Безупречный вариант

Машина Вай — старый, рычащий «Шторм-66» с зелёными дисками — вырвалась из ворот особняка Кираманн и нырнула в прохладную вечернюю мглу Пилтовера. Улицы были почти пусты — только редкие патрули миротворцев, спешащие домой прохожие да голографические рекламы, которые бесшумно сменяли друг друга на фасадах высотных зданий. Вай вела машину уверенно, почти агрессивно. Одна рука на руле, вторая на рычаге коробки передач. Она переключала скорости резко, но точно, и мотор каждый раз отзывался глухим, басовитым рыком. Кейтлин сидела рядом, положив руки на колени, и смотрела в окно — на уплывающие назад витрины дорогих бутиков, на сверкающие шпили, на чистые, вымытые дождём тротуары. — Ты слишком быстро едешь, — заметила Кейтлин, когда стрелка спидометра перевалила за положенное. — Не боись, — ответила Вай, не глядя на неё. — Я знаю каждую яму на этой дороге. Кейтлин хотела съязвить в ответ, но передумала. Вай была сосредоточена, почти напряжена — не той напряжённостью, которая возникает перед дракой, а другой, более глубокой. Они миновали центральные районы, и город начал меняться. Дома стали ниже, улицы — уже, фонари — тусклее. Здесь уже не пахло дорогими духами и свежей выпечкой; воздух отдавал гарью, сыростью и чем-то металлическим. Пилтовер заканчивался. Начинался Заун. Граница была почти незаметна — просто дорога пошла под уклон, асфальт сменился булыжной мостовой, и вместо чистых фасадов появились облупившиеся стены, граффити и решётки на окнах. Вай свернула в узкий проулок, где не горело ни одного фонаря, и фары выхватили из темноты ряд старых, заброшенных зданий. — Когда-то здесь были магазины, — сказала Вай, кивая на витрины, за которыми угадывались пустые полки и манекены без голов. — Кожанки, куртки, джинсы — всё, что нужно, чтобы выглядеть круто в Зауне. А потом пришёл кризис, и они съехали. Она проехала мимо нескольких таких витрин, пока в одной из них не заметила тусклый тёплый свет — круглые маленькие фонарики, которые горели внутри, отбрасывая янтарные блики на пыльное стекло. Снаружи, над входом, висела деревянная вывеска с выгоревшими буквами: «Мо_Дель». Вай тихо подъехала, заглушив двигатель. На улице было безлюдно — только пара прохожих в капюшонах прошли мимо, даже не взглянув в их сторону. — Что это за место? — спросила Кейтлин, разглядывая вывеску. — Самое подходящее место, чтобы приобрести нормальные шмотки, — ответила Вай, открывая дверцу. — Идём. Они вышли из машины. Вай осторожно подошла к витрине, приставила ладони к стеклу и заглянула внутрь. В полумраке угадывались силуэты манекенов, старый деревянный монометр в углу — его стрелка тихо щёлкала, отсчитывая что-то невидимое. Вай улыбнулась про себя. — Она здесь, — сказала она, отходя от окна. Подошла к двери — массивной, обитой чёрным железом — и постучала. Не громко, а коротко, определённым ритмом: три удара, пауза, два. Тишина. Кейтлин нервно обернулась — улица казалась слишком тёмной, слишком тихой. — Может, нас никто не ждёт? — спросила она. — Или никого нет. Вай подняла указательный палец, призывая к терпению, и прислушалась. Из-за двери донёсся слабый шорох, затем щелчок — и в деревянном круглом глазке с мутным стеклом зажёгся маленький красный огонёк. Металлический глаз — крошечная камера, встроенная в дверь — медленно осмотрел Вай, переключился на Кейтлин и замер, разглядывая её. Вай улыбнулась и помахала рукой. — Дель, это я. И мне нужна помощь с одеждой для моей спутницы. Глаз ещё секунду посмотрел на Кейтлин, затем щёлкнул и исчез. Тишина затянулась на несколько долгих мгновений — и наконец дверь отворилась, издав протяжный скрип. Вай выдохнула и шагнула внутрь, обернувшись к Кейтлин. — Заходи. — Я всё ещё считаю это плохой идеей, — пробормотала Кейтлин, не двигаясь с места. — Нам уже открыли дверь, — Вай высунулась наружу и протянула руку. — Отказываться невежливо. Идём. Кейтлин вздохнула, взяла её за руку, и Вай втащила её внутрь. *** Магазин встретил их запахом старого дерева, пыли и лавандовых свечей. Это было странное, почти сюрреалистическое место — посреди заброшенного района Зауна, за неприметной дверью, открывался другой мир. Пространство было большим, но заставленным. Повсюду — старые помятые манекены, на которых висела одежда: от вызывающих кожаных курток с шипами до пиджаков какой-то старой, забытой моды Зауна — с широкими плечами и узкой талией, с вышивкой и потёртостями. Некоторые манекены стояли без рук, некоторые без голов, но все были одеты с какой-то болезненной тщательностью, будто их готовили к балу в ином измерении. Вдоль стен тянулись ряды вешалок с фурнитурой, катушки ниток, коробки с пуговицами. В углу — старая швейная машинка, явно современная, но заботливо покрытая латунью, стояла на массивном дубовом столе. Рядом с ней — старый монометр, стрелка которого всё ещё щёлкала, отмеряя время, которого здесь, казалось, не существовало. Тут же, на столе, лежали ножницы, иглы, выкройки. В другом углу, за ширмой из выцветшего бархата, угадывалось небольшое место для отдыха: старая плитка, поцарапанная кофеварка, две грязные чашки и маленькая раковина, из которой капала вода. В помещении царил полумрак. Горели только несколько свечей — на столе, на подоконнике, на старом комоде — и одна тусклая лампочка под потолком, которая отбрасывала жёлтый круг на пыльный пол. Вай осматривалась, изучая манекены. У дальней стены, в углу, стоял слегка покосившийся манекен в странном наряде: поверх длинного чёрного гипюрового платья с узорами в виде роз был накинут плащ с большими пуговицами, похожий на ризу средневекового монаха. Вай подошла к нему, встала сзади, подняла его пластиковые руки — они застыли в неестественном жесте, как будто он благословлял невидимую паству. — Смотри, — сказала она Кейтлин, показывая на наряд. — Я нашла тебе образ раскованной заунской женщины. Нравится? Кейтлин подошла поближе, рассматривая платье — чёрное кружево, глубокий вырез, тонкая талия. — Может быть, я бы и носила такое, если бы родилась здесь, — ответила она с лёгкой усмешкой. — Но что это за место? И где хозяин? — Хозяйка здесь, — раздался голос из темноты. В этот момент из маленькой боковой комнаты, кашляя и шаркая, вышла женщина. Она была высокой — очень высокой, на две головы выше Кейтлин. Худой, почти болезненно худой, с длинными тонкими руками, которые, казалось, состояли из одних суставов. Её лицо было бледным, как пергамент, с острыми скулами, глубоко посаженными глазами и тонкими губами, покрашенными в темно-бордовый цвет. Короткие седые волосы торчали в разные стороны, но не от неряшливости — от умысла. Одна половина затылка была сбрита, местами угадывались какие-то овальные узоры, аккуратно выстреженные машинкой. Она была одета в длинный чёрный халат, расшитый серебряными нитями, и тяжёлые ботинки на платформе. В одной руке она держала дымящуюся длинную сигарету в изящном мундштуке, в другой — пару портновских ножниц, которые поблёскивали в полумраке. Она шла к ним неторопливой, хищной походкой, и пол под её ботинками издавал глухой, уверенный звук. Её цепкий, острый взгляд немедленно упёрся в Кейтлин — и не отпускал. Вай, которая всё ещё стояла за манекеном, сжимала его пластиковые руки и строила глупые рожи, не заметила появления женщины. — Вай, — произнесла женщина низким, прокуренным голосом, не глядя на неё. — Перестань играть с моим манекеном, иначе я надену на тебя платье-комбинезон для собак вместо твоей кожаной куртки. Вай замерла, опустила руки манекена и виновато улыбнулась. — Привет, Дель. А я думала, ты меня не узнала. — Тебя невозможно не узнать. Ты каждый раз на несколько лет сокращаешь жизнь моей мебели. — Дель наконец перевела взгляд на Кейтлин. И задержалась. Надолго. Кейтлин выдержала этот взгляд. Она стояла прямо, даже неожиданно сжавшись под этим пронзительным оцениванием, не опуская глаз. — Кейтлин, познакомься, — сказала Вай, выходя из-за манекена и вставая рядом с Кейтлин. — Это Дель. Самая крутая швея в Зауне. Может подобрать любую одежду для любого повода. Даже для встречи с самим Силко — если, конечно, ты хочешь, чтобы он засмотрелся на тебя и забыл, о чём говорил. — Лесть тебе не идёт, — Дель выдохнула дым, и он повис в воздухе, подсвеченный свечами. — Давно не была. Думала, пропала где-то в Пилтовере с этими… политиками. — Она кивнула на Кейтлин. — А привела ко мне кого? Подружку? Или телохранительницу? — И то, и другое, — усмехнулась Вай. — Дель, это Кейтлин. Кейтлин сдержанно протянула руку. — Советник Кейтлин Кираманн. Дель не взяла руку. Она сделала шаг вперёд — высокий, длинный шаг — и оказалась прямо перед Кейтлин, нависая над ней. Её голова наклонилась, и она посмотрела на Кейтлин так, как смотрят на редкий экземпляр под микроскопом: внимательно, без тени смущения. Кейтлин не отшатнулась. Не отвела взгляд. Её глаза оставались холодными, спокойными — как вода в глубоком озере, которую не может возмутить ни один ветер. Дель выпрямилась. Уголок её губ чуть приподнялся. — Хороший выбор, Вай, — сказала она, всё ещё глядя на Кейтлин. — Но будет ли он правильным — покажет время. Кейтлин нахмурилась. Вай, почувствовав неловкость, подошла ближе, встала между ними — не агрессивно, а скорее примирительно. — Дель, мы пришли за делом. Ей нужен образ. На один вечер. В бар. В Зауне. — Я поняла. — Дель повернулась и направилась в дальнюю комнату, жестом показывая на старые кожаные кресла — Присядьте. Я скоро вернусь. Она исчезла за дверью, и из-за неё послышался шорох, звон вешалок, ворчливое бормотание. Через минуту она вышла, нагруженная целой охапкой одежды — платьями, куртками, топами, брюками — и бросила всё это на большой кашемировый диван, стоящий в центре комнаты. — Раздевайся, — сказала она Кейтлин, кивая на диван. — Что? — Кейтлин приподняла бровь. — Я сказала — примерка. Или вы, пилтоверские, раздеваетесь только на осмотре у врача? Вай прыснула со смеху, и Кейтлин бросила на неё уничтожающий взгляд — который, впрочем, не подействовал. Вай только шире улыбнулась. — Расслабься, кексик. Дель — лучшая. Она превратит тебя в королеву Зауна. Кейтлин вздохнула, сняла свою темно - синюю кофту и прямые брюки, оставшись в тонкой майке и коротких черных боксерах. Дель пододвинула к ней высокое зеркало в полный рост — тяжёлое, в деревянной раме, с потускневшей амальгамой — и стянула с него ткань. — Становись сюда, — велела она, указывая на круглый деревянный подиум перед зеркалом. Кейтлин встала. Дель начала перебирать наряды с точностью хирурга. Она брала каждую вещь, прикидывала к фигуре Кейтлин, иногда водила холодным концом сантиметровой ленты по её телу, измеряя обхваты и длины. — Поверни руку. — Кейтлин повернула. — Не так. Выше. Замри. Дель замеряла плечи, талию, бёдра, длину рук. Пальцы её были холодными, но движения — быстрыми и уверенными. Никакой эмоции, только расчёт. Вай, тем временем, скинула кожаную куртку на соседнее кресло, плюхнулась в него, закинула ногу на ногу и приготовилась наблюдать. — Не испорти мне винтажное кресло — бросила ей Дель, не оборачиваясь. — Самое ценное в этой комнате уже перед тобой, — ответила Вай. Кейтлин бросила на неё очередной взгляд — на этот раз более мягкий, почти заигрывающий. — Может быть, ты сама хочешь примерить что-то для себя? — А что, предлагаешь? — В том платье с гипюром тебе бы шло. Вай звонко рассмеялась. — Ну уж нет, кексик, сегодня мы делаем из тебя королеву бала. Кейтлин закатила глаза, отворачиваясь к зеркалу, в надежде, что её старая знакомая всё же знает, что делает. Сегодня Кейтлин хотела быть просто собой, без масок и игр. Хотела и одновременно, где-то глубоко внутри начинал стягиваться узел тревоги и страха. «Что если Вай увидит что-то, почувствует её настоящую и убежит? Или она промолчит, ведь они связаны договором? Она просто останется с ней, потому что так нужно им обеим... Чего же на самом деле хочу я?» — про себя размышляла Кейтлин, пока Дель кружилась вокруг неё, старательно отбирая несколько вариантов образа. — Это? — Она подняла короткое кожаное платье с асимметричной молнией. — Слишком… вызывающе, — сказала Кейтлин, рассматривая его. — Это? — Прозрачная блуза и чёрные брюки с подтяжками. — Слишком… деловой. Я иду не в Совет на заседание. — Это? — Облегающее платье из бархата с глубоким вырезом на спине. — Слишком… — Элегантно? — подсказала Дель. — Плохо для того места, куда мы идём. Я должна быть незаметной. Вай фыркнула. — Кейт, ты никогда не будешь незаметной. Ты светишься в темноте, как фонарь. Смирись. Дель опустила руки, отложила вешалки. Повернулась к Кейтлин, и её голос стал тише, почти доверительным. — Скажи мне, девочка, кем ты хочешь быть сегодня вечером? Кейтлин задумалась. Её взгляд скользнул по полу, потом поднялся и встретился с глазами Вай. Она сидела в кресле, положив подбородок на руку, и смотрела на неё — с теплотой, с ожиданием, с чем-то таким, от чего у Кейтлин защемило в груди. — Я хочу быть просто девушкой, — сказала Кейтлин тихо, почти шёпотом, чтобы слышала только Дель. — Единственной. Той, на которую будет смотреть только Вай. Дель молчала секунду, потом кивнула. — Кажется теперь, я знаю, что тебе нужно. Она развернулась, прошла к дальнему шкафу из чёрного дерева, открыла его и достала единственную вещь — бережно, как реликвию. На вешалке висело короткое платье из чёрного вельвета — простое на первый взгляд, но с хитрым кроем. Круглый вырез, длинные рукава, и на спине — разрез от лопаток до поясницы, открывающий позвоночник. Пояс — широкий, кожаный, с массивной медной пряжкой. Никаких украшений, только одна тонкая цепочка, которая пристёгивалась к плечу и свисала на голое предплечье. — Последний писк заунской моды, — сказала Дель. — Идеально для того, чтобы быть замеченной, но остаться неузнанной. И чтобы на тебя смотрели — но не пялились. Кейтлин взяла платье, скользнула пальцами по ткани. Вельвет был мягким, прохладным. — Примерь, — велела Дель. Кейтлин ушла за ширму. Через минуту вышла. Вай, которая в этот момент ковыряла дыру в подлокотнике кресла, подняла глаза — и её рука замерла. Кейтлин стояла под тусклой лампой, и свет падал на неё так, что платье казалось не чёрным, а тёмно-вишнёвым, почти кровавым. Оно сидело идеально — обтягивало бёдра, подчёркивало талию, открывало бледную шею и ключицу. Разрез на спине был смелым, но не вульгарным — он обнажал бледную кожу и тонкие изгибы позвоночника, которые уходили вниз, за пояс. Дель поправила цепочку, застегнула её на плече, и она легла на руку — простая, без блеска, но элегантная. — Ботинки, — сказала хозяйка, бросая на диван пару чёрных ботинок на тракторной подошве, которые чуть поблёскивали от лакового покрытия. — Твой размер. Кейтлин надела ботинки — пришлось повозиться со шнурками, но встала уверенно. — Повернись, — приказала Дель, цепким взглядом оценивая без того свою безупречную работу. Кейтлин повернулась. Серые глаза Вайолет гипнотизировали, оценивая как её фигура выглядит в этом новом наряде. Она не думала, что Кейтлин может выглядеть настолько… по-другому. Не статуей. Не советником. А женщиной — живой, дерзкой, почти опасной. — Ну, как? — спросила Кейтлин, и в голосе проскользнула неуверенность. Вай встала. Подошла ближе — медленно, как хищник, который уже выбрал жертву. Тусклый свет лампы упал на её профиль, подсветил пирсинг, татуировку, острые скулы. — Бесподобно, — сказала Вай, и в этом слове было всё: и восхищение, и желание, и что-то ещё, чему она не решалась дать имя. Они смотрели друг на друга несколько секунд — и в воздухе между ними, пропитанном пылью и лавандой, пробежала искра которую мог не заметить только слепой. Через минуту, почти бесшумно из-за плеча Кейтлин возникла Дель — с глубокой миской тёмно-розовой краски и кисточкой. — Очень трогательно, — сказала она нейтральным голосом. — Но отложите ваши игры на потом. Вай, твои волосы выглядят ещё хуже, чем я помню. Когда ты в последний раз освежала цвет? — Пару месяцев назад, — призналась Вай, неохотно отрывая взгляд от Кейтлин. — Вот именно. Садись. Дель указала на старый деревянный стул перед большим зеркалом. Вай вздохнула, подошла и села. Дель провела рукой по её волосам, цокнула языком. — Выгорели до безобразия. — Мне нравится, — запротестовала Вай. — Тебе может нравиться, а люди шарахаются, — парировала Дель. — Но у меня есть решение, хотя я не занимаюсь волосами и прочей ерундой. — Она порылась в столе, достала фартук, перчатки и протянула всё это... Кейтлин. — Что? — Кейтлин непонимающе уставилась на неё. — Меня ждёт работа. У меня клиентка через час, нужно доделать заказ. А ты, — Дель кивнула на Кейтлин, — сделаешь это сама. — Я никогда не красила волосы, — сказала Кейтлин, но уже застёгивала фартук на поясе, а натягивала перчатки. — Всему есть первый раз, — ответила Дель, пододвигая табурет к стулу Вай. Она вручила миску с краской в тонкие руки Кейтлин, резко развернулась и ушла в свою коморку, которую ласково называла - игровой. Кейтлин встала сзади, накинула большое полотенце на плечи Вай, поправила его, чтобы не испачкать футболку. Вай сидела прямо, глядя в зеркало — и видела отражение Кейтлин, её сосредоточенное лицо, слегка прикушенную нижнюю губу. В этот момент её рука сама метнулась к руке Кейтлин. Она накрыла её пальцы — холодные, в перчатках — и нежно погладила сапфир на кольце. Потом поднесла её руку к своим губам и поцеловала — мягко, почти воздушно, но так, что тепло от поцелуя разлилось по запястью Кейтлин и поднялось выше, к локтю, к плечу, к сердцу. Кейтлин нервно сглотнула. — Осторожней, кексик, — прошептала Вай, глядя на неё через зеркало. — Моя голова в твоих руках. Кейтлин улыбнулась — той самой улыбкой, которая была только для Вай. Взяла кисточку, окунула в краску и начала аккуратно распределять её по корням — от пробора к затылку, от затылка к вискам. Работала она медленно, но уверенно. Иногда Вай шипела, если кисточка касалась кожи, иногда шутила — «ты меня убьёшь раньше, чем краска сядет», «если я стану лысой, ты будешь виновата», «может, вместо розового сделаешь меня блондинкой?». Кейтлин отвечала короткими смешками, не отвлекаясь. Через двадцать минут она выпрямилась, осмотрела результат. — Пора смывать, — сказала она. Вай встала, придерживая полотенце и ушла в маленькую ванную комнату за ширмой. Почти сразу послышался шум льющейся воды. Когда она вернулась, её волосы были влажными, цветом почти как в день первой встречи — насыщенный, тёмно-розовый, с медным отливом у корней. Не идеально, но живо и дерзко. Дель выглянула из коморки одобрительно кивнула. — Так лучше. А теперь проваливайте, — сказала она беззлобно. — У меня куча дел. Вай подошла к ней, чмокнула в щёку — та скривилась, но не отстранилась — и сунула в руку несколько купюр. — Держи. За вечер, за краску и за твои нервы. — Жду тебя не раньше, чем через месяц, милая — Дель кивнула Вай. А ты — она перевела взгляд на стоящую напротив Кираманн — заходи почаще, если нужно помочь с одеждой. Твоя жизнь это не только строгие встречи со старыми дураками. Не забывай веселиться — сказала Дель, хитро улыбаясь. Кейтлин благодарно улыбнулась. — Возможно, я ещё вернусь. — Наслаждайся этим вечером—бросила им вслед Дель, закуривая новую сигарету. — Не потеряй цепочку. Они вышли на улицу. Холодный ночной воздух обжег лицо после душного помещения. Вай открыла пассажирскую дверцу для Кейтлин — та села, поправила платье, вытянув ноги. В новых ботинках ещё было не так привычно. Вай села за руль. Она смотрела на Кейтлин. Долго. Не отрываясь. На её плечи, на цепочку, на шею, на профиль, подсвеченный луной. — Ты как таксист, который забыл, куда ехать, — заметила Кейтлин, в её голосе прозвучало смущение. — Поехали уже. — Я же не виновата, что ты стала выглядеть ещё аппетитней — Вай усмехнулась, завела мотор, и машина сорвалась с места, оставляя пыль и тени позади. *** Бар «Неон». Вай знала, куда ехать, поэтому машина ехала чётко и быстро по прямой. Это место было в более приличном районе Зауна — на границе с так называемым «нейтральным поясом», где ещё не пахло дешёвым алкоголем и не стреляли каждый вечер. Бар назывался «Неон». Снаружи он выглядел ничем не примечательным — фасад из рифлёного железа, одна тусклая вывеска с названием, охранник на входе. Но внутри открывался другой мир. Пространство было огромным — бывший склад, переоборудованный в танцевальный клуб. Высокие потолки, по которым бежали лазерные лучи. Неоновый свет — розовый, голубой, зелёный — пульсировал в такт музыке, которую крутил диджей на отдельной платформе, возвышавшейся над толпой. Вокруг неё колонки размером с человека. Басы были такими глубокими, что их чувствовали не только ушами, а всем телом до приятной дрожи. Для любого местного здесь было свободно. Девушки танцевали с девушками, парни с парнями, и никто не обращал на это внимания. Кейтлин была с Вай. А её знали почти везде, как и не гласное правило — те кто с Вай, уже считаются своими. В углах, в тени колонн, пары целовались, не стесняясь зрителей. Воздух был густым от запаха алкоголя, духов и пота. Вай взяла Кейтлин за руку — уверенно, собственнически — и повела к барной стойке. Стойка была длинной, из чёрного пластика с подсветкой, и за ней стояли два бармена в кожаных фартуках. — Привет, Мёрф, — сказала Вай, кивая одному из них — крупному парню с бритой головой и татуировкой дракона на шее. — Два «Голубых огня». — Вай! — Мёрф узнал её, улыбнулся. — Давно не было. А это твоя подруга? — Моя девушка, — поправила Вай, сжимая руку Кейтлин. Кейтлин лишь успела открыть рот от внезапно подаренного ей нового титула, но быстро одёрнула себя . «У меня же кольцо на пальце. Мы помолвлены. Вай просто поддерживает легенду». Мёрф присвистнул, с уважением посмотрел на Кейтлин. — Повезло тебе. — Он быстро смешал коктейли в шейкере, разлил в высокие бокалы, украсил мятой и долькой лайма. — За счёт заведения. Как старый клиент. — Спасибо, Мёрф. — Вай взяла бокалы, передала один Кейтлин. Коктейль был ярко-голубым, почти светящимся, и на вкус — сладким, но с горьким послевкусием лайма . Кейтлин сделала глоток и почувствовала, как горло обожгла прохладная чуть кислая жидкость, а затем тепло начало быстро расползаться по венам. Крепко. — Не торопись, — посоветовала Вай, заметив, как Кейтлин залпом выпила половину. — Нам ещё танцевать. — Я не умею танцевать, — честно призналась Кейтлин, медленно моргая. Коктейль начинал кружить голову. — Я научу. Вай допила свой коктейль, поставила бокал на стойку, жестом показала знак бармену, мол ещё по одному и потянула Кейтлин на танцпол. Пространство было залито неоном. Люди двигались в ритме, который задавал диджей — быстрый, отрывистый, почти агрессивный. Вай встала напротив Кейтлин, взяла её за руки и начала двигаться. Сначала просто — покачивая бёдрами, раскачивая плечами. Кейтлин неуклюже повторяла, но Вай не смеялась. Она терпеливо корректировала её движения, притягивала ближе, отстраняла, заставляла расслабиться. — Ты никогда не была в таких местах? — спросила Вай, без смешка. Просто ей было интересно. — В студенческие годы всего один раз. Но это место прикрыли миротворцы — сказала Кейтлин, начиная двигаться в такт бёдрами. — Там было что-то незаконное? Кейтлин на секунду задумалась, а потом рассмеялась какому-то воспоминанию из головы. — Расскажи, мне интересно, какой ты была до всего этого — сказала Вай, подходя ближе. — Я отмечала сдачу выпускных экзаменов с парой ребят. Это был один из хороших клубов, куда пускали не всех. Меня пустили, только из одолжения одному другу. Всё-таки мой отец был влиятельным, и меня побаивались. Случись что со мной и все окажутся под арестом — Кейтлин закатила глаза. Вай усмехнулась, обошла Кейтлин сзади и обняла за талию — осторожно, показывая, что она только её, но не вульгарно. Песня сменилась на более медленную, тягучую. Басы стали глубже, ритм — размереннее. Вай прижалась щекой к её шее. Кейтлин почувствовала её горячее дыхание, запах шампуня и кожи. Закрыла глаза. — Так что там случилось, в этом клубе — шепнула Вай ей на ухо. — Ммм....я плохо помню. Кажется какой-то парень начал приставать ко мне и я дала сдачи — она говорила медленно, расслабленно, прижимаясь спиной к Вай. — Он пожаловался на тебя? Я бы почла за честь получить от тебя удар по мордашке. — Нет...об инциденте узнал отец и клуб закрыли, ссылаясь на разжигание конфликтов среди молодёжи — Кейтлин издала странный смешок, явно давая понять, что не хочет больше говорить об этом. Для Вай этого было достаточно. Кейтлин итак сказала о себе больше, чем за последний месяц. Это можно было считать победой. Правда Вай сама не знала, чего добивается. Вместе того, чтобы не привязываться, не думать — она стояла посреди танцпола и обнимала женщину с которой была связана каким-то договором. Но сейчас для Вай это не имело значения. Всё что было важным - это тепло её тела. Лёгкий запах мяты и хвои, который она вдыхала всякий раз, когда наклонялась к линии шеи. Её бледная, бархатная кожа, которая покрывалась мурашками, выдавая реакцию тела - оно отзывалось на каждое движение рук на талии, каждое прикосновение губ к шее. Возможно сама Кейтлин не осознавала этого. Но её тело уже решило всё. Они качались в такт музыке, медленно, почти не двигаясь с места. Вай водила губами по шее Кейтлин — не целуя, просто касаясь, оставляя дорожки тепла. Рука скользнула выше, легла на живот. Кейтлин положила свои руки поверх руки Вай. — Ты пахнешь домом, — прошептала Вай. — Чем-то родным и приятным. Моим домом. — А ты пахнешь Зауном, — ответила Кейтлин. — Дымом и свободой. Они танцевали так несколько минут, не думая ни о политике, ни о договоре, ни о Силко. Только музыка, только неон, только тепло друг друга. Музыка стала постепенно меняться на более энергичную. Кейтлин медленно развернулась лицом к Вай. Погладила её чуть влажные волосы одной рукой, а второй притянула её за шею в нежный нетерпеливый поцелуй. Она коснулась нижней губы языком, слегка прикусывая и от этого контраста нежности и боли, Вай издала тихой стон, увлекая Кейтлин в глубокий влажный поцелуй. Движения Вай были другими. Не жадными и поглощающими до боли. А более тёплые, размеренные. Ей хотелось отдать Кейтлин в этом поцелуе контроль. Почувствовать её. Чего она хочет. На сколько сильно. И какие чувства вкладывает в это. Тело Вай покрывалось мурашками. Дыхание сбивалось. Она чувствовала, как губы Кейтлин прижимаются сильнее в нетерпении и страсти, как холодная рука сжимает её широкую шею, как её бедро по инерции прижимается к пространству между ног Вай, возбуждая ещё сильнее. Музыка отбивала ритм. Вокруг танцевали другие. Жар тел смешивался с горячей лавой, протекающей между ними двумя. Вай на несколько мгновений потеряла себя в этом ощущении. Она даже не понимала где она сама. Она чувствовала Кейтлин. Её прикосновения, её губы и тепло. Казалось, что от нахлынувших чувств остановится сердце. Но, Кейтлин как будто почувствовала, что Вай уже на грани. Она мягко отстранилась, прижимаясь лбом к её лбу и положила правую руку на её грудь, там где отчаянно и резко билось сердце. — До сих пор не могу поверить, что это происходит — прошептала Кейтлин, с трудом открывая глаза. — А ты прислушайся к своему сердцу, которое бьётся так же бешено, как моё — выдохнула Вай, нежно обнимая её за талию. — Я не знаю что это, Кейт. Мне ещё никогда не было так хорошо. И...это пугает. — Что именно тебя пугает? — смутилась Кейтлин, медленно гладя Вай по волосам. — Что я обманываю тебя и перед тобой лишь маска? Вай покачала головой. Она крепко обняла Кейтлин за плечи, чтобы дать своему сердцу хоть немного успокоиться и ответила: — Наоборот. Я чувствую то, чего между нами быть не должно. Кейт, я вижу тебя насквозь и поверь, со мной ты всегда - ты. И больше всего на свете мне бы хотелось, чтобы ты могла быть такой всегда. Чтобы ты была счастлива — шептала Вай, медленно и чётко, чтобы Кейтлин впитала каждое слово. Она сглотнула, облизывая пересохшие губы. Думать было сложно. Да и не хотелось. Кейтлин просто коротко кивнула и пошла к бару, оставляя Вай стоять посреди танцпола. Вай несколько раз моргнула. «Чёрт, снова я сказала не подумав. Почему я вечно всё порчу?» - Вай задавала себе этот вопрос каждый раз, когда её попытка изъясняться красивыми словами терпела поражение. Она пошла к бару следом за Кейтлин. Та уже выпила половину второго бокала и кажется не думала останавливаться. Вай присела на соседнюю круглую табуретку. Сделала пару глотков из своего бокала. Вытерла губы салфеткой и сказала Кейтлин, что отойдёт на пару минут в туалет. Кейтлин вроде бы кивнула или улыбнулась. В свете неоновых лучей и мерцающих огней сложно было рассматривать реакцию лица. Вай тем временем ушла в другой конец бара, где вдоль черной стены в тусклом белом свете выстроилась очередь из пары человек возле двери, на которой было выцарапано "Уборная. Ж" Кто-то стоял недалеко и обнимался, никого не стесняясь. Кто-то просто потягивал пятый коктейль по счёту в сторонке, так и не решаясь с кем-то потанцевать. Вай переминалась с ноги на ногу. Ей не нравилась мысль, что Кейтлин осталась одна. Хотя там на баре стоял Мёрф. Он всё равно краем глаза следил за теми, кто сидит возле стойки. Но Мёрф не Вай. Он не бросит свои дорогущие стеклянные флаконы ради героического подвига по спасению пьяной чужой девушки. И вдруг кто-то тронул Вай за плечо. Она обернулась. Перед ней стоял парень — молодой, лет двадцати, с растрёпанными черными дредами и испуганным лицом. Вай узнала его — Стайлз, бармен из «Последней капли», который иногда подрабатывал вышибалой. — Вай, — выдохнул он, едва переводя дух. — Ты нужна. Плохие новости. Вай напряглась. — Что случилось? Стайлз оглянулся, понизил голос. — Я видел, как какие-то бандиты утащили Паудер. Прямо возле бара Вандера. Человек пять, и с ними была Севика. Металлическая рука, помнишь? Вай сжала челюсть. — Когда? — спросила она, и её голос стал низким и угрожающим. — Пол часа назад. Я бежал как мог. Наши сказали, что тебя можно найти здесь. — Ты видел, куда они повезли её? — В сторону старого завода. Того, что заброшенный, за улицей Кровавых Шахт. Вай схватила Стайлза за плечо. — Спасибо. Ты помог. Теперь вали отсюда и не говори никому, что видел меня. Понял? Стайлз кивнул и растворился в толпе. Тем временем на баре. Кейтлин сидела, слегка покачиваясь, оперевшись локтями об столешницу, стараясь удерживать лицо в ладонях. Здесь было душно, даже слишком. Или так стало после...после танцпола. И жаркого поцелуя. Мысли начинали путаться. Но она отчётливо помнила, как они целовались. Снова - нежно, долго. До дрожи в теле. А потом то, что Вай ответила - «я чувствую то, чего быть не должно...» Кейтлин не понимала, как реагировать. Она в принципе не знала, что делать с этим дальше. И всё, что она сделала - это просто ушла. Снова выстроив перед Вай эту чёртову стену, которую она с каждым разом разрушает всё легче и легче. Из долгих раздумий её вывел знакомый басистый смех компании молодых парней. Они сидели за баром в нескольких метрах от Кейтлин и что-то горячо обсуждали. — Да, да... Она была ещё той су... Второй подхватывал. — Как можно было связаться с какой-то преступницей из Зауна. О чём думает эта Кираманн? - смех становился громче. Кейтлин повернулась. Её расфокусированный взгляд на несколько мгновений стал твёрдым. Тело напряглось. Всё произошло как на автопилоте. Кейтлин встала и подошла вплотную со сверкающими сталью глазами. Она скрестила руки на груди. Её голос звучал громко, но в то же время отдавался эхом, будто из какой-то глубины: — Повтори, что ты сказал, щенок. Ей хватило пары секунд, чтобы разглядеть в мерцающих огнях тёмно- синие футболки поло с двумя вышитыми крыльями на рукавах. Такие футболки выдавали каждому новобранцу, кто поступал в корпус на службу. От количества перьев на крыльях зависело и звание. Чем их больше, тем звание выше. Правда такие футболки носили больше в тёплое время и то на тренировки или в семестр переобучения. Глаза Кейтлин быстро скользнули по рукавам. Два тонких крыла. Младшие офицеры. Только вышедшие из академии. Их лица показались ей знакомыми. Кажется именно эти двое были тогда в тёмном переулке с Нолин и тащили по её указке украденный конфискат. На лице Кейтлин появилась какая-то хитрая, даже задорная улыбка. Она понимала, что им уже конец, но хотела продлить удовольствие. Тот, что смеялся громче всех - взял свой стакан с чем-то тёмным, выпил залпом и небрежно вытер свои тонкие черные усы плечом. Темная жидкость осталась мокрым пятном на футболке. Губы Кейтлин скривились. Давно она не видела такого сброда в рядах корпуса. Второй, более высокий и широкоплечий, побритый налысо парень, обошёл Кейтлин сзади и взял её за плечи. — А ты не из робких, деточка... Что привело тебя сюда? — сказал он низким хриплым голосом. Изо рта несло чем-то противным. Кейтлин не сдвинулась. Она запоминала каждую деталь. Любые черты. Чтобы завтра лично выгнать этих позорящих честь корпуса за порог. — Ты что, язык проглотила? Много выпила? Может, хочешь поразвлечься шл.. — он не успел договорить. Кейтлин резко пригнулась (даже слишком, что в глазах сразу потемнело), но ей удалось нырнуть назад, в свободное пространство, освобождаясь от скользких лап здоровяка, что сжимал её плечи. Затем она сделал выпад и больно ударила его между рёбер костяшками правой руки. Тот согнулся на пополам и схватился второй рукой об край столешницы. — Ты сейчас получишь, тварь! — рявкнул второй. Он с силой замахнулся кулаком прямо в голову Кейтлин, но чья то тяжёлая рука толкнула его в сторону. Тот упал на колени. Ловкая фигура в чёрной футболке дёрнула за плечи упавшего офицера. Он с хрустом перевернулся на спину. Затем слышался только громкий стук кулаков об чью-то плоть. Кейтлин отошла назад и сосредоточила взгляд. Это была Вай. Она сидела верхом на упавшем здоровяке и наносила точные удары по рёбрам, животу и лицу. — Не смей. Трогать. Её. — чётко, каждое слово она произнесла с такой яростью, словно кто-то пытался тронуть самое дорогое в её жизни. Офицер кашлял от крови и хрипов, он не успевал блокировать кулаки Вай. А она не могла остановиться. Затем она резко встала, когда поняла, что от поверженной туши на полу не дождаться даже сдачи. Развернулась к второму высокому парню. Он держался за рёбра и пятился назад, показывая всем видом, что драку начинать не намерен. Но для Вай это был не ответ. Она за секунду оказалась возле него и с силой ударила его прямо в челюсть. Толпа едва успела расступиться. Он упал на бок, выплёвывая кровь и крошки от зубов. Музыка в баре затихла. Слышался только треск стекла от пары разбитых бокалов. И тяжёлые шаги ботинок Вай, когда она развернулась, с тревогой и какой-то неистовой решимостью подошла к Кейтлин и спросила: — Ты цела? Они тебя не тронули? — спросила она, исследуя лицо и тело Кейтлин на предмет ран. Она только успела мотнуть отрицательно головой, как Вай осторожно взяла её за руку. Вайолет осмотрела погром, который устроила и устало прикрыла глаза. Второй рукой молча достала пачку денег, которой хватило бы на целую новую стойку для бара, и поймав напряжённый взгляд Мёрфа, кинула пачку прямо ему в руки. Он молча кивнул, но посмотрел с какой-то злостью, мол - не приходи сюда больше, или до тех пор, пока всё не утрясётся. Затем Вай сжала руку Кейтлин ещё крепче и вывела её сквозь расступающихся людей на улицу. Она бежала к машине, уже на ходу доставая ключи. Кейтлин едва поспевала за ней — из-за потрясения от случившегося и от скорости с которой двигалась Вай. — Вай, погоди — хрипло сказала Кейтлин, когда они уже сели внутрь. — Что....что там случилось? Ты в порядке? — Кейтлин, пожалуйста! Давай не сейчас. Нам нужно спешить — сказала Вай, заводя машину и резко трогаясь с места. — Ты можешь хотя бы объяснить, куда мы так торопимся? —Паудер забрали. Прямо у бара Вандера. Лицо Кейтлин в миг стало каким-то потерянным. Всё происходящее казалось каким-то долгим ненастоящим сном. Она откинулась на сидение и провела рукой по волосам. Желудок сводило от тошноты и от быстрой скорости машины. Кейтлин побледнела ещё сильнее, чем прежде. Вай посмотрела на неё краем глаза. — Там есть вода в нижнем отсеке двери — сказала Вай, нажимая на кнопку, чтобы приоткрыть окно . Кейтлин нашарила рукой маленькую бутылку воды, резко открыла её и жадно сделала пару глотков. Машина резко виляла, чудом вписываясь в повороты. Вай сжимала руль с такой силой, что её испачканные в чужой крови костяшки слегка побелели. Через 5 - 7 минут машина с громким рыком остановилась в 10 метрах от бара Вандера. Вай заглушила двигатель, открыла быстро дверь и закрыла машину. Мгновенно, чтобы Кейтлин не успела дёрнуться с места. Окна наверху не горели. Внутри бара было тихо, никакого движения. Вай осмотрелась по сторонам. Несколько следов от грубых больших ботинок, уходящих куда-то за поворот. Следы шин. Цепкий взгляд серых глаз осматривал каждый сантиметр, каждую дыру и трещину. Голова работала на пределе. Два выпитых коктейля и драка подействовали, как убийственная доза адреналина. Зрачки Вай были расширены. Она устало выдохнула, зашла за поворот в противоположную сторону и краем глаза заметила - что-то блеснуло на каменной кладке. Вай подошла поближе, наклонилась и увидела его. Кулон Паудер в виде шестерёнки, что Вайолет подарила ей на прошлый день рождения. Она бережно подняла его с земли, расправляя на ладони, местами запачканной в крови. Паудер была здесь. «Но куда, куда тебя увели? Где ты, Пау- Пау?» - думала Вай, напряжённо вглядываясь в пустоту. Через несколько секунд Вай вернулась в машину, сжимая в пальцах кулон Паудер. Она вспомнила, что в той стороне, где лежал кулон находится старый разрушенный бар, где прятался Силко. Вай завела двигатель. Кейтлин, которая едва держала голову прямо, посмотрела на неё с удивлением. — Куда на этот раз, Вай? У тебя есть хоть какой-то план? Кроме, как ездить по Зауну и искать Паудер на каждом углу? — Она дала мне подсказку. Нужно проверить заброшенный бар - холодно бросила Вай, не глядя на Кейтлин. Машина тряслась на каждой неровности дороги, отчего Кейтлин приходилось из последних сил держаться за углубление в двери бледной холодной рукой. Вай остановилась за поворотом - так она надеялась, что её машина не будет заметна. — Я пойду с тобой. Их много и скорее всего они вооружены — сказала Кейтлин, пытаясь сесть ровнее. Её голос по-немногу начинал приобретать свойственную ему твёрдость. — Нет. Ты останешься здесь. Я проверю, что там и вернусь. Если они там, то мы позвоним Виктору и ...кому там ещё звонят, когда нужно бить тревогу. — Ты серьёзно собралась сейчас спорить, что лучше, а что нет? — Я не спорю. Я просто делаю — сказала Вай низким голосом. — Дай мне 15 минут. Как в прошлый раз. Потом вызывай кого захочешь — последние слова Кейтлин расслышала плохо. Их заглушал внезапно поднявшийся холодный ветер и стук двери. Кейтлин видела, как Вай несколько раз осмотрелась по сторонам, а затем побежала к тому самому бару, где они проводили недавно слежку. В висках стучало всё сильнее. Выпитый алкоголь давал о себе знать. «Вай предупреждала меня. Нельзя было пить слишком быстро» - возникло у Кейтлин в голове. Она не могла собрать картинку происходящего воедино. Прошло 5 минут. Затем 10. Вокруг было темно и слишком тихо. Кейтлин боролась с желанием позвонить Виктору. Она ждала. Ждала, когда Вай вернётся. Ведь она всегда возвращалась. Кейтлин была в этом уверена. Прошло уже больше двадцати минут, но снаружи не было ни души. Рука автоматически дёрнулась, чтобы наконец вызвать Виктора, но Кейтлин заметила быструю тень, которая скользнула недалеко от машины. Это была Вай. Она быстро села обратно в машину, переводя дыхание. В её взгляде читалась усталость и разочарование. Кейтлин с тревогой посмотрела на неё, давая время перевести дух. Вай устало положила руки и голову на руль и задрожала. — Вай? Что там? Что ты увидела? - спросила Кейтлин, осторожно прикасаясь к её плечу. Вай медленно повернула голову. Её губы дрожали от напряжения и усилий, которые она делала, чтобы сдержать нахлынувшие слёзы. Кейтлин напряжено всматривалась в серые зрачки, холодными пальцами вытирая несколько падающих слезинок. — Вай? Ты нашла её? Пожалуйста, можешь хотя бы кивнуть...да или нет? — Кейтлин шептала, сама не зная почему. Может быть от страха неизвестности, может просто от того, что силы были на исходе. Вай нервно сглотнула и отрицательно помотала головой. — Нет. Там ничего нет, Кейт. Ни Силко, ни каких-либо признаков, что там вообще что-то есть. И тем более Паудер. Они забрали её. И я понятия не имею куда — сказала Вай дрожащим голосом, позволяя новой волне слёз течь по красным щекам. Несколько минут они сидели молча. Затем Кейтлин позвонила Виктору и коротко без объяснений попросила срочно его приехать к ней. Он что-то сказал, кажется тоже хотел поговорить, но только при встрече. Кейтлин сбросила вызов, вытащила ключи из гнезда зажигания и вышла. Вай непонимающе посмотрела на неё, но ничего не сказала. Только тяжело вздохнула и пересела на соседнее сидение. Она знала, что может доверять Кейтлин как никому другому. А уж руль своей машины и подавно. Кейтлин несколько мгновений дышала воздухом, видимо, собираясь с мыслями, а затем села в машину за руль. Руки ещё дрожали от действия алкоголя, но Кейтлин умела подчинять своё тело контролю. Она завела двигатель и поехала прочь. «Мы найдем её. Обещаю.» - подумала Кейтлин про себя, украдкой бросая тревожные взгляды с дороги на Вай. Вайолет молчала, развалившись на сидении, как тряпичная кукла. Она смотрела куда-то вдаль, потирая большим пальцем кровавые костяшки на правой руке. «Я приду за тобой, Паудер...»