Маленький ангел

— Рииии, просыпайся давай, — кто-то настойчиво ткнул меня в плечо. Я только сильнее укуталась в одеяло и перевернулась на другой бок, пряча лицо в подушку. — Кать, отстань от человека. Мы впервые видим, что она вообще спит, — послышался голос Иры, уже с ноткой смеха. Сознание возвращалось рывками. Как будто кто-то медленно подкручивал резкость. Я поморщилась, приподнялась на локтях и села, стараясь окончательно прогнать сон. И тут же замерла. Снизу на меня уставились четыре пары глаз. Ещё одна — прямо перед моим носом. Я прищурилась. — Вы чего так на меня смотрите? — Да вот… — Вика скрестила руки на груди и ухмыльнулась. — Наблюдаем восьмое чудо света. Спящая Арина. До меня не сразу дошло. Я моргнула. Потом ещё раз обвела взглядом комнату. Все одеты. Кто-то уже с собранными волосами, кто-то ищет одежду, кто-то просто сидит с кружкой. И тут до меня доходит. Я проснулась последней. Я. Последней. — Ой, идите вы нахуй… — пробормотала я и снова рухнула на подушку, накрываясь одеялом с головой. — Нет-нет-нет, даже не думай, — тут же дернули меня за край одеяла. — Вставай, спящая красавица. Съёмки через час начнутся, — сказала Катя. Слово «съёмки» сработало лучше любого будильника. Я резко села. — Сколько времени? — Почти одиннадцать. Я тихо выдохнула. Мы с Адель разошлись… когда? В районе шести утра. И при этом я умудрилась проспать почти пять часов. Для меня это, блять, рекорд. Я провела рукой по лицу, пытаясь окончательно прийти в себя, и, не говоря больше ни слова, встала и направилась в ванную. Холодная вода ударила по коже, и я зажмурилась, упираясь руками в раковину. В голове ещё оставались обрывки ночи. Кухня. Тёплый свет. Тишина. И её слова. «Ты мне важна». Я открыла глаза и уставилась на своё отражение. — Отлично… — тихо выдохнула я. Сердце неприятно кольнуло. Не потому что плохо. А потому что… непривычно. Я быстро умылась, почистила зубы и, не давая себе времени залипнуть в мысли, вышла обратно в комнату. — О, живая, — хмыкнула Вика, когда я появилась в дверях. — Пока да, — пробурчала я, направляясь к своим вещам. Я на автомате начала собираться: юбка, рубашка, волосы в порядок. Движения отточенные. Почти механические. Но внутри… было не так спокойно, как обычно. Я чувствовала на себе взгляд. И даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять чей. — Ты как? — тихо спросила Адель. Я всё-таки повернулась. Она сидела на своей кровати, уже одетая, с чуть влажными волосами. Смотрела прямо на меня. Спокойно. Но внимательно. Я на секунду зависла. — Нормально, — кивнула я. — Выспалась даже. — Серьёзно? — хмыкнула Катя. — Ты пять часов поспала и уже «выспалась»? — Для меня это отпуск, — пожала я плечами. — Ебануться, — пробормотала Вика. Я усмехнулась и отвернулась, продолжая собираться. Но внутри всё равно оставалось это… ощущение. Будто что-то изменилось. Чуть-чуть. Незаметно. Но ощутимо. — Девочки, кто в ванну последний? — крикнула Лида из коридора. — Я уже всё! — ответила Ира. — Тогда быстрее, нам через сорок минут выходить! Комната начала оживать быстрее. Кто-то искал носки. Кто-то ругался, что не может найти кофту. Обычное утро. Но с каким-то странным… теплом. Я завязала волосы, закрепляя их привычной палочкой, и на секунду посмотрела в зеркало. Зелёные глаза. Без линз. Я замерла. Рука сама потянулась к сумке. И остановилась на полпути. Внутри будто два голоса. Один — привычный. «Надень. Не выделяйся. Не привлекай внимание.» Другой — тихий. Но настойчивый. «Оставь. Ты уже не одна.» Я выдохнула. И убрала руку. — Ри, ты идёшь? — раздался голос Адель. Я обернулась. Она стояла у двери. Ждала. Не торопила. Просто… была. Я кивнула. — Иду. Мы спустились на кухню. Там уже кто-то наливал себе кофе, кто-то ел на ходу, кто-то просто сидел, уставившись в стол. Я машинально подошла к чайнику. — Кофе будешь? — спросила Катя. — Да, — кивнула я. — О, смотрите, чудо света ещё и кофе пьёт, — усмехнулась Вика. — Я сейчас кому-то этот кофе в лицо вылью, — спокойно ответила я. — Всё, молчу, — подняла руки она. Адель тихо усмехнулась рядом. Я поймала её взгляд. И на секунду зависла. Опять. — Ты сегодня… без линз, — заметила она негромко. — Угу. — Тебе идёт, — просто сказала она. Без лишнего. Без давления. Я отвела взгляд. — Посмотрим, как долго это продержится. — Я поставлю на долго, — хмыкнула она. — А я — на час, — вмешалась Катя. — Ставки пошли, — оживилась Лида. — Идите нахуй, — беззлобно отозвалась я, пряча улыбку в кружке. — Девушки, готовность десять минут! — раздался голос из коридора. Все сразу зашевелились. Кто-то допивал. Кто-то дожёвывал. Кто-то пытался привести себя в порядок за последние секунды. Я поставила кружку в раковину и глубоко вдохнула. Снова съёмки. Снова давление. Снова всё это. Но… Я мельком посмотрела на девочек. На Катю, которая что-то бурчала. На Вику, которая уже смеялась. На Адель. Которая просто стояла рядом. И смотрела. Спокойно. Я выдохнула. — Ну что, пошли страдать? — усмехнулась я. — Пошли, — кивнула Катя. — С тобой хоть на край света, — фыркнула Вика. — Запомню, — хмыкнула я. Адель ничего не сказала. Просто слегка коснулась моей руки, проходя мимо. Лёгкое касание. Почти незаметное. Но этого хватило. Я на секунду задержала дыхание. А потом пошла за всеми. И в этот раз… это уже не казалось таким страшным.

***

Раздаётся звонок. Резкий, немного раздражающий после утренней суеты, но уже привычный. Мы почти одновременно вываливаемся из комнат и быстро собираемся вокруг стола. Кто-то на ходу поправляет волосы, кто-то дожёвывает, кто-то ещё сонный, но все — на месте. Я становлюсь между Катей и Адель. Почти автоматически. — Ученицы, здравствуйте, — раздаётся голос Лауры Альбертовны. Мы затихаем. — Вчера победительницы финального челленджа получили ключ от библиотеки желаний. Я хочу пригласить туда только одну из вас. Эта девушка должна войти в библиотеку и решить, какой приз в итоге получит вся команда. По комнате пробегает лёгкий гул. Библиотека желаний. Звучит… слишком хорошо, чтобы не было подвоха. Я переглядываюсь с девочками. У всех примерно одно и то же выражение лица: интересно, но настороженно. — Ну всё, — тихо бурчит Катя рядом. — Сейчас кто-то облажается и мы будем страдать. — Спасибо за веру, — хмыкаю я. Но внутри и правда напрягаюсь. Потому что выбор — это всегда ответственность. И не только за себя. Начинается обсуждение. Сначала тихое, потом громче. — Лида, очевидно, — говорит Вика. — Она староста. — Или Ира, — добавляет кто-то. — Она полностью выложилась на испытании. — Или Ри, — вдруг вбрасывает Катя. Я поворачиваюсь к ней. — Ты сейчас серьёзно? — Более чем, — пожимает она плечами. — Ты бы не проебала. — Я бы, наоборот, могла как раз проебать, — спокойно отвечаю я. — С моим везением. — Зато ты думаешь, — вмешивается Ира. Я усмехаюсь. — Иногда это не помогает. Обсуждение затягивается. Мы перекидываемся аргументами, перебиваем друг друга, кто-то шутит, кто-то уже начинает нервничать. Но в итоге… — Лида. Решение будто само складывается. Я смотрю на неё. Она коротко кивает. Спокойно. Как будто уже была к этому готова. — Взяла ответственность — неси дальше, — тихо говорю я, чуть улыбнувшись. Она усмехается. — Логично. Но в глазах всё равно мелькает напряжение. Потому что это не просто выбор. Это выбор за всех нас. Лиду уводят, а мы остаёмся. — Как думаете, что там? — спрашивает Вика, опираясь на стол. — Либо что-то охуенное, либо полная подстава, — отвечает Катя. — Ставлю на подставу, — фыркаю я. — Оптимистка, — хмыкает Адель. Я бросаю на неё взгляд. Она чуть улыбается. И это почему-то… успокаивает. Нас отправляют обратно в комнату. Ждать. Самое бесячее. Когда ты ничего не можешь сделать. Только сидеть и накручивать себя. Кто-то ходит из угла в угол. Кто-то лежит на кровати. Кто-то обсуждает варианты: — А вдруг там деньги? — Или иммунитет? — Или наоборот — наказание? — Да ну, не будут же… — Будут. Я сажусь на чью-то кровать, сцепив руки в замок. В голове крутится только одна мысль: Хоть бы она выбрала что-то нормальное. Хоть бы это не было чем-то, за что потом придётся платить. Я не люблю вот это «бесплатно». Здесь ничего не бывает просто так. Дверь открывается. Мы все почти одновременно поворачиваемся. Лида. В руках — два огромных подноса. Я сначала не понимаю. А потом доходит. Бургеры. Картошка фри. И запах. Тёплый. Мясной. Настоящий. На секунду в комнате становится абсолютно тихо. А потом— — ЧТОООО?! — ТЫ СЕРЬЁЗНО?! — БЛЯТЬ, ЛИДА, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Комната взрывается. Кто-то подскакивает с кровати. Кто-то уже тянется к еде. Кто-то просто орёт от счастья. Я остаюсь сидеть секунду дольше остальных. Смотрю на подносы. И чувствую, как внутри что-то… расслабляется. Потому что это просто еда. Без подтекста. Просто… нормальная еда. Которой нам здесь дико не хватает. Я встаю и подхожу ближе. — Ты сейчас спасла нам жизнь, — говорю я Лиде. Она усмехается. — Я старалась. — Там точно не было подвоха? — прищуривается Катя, уже держа в руках бургер. — Был, — отвечает Лида. — Можно было еще выбрать ваши смузи-шмузи и зелень всякую. Но я выбрала это. Мы переглядываемся. Но в этот момент…Честно? Похуй. Потому что передо мной — бургер. Настоящий. Я беру один. Тёплый. Тяжёлый. Делаю укус. И на секунду закрываю глаза. — Господи… — выдыхаю. — Я сейчас расплачусь. — Я уже, — говорит Вика с набитым ртом. — Это лучше, чем психология, — бурчит Катя. — Не факт, — хмыкает Ира. — После этого нас могут ещё сильнее ебануть. — Не порти момент, — машу я на неё рукой. Кто-то идет звать девочек из розового, потому что ну мы же не изверги. Все хотят вредной еды. Я сажусь прямо на пол, прислоняясь к кровати. Рядом плюхается Адель. Слишком близко. Как обычно. Я делаю ещё один укус. И впервые за последние дни чувствую что-то простое. Не напряжение. Не ожидание удара. А просто… удовольствие. — Вкусно? — тихо спрашивает Адель. Я поворачиваюсь к ней. — Очень. Она улыбается. И ставит себе на колени поднос с картошкой. — Значит, не зря. Я на секунду задерживаю на ней взгляд. И вдруг понимаю. Иногда счастье — это не что-то большое. Иногда это просто… бургер. И люди рядом.