Error 404: ███████ Not Found

День восемнадцатый после исчезновения Кредитора начался для Ло Бинхэ с абсолютной, звенящей тишины, которую он научился препарировать с хирургической точностью. В два часа пополудни солнце Шанхая стояло в зените, пытаясь пробиться сквозь плотные блэкаут-шторы гостиной. Юноша сидел в глубоком кресле перед Мастер-Сервером, и его пальцы застыли над клавиатурой. На левом мониторе бежали строки кода — Бинхэ изучал структуру облачного хранилища «Шэнь Групп», выискивая уязвимости в протоколах безопасности. На правом — светилось лицо Шэнь Сюэ, вырезанное из группового снимка в социальной сети. Юноша изучал изгиб её губ и наклон головы, пытаясь соотнести это с теми эмоциональными всплесками, которые он видел в переписке на телефоне Юаня. Он был полностью погружен в процесс цифрового поглощения. В его меридианах ровно циркулировала Ци, выкачанная из ночных жертв на набережной — теперь она была очищенной, упакованной в плотные слои его новой личности. Бинхэ чувствовал себя уверенно. Он владел этой квартирой, он владел информацией, он владел временем. Звук пришел из коридора. Тихий, металлический скрежет, который в его памяти мгновенно вызвал ассоциацию с поворотом ключа в замке. Бинхэ замер. Сердце его пропустило удар, а затем забилось в ритме боевой готовности. «Кредитор? — первая мысль была лихорадочной, почти болезненной. — Ты вернулся сам?». Но через секунду его слух зафиксировал иное: вес шагов, ритм дыхания, запах. Это был не «Морской бриз» и не запах застарелого страха Юаня. От двери веяло свежестью, дорогим женским парфюмом с нотками жасмина и той самой энергией, которую он видел на фото. Шэнь Сюэ. Мэймэй. У него было ровно три секунды, пока она открывала вторую задвижку. Его мозг, работающий на частоте демонического процессора, начал мгновенную перестройку реальности. Он не был готов к физическому визиту именно сегодня, но импровизация всегда была его сильнейшей стороной. Бинхэ рывком выключил мониторы. Синее сияние погасло, погружая комнату в полумрак. Он вскочил с кресла, и его взгляд заметался по комнате. Нужно было выбрать роль. «Черный СЕО»? Слишком рано, она вызовет полицию. «Грабитель»? Глупо. Он посмотрел на свои руки. На нем был тот самый серый свитшот Шэнь Юаня. Ткань, чуть маловатая в плечах, подчеркивала его хрупкость и одновременно — его связь с этим домом. Бинхэ упал на колени перед книжной полкой. Он схватил первый попавшийся том ПГБД, который специально оставил на виду, и начал нарочито бережно протирать обложку краем своего рукава. Его плечи неосознанно поникли, а лицо приняло выражение глубочайшей, почти сакральной скорби. Дверь распахнулась. Шэнь Сюэ влетела в квартиру подобно вихрю. В руках она сжимала тяжелую связку ключей и бумажный пакет из пекарни. На ней было легкое летнее платье и солнцезащитные очки, которые она тут же сдвинула на макушку. — Юань-гэ! Если ты опять забыл про обед и сидишь в своих... — она осеклась на полуслове. Мэймэй замерла в прихожей. Её взгляд, натренированный годами работы с PR-кризисами, мгновенно сканировал помещение. Квартира, которая обычно напоминала берлогу задрота, теперь сияла стерильной чистотой. Пол вымыт до блеска, книги расставлены по высоте, в воздухе — запах дорогого кофе и антисептика. Порядок был слишком идеальным, чтобы быть случайным. И посреди этого идеального порядка, в самом сердце личного пространства её брата, находился Посторонний. Ло Бинхэ медленно, словно преодолевая величайшее сопротивление, повернул голову. Он не встал. Он продолжал сидеть на коленях, прижимая к груди книгу Юаня. Его глаза — теперь большие, влажные, полные немого вопроса и страха — впились в лицо девушки. — Кто... кто вы? — голос Мэймэй дрогнул. Её рука мгновенно нырнула в сумочку, нащупывая баллончик с перцовым газом. Она не была «тепличной девочкой». Жизнь с тремя старшими братьями-акулами научила её мгновенной реакции на угрозу. Она видела перед собой невероятно красивого юношу, чья внешность могла бы украсить обложку любого глянца, но её мозг вопил: «ЧУЖОЙ». — Пожалуйста... — Бинхэ произнес это слово так тихо, что Мэймэй пришлось прислушаться. — Пожалуйста, не вызывайте стражу... полицию. Я не хотел... я просто присматриваю за его вещами. Он нарочито вздрогнул, когда она сделала шаг вперед. Юноша еще плотнее прижал к себе книгу, словно это был единственный щит, способный защитить его от мира. — Присматриваешь? — Шэнь Сюэ прищурилась, её взгляд стал острым и оценивающим. — В одежде моего брата? В его квартире? Парень, у тебя есть ровно пять секунд, чтобы объяснить, почему я не должна прямо сейчас нажать «Вызов» на номере СБ нашего района. Бинхэ опустил голову. Прядки черных кудрей закрыли его лоб, пряча пластырь и метку. Он выстроил свою стратегию на основе её «фанфика» — того самого, про слабость и преданность. — Хозяин Шэнь... он нашел меня, когда мне некуда было идти, — Бинхэ заговорил сбивчиво, имитируя провинциальный акцент и глубокое смущение. — Он позволил мне остаться. Он лечил меня... — юноша коснулся груди, где под тканью свитшота угадывался шрам. — Но недавно он уехал. Сказал, что ему нужно одиночество. Он просил меня беречь его дом. Я не знал... я не знал, как связаться с его семьей. Я просто чистил его пол и ждал. Мэймэй замерла, не вынимая руки из сумки. Её PR-мозг лихорадочно анализировал картинку. С одной стороны: подозрительный красавчик в вещах брата. С другой стороны: квартира в таком идеальном состоянии, какого Юань не добивался даже под угрозой расстрела. И этот парень... он не выглядел как вор. Он выглядел как... как брошенный щенок редкой и очень дорогой породы. — Он уехал? — переспросила она, и в её голосе прорезалось беспокойство. — Куда? Он прислал сообщение про ретрит, но... почему он оставил тебя здесь? Бинхэ поднял на неё взгляд. Это был момент истины. Он позволил своей ауре чуть-чуть «потеплеть», окутывая девушку волной меланхолии и тихой преданности. — Он... он был очень напуган, — прошептал Бинхэ. — Он постоянно читал эти книги, — он указал на «Путь», — и сравнивал моё лицо с картинками. Он говорил, что я пришел, чтобы закончить его историю. Я не понимал, что это значит. Но в последнюю ночь он смотрел на меня так, будто я — его смерть. Мэймэй почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Она знала об одержимости Юаня новеллами. Она сама подшучивала над ним, называя его «безнадежным задротом». Но услышать, что брат довел себя до паранойи из-за сходства живого человека с персонажем... это звучало пугающе достоверно в контексте характера Юаня. — Он решил, что ты — это он? — она указала на обложку ПГБД в руках Бинхэ. — Герой из этой макулатуры? — Я не знаю, кто этот человек в книге, — солгал Бинхэ, и его голос был полон такой искренней горечи, что Мэймэй невольно ослабила хватку на баллончике. — Я просто Ли Бин. Я приехал в Шанхай за работой, меня ограбили в метро, и Юань-гэ... он был единственным, кто не прошел мимо. Он привел меня сюда, дал эту одежду... а потом сам испугался своей доброты. Бинхэ встал. Он был выше неё почти на голову, но он стоял, ссутулившись, глядя в пол, демонстрируя полную покорность. — Если я мешаю... если вы считаете, что я украл это... — он потянул за край свитшота, — я уйду сейчас же. У меня есть немного денег, я отработал их на уборке. Я просто... я просто не хотел, чтобы его книги покрылись пылью. Он так их любил. Мэймэй смотрела на него, и в её голове один за другим начали всплывать теги: #Преданный_пёс, #Трагическое_сходство, #Одиночество_гения. Её профессиональный цинизм начал стремительно таять под напором её же собственных фантазий. Перед ней стоял живой, дышащий троп из её любимых историй. — Стоп. Никуда ты не пойдешь, — сказала она, наконец вынимая руку из сумки. — Ли Бин, так тебя зовут? Сядь. И расскажи мне всё. С самого начала. Она прошла в гостиную и села на диван, поставив пакет с едой на стол. — Юань-гэ всегда был идиотом, но чтобы настолько... — она потерла виски. — Оставить такого парня, как ты, одного в квартире и сбежать в джунгли? Это в его стиле. Полная безответственность. Бинхэ сел на край кресла, сложив руки на коленях. Внутренне он торжествовал. Первая линия обороны была прорвана даже без использования Ци. Шэнь Сюэ видела в нем не демона, а «сюжетную находку». — Вы... вы не будете звонить в полицию? — спросил он, и в его голосе послышалась тщательно отрепетированная надежда. Мэймэй посмотрела на него сквозь свои дизайнерские очки и внезапно поняла, почему её брат так перепугался. Этот Ли Бин был не просто похож на героя новеллы. Он обладал той самой магнетической, опасной аурой, которая в книгах всегда приводила к катастрофам, а в реальности — к полной потере рассудка. — Полиция? — она хмыкнула, убирая баллончик в сумку. — Ли Бин, если я позвоню в СБ и скажу, что мой брат-хикка приютил в квартире парня с идеальной осанкой, а потом сбежал в ретрит из-за паранойи по поводу вымышленного демона... Да-гэ закроет меня в кабинете на месяц. К тому же, ты слишком тихо дышишь для вора. Она замолчала, изучая его лицо. В её взгляде смешивались подозрение, любопытство и то самое «шипперское» пламя, которого Бинхэ так ждал. — Послушай, Ли Бин. Мой брат — проблемный человек. Но он — мой брат. И если ты действительно хочешь ему помочь... и если ты действительно так предан ему, как пытаешься показать... то нам есть о чем поговорить. Бинхэ поднял глаза. На его губах на долю секунды промелькнула тень той самой улыбки, которую Юань назвал бы «яндере-триггером», но Мэймэй увидела лишь проблеск благодарности. — Я сделаю всё, что скажете, — произнес Бинхэ. — Я лишь хочу вернуть его домой. Шэнь Сюэ замерла, глядя на него в упор. В её голове уже складывался план. План, в котором Ли Бин был не просто случайным жильцом, а ключом к спасению её «безумного» брата. [Послесловие автора. Системный чат: Шэнь Юань и Протагонист] Шэнь Юань: Бинхэ... Шэнь Юань до глубины души потрясен этим мастерством маскировки. Разыграть перед Мэймэй этот слезливый перформанс «брошенного щенка» ради обхода СБ — это верх наглости! Но Мэймэй — умная девочка, воспитанная Шэнь И. Если Да-гэ узнает о Бинхэ, вся эта иллюзия легальности Ли Бина лопнет быстрее, чем Бинхэ успеет дописать резюме! Бинхэ: Бинхэ не против выглядеть брошенным щенком. Если это поможет сберечь то, что дорого Бинхэ, репутация Ли Бина не имеет значения. Пусть Мэймэй или Да-гэ считают Бинхэ кем угодно. Лишь бы этот Шэнь Юань оставался в безопасности. Шэнь Юань: Ау... Бинхэ, прекрати! Прекрати строить это лицо трагического героя и писать такие вещи! Это же критический удар прямо блять в кокоро! Шэнь Юань просто предупреждает, чтобы Бинхэ не лез на рожон! Бинхэ: Бинхэ просто хочет быть полезным. Этот Шэнь Юань обещал оберегать Бинхэ, но Бинхэ до сих пор так мало знает об этом Шэнь Юане. Бинхэ послушен, но... чего этот Шэнь Юань не любит в Бинхэ больше всего? Какое самое большое «не люблю»? Шэнь Юань: Шэнь Юань... Шэнь Юань не любит, когда Бинхэ задает такие грустные вопросы! И когда Бинхэ так преданно смотрит, словно Шэнь Юань может его обидеть! Вот это Шэнь Юань очень не любит, вредина Бинхэ! И вообще, Шэнь Юань любит, когда Бинхэ бережет себя! Бинхэ: Бинхэ понял. Бинхэ больше не будет грустить. Этот Бинхэ сделает всё, как просит этот Шэнь Юань, и сохранит себя ради встречи. Бинхэ очень послушен. Шэнь Юань: Вот именно. Шэнь Юань ждет приезда Бинхэ. Пожалуйста, больше никаких глупых рисков. Бинхэ: Бинхэ послушен. Мэймэй сама введет Ли Бина в семью Шэнь. И Шэнь Юань скоро встретится с Бинхэ.