Нюхлер

      Отдел обеспечения магического правопорядка, располагавшийся на втором уровне Министерства, всегда гудел, как растревоженный улей. Воздух здесь был густым от запаха крепкого, пережжённого кофе, дешёвых чернил, пыльного пергамента и едва уловимого, кисловатого шлейфа остаточной тёмной магии, который Авроры приносили на своих мантиях после рейдов.       В кабинете Главного Аврора этот хаос приобретал концентрированную форму. Стол Гарри Поттера представлял собой катастрофу из стопок отчётов, конфискованных тёмных артефактов — временно обезвреженных, но всё ещё зловеще пульсирующих, — и пустых кружек.       Сам хозяин кабинета мерил шагами узкое пространство от заваленного подоконника до двери, напоминая запертую в клетке мантикору. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, обнажая крепкие предплечья, испещрённые мелкими шрамами, а галстук давно перекочевал на спинку стула.       — Это невозможно, Гарри, — в десятый раз повторил Рон. Он сидел в кресле для посетителей, закинув длинные ноги на край стола начальника, и задумчиво крутил в пальцах волшебную палочку. — Защита Блэков — это паранойя, возведённая в абсолют. Фиделиус, кровные чары, проклятие гниющей плоти для незваных гостей… Ни один вор не прошёл бы туда, не оставив после себя хотя бы пару оторванных конечностей.       — Но он прошёл! — Гарри резко развернулся, сверкнув глазами. — И он украл кольцо. Моё кольцо, Рон! И эта тварь… — он раздраженно потёр переносицу, вспоминая унизительный момент пробуждения. — Я говорю тебе, оно было тяжёлым и мохнатым.       — Может, у тебя завелся полтергейст-фетишист? — фыркнул Рон, но, поймав убийственный взгляд друга, примирительно поднял руки. — Ладно-ладно. Допустим, вор использовал какое-то животное. Специально обученную обезьяну? Или… не знаю, жмыра-клептомана?       Дверь кабинета приоткрылась, и внутрь протиснулся Невилл Долгопупс. За последние годы Невилл сильно изменился. Юношеская пухлость исчезла, уступив место широким плечам и уверенной осанке. Шрам от заклятия, пересекающий его левую щёку — память о стычке с контрабандистами ядовитых тентакул — придавал его добродушному лицу суровую мужественность. Невилл возглавлял отдел магической ботаники и ядов при Аврорате, и его экспертиза часто спасала жизни.       — Я не отвлекаю? — спросил Невилл, держа в руках небольшой стеклянный флакон.       — Заходи, Нев. Ты как раз вовремя, — Гарри с надеждой уставился на флакон. — Скажи мне, что ты нашел что-то стоящее.       Невилл прошёл к столу и аккуратно поставил флакон перед Гарри. Внутри, на бархатной подушечке, лежал один-единственный чёрный волосок.       — Это то, что ребята сняли с твоей подушки сегодня утром, — Невилл скрестил руки на груди. — Я провёл спектральный анализ и проверил его на все известные виды магических существ, способных проскользнуть сквозь сильные охранные чары.       — И? — хором спросили Гарри и Рон.       — И это не жмыр, не оборотень, не книзл, — Невилл выдержал театральную паузу. — Это шерсть нюхлера. Причём, судя по структуре, очень ухоженного, взрослого самца.       В кабинете повисла звенящая тишина. Рон медленно убрал ноги со стола.       — Нюхлера? — недоверчиво переспросил Гарри. — Ты хочешь сказать, что какой-то гениальный взломщик притащил на площадь Гриммо грёбаного нюхлера, чтобы тот спёр моё кольцо? Но как животное обошло чары?       — Магия нюхлеров специфична, — пожал плечами Невилл. — Они существуют как бы в слепой зоне многих охранных заклинаний, потому что их природная суть — поиск, а не разрушение. Но, Гарри, есть одна проблема. Чтобы направить нюхлера на конкретный объект в защищённом доме, нужно иметь с ним невероятно сильную ментальную связь. Либо…       — Либо что? — поторопил его Гарри.       — Либо это не настоящий нюхлер, а анимаг, — тихо закончил Невилл.       Рон издал смешок, который быстро перешел в кашель под мрачными взглядами друзей.       — Анимаг-нюхлер? — Рон покачал головой. — Да бросьте. Анимагия — сложнейший процесс. Люди, которые способны на это, обладают огромным эго. Кто в здравом уме, проходя через ад трансформации, захочет стать пушистым воришкой с сумкой на пузе? Это же смешно!       Гарри нахмурился, барабаня пальцами по столу.       — Смешно или нет, но этот «пушистый воришка» обставил меня в моём же доме. И если это анимаг значит, он обладает высоким уровнем магии. И он целенаправленно пришёл за кольцом.       — Зачем кому-то рисковать Азкабаном ради кольца Сириуса? Да, оно из гоблинского серебра, да, с изумрудом, но на чёрном рынке за него дадут от силы пару тысяч галлеонов, — резонно заметил Рон.       Гарри открыл было рот, чтобы ответить, но слова застряли у него в горле. В коридоре за дверью внезапно стихли все звуки. Обычный гул голосов Отдела правопорядка смолк, сменившись напряженным, почти благоговейным шёпотом. А затем дверь кабинета распахнулась.       Том Реддл стоял на пороге, словно сошёл с обложки журнала для аристократии волшебников. На нём была мантия из тёмно-синего шёлка, подчёркивающая ширину плеч, и идеально выглаженные брюки. Тёмные волосы были уложены волосок к волоску, а на губах играла та самая ледяная, вежливая полуулыбка, которая заставляла иностранных дипломатов потеть.       За его спиной маячил Барти Крауч-младший, сжимающий в руках папку. Барти бросил быстрый, жаркий взгляд на Невилла — настолько откровенный, что Рон, заметивший это, нервно сглотнул. Невилл, впрочем, лишь едва заметно улыбнулся краешком губ, не отводя глаз от старшего помощника Министра.       — Добрый день, джентльмены, — бархатный голос Тома заполнил тесное пространство кабинета. — Надеюсь, я не прервал ваш мозговой штурм?       Гарри медленно выпрямился, чувствуя, как по спине пробежал знакомый электрический разряд. Появление Реддла всегда действовало на него как мощный стимулятор. Это бесило. И заводило.       — Министр, — Гарри небрежно кивнул, даже не подумав предложить начальству сесть. — Какая честь. Вы заблудились по пути в буфет или решили лично проверить, не покрылись ли мы тут пылью?       Том плавно шагнул в кабинет, словно хищник, осматривающий свои владения. Его взгляд скользнул по разгромленному столу, задержался на расстегнутом вороте рубашки Гарри, скользнул ниже, к ремню на брюках, и неторопливо вернулся к лицу. В тёмных глазах Реддла вспыхнул и погас опасный, голодный огонёк.       — Я пришёл сдержать своё обещание, Главный Аврор, — мягко произнес Том. Он остановился в непозволительной близости от Гарри. От Министра пахло сандалом, дорогим пергаментом и пряностями. — Я сказал, что беру расследование вашего инцидента под свой контроль, и вот я здесь. Вникаю в детали.       — Эм… — Рон торопливо встал с кресла. — Мы как раз обсуждали улики, господин Министр, — Уизли указал на флакон. — Мистер Долгопупс провёл анализ.       Том перевёл взгляд на стеклянный пузырек. Внутри него что-то ёкнуло. Его собственный волос. Нюхлер внутри него нервно завозился, чувствуя угрозу, но политик Реддл сохранил абсолютно бесстрастное выражение лица. Он изящно подцепил флакон длинными пальцами и поднёс к свету.       — И что же показал анализ, мистер Долгопупс?       — Это шерсть нюхлера, сэр, — Невилл, в отличие от Рона, не робел перед Министром. — Мы предполагаем, что вор мог использовать животное для обхода чар. Либо… — Невилл сделал паузу, — мы имеем дело с анимагом.       Том медленно опустил флакон на стол. Он посмотрел на Гарри, и его губы растянулись в откровенно саркастичной усмешке.       — Анимаг-нюхлер? Какая изощренная теория. Скажите мне, Гарри, — Том намеренно использовал имя, понизив голос так, чтобы это звучало интимно, — вы действительно верите, что какой-то могущественный волшебник потратил годы на изучение сложнейшей магии, прошёл через ад трансформации только для того, чтобы стать… мохнатым комком, охотящимся за блестяшками? И всё это ради вашего кольца?       Гарри вспыхнул, а в его глазах заплясали бесенята. Он сделал шаг вперёд, сокращая и без того крошечное расстояние между ними. Теперь они стояли так близко, что Гарри чувствовал тепло чужого тела.       — А вы недооцениваете привлекательность моих вещей, Реддл, — дерзко ответил Гарри, глядя Министру прямо в глаза. — Может, этот анимаг просто не смог устоять. Вы же видели это кольцо. Оно было чертовски красивым.       Том сглотнул.       О да. Оно было идеальным. Но не таким идеальным, как ты сейчас.       — Возможно, дело не в кольце, а в его владельце? — Том чуть склонил голову набок, его голос стал хриплым, глубоким, проникающим под кожу. Он скользнул взглядом по губам Гарри. — Вы упоминали утром, что вор… прыгнул вам на лицо.       Рон издал странный звук, похожий на писк задушенной мыши, и попятился к двери.       — Знаете, Гарри, я… я пойду проверю отчёты по рейду в Лютном. Да. Невилл, поможешь мне?       Невилл, который тем временем обменивался с Барти взглядами, полными невысказанных обещаний, кивнул.       — Конечно. Мистер Крауч, вы не хотели бы ознакомиться с новой документацией по ядовитым спорам?       — С превеликим удовольствием, мистер Долгопупс, — Барти ухмыльнулся, его глаза блеснули. — Министр, я буду в лаборатории, если понадоблюсь.       Троица поспешно ретировалась, плотно закрыв за собой дверь. В кабинете остались только Том и Гарри. Воздух между ними, казалось, можно было резать ножом. Напряжение, всегда присутствующее между ними, сейчас грозило вырваться из-под контроля.       Том сделал ещё полшага вперёд. Теперь носки его дорогих туфель из драконьей кожи почти касались ботинок Гарри.       — Итак, — выдохнул Том, и его глаза потемнели. — Расскажите мне в подробностях, Поттер. Как именно это произошло? Что вы почувствовали, когда эта… наглая тварь оказалась на вас?       Гарри не отступил ни на дюйм. Его грудь тяжело вздымалась. Он чувствовал, как пульс учащается, а внизу живота начинает завязываться тугой, горячий узел. Реддл всегда действовал на него так. Это была изматывающая, злая игра, в которой оба не хотели уступать. Но сегодня в глазах Тома было что-то новое. Что-то дикое.       — Вы правда хотите знать, Министр? — голос Гарри упал до хриплого шёпота. Он чуть приподнял подбородок. — Оно было тяжёлым и удивительно мягким. И оно вдавило меня в подушку так, что я на секунду забыл, как дышать.       Взгляд Тома упал на шею Гарри, туда, где билась жилка. Внутренний нюхлер, до этого жаждавший только золота, внезапно понял, что есть вещи куда более ценные. Например, эта золотистая кожа.       Том медленно поднял руку. Его прохладные пальцы зависли в миллиметре от щеки Гарри, не касаясь, но обжигая фантомным прикосновением.       — Какая самонадеянная тварь, — прошептал Том, его взгляд снова сфокусировался на губах Поттера. — Занять такое место… без разрешения. Я бы на вашем месте был в ярости, Главный Аврор.       — О, я в ярости, — Гарри чуть подался вперед, так что кончики пальцев Тома наконец мазнули по его скуле. Этот лёгкий контакт ударил обоих похлеще Круцио. — И когда я найду его, я заставлю его пожалеть.       — И что же вы сделаете? — Том наклонился ещё ближе. Их губы разделяли жалкие сантиметры. Дыхание Гарри, пахнущее кофе, смешалось с дыханием Тома. — Посадите его на цепь? Запрёте в клетке? Или накажете как-то иначе?       Фантазия, мгновенно вспыхнувшая в голове Тома — Гарри, прижимающий его, связывающий его руки над головой, доминирующий — была настолько яркой и возбуждающей, что Реддл едва не застонал вслух. Он был Министром Магии. Он привык контролировать всё. Но мысль о том, чтобы сдаться этому зеленоглазому дьяволу, ломала все его барьеры.       Гарри сглотнул, его зрачки расширились так, что радужки почти не было видно. Он медленно поднял руку и перехватил запястье Тома, отводя его пальцы от своего лица, но он не отпустил руку Реддла, а наоборот, сжал её крепче, подушечкой большого пальца поглаживая пульс на запястье Министра. Пульс бился как сумасшедший.       — Я придумаю нечто особенное, — пообещал Гарри, и его голос сорвался. — Что-то, что он никогда не забудет.       Минуту они стояли молча, глядя друг на друга, связанные наэлектризованной тишиной кабинета. Казалось, ещё секунда — и Гарри дёрнет его на себя, или Том сам вопьётся в эти упрямые губы, размазывая Главного Аврора по его же заваленному бумагами столу.       Но Том Реддл не был бы гениальным политиком, если бы не умел вовремя отступать, оставляя противника в состоянии абсолютного голода.       Он плавно высвободил своё запястье из хватки Гарри и сделал шаг назад. Воздух между ними мгновенно остыл, хотя в глазах Тома всё ещё полыхал огонь.       — Это весьма интригует, мистер Поттер, — Том поправил манжеты. — Однако мы уклонились от темы. Волос — это улика, но не доказательство. Мне нужно увидеть место преступления.       Гарри моргнул, пытаясь прийти в себя после резкой смены настроения Реддла. Он тряхнул головой, отгоняя туман наваждения.       — Место преступления? Мою спальню? Зачем?       — Вы утверждаете, что охранные чары Блэков были взломаны, — Том включил режим «холодного профессионала», хотя внутри всё ещё дрожал от возбуждения. — Как Министр, я обязан убедиться, что это не представляет угрозы для национальной безопасности. К тому же, я немного разбираюсь в древней магии. Возможно, я увижу то, что упустили ваши люди.       — Хочешь сказать, ты напрашиваешься ко мне домой? — Гарри подозрительно прищурился. — Вечером?       — Я предлагаю свою экспертную помощь в расследовании, которое, напомню, я взял под личный контроль, — невозмутимо парировал Том. Он развернулся к двери. — Буду у вас на площади Гриммо ровно в восемь. Убедитесь, что там не будет посторонних. Мне нужна полная концентрация, чтобы проанализировать остаточный магический фон. Только вы и я, Гарри.       Том открыл дверь и бросил на Поттера последний взгляд через плечо — взгляд, в котором смешались насмешка, вызов и откровенное обещание.       — До вечера.       Когда дверь за Министром закрылась, Гарри обессиленно опёрся руками о стол и выдохнул, чувствуя, как дрожат колени.       — Мерлин милостивый, — пробормотал он, зарываясь пальцами в волосы. — Этот ублюдок сведёт меня с ума.       Тем временем, в лаборатории, которая больше напоминала джунгли Амазонки, втиснутые в комнату без окон, Барти Крауч-младший сидел на краешке рабочего стола, небрежно болтая ногой.       Невилл стоял напротив него, проверяя показания на каком-то сложном латунном приборе, из которого шёл розоватый пар.       — Знаешь, — протянул Барти, склонив голову и любуясь тем, как мышцы спины Невилла перекатываются под рубашкой, — твой начальник выглядит так, словно готов в любой момент наброситься на моего босса и перегрызть ему горло или сорвать с него мантию. Ставлю на второе.       — Гарри просто вспыльчивый, — Невилл усмехнулся, не отрываясь от прибора. — А Реддл знает, на какие кнопки нажимать. Это у них такая странная прелюдия, которая длится уже третий год.       Барти спрыгнул со стола и бесшумно подошёл к Невиллу со спины. Он скользнул руками по его талии, прижимаясь грудью к крепкой спине.       — Ненавижу долгие прелюдии, — прошептал Барти, прикусывая мочку уха Невилла. — Это так неэффективно. Невилл тихо рассмеялся, откладывая прибор. Он развернулся в кольце рук Барти, обнимая его за шею. В его глазах не было ни капли той неуверенности, которой он славился в школьные годы. Сейчас это был уверенный в себе мужчина, знающий, чего он хочет.       — А что предпочитает старший помощник Министра? — с улыбкой спросил Невилл, притягивая Барти ближе.       — Переходить сразу к делу, — Барти хищно улыбнулся и впился в губы Невилла требовательным, властным поцелуем. Невилл ответил мгновенно, его руки запутались в волосах Барти, прижимая его к себе. Они целовались жадно, горячо, скрытые от всего мира густыми зарослями гигантских папоротников.       Оторвавшись друг от друга, чтобы перевести дыхание, Барти прижался лбом ко лбу Невилла.       — Слушай, — тихо сказал Барти, тяжело дыша. — Тот волос, который ты показывал. Ты уверен, что это нюхлер?       — Абсолютно, — Невилл кивнул, его взгляд стал серьезным. — Ошибки быть не может. Но, Барти, есть кое-что ещё, о чём я не сказал Гарри.       — Что?       — Я проверил этот волос на наличие человеческого следа. Это сложный процесс, магия сильно искажает результаты, но… — Невилл замялся. — В нём есть след. Очень слабый, почти нечитаемый. Это не просто животное, Барти. Это точно анимаг. Причём кто-то очень, очень могущественный. Тот, чья магия способна подавлять животную сущность настолько, что она почти не оставляет следов.       Барти нахмурился. Его аналитический ум заработал на полную мощность. Могущественный маг. Анимаг-нюхлер. Огромное эго. И странный, почти маниакальный интерес Министра Реддла к этому мелкому делу о краже кольца. Барти вспомнил, как Том смотрел на пресс-папье утром, его отменённые вечерние встречи, как странно дрогнул голос Министра, когда он увидел флакон.       Пазл в голове Крауча начал складываться в абсолютно безумную, абсурдную, но единственно верную картину.       «Да ладно, — мысленно ахнул Барти. — Том Марволо Реддл? Нюхлер?!»       — Что-то не так? — спросил Невилл, заметив странное выражение лица любовника.       Барти медленно расплылся в широкой, совершенно дьявольской ухмылке. Если его догадка верна, то это дело обещает стать самым грандиозным шоу десятилетия.       — Всё просто отлично, Нев, — мурлыкнул Барти, снова целуя его. — Просто я вдруг понял, что наша ставка на рождественский корпоратив может сыграть гораздо раньше. Кажется, Министр решил перейти к радикальным мерам по соблазнению Поттера.       Вечером того же дня Лондон накрыл мелкий, противный дождь. Дом номер 12 на площади Гриммо выглядел мрачно и неприветливо, как и всегда.       Гарри стоял в гостиной, нервно поправляя манжеты рубашки. Он переоделся после работы, сменив форму на простые тёмные джинсы и бордовую рубашку, которая почему-то казалась ему слишком парадной для визита начальства.       «Это просто осмотр места преступления, — мысленно повторял себе Гарри. — Он просто придёт, посмотрит на чары и уйдет. Никаких проблем».       В восемь часов ровно раздался сухой щелчок аппарации у входной двери, а затем тяжелый стук в дубовую панель.       Гарри глубоко вздохнул, нацепил на лицо маску невозмутимости и пошёл открывать.       На пороге стоял Том Реддл. Он тоже переоделся. Вместо строгой мантии на нём было элегантное чёрное пальто поверх тёмно-серой водолазки, облегающей широкую грудь, и классических брюк. Капли дождя блестели на его тёмных волосах, делая его похожим на какого-то порочного падшего ангела из маггловских романов. В руках Том держал бутылку невероятно дорогого, выдержанного эльфийского вина.       — Вы позволите, Главный Аврор? — спросил Том с мягкой улыбкой, от которой у Гарри почему-то пересохло во рту.       — Вы пришли расследовать кражу или на свидание, Реддл? — хмыкнул Гарри, отступая в сторону и пропуская гостя внутрь.       Том перешагнул порог, не отрывая взгляда от Гарри. В полумраке коридора его глаза казались бездонными.       — А мы не можем совместить, Гарри? — Том протянул ему бутылку. Его пальцы невзначай скользнули по руке Поттера. — Я подумал, что после осмотра чар нам может понадобиться снять стресс.       Гарри забрал бутылку, чувствуя, как внутри него просыпается опасный, предвкушающий азарт.       — Место преступления на третьем этаже, Министр, идёмте. Посмотрим, что вы сможете найти в моей спальне.       — О, я уверен, — прошептал Том, следуя за ним по скрипучей лестнице, и его взгляд был прикован к обтянутым джинсами бёдрам Гарри, — я найду там много интересного.       Внутренний нюхлер Тома одобрительно пискнул. Золота здесь пока не предвиделось, но то, что ждало его наверху, определенно стоило риска.