Error 404: ███████ Not Found

Утро семнадцатого дня в Шанхае пахло пылью и застоявшейся прохладой кондиционера. Ло Бинхэ сидел в кресле Шэнь Юаня, кутаясь в его махровый халат. Ткань, некогда белоснежная, теперь казалась юноше серой под мертвенным светом мониторов. Он медленно прокручивал страницу комментариев на «Zhongdian», и багровый отсвет его метки на лбу пульсировал в такт каждому клику мышки. Его взгляд замер на новом сообщении от пользователя «Непревзойденный Огурец». «Luo_3752, твоя свинина в медовом соусе во сне была просто отвратительной. Ты её пережарил...» Ло Бинхэ замер. Его губы медленно изогнулись в тонкой, болезненной улыбке. Он откинулся на спинку кресла, закрывая глаза. Сознание мгновенно подсунуло ему образы позапрошлой ночи — той самой, когда он впервые решился пробить барьер между материками. Тогда, вернувшись после жатвы в «Красном Лотосе», Бинхэ чувствовал себя живым богом. Энергия, выкачанная из десятков никчемных душ, бурлила в его меридианах раскаленным свинцом. Её было слишком много для одного тела. Она требовала выхода, требовала экспансии. И Бинхэ направил этот поток в единственную сторону, которая имела значение — к Шэнь Юаню. Он помнил, как лежал на этой самой кровати, сжимая в руке подушку Хозяина. Мэн Мо помогал ему, сплетая его волю в тонкую, как волос, иглу. В ту ночь Бинхэ не контролировал сон. На таком расстоянии его Ци растворялась в эфире, превращаясь в слабый резонанс. Но разум Шэнь Юаня, отравленный паранойей и черновиками Самолета, сам достроил эту картинку. Демон лишь приоткрыл дверь, а Кредитор сам нарисовал за ней ледяную камеру и тарелку мапо-тофу. Бинхэ наблюдал за этим со стороны, оставаясь невидимым наблюдателем в собственном видении. Он видел «другого» себя. Версию Ло Бинхэ, запертую в воображении Шэнь Юаня. Тот, призрачный демон, стоял по ту сторону стены в своей черной водолазке и просовывал тарелку в щель. На тарелке лежал мапо-тофу. Острый, истекающий красным маслом, пахнущий имбирем так сильно, что даже реальный Бинхэ почувствовал этот запах в Шанхае. Ло Бинхэ тогда смотрел на лицо Шэнь Юаня. Он видел, как расширяются зрачки Кредитора от ужаса, как дрожит его нижняя губа, как он вжимается в холодные камни, пытаясь исчезнуть. Бинхэ чувствовал этот страх — он был вкуснее любой выпитой Ци. Но вместе с восторгом пришла и глухая, тяжелая обида. «Ты видишь во мне только тюремщика, — думал Бинхэ, глядя на спящего Юаня. — Даже в своих мечтах ты строишь стены между нами. Ты боишься принять мою заботу, пока она не приправлена твоей собственной казнью». И теперь, читая про «медовую свинину», Бинхэ осознавал масштаб игры своего Хозяина. Шэнь Юань лгал. Он лгал нагло, дерзко, пытаясь проверить — действительно ли Бинхэ видел его сон, или это было лишь случайное совпадение. — Медовая свинина... — прошептал Бинхэ. — Ты думаешь, я такой дурак, Шэнь Юань? Ты думаешь, я не помню цвет того масла на твоем подбородке? В его груди шевельнулось странное чувство. Это не была ярость. Это было... умиление. Почти нежность. Ему нравилось, что Юань сопротивляется. Ему нравилось, что этот «домашний котик» выпустил когти и пытается манипулировать самим Небесным Демоном через интернет-форум. Это делало Юаня живым. Это делало его достойным того, чтобы за ним охотиться через века и страны. — Он смеется над тобой, мальчик, — проворчал Мэн Мо, материализуясь в углу комнаты темным сгустком тумана. — Твой Кредитор считает тебя слепым котенком. Посмотри на себя! Ты потратил всю мощь "Красного Лотоса" на один короткий визит в его голову, а он теперь использует это, чтобы потешить своё эго. Ты истощен. Твоя рана снова открылась. Бинхэ непроизвольно коснулся груди. Халат Юаня в районе шрама был влажным. Встреча с Мадам Вэй, где он потратил резерв «Маски Обаяния», и ночная попытка пробить эфирный барьер до Филиппин выжали его досуха. У него не осталось Ци даже на то, чтобы зажечь свечу. Его тело ныло от усталости, а в голове стоял монотонный гул. Прошлой ночью он снова пытался. Он закрывал глаза, концентрировался на запахе «Морского бриза», посылал свою волю через океан... но натыкался лишь на глухую стену. Дистанция была слишком велика. Без свежей порции качественной энергии его Ци просто растворялась в соленой воде, не долетая до Филиппин. — Тебе нужна Жатва, — вкрадчиво прошептал паразит. — Прямо сейчас. В этом доме живут сотни людей. Они спят за своими запертыми дверями, считая себя в безопасности. Выйди в коридор. Одно касание к каждой двери — и к утру ты сможешь не только накормить его во сне, ты сможешь материализоваться в его спальне наяву. Ну же! Один глоток из соседа — и ты перестанешь дрожать от холода. Ло Бинхэ встал и подошел к зеркалу в ванной. Он посмотрел на своё отражение. Бледный, с запавшими глазами, он выглядел как тень самого себя. Его рука инстинктивно потянулась к горлу, сжимая невидимую Ци. Искушение было колоссальным. Один приказ Мэн Мо — и он наполнится силой. В памяти внезапно всплыла бабушка Чжан из уезда N. Её красные руки, пахнущие мылом. Её испуганное лицо, когда он выгнал её с пельменями. «Если я выпью их всех... — подумал Бинхэ, глядя в свои багровые зрачки. — Если я стану тем мясником, которого ты так боишься, Юань... останется ли во мне хоть что-то, на что ты сможешь смотреть без содрогания? Ты звал меня по имени. Ты лечил меня. Ты хотел видеть во мне человека. Если я окончательно убью в себе этот лотос, я убью и твою память обо мне». — Нет, — отрезал Бинхэ, отворачиваясь от зеркала. — Я не буду делать это сейчас. Я найду другой путь. Более чистый. — Глупец! — рявкнул Мэн Мо. — Ты выбираешь слабость ради призрачного одобрения того, кто тебя бросил! Ты проиграешь эту войну, Ло Бинхэ! Бинхэ проигнорировал ярость паразита. Он вернулся к компьютеру. Его пальцы, всё еще слегка дрожащие, легли на клавиатуру. Он должен был ответить. Он должен был поддержать эту игру в прятки, пока его «Лицо» в Шанхае обрастало связями и легальностью. Он набрал текст ответа. Каждое слово было пропитано иронией и скрытым обожанием. «Рад, что вкус моего гостеприимства остался с вами... В следующий раз я учту ваши замечания по поводу огня. Жаль, что вы так быстро проснулись. Я приготовил еще много интересного для вашего рациона». Бинхэ нажал «Отправить». Ему казалось, что вместе с этими байтами он отправляет часть своей души, ту самую, что еще умела ценить вкус горелого риса. — Подыграю тебе, Кредитор, — прошептал он, глядя на мигающий курсор. — Думай, что я промахнулся. Думай, что я просто угадываю. Пусть твоя бдительность уснет вместе с твоим страхом. Ло Бинхэ встал, снимая халат. Он надел свежую черную водолазку — вторую кожу, которую он теперь ненавидел и обожал одновременно. Ему нужно было идти в офис Чэня. Ему нужно было продолжать строительство своей империи. Он вышел из квартиры, аккуратно поправив пластырь на лбу. На лестничной клетке он столкнулся с соседом — тем самым, которого Мэн Мо предлагал «выпить». Мужчина поздоровался, вежливо кивнув. Бинхэ ответил ему тем же — его улыбка была безупречной, мягкой, лишенной всякой угрозы. Сосед прошел мимо, даже не заподозрив, что всего пять минут назад его жизнь висела на волоске от демонического голода. Бинхэ зашел в лифт. Он чувствовал пустоту внутри своих меридианов, но эта пустота была честной. Он сохранял себя для Юаня. Он строил мир, в который Кредитор сможет вернуться, не зажимая нос от запаха крови. «Ты увидишь, Шэнь Юань, — думал Бинхэ, глядя на спускающиеся цифры этажей. — Я стану лучшим в твоем мире. Я стану настолько идеальным, что тебе придется признать: твой должник стоит больше, чем вся твоя семья. И тогда мы съедим настоящую медовую свинину. Вместе». Лифт звякнул, открывая двери в шумное шанхайское утро. Ли Бин вышел на улицу, и его походка была походкой человека, который точно знает, что время — его самый верный союзник. Охота продолжалась, но теперь в ней появилось место для нежности, которая была опаснее любого клинка. А в комментариях под главой «Пути» пользователи уже начали гадать, почему Luo_3752 так вежлив с «Огурцом». Но Ло Бинхэ было всё равно.

[Послесловие автора. Системный чат: Шэнь Юань и Протагонист] Шэнь Юань: Бинхэ! Что это за дешевый фарс с медовой свининой во сне?! Любой дурак знает, что в том видении был обжигающий мапо-тофу! Шэнь Юань просто проверял прочность вашего моста через океан, а Бинхэ повелся как наивный юнец! Но выжимать последние крохи Ци ради ночных визитов и отказываться от пищи — это безумие! Рана на груди снова открылась, халат насквозь пропитан багровым, а Бинхэ натягивает этот тесный свитшот и прется в офис своего лудомана под видом Ли Бина! Не нужно выкупать этот город и компанию, чтобы доказать свою важность Шэнь Юаню! Бинхэ: Этот Бинхэ так же сильно заботится об этом Шэнь Юане, как этот Шэнь Юань заботится о Бинхэ. Этот Бинхэ готов перенести любую лихорадку и боль. Бинхэ обещал не проливать кровь в Шанхае. Бинхэ останется чистым. Разве этот Шэнь Юань не хотел видеть этого Бинхэ безупречным? Шэнь Юань: Какая к черту безупречность, это же глупое самоубийство! Поверить не могу, что Бинхэ готов разбиться в лепешку в этом тупике ради своей гордости! Ладно! Пусть Бинхэ делает свои фальшивые документы! Но когда Ли Бин закончит эту возню, Шэнь Юань найдет способ унять лихорадку. Шэнь Юань не позволит Бинхэ заглохнуть. Пожалуйста... не надо ломать себя раньше времени. Бинхэ: Бинхэ послушен. Бинхэ сохранит жизнь ради встречи с Шэнь Юанем.