощения, коты дома задержали, – соврал первое, что пришло на ум. Госпожа Ли кивнула. – Доброе утро, Юнги-щи. Пока проверка в пути, давайте пройдёмся по списку всего, что нужно закупить. Они сели в гостиной с Джином, пока Мин переодевался в спецовку. Он не слишком любил участвовать в технических обсуждениях, поэтому заварил им чай и начал пушистый обход. – Что с соцсетями, вы нашли фотографа? Юнги тут же обернулся. – Да, мой хороший знакомый, Ким Тэхён. Он уже активно работает, приезжает по выходным с плёночным фотоаппаратом. – Проявленные кадры подойдут для украшения приюта, но нам нужны цифровые фото. – Он обещал оцифровать и предоставить в двух вариантах. – Хорошо, тогда ты отвечаешь за фотографии, и попроси его ускориться. Мин кивнул и поджал губы. Тэхён ведь не робот, он тратит выходные на поездку в другой конец города, чтобы помочь. Но спорить бесполезно, приют должен выполнять поставленные задачи, и Юнги это прекрасно понимает. – Ещё кое-что хотела вам сказать, ребята, – госпожа Ли внимательно посмотрела на него и на Джина. – Я всё понимаю, обстоятельства бывают разные, но на будущее, приют – это не ночлежка. Спать вы должны дома, жильё мы, к сожалению, не предоставляем. Если возникают какие-то трудности, согласовывайте их со мной. Договорились? Джин покрылся красными пятнами и пристыженно кивнул. Киперы разделились, кто занялся уборкой, кто кормёжкой и лекарствами. Дальше приехала мини делегация и началась суета. После допроса Юнги с Джином стояли в кухонной комнате, заваривали всем чай и тихо общались, радуясь возможности немного выдохнуть.  – Ну ты как, что думаешь насчёт квартиры, может, стоит поискать другой вариант? Сокджин вздохнул. – Да вот и сам не знаю. Но если в ближайшее время ситуация не поменяется, придётся съезжать. Это не дело. Юнги кивнул. – Если что, можешь переночевать у меня. Напарник удивлённо хлопал ресницами. – Ты серьёзно? – Ну да. Я утром уйду, ты сможешь спокойно выспаться. Готов даже уступить кровать ради такого дела. – Я не знаю, это как-то неудобно… – Друзья должны помогать друг другу, верно? – улыбнулся Юнги. – Уставший и выгоревший ты котикам не поможешь. Джин просиял и обнял Юнги. Тот застыл от неожиданности, но аккуратно похлопал парня по спине. – Спасибо, ты чудо. С меня вкусный ужин. – И для Шуги с Агустом. – Само собой. Наконец-то познакомлюсь с твоими бандитами. Приём гостей стал для Юнги событием, потому что он не помнил, когда вообще последний раз открывал для кого-то двери своего убежища. Навёл порядок, вымыл полы, хоть спина, итак, уже устала после смены в приюте, особенно такой суетливой. К тому же их обоих отпустили рано, и хозяйка осталась сама. Джин уехал к себе собрать необходимые для сна вещи и обещал приехать с продуктами.

Yoongi:

Представляешь, сегодня впервые

принимаю у себя гостей

Taehyung: Сильно))) Кто же этот особенный?

Yoongi:

Мой напарник Джин

У него непростая ситуация с квартирой

Решил поддержать друга

Ваша дружба с Чимином вдохновляет)

Taehyung: Я очень рад, Юнги, ты молодец! Чимин, кстати, торчит у своего ненаглядного Хосока ахаха

Yoongi:

А Хосок – это его парень, я так полагаю?

Taehyung: Они милые. Даже по-доброму завидую Юнги завис, начал набирать вопрос, который естественно вытекал из прочитанного, но тут же засмущался. Почувствовал, как пальцы подрагивают. Но всё-таки решил рискнуть.

Yoongi:

Хочешь так же?

Юнги замер. Тэхён что-то долго строчил, останавливался, снова набирал. Мин уже не знал, к чему готовиться Taehyung: Хотел, когда встречался с человеком, который обещал золотые горы Сейчас хочу лишь спокойствия А ты? Юнги задумался. Он не знал ответ на этот вопрос, потому что с тех пор, как стал кипером, система ценностей несколько изменилась. И отношения – последнее, о чём он вообще думал. До Джина он и друзей толком не имел.

Yoongi:

Честно, ты застал меня врасплох

Последние мои отношения кончились тем,

что я нашёл себя в помощи другим

Taehyung: Это связано с приютом?

Yoongi:

Так и есть

Мин помедлил. Он не знал, стоит ли рассказывать столь личное. Но Тэхён с ним открыт, не побоялся написать, что музыка тронула его до слёз, поделился тем, что на душе. Юнги собрался с духом и записал голосовое.

Yoongi:

– Помнишь надпись «мы в ответе за тех, кого приручили»? Я не просто так это написал. Это мой манифест, если можно так сказать. Человек, которого я любил, оказался чудовищем. Со мной был добр, заботлив, я бы никогда не подумал о нём плохое, если бы однажды не увидел, как он обращается с котёнком… это не то, о чём хочется говорить, но и молчать нельзя, потому что жестокость над младшими, беззащитными, над теми, кто не может дать сдачи – она не должна замалчиваться, – голос Юнги дрогнул. – Я ушёл в тот же вечер. Забрал малыша, чтобы отвезти в ветклинику. Он не выжил… Мин замолчал, зажал переносицу пальцами, всхлипнул. Голосовое улетело к Тэхёну.  – С тех пор я понял, что не могу пройти мимо. Я хочу помогать им. Делать всё возможное, чтобы у них было ощущение, что они не одиноки. Что не все люди плохие. Что есть те, кто защитит, позаботится, приласкает. Я… прости. Юнги не смог до конца закончить мысль, потому что слёзы душили, воспоминания резали затянувшиеся раны. Он взял на руки Шугу, поцеловал, затем погладил Агуста, который сонно щурился. – Мои хорошие, мои золотые. Пришёл ответ от Тэхёна. Голос осипший, хриплый Taehyung: – Юнги, ты знаешь, что ты герой? Ты самый добрый и бескорыстный человек, которого я встречал. Заботливый, светлый, ласковый, пишешь музыку, от которой мурашки по спине, обращаешься с котами как с родными детьми. Ты даёшь надежду не только животным, но и людям, слышишь? Ты – чудо, Юнги, самое настоящее чудо. И я рад, что встретил тебя. Юнги снова заплакал. Ушёл в ванную высморкаться. Никто и никогда не говорил ему таких слов, не давал такой искренней поддержки, не плакал над его музыкой и не называл чудом. В дверь позвонили. На пороге стоял довольный Джин, но тут же переменился в лице, увидев заплаканного хозяина. – Юнги-я, что случилось? Мин не ответил, крепко обнял. Сокджин растерялся, скинул рюкзак и обнял друга в ответ, гладил по спине. – Всё хорошо, Джин. У этого мира ещё есть шанс. – Конечно, – парень не знал, что так растрогало Юнги, но говорил уверенно. – У этого мира есть шанс, пока люди умеют дружить и любить. Они ужинали, играли с котами, смотрели какой-то лёгкий глупый сериал. Юнги впервые ощутил, как его что-то отпустило. Какая-то часть души скинула, наконец, залежавшийся груз, и позволила ему вдохнуть полной грудью.