Error 404: ███████ Not Found

Рыбацкий поселок под Ниндэ просыпался под аккомпанемент чаек и хриплого кашля старых лодочных моторов. В комнате «хэй лугуань» Шан Цинхуа, согнувшись в три погибели над пластиковым столом, остервенело черкал на обрывке рекламного флайера. Его лицо, покрытое липким слоем пота, выражало крайнюю степень финансового отчаяния. — Короче, Юань, расклад такой, — Самолет швырнул ручку на стол. — Нам пизда. Если мы хотим доплыть до Филиппин не в качестве корма для акул, а на нормальном катере, то «змееголовы» сдерут с нас минимум по сорок тысяч за голову. Это входной билет. Плюс взятки береговой охране, плюс пересадка в нейтральных водах. У меня на карте всего пара штук осталась, а наличка в моем кошельке... ну, на лапшу хватит. Шан Цинхуа тоскливо посмотрел на Шэнь Юаня, который в этот момент пытался оттереть подошву кед влажной салфеткой. — Мы — нищие беженцы, Огурец. Понимаешь? Мы даже до Манилы не доедем, нас высадят на первом же необитаемом рифе за неуплату. Ты говорил, ты снял наличку. Сколько? Шэнь Юань молча отложил салфетку. Он медленно подошел к своему черному пакету, который за последние сутки стал для него важнее, чем все реликвии Цанцюн вместе взятые. Он запустил руку в глубину, под слои вонючих футболок и пустых упаковок. Глухой, увесистый стук об стол заставил Шан Цинхуа подпрыгнуть. Шэнь Юань выложил три толстых брикета, плотно перетянутых банковскими резинками. Стоюаневые купюры с Мао Цзэдуном зловеще алели в тусклом свете лампочки. — Тут сто тысяч, — сухо произнес Шэнь Юань. — И еще двадцать рассованы по подкладке куртки. Шан Цинхуа застыл, открыв рот. Его очки сползли на кончик носа. — Ты... ты банк грабанул? — прошептал он, благоговейно протягивая руку к деньгам. — Я просто не идиот, — огрызнулся Юань. — Еще тогда, пока ты бегал делать копию ключа и искал, где что взять для побега, я весь день по Шанхаю круги наворачивал. Пять банкоматов в разных ТЦ. Снял всё, что позволял лимит по моим и семейным картам. Плюс в Ниндэ еще десятку вытряс из терминала у вокзала. Шан Цинхуа схватил одну пачку и прижал её к груди, как родного ребенка. — Огурец... я заявляю: я готов выйти за тебя замуж. Мы не просто нелегалы, мы — ВИП-нелегалы! Сто тысяч — это же... это же можно не просто катер, а катер с кондиционером выбить! — Закатай губу, Самолет, — осадил его Юань. — Эти деньги улетят за неделю. Нам еще на островах обживаться и документы левые покупать. Так что радуйся молча и пошли на выход. Нам нужно сменить прикид. Через полчаса они уже пробирались сквозь ряды местного рынка. Воздух здесь был таким густым от запаха специй и дешевого пластика, что его можно было резать ножом. Шэнь Юань, привыкший к бутикам и качественному хлопку, чувствовал, как его кожа начинает чесаться от одного вида товаров. — Вот это берем, — Шан Цинхуа кинул на прилавок две растянутые майки-алкоголички и пару ядовито-синих шлепанцев из дешевой резины. — И те кепки. И маски. Шэнь Юань содрогнулся, рассматривая «обновку». Майка пахла химическим заводом и была такой тонкой, что через неё можно было читать газету. — Я в этом похож на разнорабочего из провинции Хэнань, — проворчал он, расплачиваясь мятой десяткой. — Именно! В этом и смысл, гений! — Шан Цинхуа уже натягивал на себя кепку с надписью «SPORT». — Если мы будем светиться в твоих шанхайских шмотках, любая камера нас за секунду вычислит. А в этом дерьме мы сольемся с местными рыбаками. Ты — не Кредитор, ты — Ли, который приехал к дяде ловить креветок. В местном хозяйственном магазине Шэнь Юань купил рулон пищевой пленки и несколько герметичных пакетов для заморозки. Вернувшись в номер, он приступил к сакральному обряду. Он обмотал свой SSD пленкой в десять слоев, выдавливая воздух, пока устройство не стало напоминать брикет контрабанды. Сверху он надел три зип-лока. — Если в море будет шторм, я скорее сам утону, чем позволю этому диску намокнуть, — прошептал он, бережно укладывая сверток в глубину рюкзака. Шан Цинхуа в это время возился с новыми телефонами. — Готово, — он победно поднял вверх два дешевых смартфона. — Активировал новые черные симки. Регистрация на фермера из Ганьсу, который помер три года назад, но его данные до сих пор гуляют по серым базам. VPN запущен через три каскада. Можем выходить в сеть, Огурец. Только не надолго. Юань взял телефон. Экран был тусклым, тачскрин подтормаживал, но это была его новая цифровая броня. Внезапно смартфон Шан Цинхуа завибрировал. Звук в тишине комнаты показался громом. Самолет вздрогнул, едва не выронив девайс. — Это «змееголов», — выдохнул он, глядя на сообщение. — Пишет, что лодка через два часа. Старый причал на восточной окраине. Там, где «воняет тухлым тунцом сильнее обычного». Это его кодовое обозначение. Шэнь Юань встал, закидывая рюкзак на плечи. Он стремительно терял в весе, кости на ключицах проступили четче, а в глазах застыло выражение холодной, сосредоточенной ярости. Вместо того, чтобы чувствовать себя жертвой, он чувствовал себя игроком, который только что сделал ставку ва-банк. — Идем, — бросил он. — И не смей оборачиваться, Самолет. С этого момента для Китая нас больше не существует. Мы — призраки. Они вышли из ночлежки, растворяясь в серой предрассветной дымке рыбацкого поселка. Впереди был океан — огромный, равнодушный и единственный, кто мог спрятать их от багрового взгляда, оставленного в Шанхае. Пакет с SSD прилегал к спине Юаня, напоминая о том, что даже у призраков есть сердце, которое нужно беречь.