Тёмное течение

Глава 7 Это моя и «Юаньнань Групп» красная черта Руководство корпорации «Юаньнань Групп» собиралось на ежедневное совещание ровно в девять утра. По плану, на совещании 5 февраля должны были подтвердить и подчеркнуть новую стратегию инвестиций в недвижимость, особенно на фоне неблагоприятного экономического курса 2020 года. Но едва появились новости об убийстве на пешеходной улице, как повестку срочно сменили, и теперь решали, как корпорации справиться с негативными последствиями «дела о трупе, выброшенном на улице Цзяннин». Даже отдел по связям с общественностью, которому обычно не требовалось выступать на утренних совещаниях, вдруг оказался в центре внимания. Руководила им Гуань Хунфэнь, проработавшая в «Юаньнань Групп» больше десяти лет. Получив сообщение о происшествии ещё ночью, она не сомкнула глаз. Всю ночь готовила текст выступления. Поднявшись на трибуну, Гуань Хунфэнь, умеющая связывать события, с серьёзным лицом напомнила об убийстве пятнадцатилетней давности. Оно произошло на той же пешеходной улице при схожих обстоятельствах. — То убийство, — произнесла она, — стало для нашей компании настоящим «чёрным лебедем»*1. Оно вызвало непрерывное падение акций до нижнего предела. «Юаньнань Групп» потребовалось больше трёх лет, чтобы оправиться от последствий… В дальнем конце длинного стола Чу Хуайнань спокойно изучал документы, подготовленные подчинёнными. Когда он наклонил голову, стала заметна плавная, но острая дуга подбородка. Его секретарь Ван Сяоцзюнь, сидевшая рядом, старалась даже не смотреть на невозмутимое лицо начальника. Другое убийство, о котором упомянула Гуань Хунфэнь, случилось пятнадцать лет назад. Формально в том деле фигурировал лишь один полицейский в качестве жертвы, но тогда оно нанесло «Юаньнань Групп» сокрушительный удар. За считанные дни капитализация упала на 38,36%, а убытки, по позднейшим подсчётам, достигли сотен миллиардов юаней. Чу Хуайнань всё это знал. Хотя тогда ему было всего четырнадцать. Многое из того времени стёрлось из памяти, но то дело он забыть не мог. Вместе с репутацией компания потеряла тогда своего финансового директора Цзи Цзяннин, мать Чу Хуайнаня. Это было будто злая насмешка. Женщина погибла на пешеходной улице, построенной по её же инвестиционному проекту, но не по работе. В тот день у неё просто оказалось свободное время, и по дороге домой, проходя мимо пешеходной улицы, она решила зайти туда, чтобы выбрать подарок сыну. Через три месяца мальчику должно было исполниться четырнадцать. Цзи Цзяннин хотела сама подобрать праздничный костюм для сына, без портного: его размеры она и так знала наизусть. Хотя она происходила из знатной семьи и была замужем за человеком с баснословным состоянием, в её характере не было ни капли высокомерия. Она вела честный бизнес, не любила устраивать суету и терпеть не могла телохранителей, того, чем так кичились другие жёны миллионеров. Но именно такая добрая и скромная женщина погибла на улице, названной в её честь. Её не убили. Она погибла в давке, возникшей после убийства. По версии СМИ, помимо паники, трагедию усугубила неудачная планировка выхода с улицы. Это и привело к давке. В результате один человек погиб, шестеро получили тяжёлые ранения, ещё тринадцать — лёгкие травмы. Проект пешеходной улицы был личным детищем Чу Чжэньтана, главы семьи и председателя совета директоров. Он надеялся с его помощью превратить «Юаньнань Групп» из фармацевтического концерна в многоотраслевую корпорацию. Это был первый в Цзянху проект, совмещавший жилые дома и коммерческую зону. Гордость компании. Но смерть Цзи Цзяннин стала для «Юаньнань Групп» тяжёлым ударом: акции рухнули, а её супруг Чу Чжэньтан, узнав о трагедии, пережил сильнейший приступ астмы и попал в больницу. Как считали позже, именно её смерть привела к его ранней кончине. Провал ключевого проекта, падение акций, смерть финансового директора, госпитализация председателя. В феврале 2005-го «Юаньнань Групп» словно прокляли. И всё же в этом хаосе нашёлся один человек, которому улыбнулась удача. Он сидел по правую руку от Чу Хуайнаня, его двоюродный дядя Чу Чжэньшэн. Когда-то старшие родственники не гордились им из-за слабых деловых качеств и страсти к азартным играм. За месяц до трагедии он, проигравшись в Макао, вынужден был продать почти все свои акции «Юаньнань Групп», чтобы расплатиться с долгами. Но ему вдруг повезло. Уже в начале февраля, вернув часть капитала благодаря очередной удачной игре, Чу Чжэньшэн вдруг узнал, что акции упали из-за дела об убийстве. Ему удалось выгодно выкупить акции, сохранив активы. Так он стал единственным акционером, не понёсшим убытков. Выступление Гуань Хунфэнь подходило к концу, и Чу Хуайнань наконец поднял голову от документов. Гуань Хунфэнь работала в пиар-отделе десятилетиями и провела бесчисленное множество антикризисных кампаний. Сегодня ночью она вместе с коллегами провела несколько совещаний подряд и пришла к выводу: нынешняя ситуация хоть и неприятна, но не приведёт к повторению катастрофы пятнадцатилетней давности. — Учитывая всё вышесказанное, — продолжила она, — помимо обычной работы с местными СМИ, я предлагаю, когда расследование прояснится, сделать заявление на официальных платформах. И если после завершения полицейского расследования выяснится, что упомянутые в деле предприятия тоже невиновны и пострадали по стечению обстоятельств, — почувствовав взгляд Чу Хуайнаня, она поправила сползшие очки, — мы сможем выпустить ещё одно сообщение, где подтвердим, что относимся ко всем пострадавшим компаниям одинаково. Когда Гуань Хунфэнь закончила, в зале раздались бурные аплодисменты. Искреннее восхищение и лицемерная лесть перемешались в единый шум, и различить их было так же трудно, как истинный мотив преступления. Возвращаясь на своё место, Гуань Хунфэнь украдкой взглянула на лицо молодого босса. Совещание прошло на удивление быстро и продуктивно. Четыре года назад, через два года после того, как Чу Хуайнань вступил в должность, он провёл тотальную замену высшего руководства. Внутри компании эту кадровую реформу в частных разговорах называли «чисткой». Те, кто только занимал место, но ничего не делал, ушли на заслуженный отдых. А те, кто попал на высокие посты по знакомству и паразитировал на зарплате, были сосланы в отдалённые филиалы. Остались только настоящие профессионалы, те, кого можно назвать боевыми товарищами. Поэтому Чу Хуайнань не считал нынешний кризис серьёзной угрозой, однако интуиция его никогда не подводила. К тому же у этого дела с происшествием пятнадцатилетней давности было не одно лишь совпадение по месту. Останки, найденные сегодня, появились в день годовщины смерти его матери. Спустя пятнадцать лет, в тот же день и на том же месте, снова произошло убийство. И на этом совпадения не заканчиваются. Тогда жертвой стал полицейский, а теперь убийца оставил записку, в которой упоминаются полицейские. Эти пугающие совпадения действительно случайны? Но почему они вообще возникают и почему снова на улице Цзяннин? Неужели всё дело лишь в том, что из-за большого потока людей там так много отбросов? Что же означает та записка? Полицейские? Почему снова полицейские? После окончания заседания Чу Хуайнань задержал Гуань Хунфэнь и её секретаря, чтобы обсудить детали. Гуань Хунфэнь была настоящим трудоголиком. Она получила сообщение о происшествии уже в три часа ночи, а через десять минут её отдел разделился на две группы. Одна собирала дополнительную информацию, другая на месте разрабатывала план действий, и к утру всё было готово. Поэтому к моменту отдельного доклада Чу Хуайнаню и информация, и план уже были отработаны. Секретарь Гуань Хунфэнь была молодой женщиной чуть младше тридцати лет, но уже обладала всеми качествами настоящей деловой женщины. Она действовала быстро, была сообразительна и, не дожидаясь просьбы начальницы, сама развернула презентацию на экране. — Согласно полученным данным, — начала она, — пешеходная улица была лишь местом, куда убийца выбросил тело. Судя по полицейским сводкам, вероятность того, что преступление совершено именно там, крайне мала. Ещё в университете она была прирождённым оратором и могла без запинки выступать перед тысячной аудиторией. Но сейчас стоило Чу Хуайнаню бросить на неё короткий взгляд, как сердце на миг сбилось с ритма. В мыслях мелькнуло, что не зря в отделе секретариата говорят, будто их босс — лис с убийственной харизмой. На мгновение отвлёкшись, она с восхищением глянула на невозмутимую Ван Сяоцзюнь, которая, в отличие от неё, всё время оставалась сосредоточенной. Эта короткая заминка не помешала докладу. Чу Хуайнань подпёр подбородок рукой и всё это время выглядел задумчивым. Гуань Хунфэнь тоже ничего подозрительного не заметила. Она решила, что её способная помощница просто немного нервничает под взглядом начальника, поэтому одобрительно посмотрела на неё и дала понять, что можно продолжать. Секретарша прочистила горло, быстро взяла себя в руки и продолжила: — На данный момент СМИ сосредоточили внимание на записке убийцы и его дерзком поступке. В ней упомянуты «коррумпированные полицейские», а это тема болезненная и для общества, и для политики. К тому же СМИ намеренно раздувают её, так что в ближайшее время начнётся бурное обсуждение. Закончив с информацией, секретарша с облегчением остановилась. Теперь она точно поняла, что работать с таким начальником значит выработать полную нечувствительность к его красоте, этакий «золотой колокол и железную рубашку»*2 против гормональной атаки. Она даже мысленно пожурила себя за то, что, как и молодые стажёрки, теряет голову от одного взгляда босса. Конечно, иметь начальника с внешностью небожителя это счастье, но стоять перед ним и сохранять хладнокровие во время доклада настоящее испытание. Она искренне восхищалась Ван Сяоцзюнь, которая, как и она, окончила престижный университет Лиги плюща. Работать бок о бок с Чу Хуайнанем и при этом не отвлекаться на его лицо, не совершать ошибок из за его внешности, это поистине самый безжалостный человек среди безжалостных людей. Гуань Хунфэнь, разумеется, не догадывалась, что её подчинённая уже мысленно назвала босса лисом обольстителем и даже написала про себя эссе «О вреде, наносимом человечеству лисами обольстителями». В целом она осталась довольна докладом. Зная по себе, как тяжело долго стоять на каблуках, она мягко предложила секретарше присесть. Та с облегчением опустилась на стул, выбрав место подальше от Чу Хуайнаня, чтобы больше не попадать под действие его чар. Сам же Чу Хуайнань, не подозревая, какой шторм вызвал в душе своей сотрудницы, снова и снова прокручивал в уме детали дела. Его длинный указательный палец левой руки упирался в небольшую ямочку на середине нижней губы, большой палец лежал на подбородке, а локоть опирался на стол, образуя красивый острый угол. Это была его привычная поза, когда он серьёзно над чем-то размышлял. Он молча перелистал презентацию до третьей страницы с конца и просмотрел её несколько раз. На ней была собрана вся информация, которую команда Гуань Хунфэнь сумела добыть из разных источников, потратив на это много времени и используя свои связи. Эти данные почти полностью совпадали с теми, что были в распоряжении полиции. — Информацию собрали отлично, и план действий составлен грамотно. Да, это дело затрагивает сразу несколько болезненных для общества тем, так что внимание к нему будет огромным, — сказал он. Чу Хуайнань положил металлическую ручку на идеально отполированную стеклянную столешницу. Тихий, едва слышный звон, с которым она коснулась поверхности, заставил обоих сотрудников пиар-отдела напрячься. — Местные средства массовой информации, конечно, нужно держать под контролем, — продолжил он, — но не забывайте и об интернет-мониторинге. Место, время и ключевые детали этого преступления перекликаются с делом пятнадцатилетней давности. Если бы я был журналистом, я бы тоже не упустил случая напомнить о тех событиях. Так что вся корпорация должна быть готова к реакции. — И ещё одно… — он на секунду замолчал. — Это уже моя личная просьба. Эти слова заставили обоих сотрудников внутренне собраться. Даже Ван Сяоцзюнь подняла глаза от ноутбука. — Я не хочу, чтобы хоть одно средство массовой информации опубликовало фотографии с места событий, — произнёс он тихо, с холодной, почти равнодушной жестокостью. — Это моя и «Юаньнань Групп» красная черта. Трое присутствующих одновременно кивнули. Смысл был ясен: средства массовой информации могут делать необходимый обзор дела, но любое издание, которое попытается нажиться на этой трагедии, публикуя кровавые кадры той ночи из прошлого, должно быть устранено быстро и без следа. Сноски: *1. Чёрный лебедь — редкое и непредсказуемое событие с катастрофическими последствиями. *2. «Золотой колокол» и «железная рубашка» — образ из китайских боевых искусств, две легендарные техники, дающие телу неуязвимость. *** Перевод Slave_of_Desire редакция команды Golden Chrysanthemum