Error 404: ███████ Not Found

Вэй Юйлань, бессменная глава агентства «Jade Bridge», привыкла к тому, что пространство её кабинета работает на неё. Огромные панорамные окна тридцатого этажа, за которыми раскинулся Пудун с его стальными иглами, массивная столешница из редкого палисандра и тишина, стоящая целое состояние — всё это служило одной цели: подавлять волю тех, кто входил в эту дверь. Однако сейчас, глядя на юношу, застывшего посреди ковра с высоким ворсом, она впервые почувствовала, как привычный контроль выскальзывает из её холёных пальцев. Ло Бинхэ сохранял абсолютную неподвижность. Его грудная клетка замерла, превратившись в запертый гранитный свод. Он сознательно отказался от вдоха в ту самую секунду, как переступил порог, чувствуя, как тяжёлый, удушливо-сладкий аромат «Black Orchid» пытается просочиться в его легкие. Для Небесного Демона этот парфюм пах гнилью, скрытой под слоем дорогого воска. Юноша смотрел на Мадам Вэй сквозь стёкла очков Шэнь Юаня, и его взгляд был лишён всякого человеческого тепла. — Ли Бин? — Вэй Юйлань попыталась вернуть себе маску «Железной леди». Она медленно отложила золотую перьевую ручку, её движения были выверенными, почти хищными. — В вашем резюме, присланном утром, зияют пустоты размером с провинцию. Никакой истории в Шанхае. Никаких рекомендаций от тех, чей голос имеет вес. Вы кажетесь... ошибкой в базе данных. Бинхэ молчал. Тишина в кабинете стала осязаемой, она вибрировала, точно натянутая струна. Юноша зафиксировал каждое движение зрачков женщины: её настороженность, её профессиональный интерес и — самое омерзительное — проблеск того самого оценивающего желания, с которым люди смотрят на дорогую, редкую вещь. — Ошибки в базах данных — это то, что вы привыкли скрывать, Мадам Вэй, — произнёс Бинхэ. Его голос, идеально модулированный ночными репетициями, прозвучал низко и ровно, заполняя комнату вибрацией, от которой у женщины потяжелели веки. — Моё резюме пусто, потому что я — решение тех проблем, которые вы боитесь вносить в официальные отчёты. Например, ваш личный долг перед администрацией «Красного Лотоса». Пятьдесят миллионов юаней, проигранных за последний квартал. Информация, которая превратит ваше агентство в пыль, если она попадет в совет директоров. Вэй Юйлань побледнела так резко, что слой дорогой пудры на её лице стал казаться маской мертвеца. Её рука непроизвольно дернулась к горлу, сжимая нитку жемчуга. — Откуда... — выдохнула она, теряя остатки самообладания. Ло Бинхэ сделал первый шаг. Он плавно сократил дистанцию, и «запах хищника», который он до этого момента удерживал внутри, начал медленно разворачиваться, заполняя кабинет могильным холодом. Юноша открыл внутренний клапан, выпуская накопленную «сладкую» Ци — концентрат эмоций, собранный в ночном клубе. Воздух вокруг него наэлектризовался. Вэй Юйлань внезапно показалось, что стены офиса исчезли, а перед ней стоит существо, сотканное из самого света и первобытной мощи. Её воля, годами закалявшаяся в корпоративных войнах, начала плавиться, точно воск под пламенем. Зрачки женщины расширились, поглощая радужку. Она смотрела на Бинхэ и видела в нем не угрозу, а спасение, единственную истину в этом фальшивом мире. Её дыхание стало частым, прерывистым. Она начала его «хотеть» — жадно, безнадежно, каждой клеткой своего тела. Ло Бинхэ почувствовал эту волну похоти. Он ощутил её как липкую, вонючую слизь, которая пытается запачкать его безупречную льняную рубашку. Внутри него раздался глухой, демонический рык. «Как ты смеешь желать то, что принадлежит Кредитору? — подумал он, и его глаза на мгновение вспыхнули багровым за линзами очков. — Ты — просто бумага. Ты — ступенька в моей лестнице к его порогу». Бинхэ подошел к столу и положил бледную ладонь на полированную поверхность. Из его пальцев потянулись невидимые нити Ци, проникая в разум Мадам Вэй, перешивая её воспоминания и установки. Он действовал с хирургической точностью, вплетая образ «Ли Бина» в саму основу её профессиональной гордости. — Слушайте меня внимательно, Вэй Юйлань, — прошептал Бинхэ. — Ли Бин — ваш самый ценный актив. Вы нашли меня случайно, и теперь ваша жизнь зависит от моего успеха. Моё прошлое — это государственная тайна, к которой у вас нет доступа. Вы введёте меня в элитные круги Шанхая как своего личного протеже. Но... — Бинхэ наклонился к её лицу, — вы не предложите мои услуги семье Шэнь. Пока что. Просто сделайте так, чтобы моё имя звучало в каждом разговоре о больших деньгах, который ведет Шэнь И. Я должен стать для него мифом, прежде чем стану реальностью. — Да... Господин Ли... — пролепетала женщина, её глаза были затуманены экстатическим восторгом подчинения. — Вы... вы гений. Я сделаю всё. Ваше имя... оно будет в каждой сводке. Бинхэ заставил её разблокировать ноутбук. Используя её личный цифровой токен, он вошел в закрытые реестры. Его память мгновенно зафиксировала пароли, структуру доступа и списки контактов. Он внес себя в базу как «Стратегического консультанта высшего ранга по управлению рисками». Теперь его ID «Ли Бин» оброс мясом легальной истории. Завершив работу, Бинхэ выпрямился. Он чувствовал не триумф, а глубочайшее омерзение. Каждый предмет в этом кабинете, каждый вздох этой женщины вызывал у него физическую тошноту. В порыве благодарности и обожания Мадам Вэй потянулась к его руке. Её пальцы, украшенные кольцами, коснулись его манжета. В ту же секунду Бинхэ едва не сорвался. В его жилах вскипел ледяной огонь. Он почувствовал непреодолимое желание сорвать эту руку с плеча, превратить эту плоть в серый прах прямо здесь. Его пальцы судорожно сжались в кулак, ногти до боли впились в ладонь. — Не трогай, — прошипел он. Голос его стал таким холодным, что на стекле стола выступила изморозь. Он резко убрал руку за спину и развернулся к двери. Мадам Вэй замерла, парализованная этим внезапным ледяным ударом, но её преданность осталась нерушимой — Бинхэ выжег сомнения слишком глубоко. Юноша вышел из кабинета, так и не сделав ни одного вдоха за всё время аудиенции. Он миновал секретаршу, которая даже не осмелилась поднять на него взгляд, и зашел в лифт. Стоило дверям закрыться, как Ло Бинхэ жадно, со свистом втянул в себя воздух. Его легкие горели. Голова кружилась от переизбытка «грязной» энергии и кислородного голодания. Запах «Black Orchid» всё еще преследовал его, въевшись в ворс костюма. Бинхэ прислонился затылком к зеркальной стене лифта, чувствуя, как его трясет от ярости и брезгливости. «Я пачкаюсь об этот мир... — подумал он, сжимая в кармане акриловый брелок. — Шэнь Юань, посмотри, во что превращается твоё имущество в твоё отсутствие. Я становлюсь сосудом для чужих нечистот только ради того, чтобы вернуть твой взгляд».

Вернувшись в квартиру, Бинхэ не стал включать свет. Он сорвал с себя пиджак и рубашку прямо в прихожей. Дорогие вещи, стоившие десятки тысяч юаней, полетели в мусорное ведро — для него они были пропитаны запахом Мадам Вэй и её офиса. Он зашел в ванную и включил ледяную воду. Бинхэ шагнул под струи, не дожидаясь, пока они станут теплыми. Ему нужен был холод. Настоящий, обжигающий холод Бездны, который мог бы вытравить из его пор память об этой встрече. Юноша взял мочалку и начал остервенело тереть кожу. Он тер до тех пор, пока на предплечьях и груди не выступили багровые пятна. Каждое движение было наполнено тихой, сосредоточенной яростью. В какой-то момент он замер, глядя на слив. Вода, стекавшая с его тела, приобрела отчетливый розовый оттенок. Бинхэ коснулся груди. Рана от меча Сюя, затянутая демонической регенерацией, дала трещину под натиском подавленной Ци. Техника «Запечатывания меридианов» и отказ от дыхания создали в теле избыточное давление, превращая внутренний жар в физическую боль. Метка на лбу, лишенная маскировки, горела в полумраке ванной ядовитым алым светом. Его демоническая природа восставала против той роли, которую он сам себе навязал. — Шэнь Юань... — прошептал он, утыкаясь лбом в холодный кафель. — Почему ты заставил меня это делать? Почему ты сбежал, оставив меня наедине с этим миром из бумаги и гнили? Бинхэ опустился на колени прямо в душевой кабине. Его плечи мелко дрожали. На долю секунды образ «Черного СЕО» рассыпался, обнажив того самого потерянного мальчика из дровяного сарая, который просто хотел, чтобы его похвалили за чистую посуду. Он нашел на полке флакон ментолового шампуня Юаня. Юноша вылил целую горсть средства на ладонь и начал втирать его в волосы, в кожу, в поры. Запах мяты и яблок — резкий, искусственный, но такой родной — начал постепенно вытеснять вонь чужих жизней. Через полчаса Бинхэ вышел из душа, обмотав бедра белым махровым полотенцем Шэнь Юаня. Он выглядел истощенным, под его глазами залегли темные круги, но в его взгляде больше не было сомнений. Он сел за ноутбук, чувствуя, как холодный воздух кондиционера успокаивает рану на груди. Экран мигнул. В мессенджере Чэня висело новое сообщение от Мадам Вэй: «Ли Бин, я только что говорила с главой инвестиционного комитета Пудуна. Все в восторге от вашего анализа рисков. О вас уже спрашивают. Когда вы будете готовы к официальному выходу?» Ло Бинхэ тонко улыбнулся. Его пальцы застучали по клавишам, набирая ответ. «Я уже вышел, Мадам Вэй. Сформируйте повестку для совета директоров Шэнь Групп. Кредитор скоро убедится, что его финансовая безопасность зависит от моего имени». [Послесловие автора. Системный чат: Шэнь Юань и Протагонист] Шэнь Юань: Бинхэ... Шэнь Юань больше не может смотреть на эти мучения. Запирать вдох, сдерживать Ци до трещин в ране на груди и остервенело тереть кожу в ледяной воде — зачем устраивать этот безумный мазохизм? Твой фейк-образ Ли Бина требует слишком много жертв, и Шэнь Юань боится, что Бинхэ разрушит себя быстрее, чем доберется до Филиппин. Бинхэ: Этот Шэнь Юань не должен просить Бинхэ остановиться. Мадам Вэй теперь полностью контролируется Бинхэ. Путь в «Шэнь Групп» открыт через легальный контракт. Бинхэ готов терпеть любую боль в меридианах ради завершения плана. Шэнь Юань: Бинхэ, это не безупречность, это настоящий баг сознания и кринж-драма! Бинхэ плачет в ванной, обнимая полотенце, а потом пишет холодные отчеты Мадам Вэй под видом успешного инвестора. Шэнь Юань просит: прекрати этот скам собственного сердца. Тебе не нужен Белый ID, чтобы Шэнь Юань признал Бинхэ. Шэнь Юань уже признал Бинхэ еще в тот первый день в Шанхае. Бинхэ: Этот Шэнь Юань говорит это из жалости? Но Бинхэ больше не верит в жалость. Как Шэнь Юань поживает там, на островах? Не болеет? Что любит или не любит этот Шэнь Юань? Бинхэ хочет знать. Шэнь Юань: Этот Шэнь Юань... этот Шэнь Юань любит Бинхэ. Шэнь Юаню не важно, в каком Бинхэ костюме, Шэнь Юань примет Бинхэ любым. А насчет «не любит»... Шэнь Юань очень не любит, когда Бинхэ морит себя голодом и устраивает эту драму в ванной! Вот это настоящий баг сознания! Бинхэ: Этот Шэнь Юань любит Бинхэ... Бинхэ услышал эти слова. Но на вопрос о том, что не любит этот Шэнь Юань, ответа так и не прозвучало. Бинхэ всё еще ждет. Шэнь Юань: О боже, Бинхэ такой дотошный зануда! Ну хорошо, Шэнь Юань очень не любит плохие концовки в книгах и когда Бинхэ рискует собой. Достаточно? Побереги силы, Мадам Вэй опасна. Бинхэ: Бинхэ понял. Бинхэ тоже не любит плохие концовки. Бинхэ побережет силы, раз этот Шэнь Юань просит. Шэнь Юань должен просто беречь здоровье. Шэнь Юань: Шэнь Юань постарается. Пожалуйста, поскорее приезжай.