Тёмное течение

Глава 30 Этой суммой кто-то заплатил за убийство Чу Хуайнань нанял нескольких частных детективов с отличной репутацией, чтобы они помогли ему расследовать убийство пятнадцатилетней давности и недавнее преступление, связанное с ним. Но поскольку многое из того, что предстояло выяснить, уходило корнями в далёкое прошлое, даже первоклассные специалисты добывали в основном лишь маловажные сведения. Эти разрозненные и бесполезные детали совсем не помогали выяснить правду. Однако тот молодой человек, которого Чу Хуайнань в шутку называл «Талисманом удачи», всего несколькими фразами направил расследование в новое русло. Теперь Чу Хуайнань точно знал, что человек, распустивший слухи в интернете, и тот, кто слил прессе информацию об отпечатках, — это разные люди. А ещё он понял, что нужно разобраться, кто такой этот «умерший» Ли Сунъюань и чем занимается семья двоюродного брата Ли Гуанцяна, которая сообщила о его смерти. Чу Хуайнань собирался дождаться, пока Шэнь Тин уйдёт, и поручить детективам детально проработать эти направления. Но неожиданно один из детективов, тот самый, который несколько дней не выходил на связь, сам позвонил и прислал очень интересное письмо. Чу Хуайнань и не собирался ничего скрывать. Увидев, что Шэнь Тин тянется к его экрану, он просто развернул ноутбук в его сторону. Шэнь Тин поправил позу, естественно приблизил лицо к экрану, скользнул взглядом по адресам отправителя и получателя, а затем перешёл к содержимому письма. Отправитель просто прикрепил к письму несколько десятков фотографий. На каждой был список имён, цифр и дат. Это были банковские переводы. Глядя на строчку «владелец счёта» с именем Ли Гуанцяна и период дат с 1 января 2003 года по 10 февраля 2005 года, Шэнь Тин невольно покосился на Чу Хуайнаня, который пролистывал изображения. Переводы десятилетней давности, и он смог это достать? У этого человека действительно поразительные связи, — подумал Шэнь Тин. Изображения были отсортированы по времени от новых к старым. Чу Хуайнань читал очень быстро. Через несколько минут курсор остановился на одной из строчек. Это был перевод за январь 2005 года на сумму восемьдесят тысяч юаней. В 2020 году такие деньги уже не казались большими, но пятнадцать лет назад даже в процветающем Цзянху это была огромная сумма. Чу Хуайнань краем глаза наблюдал за Шэнь Тином. Тот самый молодой человек, который с самого прихода старался держаться на расстоянии, теперь сидел совсем близко. Несколько прядей упали на высокий лоб, губы были сжаты, взгляд сосредоточен. Чу Хуайнаня вдруг потянуло подразнить его. Он повернулся, игриво подмигнул и сказал: — Знаешь, мысль проверить переводы мне подсказала та самая сплетня про заказное убийство. Но на этот раз обычно словоохотливый Шэнь Тин не поддержал разговор и выглядел неважно. В деле о «беспорядочном» убийстве полиция тогда не проверяла финансовые связи: преступник Ли Гуанцян и жертва Шэнь Чжи не были знакомы, и причин для денежного конфликта между ними не существовало. Шэнь Тин перевёл взгляд на имя получателя того самого перевода, Ли Лянчжуна. Это имя он уже встречал в архивных материалах уголовного розыска. Ли Лянчжун был тем самым двоюродным братом, который вырастил Ли Гуанцяна. Сердце Шэнь Тина внезапно сжалось, и сама собой пришла дикая мысль: Неужели эти восемьдесят тысяч были платой за убийство отца? Даже себе самому он казался смешным, настолько нелепой была эта догадка. Но всякий, кто сталкивается с непоправимым горем, склонен видеть заговор там, где его, возможно, нет. После гибели отца Шэнь Тин тоже упорно верил, что тот, кто наносил удары точно в жизненно важные органы, делал это намеренно. Однако следствие установило, что Ли Гуанцян совершил убийство в состоянии наркотического опьянения. Шэнь Тин верил полиции так же, как когда-то верил своему отцу. Для отца звание полицейского было святым. И всё же он сам вызвался помочь Чу Хуайнаню разобраться в деле, потому что от Линь Хо узнал о тёмных и тщательно скрываемых связях между Чу Чжэньтаном и преступной группировкой Сун Ши. Хотя Линь Хо и отрицал, что компания Сун Ши «Тяньхуэй» имеет прямые деловые интересы с корпорацией «Юаньнань Групп», Шэнь Тин всё равно подозревал, что у бизнеса семьи Чу не всё чисто. К тому же в доме убитого Чэнь Фэна нашли «зомби», и Сун Ши был главным подозреваемым в причастности к этому. Поэтому, хотя активное участие Чу Хуайнаня в расследовании убийства на пешеходной улице и исключало его из числа прямых убийц, эта же активность делала его подозрительным в другом. Возможно, он связан с «зомби» и уже знает, что полиция обнаружила его в доме Чэнь Фэна. Именно поэтому он так спешит выяснить, кто совершил убийство и выбросил труп, и с какой стати эту проклятую новость так раздули. Ведь настоящий организатор, стоящий за «зомби», не знал, что Министерство общественной безопасности уже вмешалось в дело и запустило операцию «Персиковое дерево» против распространения этого наркотика. Такой человек наверняка не хотел, чтобы смерть Чэнь Фэна подняла шумиху и привлекла внимание к «зомби», который ещё не пошёл в массовое производство. Чу Хуайнань не заметил, что собеседник не отвечает, и как ни в чём не бывало подвёл курсор к имени Ли Лянчжуна: — Знаешь поговорку «три человека создают тигра»*1? Похоже, слухи о том, что Ли Гуанцян давно порвал с двоюродным братом, не совсем верны. Он передвинул курсор к столбцу с датой: — 29 января 2005 года, за неделю до убийства. Ли Гуанцян перевёл деньги Ли Лянчжуну. Шэнь Тин быстро взял себя в руки и заговорил спокойнее: — Пятнадцать лет назад восемьдесят тысяч — огромные деньги. Если не ошибаюсь, тогда средняя годовая зарплата в Цзянху была чуть больше десяти тысяч. Выходит, Ли Гуанцян был богатым человеком! — усмехнулся он. В те годы Ли Гуанцян играл в азартные игры и употреблял наркотики и был абсолютно нищим. А уж если человек настолько беден, то способен на любую жестокость. Фраза про «богатство» была лишь иронией. К тому же, если не считать этого одного крупного перевода, все остальные банковские записи говорили об обратном. На всех его счетах редко набиралось больше сотни юаней. Чу Хуайнань пролистал дальше. Шэнь Тин, внимательно следя за экраном, заметил ещё одну запись: — Эй, погоди! Вот тут тоже перевод Ли Лянчжуну! Чу Хуайнань улыбнулся и перестал крутить колёсико мыши. — Да, я чуть не пропустил. Этот перевод был на десять тысяч юаней и датировался концом 2004 года. Раньше переводов между ними не было. Хотя Чу Хуайнань и повернул экран к Шэнь Тину, тот всё равно почти лёг на подлокотник дивана и вытянул шею вперёд, чтобы разглядеть получше. Поза была неудобной, через минуту заныли мышцы. Когда они дошли до конца письма и убедились, что новых данных нет, он выпрямился и снова сел ровно. Напрашивался сам собой вывод: Ли Гуанцян, хоть и жил в нищете, как только получал крупную сумму, сразу переводил её Ли Лянчжуну, тому самому родственнику из деревни. Если бы он делал это сейчас, в эпоху безналичных платежей, ничего подозрительного в этом не было бы. Но в 2020 году, когда наличные ещё доминировали, такие операции считались необычными. Поэтому Шэнь Тин пока не мог сказать, были ли эти деньги «чистыми». Он размял затёкшее плечо и с усмешкой пробормотал: — Кто бы мог подумать, что у этого отброса тоже есть родственные чувства? Всё-таки не забыл двоюродного брата. Он специально растянул последнюю фразу, демонстрируя своё превосходное актёрское мастерство, потом повернулся к сидящему рядом и спросил: — Слушай, а как думаешь, этот Ли Лянчжун может быть причастен к нынешнему делу с выброшенным трупом? Он приподнял подбородок: — Кстати, я давно хотел тебя спросить. Раз уж ты так интересуешься этим делом и знаешь столько подробностей, которых полиция не знает, почему бы тебе самому не сообщить им, чтобы они продолжили расследование? Увидев, что собеседник по-прежнему не клюёт на приманку, он с улыбкой поддел его: — Что, мало тебе быть королём на фондовом рынке? Решил ещё и полицейских без работы оставить? Чу Хуайнань уловил скрытый смысл в его словах, но спокойно улыбнулся в ответ: — А с чего ты взял, что я не сообщил? Шэнь Тин ответил так же спокойно, с хитринкой: — Если бы ты сообщил, полиция уже знала бы, кто слил информацию в интернет. Красноречив, — похвалил его про себя Чу Хуайнань, и его глаза снова улыбались. — Просто существует временной разрыв. Он хотел сказать, что не то чтобы не хотел обращаться в полицию, просто ещё не успел. Временной разрыв? Неужели ты нас опередил и сам разузнал про того, кто слил информацию? — Шэнь Тин, конечно, не поверил и хмыкнул. — Я вот о чём. Эти сведения вовсе не обязательно проверять самому, нанимая для этого людей. Ты мог бы просто передать свои соображения в полицию, а всё остальное пусть они разбирают. Разве не проще? — Я сам проверю быстрее. — Чу Хуайнань, этот капиталист, который когда-то выступал на Давосском форуме, выдал целую кучу софистики: — Когда преступник совершает преступление, он как маленький босс, который открыл своё дело. А полицейские — это наёмные работники, которые работают на государство. Обычно предприниматель работает усерднее наёмного работника. Так что нельзя всё время винить полицию за то, что они действуют медленнее преступника. В его смеющихся глазах была какая-то гипнотическая сила. Когда собеседник смотрел в них, даже самые абсурдные слова этого человека начинали казаться обоснованными. — По тому же принципу, когда я проверяю всё сам, я тоже открываю своё дело, и моя эффективность точно будет выше, чем у полиции. Потом он помолчал и с показной скромностью добавил: — Хотя я, конечно, не профессионал. Просто не хочу мешать доблестной полиции. А вдруг я наведу их на ложный след? Тогда будет совсем неловко. Ну надо же, какой сознательный гражданин нашёлся! — Шэнь Тина аж передёрнуло. Он никогда ещё не видел, чтобы кто-то так красиво умел обставить недоверие к полиции, умышленное сокрытие и недонесение. Но он не подал виду и с дежурной улыбкой, больше похожей на «улыбку крокодила», похвалил: — Ого, да у тебя такая высокая сознательность. Неудивительно, что ты стал образцом для всех успешных предпринимателей. Чу Хуайнань, само воплощение сдержанности и обаяния, подмигнул как хищник, достал телефон и набрал чей-то номер. По разговору Шэнь Тин догадался, что это один из его частных детективов. Да, капиталисты умеют жить, — подумал он. — Бесплатную полицию не используют, а тратятся на частников. Звонок закончился, и меньше чем через пятнадцать минут в почте Чу Хуайнаня появилось новое письмо. Похоже, запрошенные материалы у того детектива уже были готовы заранее. Пятнадцать минут, и полный отчёт! Даже привыкший к быстрой работе Шэнь Тин был поражён такой эффективностью. Пожалуй, этот раздражающий капиталист был прав: частные предприниматели действительно работают быстрее, чем некоторые ленивые чиновники. Сноски: *1. «Три человека создают тигра» — китайская идиома. Означает, что многократно повторённая ложь начинает восприниматься как правда. *** Перевод Slave_of_Desire редакция команды Golden Chrysanthemum