Между книжных стеллажей и дрожащих бедер

— Хочешь слетать в Чикаго на следующий уикенд? — Уилл лежал на кровати на животе, упираясь в матрас локтями и подпирая подбородок ладонями, и ехидно ухмылялся. Чикаго? С чего вдруг? — Кто тебе звонил, Уилл? — спросил Майк, стараясь, чтобы его голос звучал легко, но внутри уже начала закипать тревожная смесь любопытства и беспокойства. В то же время он почувствовал, как уголки его губ ползут вверх. Улыбка была заразной — сложно было не улыбаться, когда Уилл улыбался рядом. — Ооо, догадайся, — Уилл выглядел невероятно веселым. Он даже приподнялся на локтях, подаваясь вперед, будто собирался доверить Майку тайну. — Это были наши старые-добрые друзья из Чикаго, — намекнул Байерс и стрельнул глазами в сторону телефона, который лежал в гостиной. — Типа Лукас и Макс? — предположил Майк, произнося эти имена почти шепотом. Он сам не верил в то, что говорит, но других вариантов у него просто не было. — Ты такой догадливый, — с наигранным восхищением протянул Уилл и стукнул Майка в плечо сильнее, чем рассчитывал. Майк, только приподнявшийся на кровати, свалился обратно, потеряв равновесие. — Ты с ними еще общаешься? — спросил Майк, закидывая ногу на Уилла и уютно устраивая ее на спине. Он смотрела на парня снизу вверх и тщательно всматривался в лицо. Майк помнил, что Уилл рассказывал что-то про их старых друзей из Хоукинса, но в целом у него создалось впечатление, что они видятся нечасто. Раз в год, или, может быть, еще реже. Сам же Майк не виделся с друзьями уже больше трех лет. Он старательно поддерживал связь с Лукасом, Макс и Дастином после того, как они все окончили школу. Они вместе встречались на каникулах, созванивались раз в неделю по вечерам, когда никто никуда не спешил, и даже приезжали друг к другу в гости — в Чикаго, в Пасадену, в Атенс. Это было… так давно. Но когда Уилл решил прекратить с ним дружбу, когда случился тот идиотский звонок, Майку стало гораздо труднее поддерживать это общение. Он больше не мог ездить на общие встречи, зная, что там будет Уилл. Уилл, который будет избегать его. Уилл, который сделает вид, что его не существует. Или, что еще хуже, вежливо улыбнется и пройдет мимо, как мимо незнакомца. Нет, это бы его просто убило. Так что со временем общение сошло на нет. Сначала Майк начал отказываться от поездок в Чикаго и в Пасадену — придумывал срочные дела, несуществующие проекты и болезни. Потом, во время телефонных звонков, когда речь заходила про Байерсов, он мгновенно переводил тему, а то и вовсе клал трубку, ссылаясь на неотложные дела. И подолгу смотрел на затихший телефон, заново переживая боль утраты. Со спокойной душой он мог лишь продолжать навещать родных в Хоукинсе, ведь Уилл теперь ездил в Монток. Но даже там ему было как никогда одиноко. Так продолжалось какое-то время, но не могло длится вечно. Звонки от Дастина стали реже, от Лукаса и Макс — короче. Встречи почти прекратились. А когда Майк закончил университет и переехал в Нью-Йорк, он решил даже не оставлять свой новый номер, так как не видел в этом никакого смысла — они все равно почти не общались. Никакого смысла. Абсолютно никакого. Прошло уже много лет и теперь, когда Уилл наконец был с ним, у него был шанс вернуться. Конечно, если его там примут. — Иногда созваниваемся, — пожал плечами Уилл, вырывая Майка из воспоминаний. Он перекатился на бок, и нога Майка соскользнула с его спины на простыню. — Не часто. В прошлом году ездил на день рождения Макс в июле. Они устроили шумную вечеринку, и я проснулся на надувном матрасе в центре бассейна. — У них есть бассейн? — приподнял брови Майк. В Хоукинсе бассейн был только у Стива Харрингтона. — Небольшой, — отмахнулся Уилл. — Они неплохо зарабатывают. — Круто, — кивнул Майк, воображения которого безустанно рисовало красочную картинку огромного дома. — Так, и что за повод? День рождения Макс уже прошел. — У них есть новости, — Уилл улыбнулся так загадочно, будто уже все знал. — Какие еще новости? — нахмурился Майк. — Ну откуда я знаю, — рассмеялся Уилл. — Они для этого и собирают всех, чтобы что-то сообщить. Майку в голову внезапно пришла совершенно дикая мысль. — Боже, а вдруг Макс беременна? — выпалил Майк, и его глаза испуганно расширились. — Ну вот и узнаем, — подмигнул Уилл, который вовсе не выглядел таким шокированным, каким ему следовало бы выглядеть. — Так что, летим? Лететь к друзьям, с которыми оборвал все связи три года назад? — Почему бы и нет, — Майк старался выглядеть непринужденным, но внутри все трепетало. Он годами уверял себя, что не скучает по старым друзьям, но стоило появиться лишь малейшему намеку на возможную встречу, как сердце в груди сделало сальто. — Супер, сейчас же позвоню в авиакомпанию, — Уилл выглядел очень счастливым. Он снова ринулся к телефону, отыскал нужный номер в записной книжке и уже через пятнадцать минут нудных разговоров появился в спальне очень довольный. Майк как раз успел покурить, принять душ, почистить зубы и многое обдумать. Уилл, на полном позитиве и энтузиазме, подскочил к Майку, дерзко схватил того за талию и закружил в объятьях по маленькой спальне, чуть не снеся лампу и стакан с водой с тумбочки. Майк не успел ничего сказать, не успел даже охнуть, как его губы соприкоснулись с губами Уилла, и его спина изящно изогнулась в этаком киношном, голливудском поцелуе. — Боже, я так рад, — Уилл улыбался во весь рот. — Наша первая совместная поездка. — Погоди-ка, — Майк слегка осадил развеселившегося Уилла, положив ладонь ему на грудь. Его мучил один вопрос. — Я не понял. Если тебе звонили Лукас и Макс, то почему ты не сказал, что приедешь со мной? «Со мной будет кое-кто. Узнаешь потом, он тебе понравится» — так, кажется, ты говорил. Улыбка на лице Уилла быстро трансформировалась из счастливой в ехидную, а глаза слегка расширились от удивления. — А я поспешил, когда назвал тебя догадливым, — сказал он, садясь на край кровати и похлопывая ладонью по матрасу рядом с собой. Ну что за язва. — В смысле? — спросил Майк, подходя ближе к парню, но не садясь. — Ну ты только представь это, Майк, — Уилл неопределенно махнул рукой. — Они приглашают меня приехать. Я говорю им, что со мной будет кое-кто. Они, конечно же, ждут, что я привезу с собой своего парня, это же очевидно. Плюс один. Он сделал паузу, давая Майку время прочувствовать атмосферу, и продолжил: — И вот я приезжаю, а вместе со мной из машины выходишь ты… Да у них челюсть на пол отвалится. Майк представил лицо Макс, искаженное от удивления. Вышло действительно забавно. А потом представил Лукаса, и стало еще смешнее. — Так и я приеду в качестве кого? — он решил, что нужно немного прояснить ситуацию, дать этому всему какое-то название, пока они не сели в самолет. — В качестве твоего плюс один… в качестве твоего… Скажи это. Скажи, и я поверю. — Моего парня, — охотно подтвердил Уилл, и его лицо стало вызывающим. — У тебя с этим проблемы? Парня. Майк почувствовал, как у него перехватило дыхание. Конечно, друзьями их давно уже нельзя было назвать, потому что друзья не делают то, что делали они, но все же было приятно наконец получить озвученное подтверждение. — Нет, — быстро ответил Майк. — Просто хотел… прояснить эту… мелочь. Мелочь. Сущую ерунду. — А ты думал, ты мне кто? Приятель? Любовник? Друг? — Уилл поднял брови и сузил глаза. — Лучший друг? Он выделил последние слова так, будто они были насмешкой. Или болью. — Я ничего такого не думал, Уилл! — Майк слегка повысил голос — не от злости, скорее от отчаяния. — Просто мы еще ничего такого не говорили, никак это… не называли. Висела, знаешь ли, некая недосказанность. Мне просто нужно было точно знать. — А надо было это как-то называть? — Уилл немного смягчился и приподнял броню. — Я как-то об этом не думал. — Ну да, — Майк взял парня за руки. — Теперь мы точно знаем, что происходит. — Угу, — у Уилла было задумчивое лицо. Он смотрел на их соединенные руки, на то, как пальцы Майка обвивают его запястья. — Прости, не знал, что это так работает, давно не был в отношениях. В отношениях. Мы в отношениях. — Так мы все-таки в отношениях? — спросил Майк, и в его голосе смешались серьезность и усмешка. — Да, черт возьми, — прорычал Уилл и потянул Майк на себя за руки. Майк с удовольствием поддался давлению и уже через секунду обнаружил себя, сидящим на коленях Уилла. Байерс придерживал его одной рукой в районе лопаток, а другой гладил по ляжке, медленно и успокаивающе. — Да, ты мой парень, — повторил Уилл, и в его голосе звучало столько благоговения, что у Майка заныло в груди. Он словно не верил своим словам. — Мой парень, мы в отношениях… Боже, ты даже не можешь представить, как давно я мечтал это сказать. Майк Уилер — мой парень. Майк смеялся, сидя на Уилле, и чувствовал себя так, словно вся его жизнь вела его именно к этому моменту. Словно ему на роду было предначертано стать парнем Уилла Байерса, и как бы они ни запутались, как бы далеко друг от друга ни ушли, рано или поздно Майк бы все равно оказался у него на коленях. Судьба. — Ладно-ладно, рад, что мы это прояснили, — усмехнулся Майк, проводя рукой по волосам Уилла, чтобы хоть как-то унять дрожь в пальцах. — Но мне все равно как-то неспокойно. — Почему? — Уилл уткнулся Майку в плечо, словно хотел его понюхать, и его дыхание обожгло кожу через тонкую ткань футболки. — Ну, знаешь, я еще не привык рассказывать людям, что встречаюсь с парнем, — Майк начал нервно мять свои же пальцы, сцепляя и расцепляя их, чтобы сбросить напряжение. — Немного страшно. Страшно представить реакцию. — Об этом знают только два человека, и они оба узнали это случайно, — продолжил он, чувствуя, как тяжело выходят слова. — И один вообще со мной уже три недели не разговаривает. — Да, но ведь это же Лукас и Макс, — мягко сказал Уилл, возвращая Майка из мира тревоги обратно в спальню. — Они ничего не сказали плохого мне, когда я признался, так почему тебе стоит волноваться? — Ну хотя бы потому, что Макс меня терпеть не может, — Майк нервно рассмеялся, но смех вышел каким-то ненастоящим. — Это неправда, — тут же заотрицал Уилл, заглядывая ему в глаза. — Она тебя любит. Майк посмотрел на Уилла так, как мог бы смотреть на сбежавшего из психушки больного. — Ты несешь чушь, — ответил он, но в голосе было не так уж и много уверенности. — Нет, она правда тебя любит, — Уилл улыбнулся вполне искренне. — Конечно, она это своеобразно показывает… Но это не отменяет факта, — он сжал бедра Майка, привлекая его внимание. — Ты бы знал, сколько раз она позвонила мне, чтобы уточнить, точно ли я не знаю, где ты, когда ты перестал со всеми общаться. Майк очень удивился и встал на ноги, потому что больше не мог усидеть на месте, не мог оставаться в объятьях, когда внутри все кипело. Тревога вновь нарастала, и ему нужно было двигаться, ходить, жестикулировать, чтобы выпустить напряжение. — Она искала меня? — пораженно спросил он. — Конечно, — кивнул Уилл, провожая его взглядом. — Ты не знал? Она страшно переживала, когда по твоему номеру ответили совершенно незнакомые люди и сказали, что не знают никакого Майка. Она обзвонила всех знакомых, чтобы убедиться, что ты по крайней мере не умер, провалившись в одну из угольных шахт Атенса, и успокоилась, только когда дозвонилась до Нэнси, и та сказала ей, что ты переехал в Нью-Йорк. Майк провел рукой по лицу, чувствуя, как ладонь стала влажной. — Боже, она звонила Нэнси, — прошептал он, мысленно обдумывая масштабы этого бедствия. Он одновременно ругал сестру за то, что та ему ничего не сказала, и благодарил за то, что она вообще ответила на звонок. А он-то думал, что все о нем забыли и преспокойно жили дальше, будто никакого Майка никогда не существовало. Вдруг из-под подавляющей тревоги промелькнула искра уверенности. Никто о нем не забыл. Макс действительно волновалась. И прямо сейчас перед ним возникал чудный шанс восстановить прежние отношения. Восстановить все, что он разрушил. Но прежде, чем Майк успел всему этому обрадоваться, другая мысль ударила его под дых. — То есть ты знал, что я в Нью-Йорк, но не стал меня искать? — спросил он разочарованным тоном. — Несмотря на то, что давно уже расстался с тем придурком? — Майк, — мягко начал Уилл, поднимаясь с кровати и делая шаг навстречу. — Не майкай мне, Байерс, — слегка угрожающе сказал парень. Не сейчас. Не называй меня по имени. Не когда я злюсь. Он не мог позволить Уиллу называть его по имени в такой момент. Это было слишком приятно. Слишком… интимно, и слишком ему нравилось. Он мог легко растаять, а ему нужно было стоять на месте. Уилл удивленно приподнял брови, словно еще не понял, какое действие оказывает на Майка его имя, но спорить не стал. — Ладно, — выдохнул он. — Я не искал тебя, это так. Он замолчал, собираясь с мыслями. — Но ведь это ты переехал в город, в котором я жил, верно? — продолжил Уилл, и его голос стал тверже. — Я думал, если уж на то пошло, то ты сам отыщешь меня. Ты ушел из моей жизни, а потом удивился, что я не вернулся? — Так ты же меня послал, — высоким тоном запротестовал Майк, — Ты сказал, что не хочешь меня видеть! Я думал, ты все еще обижен на меня или типа того. Я не думал, что ты захочешь снова со мной дружить. — Вот и я тоже не думал, — голос Уилла прозвучал удрученно. Он опустился обратно на кровать и уставился в пол. Майк замер и сделал глубокий вдох. Тревога все еще пульсировала внутри, но гнев начал потихоньку остывать, уступая дорогу принятию. — Мда, — выдохнул Майк, проводя рукой по лицу. — Грейс была права. Уилл вопросительно приподнял брови. — Мы с тобой идиоты, — пояснил Майк, и в его голосе прозвучала такая вселенская усталость от собственной глупости, что Уилл не удержался и слабо улыбнулся. Майк подошел к нему, положил руки на плечи, а затем снова устроился на коленях. Ему на них было уже вполне привычно. — Идиоты, — повторил Уилл, зарываясь пальцами в волосы Майка и перебирая растрепанные кудри. — Но теперь-то мы можем это исправить? Майк поднял на него взгляд, и увидел в глазах Уилла надежду и нежность. — Можем, — сказал Майк. Уилл слабо улыбнулся и поцеловал парня. Медленно и осторожно, как будто это был их первый поцелуй. В понедельник утром Майк, как обычно, сидел за своим столом в издательстве «Hides & Bindery» и правил очередной любовный роман, который Мардж назвала «сносным, но скучным». В углу работал факс, сотрудники справа спорили о верстке, а мистер Финн курил сигару в своем кабинете. Майк уже почти влился в ритм работы в издательстве. Почти — потому что он иногда все еще путал, где лежат нужные папки, а однажды даже засунул рукопись в шкаф к бухгалтерии. Он каждый день читал тонны макулатуры, иногда интересной, но чаще откровенно ужасной, делал сотни пометок на каждой странице и спорил с Мардж (это была обязательная часть любого дня). Мардж была права почти всегда, но знать ей об этом не стоит. Работа становилась тихим спокойным местом, в котором не было драмы, и Майк, переступая по утрам порог издательства, чувствовал, как падает его уровень тревоги. Здесь я просто Майк, помощник редактора. Не Майк, с которым не общается Харви. Не Майк, который встречается с парнем. Просто Майк. — Внимание, — крикнула Мардж, и парень вздрогнул от ее голоса, выныривая из своих мыслей. — У нас новый сотрудник. Майк заинтересованно поднял голову от рукописи. В дверях стоял молодой человек лет двадцати пяти, наверное, его ровесник. У него были аккуратно уложенные каштановые волосы и острый подбородок. Он был одет в безупречный темно-синий костюм с узким галстуком, который был идеально завязан. Белая рубашка сияла от чистоты, и даже туфли были начищены до зеркального блеска. И он широко улыбался, обнажая ровный ряд зубов. Почти обворожительно. «Вот позер», — подумал Майк, но в голову тут же закралась другая мысль. — «Хотя… выглядит впечатляюще». Он оглядел одежду нового сотрудника. Сам Майк, как и все его коллеги, предпочитал повседневную удобную одежду. Джинсы, свитера, футболки, которые было не жалко перепачкать типографической краской, в которых было удобно по несколько часов сидеть на стуле, занимаясь правками. Заявиться сюда в костюме — все равно что сказать, что ты лучше всех. Ну, так считал Майк. — Всем привет, — сказал новичок, и тон его голоса прозвучал бархатно. — Меня зовут Ленни Барнс. Я ваш новый иллюстратор. Мардж, которая обычно встречала новичков с каменным лицом, вдруг расплылась в дружелюбной улыбке. Чего это она? — Ленни перешел к нам из «HarperCollins», — добавила женщина, и в ее голосе прозвучала такая гордость, будто она самолично его переманила. — У него отличные рекомендации и впечатляющее портфолио. — О, мне просто повезло, — Ленни скромно опустил глаза, как будто смущался, но при этом он выглядел слишком уверенно, чтобы Майк в это поверил. Тем не менее, Майк почувствовал, как его губы сами собой расплываются в ответной улыбке. В Ленни было что-то располагающее. Что-то, что заставляло хотеть ему понравиться. Глупо. Я его даже не знаю. Ленни сделал шаг и подошел к первому столу, чтобы начать знакомства. Он прошелся по комнате, пожимая руки и запоминая имена. С каждым сотрудником он обменивался парой фраз и с каждым был одинаково вежлив, одинаково внимателен, одинаково… идеален. Когда пришла очередь Майка, тот первым протянул руку, даже не успев подумать. — Майк, — представился он. — Очень приятно, Майк, — Ленни улыбался безукоризненно. — Давно тут работаешь? — Всего пару недель, — покачал головой Майк. — Я помощник редактора. — Здорово, — Ленни улыбнулся еще шире. — Наверно, ты очень ответственный. А до этого где был? — В Staples, ручки продавал, — Майк усмехнулся, ожидая снисходительной улыбки. Но Ленни только рассмеялся и сказал: — Все мы с чего-то начинали. Он пожал руку Майка чуть дольше, чем следовало, но это не казалось странным, скорее дружеским. К середине недели Ленни стал всеобщим любимцем. Он приносил всем кофе чисто по доброте душевной и не требовал ничего взамен. Он знал, кто пьет латте, а кто американо. Он оставался на переработки, хотя никто его об этом не просил, и хвалил работы даже самых бездарных авторов, но мягко и не переходя грань. — Ленни просто душка, — сказала в обеденный перерыв Пэтти, которая работала литературным агентом. Она помешивала свой чай и мечтательно смотрела в сторону. — Почему все новые сотрудники не могут быть такими? Потому что нормальные люди не бывают такими идеальными. — Порой мне кажется, что он даже слишком хорош, — буркнула Мардж, но даже в ее голосе не было привычного скептицизма. — Слишком хорош? — переспросила Пэтти. — Разве так бывает? — Не знаю, — Мардж пожала плечами и вернулась к своей рукописи. Майк тем временем уже закончил обедать и сидел за своим столом и правил очередной фэнтези-рассказ про эльфов и драконов. Автор явно перечитал Толкина и решил, что сможет сделать не хуже. Не получилось. — Что читаешь? — раздался голос над ухом. Майк поднял голову и увидел Ленни, который стоял рядом и заглядывал ему за плечо. От него повеяло дорогим одеколоном. — Очередную пародию на «Властелина колец», — фыркнул Майк, показывая рукопись. — Только вместо кольца — магический кристалл, а вместо темного властелина — злая колдунья. А еще здесь есть эльфиха, которая влюбилась в хоббита. Кажется, это единственная оригинальная деталь. — Революционно, — сказал Ленни с сарказмом и закатил глаза. Он положил руку на спинку стула Майка. Жест был почти невинным, просто коллега заглядывает к коллеге, но Майк вдруг почувствовал, как по спине пробежался холодок. — А у тебя глаз наметан, — заметил Ленни, разглядывая пометки Уилера. — Сразу видишь слабые места. — Спасибо, — Майк кивнул, чувствуя, как внутри разливается тепло от комплимента. В пятницу Ленни принес в офис пончики. Они были упакованы в красивую картонную коробку, перевязанную бечевкой, с логотипом той самой кондитерской, мимо которой Майк проходил каждое утро, но никогда не решался зайти. Там всегда была очередь. — Угощайтесь, — сказал он, ставя коробку на общий стол. — Только из кондитерской на углу. Говорят, там лучшие в городе. Сотрудники набросились на угощение с энтузиазмом. Даже мистер Финн вышел из кабинета, из которого всегда вылезал крайне неохотно, и взял пончик с шоколадом. — Ленни, вы балуете моих сотрудников, — сказал он ворчливым тоном, но тут же весело подмигнул. Майк взял пончик с корицей и откусил кусок. Тесто было воздушным, а начинка из карамели просто таяла во рту. Он посмотрел на Ленни, тот вежливо улыбался. Майк немного смутился, внезапно осознав, что Ленни улыбается всегда, даже когда вокруг нет ничего смешного. Даже когда Мардж ругалась на очередную неудачную рукопись. Даже когда мистер Финн повышал голос в порыве эмоций. Улыбка, вежливая и чуть застенчивая, никогда не сходила с его лица. Слишком вежлив. Слишком гладок. Слишком… идеален. Майк посмотрел на пончик в своей руке. Корица была восхитительной. Может, я просто параноик. Самолет набирал высоту, и Нью-Йорк под крылом становился все меньше. Майк смотрел в иллюминатор и чувствовал, как внутри нарастает волнение. Этакое предвкушение, смешанное с тревогой. Три года прошло. — Ты в порядке? — спросил Уилл, сидевший рядом. Он сжимал в руках стакан с апельсиновым соком и выглядел удивительно спокойным. — Да, — ответил Майк и сам не поверил своему голосу. — Немного нервничаю. — Если честно, я тоже, — сказал Уилл, и его улыбка слегка дрогнула. — Но это хорошее волнение, — затем он наклонился к Майку и прошептал ему на ухо, чтобы их никто не услышал. — Жду не дождусь увидеть реакцию Лукаса и Макс на моего нового парня. Парня. Майк смущенно улыбнулся, но нервничать стал только сильнее. Ему хотелось взять Уилла за руку, но делать это так открыто, в самолете, у всех на виду, он не решился. Они взяли такси на выходе из аэропорта. Водителем оказался молчаливый мужчина лет пятидесяти, который только кивнул, услышав адрес, и больше не проронил ни слова за всю поездку. Майк был ему за это благодарен, ему было слишком тревожно, чтобы беседовать с незнакомцами. Уилл сидел рядом и смотрел в окно. Его лицо было нарочито спокойным, но Майк видел, как его пальцы нервно теребят край куртки. — Эй, все хорошо, — сказал Майк, хотя ему самому нужно было успокоиться. — Это же просто Лукас и Макс. — Да, — Уилл кивнул, поворачивая глаза на Майка, — просто Лукас и Макс. — Они обрадуются, — сказал Майк, но сам не верил в свои слова. Уилл посмотрел на него, и на его губах появилась полуулыбка. — Ты успокаиваешь меня, а сам трясешься, — заметил он. — Ничего я не трясусь, — Майк постарался придать своему голосу уверенности, но она прозвучала фальшиво даже для него самого. Уилл усмехнулся, взял его руку и поднес ближе к глазам. Пальцы Майка действительно слегка подрагивали. Он постарался их успокоить, но не мог это контролировать. — Ладно, — сказал Майк, выдергивая руку, но не от злости, скорее от смущения. — Я трясусь. И что? — Ничего, — просто ответил Уилл, снова смотря в окно. — Просто ты не один. Такси остановилось у небольшого двухэтажного дома на тихой улице. Дом был старым, но ухоженным, с белыми ставнями, маленьким крыльцом и невысоким забором. Во дворе рос массивный вяз, и его ветви почти касались окон второго этажа. Американская мечта. — Приехали, — сказал водитель, поворачиваясь к ним. Уилл пошел забирать сумку из багажника, они собрали лишь одну на двоих, а Майк остался, чтобы расплатиться. На крыльце уже стояли двое. Лукас, высокий и широкоплечий, в простой серой толстовке и джинсах. Его волосы были короче, чем запомнил Майк, а лицо взрослее. Рядом с ним стояла Макс. Ее рыжие кудри были собраны в высокий хвост, и она щурилась на солнце, приставляя ладонь козырьком. На ней была белая облегающая майка с рисунком, свободная коричневая рубашка в клетку, повязанная на талии, и потертые джинсы. Она выглядела точно так же, как и пять лет назад. Майк, наконец найдя нужные купюры, вручил их водителю, но из машины выходить не торопился, а продолжал наблюдать за происходящим из окна. Уилл, быстро подхвативший сумку из багажника, уверенно шагнул в сторону дома, навстречу старым друзьям. Лукас и Макс тут же бросились к нему, едва ли ни в припрыжку. — Выходить будете или дальше поедем? — осведомился водитель хриплым голосом. — Да… выхожу, — растерянно пробормотал Майк, не отводя взгляда от происходящего на подъездной дорожке. Соберись, Уилер. Он осторожно вышел из машины и смог услышать разговор. — Уилл, наконец-то! — Макс бросилась парню на шею, радостно улыбаясь. — Не видела тебя с прошлого года! Как твои дела? Как Нью-Йорк? Как работа? — Да ничего, — дежурно ответил Уилл, обнимая девушку в ответ и мягко похлопывая по спине, а затем добавил. — Очень даже хорошо, если честно. — Из-за твоего нового парня? — спросила Макс, отстраняясь, чтобы Уилл мог обняться с Лукасом. Ее глаза блестели от любопытства. — Какая ты проницательная, — ухмыльнулся Уилл, сжимая друга за плечи. Они обменялись совсем коротким объятьем, но его было достаточно. — Ну и где же он? — спросила Макс, выглядывая из-за плеча гостя. — Ты нас заинтриговал. В тот же момент машина, прикрывавшая Майка, легко стартанула и укатила в закат, оставив парня стоять в растерянности посреди дороги. Он сделал неловкий шаг в сторону дома, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Макс секунду пошарила глазами по округе и наконец обратила свой взор на него. Ее счастливая улыбка в тот же момент угасла, уступив место недоумению и, кажется, негодованию. — Нет, — прошептала она, неверящим взглядом взирая на Майка, который медленно шел по подъездной дорожке, стараясь не споткнуться от волнения. — Не может быть, — она замотала головой, и ее хвост закачался. — Нихера. — Что такое? — Лукас непонимающе взглянул на свою девушку и уже через секунду тоже воззрился на Майка. Его глаза удивленно расширились. — Да ну нахер. Майк остановился в трех шагах от таращащейся на него парочки, боясь подойти ближе. Очень быстро ему стало неловко от пристального внимания. — Познакомьтесь, это мой парень, — Уилл сохранял невиданное спокойствие, пока все остальные пребывали кто в шоке, а кто в тревоге. Его голос был ровным, будто ничего особенного не происходило. — Майк Уилер, — он подошел к Майку и взял того за трясущуюся руку. — Возможно, вы его помните, учился с нами в одном классе. Нелюдимый такой тип был, все время играл в D&D. Полнейший фрик, если честно. Никто не рассмеялся. Майк ткнул Уилла в бок свободной рукой, призывая оставить на время свои шуточки. — Да ты гонишь, — Макс пришла в себя первой, и на ее лице пятнами проступила злость, губы сжались в тонкую ниточку. — Майк, твою мать, Уилер. — Сюрприз, — только и сказал Майк, пытаясь сохранять самообладание, хотя внутри все дрожало. Ничего получше сказать не мог? Макс стремительно шагнула ему навстречу, и вряд ли она сделала это ради объятий. Ее глаза были агрессивно сужены, а губы поджаты, она медленно качала головой. Не успел Майк ничего сказать, как звонкая пощечина ослепила его правый глаз. Было не то, чтобы больно, скорее неприятно. — Макс, — голос Лукаса звучал осторожно. Он схватил девушку за плечи, мягко сжимая их в желании успокоить. — Эй-эй, — Уилл мгновенно сделал шаг, чтобы заслонить своего парня, встать между ним и рассерженной девушкой. Майк надавил ему на плечо, вынуждая вернуться обратно. Если уж Макс хочет его избивать, то всегда пожалуйста. Всяко лучше, чем молчание. — Все в порядке, — прошипела она, но руку больше не поднимала. — Я так понимаю, я это заслужил, — кивнул головой Майк, смиряясь с произошедшим. Наверное. Возможно. Ладно, да, заслужил. — О, еще как, Уилер, еще как! — Макс скрестила руки и продолжала качать головой, смотря на Майка как на вселенское зло. — Заслужил. — Ну привет… чувак, — Лукас вышел из-за ее спины и приподнял руку, приглашая в объятья. Его лицо было растерянным, но в глазах отражалась искренняя радость. Майк с облегчением обнял старого друга, радуясь, что у него есть секунда, чтобы спрятать лицо. — Где пропадал? — спросил Лукас, отстраняясь. Он попытался завести нормальный разговор, пока не случилась драка. — Да знаешь… — начал было Майк, но не успел ничего сказать, как его вдруг стиснули в крепких объятьях. На этот раз это была Макс, которую все еще не отпустила злость. Она прижимала его к себе с трепетом и агрессией одновременно, превращая обычные объятья в попытку задушить. Майк мягко сжимал девушку в ответ, наклоняясь над ней, и чувствовал руками ее неровное дыхание и мягкие локоны волос. Она судорожно дышала ему в плечо и не отпускала целую минуту, пряча взгляд и собираясь с мыслями. — Пойдемте в дом, — наконец она отстранилась. Голос ее звучал глухо и по-прежнему агрессивно. Резко развернувшись, девушка распахнула входную дверь и шагнула внутрь. Все трое парней безропотно последовали за ней. Она прошла в гостиную, уселась там на диван с самым решительным видом, скрестив и руки, и ноги, и уставилась на Майка прокурорским взглядом. — Итак, — сказала она, прожигая взглядом вошедших. — Итак? — мягко повторил за ней Уилл, бросая сумку на пол. В его голосе слышалась едва заметная усмешка. — Что это такое? — она посмотрела на Уилла и нетерпеливо махнула рукой на Майка. — Как это понимать, что он твой парень? — А есть какие-то варианты? — усмехнулся Уилл, усаживаясь в кресло, и его поза была нарочито расслабленной. Разместившись в кресле, Уилл бросил взгляд на Майка, оценивая его состояние. Майк кивнул, подтверждая, что все в порядке. Убедившись, что тот выглядит более-менее спокойно, Уилл уселся увереннее, предвкушая нечто забавное. Лукас тем временем прошел на диван и сел рядом с Макс, бережно беря ее за руку. Она не отстранилась, но и не расслабилась. — Все в порядке, — тихо сказала она Лукасу, а затем вновь заговорила полуагрессивным тоном, обращаясь к Уиллу. — Он твой парень? Уилл посмотрел на Майка, как будто в комнате стояли еще несколько парней и ему нужно было понять, о ком она говорит. О, он это представление наверняка не один день обдумывал. — Да, — сказал Уилл, и в его голосе слышался еле сдерживаемый смех. Он явно ожидал чего-то подобного и теперь во всю веселился. Ну конечно, ему-то это все кажется забавным. Хотел бы Майк так же наслаждаться происходящим, но это было совершенно не в его силах. Он стоял на вкопанный на входе в гостиную и не знал, куда себя деть. Сесть рядом с Лукасом на диван? Слишком далеко от Уилла. Сесть на подлокотник кресла? Пожалуй, слишком вызывающе. Сесть на пол рядом с креслом?.. Вполне приемлемый вариант. Стоило ему принять это ответственное решение, как Макс сказала: — Я вам не верю. И Майк снова застыл, сделав полшага до цели. Да что такое? — Вы меня разыгрываете, — она говорила торжествующим тоном детектива, раскрывшего громкое дело. — Просто наконец встретились в Нью-Йорке, как и должны были уже очень давно, и решили приехать сюда и разыграть нас. Так ведь, Лукас? Она повернула голову в сторону своего парня так стремительно, что Майк не удивился бы, если бы голова отлетела. — Я бы не был в этом так уверен, — покачал головой Лукас, и в его глазах читалось глубокое понимание. — У них всегда было… э… что-то особенное. Макс смотрела на него сощуренными глазами в течение пары секунд, проверяя на искренность, а затем снова воззрилась на Майка и Уилла. — Ты можешь верить во что хочешь, — она ухмыльнулась. — Но меня так просто не проведешь. Устроили тут представление. Майк нерешительно замер, обдумывая ситуацию. А ситуация складывалась… сюрреалистичная. Он впервые в жизни находился в отношениях с человеком, которого по-настоящему любил, а ему говорили, что он притворяется. Ну что за абсурд! — Ты посмотри, — Макс махнула рукой в сторону Майка. — Они держатся так отстраненно, как будто едва знакомы. Майк чуть не задохнулся от негодования. Это он-то едва знаком с Уиллом? Да он знает его получше вашего! И всегда знал! А отстраненным он держался только потому, что кое-кто набросился на него прямо с порога. Но не успел он ничего ответить, как услышал мягкий голос Уилла, который прозвучал весьма сексуально. — Майки, — промурлыкал он. — Может быть, покажем ей, что мы не притворяемся. Майк ошалело перевел взгляд с Макс на Уилла, все еще не до конца понимая происходящее, и увидел в глазах последнего пляшущий огонек. Ах ты ж… он серьезно. Быстро переняв его шальное настроение (будь, что будет), Майк закатил глаза и растянул губы в ухмылке, собирая всю свою храбрость. Затем, не давая себе времени на сомнения, он быстро шагнул в сторону кресла, на котором сидел Уилл, преодолев это расстояние всего в два широких шага, и с огромным удовольствием уселся прямо на парня, перевесив свои ноги через один из подлокотников. Так достаточно близко? Затем Уилл, видимо решив, что все-таки недостаточно, провел пальцами по подбородку Майка, вынуждая того повернуть голову в его сторону, и, не давая тому опомниться, впился в его губы страстным поцелуем. — Вот те на, — выдохнул Лукас, наблюдая картину со стороны. Но Уилл, очевидно, решил, что это все еще слабовато, и проник в рот Майка своим языком, превращая и без того пылкий поцелуй в почти развратный. Майк чувствовал, как в его рту хозяйничает чужой язык, но не спешил отстраняться, позволяя Уиллу сжимать его талию и кусать его губы. — Снимите комнату, — проворчал Лукас, запуская в них подушкой. Майка кольнуло неприятное воспоминание, но он быстро стряхнул его. — Мы тебя убедили? — спросил Уилл у Макс, отрываясь от губ Майка, но не отпуская его талию. — Возможно, — сказала она неуверенно. — Кстати, насчет комнаты, — ее взгляд снова стал хищным. — В одной будете спать? — Да, — в один голос ответили парни. Спать с Уиллом в одной кровати за последние несколько недель стало само собой разумеющимся. Прижиматься к нему спиной, чувствовать его дыхание на затылке, целовать на ночь, чувствовать по утрам его стояк — все это было неотъемлемой частью жизни на 42ой улице. — Что ж, ладно, — она недоверчиво пробормотала себе под нос и хотела сказать что-то еще, но вдруг раздался звонок в дверь. — Пойду открою. Когда она ушла из гостиной, Майк повернулся к Лукасу. — Ну ты-то хоть нам веришь? — Конечно, — усмехнулся тот, откидываясь на спинку дивана. — С вами было все понятно еще в школе. Это заявление застало их врасплох. Что? — В смысле? — не понял Уилл, и его руки отпустили чужую талию. — Ну, все эти ваши взгляды, — Лукас приподнял брови, намекая на что-то. — Какие еще взгляды? — требовательно спросил Майк, чувствуя, как начинает смущаться. — Ой, Майк, не строй из себя придурка, — Лукас махнул рукой. — Такие взгляды, — он изобразил самый влюбленный взгляд на свете. Он томно посмотрел в дальний угол и легко наклонил голову, а его губы приоткрылись в восхищении. Взгляд был до смешного наигранный, с приподнятыми бровями и мечтательной улыбкой. Казалось, что он если и не влюблен, то испытывает очень трепетные чувства к стоящей в углу драцене. — Я так не смотрел, — решительно отрицал Уилл, но взгляд все же отвел, испытывая неловкость. — Да причем тут ты, — Лукас посмотрел на Байерса с недоумением. — Это Майк постоянно пялился на тебя как на… не знаю… сокровище. — Сокровище? — с сомнением повторил Уилл. — Серьезно? — Конечно, — фыркнул Лукас. — Я даже думал, что вы тайно встречаетесь в выпускном классе. Уилл задохнулся от такого откровения, зато Майк, все еще сидевший на его коленях, посмотрел на парня победоносно. — Ну вот, а ты думал, что я тебе врал, когда говорил, что всегда был твоим, — губы Майка сами собой расплылись в широкой довольной улыбке. Уилл хотел что-то возразить, но Лукас сказал первым. — О, еще как, — он активно закивал. — Ты всегда так на него смотрел. Как на… ну ты понял. Как на что-то очень важное. Возможно, дискуссия продолжилась бы и дальше, и Уилл продолжил бы все отрицать, если бы голоса, глухо доносящиеся из прихожей, не стали громче. Новые гости явно приближались к гостиной. Не успели они и опомниться, как в комнату вошел Дастин с… вероятно, его девушкой. Он выглядел счастливым, увидев Лукаса, а затем перевел взгляд на кресло, и на его лице отразилось недоумение. Майк Уилер, от которого не было ни слуху ни духу три года, сидел на кресле в обнимку с Уиллом Байерсом. Просто, блять, картина маслом. — Что здесь происходит? — он смотрел на Майка, который разлегся на Уилле как на каком-нибудь диване, пока тот вновь медленно поглаживал его по талии с таким видом, будто так и надо. У Майка была ровно одна секунда, чтобы решить, что ответить. Ровно одна секунда, чтобы спасовать или быть смелым. Чтобы замяться или решиться. И он выбрал самый прямой ответ. — Мы встречаемся, — выпалил он, глядя на старого друга снизу вверх. — Давно пора, — безэмоционально сказал Дастин, но в его глазах отразился шок. Они еще секунду пялились друг на друга. Майк пытался понять, шутит ли Дастин, пока тот, кажется, пытался переварить информацию. Затем, не выдержав абсурдности ситуации, Майк с Уиллом громко рассмеялись. Лукас и Дастин тоже хихикали, глядя на них, и даже уголки губ Макс приподнялись в улыбке, хотя взгляд ее все еще оставался сомнительным. — Дайте пять, чуваки, — Дастин протянул свои руки в сторону кресла, и оба сидящих на нем парня звонко шлепнули по ладоням. На душе становилось легче, и тревога стремительно покидала тело Майка. Было здорово, когда все было так просто. Никто их не осуждал, никто не навешивал ярлыки. Все просто приняли их отношения как данность, как будто такое всегда было в порядке вещей. И даже Макс, которая, похоже, все еще думала, что это неуместная шутка, не мешала Майку чувствовать себя комфортно. Чувствовать себя на своем месте. — Идите уже сюда, — нетерпеливо бросил Дастин, широко раскрывая руки, когда смех немного поутих. Начались групповые объятья, Дастин обнимал всех без разбора, и Майк оказался в его руках дважды. — Я скучал, чувак, — небрежным тоном бросил Дастин, прижимая к себе старого друга во второй раз. — Я тоже, — неловко выдавил Майк, похлопывая Хендерсона по спине. — Я тоже. После пары еще более смущающих объятий и нескольких хищных взглядов Макс, отслеживающих поведение Майка как какой-нибудь снайпер, все наконец расселись. Майк оказался в центре дивана, зажатый между Уиллом и Макс, которая явно была не в восторге от такого соседства, потому что все еще им не верила или, возможно, просто злилась. Лукас, сидевший с другого края дивана, успокаивающе поглаживая ее кисть. Дастин усадил свою девушку на кресло, а сам разместился на подлокотнике, нежно обнимая ее за плечо и поправляя выбившуюся прядь. — Итак, — Дастин прокашлялся, привлекая внимание, — это моя девушка, Дейзи. Лукаса и Макс ты уже знаешь. А с Уиллом мы виделись прошлым летом. Надеюсь, ты его помнишь. Дейзи была невысокой брюнеткой в массивных очках в коричневой оправе. Она была одета в черные босоножки на широком каблуке, юбку ниже колен вишневого цвета и объемный джемпер крупной вязки. Ее гладкие волосы были заплетены в две длинные косы, заканчивающиеся в районе талии. — Конечно, я помню, — Дейзи рассмеялась высоким голосом, который звучал очень искренне. — Ты тогда весь вечер клеил того бедного парнишку. Как же его звали? Гэри? Или Гарольд? — Гарри, — поспешил напомнить Уилл, немного смущаясь. Майк тоже почувствовал себя слегка неловко. — Это коллега Лукаса, — сказала Макс. — Он до сих пор припоминает нам тот вечер при любом удобном случае. — Ну извините, — рассмеялся Уилл, но в его голосе не слышалось раскаяния. — Никто тебя не осуждает, Уилл, — продолжила Макс. — Он ведь и правда такой… привлекательный, — на последних словах она воззрилась на Майка, словно ожидала, что тот слетит с катушек от ревности. Ах вот оно что. Проверяешь меня? Но, по правде говоря, она мало чего могла добиться такими речами, ведь Майк никогда не замечал в себе этого изводящего чувства. Ну были у Уилла парни до него, ну и что с того? Да он мог встречаться хоть с сотней парней, какая кому разница, если сейчас они были вместе? Все, что его смущало, так это подкованность Уилла в отношении интима. Но в этом были и свои плюсы, ведь если бы они оба были неопытны, в процессе было бы вдвойне неловко. Пусть будет опытным. Я не против… учиться. — Ничего не хочешь сказать, Майкл? — Макс воззрилась на парня. — Нет, — просто ответил тот, решив не поддаваться на ее манипуляции. А затем, желая продемонстрировать свое спокойствие и, возможно, немного подразнить, быстро чмокнул Уилла в щеку, ощутив под губами легкую щетину. Уилл удивленно моргнул, а затем его губы растянулись в улыбке. — Что происходит? — Дастин снова задал этот вопрос, переводя взгляд с Макс на Уилла. — О, — Уилл ухмыльнулся, нежно проведя рукой по волосам Майка, — Макс не верит, что мы встречаемся. Дастин громко рассмеялся на его слова, как будто предположение девушки было полным безумием. Уилл же выглядел таким довольным, что было понятно: поведение Макс его совсем не удручает, а скорее забавляет. — Если бы ты так же много тусила с этими двумя, как мы с Лукасом, то у тебя бы не было сомнений, — сказал Дастин, справившись со смехом, а затем продолжил знакомство. — Уилла, как мы выяснили, ты помнишь, а это Майк. Он тоже учился со мной в школе, мы часто зависали у него в подвале, ходили вместе в радиоклуб, а затем в адский клуб. Ну, в общем, тоже друг детства. — Очень приятно, Майк, — девушка мило улыбнулась и помахала рукой. На ее щеках Майк заметил ямочки. — Мне тоже, Дейзи, — парень помахал в ответ. Начался непринужденный разговор о Дейзи и ее работе в исследовательской лаборатории. Что-то связанное с микроскопами и клеточными культурами. Затем они разговорились об экспериментах Дастина в области термодинамики. Майк не понял и половины терминов, но кивал с самым умным видом. А когда речь зашла про их домашнего кота по кличке Ньютон, Макс нервно всплеснула руками, не в силах больше сдерживаться. — Почему мы все игнорируем слона в комнате? — она перебила Дейзи на полуслове, и та удивленно замолчала с открытым ртом. — Какого еще слона? — недоумевал Дастин, с опаской поглядывая на девушку. — Вот этого! — воскликнула Макс, приподняв брови и окидывая Майка с Уиллом раздраженным взглядом. — Не хотите поделиться, как это произошло? — в ее голосе вместе с раздражением прозвучало любопытство. — Эм, — неловко выдавил из себя Майк, внезапно ощутив себя под прицелом. — Ладно… Да, хорошо, мы расскажем. Он неуверенно посмотрел на Уилла, ища поддержки, а тот живо ему подмигнул, все еще наслаждаясь ситуацией. Его лицо было спокойным, почти счастливым. — Все началось, когда я проходил собеседование в одном издательстве на должность помощника редактора… — начал Майк. Рассказ об их отношениях затянулся на целый час. Они рассказывали попеременно, дополняя мелочи и стараясь не вдаваться в интимные подробности, зато подробно остановились на танцах с Томми. — Он танцевал с этим Томми, представляете? — в голосе Уилла звучала наигранная обида. — Прилип к какому-то незнакомцу, пока я отошел в туалет. — Ты сам не пошел со мной танцевать! — запротестовал Майк, толкая парня локтем. — А ты мог не танцевать со всеми подряд! — парировал Уилл, и в его голосе странным образом перемешались ревность и веселье. Они пытались пропускать все интимные части истории, но иногда они все равно проскакивали: — И потом я схватил Грейс за руку, увел на кухню и попытался убедить ее, что он просто мой друг и что мы просто спали вместе, — рассказывал Майк, активно жестикулируя. — Я тогда еще не был готов рассказать правду. Да и было еще не совсем понятно, что между нами происходит. Но она мне не поверила. — Почему? — Лукас задал простой вопрос, отчего Майк слегка покраснел, припоминая подробности той ночи. Потому что она увидела грязное белье в углу моей спальни. — Ну, — замялся Уилер, не зная, как ответить. — Были кое-какие признаки того, что мы не просто… спали. — Какие еще признаки? — фыркнул Дастин. — Типа разбросанные презервативы или… — предположил Лукас, приподнимая брови. — Боже, нет! — Майк окончательно превратился в помидор и закрыл свое лицо руками. И хотя заниматься сексом было абсолютно нормально, Майк чувствовал неловкость от одной этой мысли. Заниматься сексом с Уиллом. Уф! Возможно, дело было в том, что они все еще не дошли до самого главного. Было ужасно неловко рассказывать такие подробности интимной жизни кому-либо, и присутствие девушки Дастина не прибавляло уверенности. Хотя Дейзи, говоря по правде, оказалась очень милой. Она всегда вставляла уместные комментарии и очаровательно хихикала, будто не слушала рассказ незнакомых людей, а смотрела какой-нибудь умилительный ромком. — Неважно, это все неважно, — через минуту Майк продолжил повествование, почувствовав на своей спине успокоительное поглаживание теплой руки Уилла. — В общем, так Грейс все и узнала. Они продолжили свой рассказ, промотав дрочку в библиотеке и минет в спальне, зато подробно остановились на встрече с Харви у Вавилона. Все единогласно окрестили Томми святым, а Харви недалеким. И даже Макс, услышав их препирательства, немного оттаяла и начала принимать участие в дискуссиях. — Не надо оскорблять Харви, — высказался Майк, услышав, как Дастин называет того узколобым. — Почему ты его защищаешь? — агрессивно спросила Макс. О, разозлить эту девушку не составляло труда. — Потому что он мой друг! — не менее напористо ответил Майк. — Какой он тебе друг после того, как тебя на улицу жить выгнал? — удивилась девушка. — Не выгонял он меня на улицу, — запротестовал Майк. — Я сам ушел! Чтобы глаза никому не мозолить. По сути, это было правдой. Харви просил его не приходить лишь в первую ночь, и сказал он это в пылу ссоры, когда зашкаливали эмоции. Но оставаться у Уилла дальше он решил сам. Непонятно, что было бы, явись он домой на второй день, но, тем не менее, ему это хотя бы никто не запрещал. — Да какой он тебе друг после этого, — поднял брови Дастин, смотря на Майка с недоумением. — Нормальный друг! — Майк начинал горячиться. — Да, он психует из-за этого, но ведь он никогда и не думал, что я окажусь… ге… — Майк тяжело сглотнул, собирая всю свою волю перед тем, как сказать это страшное слово. Комната на мгновение замерла, будто все затаили дыхание. — Геем, — закончил за него Уилл, сжимая руку парня. Из его уст это слово прозвучало совершенно обычно. — Геем, — повторил Майк с благодарностью. — Я никогда не подавал никаких признаков, рассказывал ему про девушек в университете. Он просто не был готов к такому повороту. Да я сам был не готов. — Но мы же не психовали, — запротестовал Дастин. — Так и поступают настоящие друзья! — Ага, — Майк был больше не в силах сидеть на месте и встал с дивана. — Ты что сказал, а? «Давно пора» и дал нам пять! — Ну и что? — А то, Дастин! — продолжал рассуждать Майк, останавливаясь напротив него и тыча пальцем в воздух для убедительности. — Ты так сказал, не потому что мы тебя удивили, верно? А потому что давно чувствовал, что что-то такое должно произойти? — Ну да, — неуверенно ответил парень. — Я всегда замечал, как вы… по-особенному друг к другу относитесь. Долго думал, что это вид дружбы такой, но потом как-то посмотрел на все это и понял, что дело тут не только в дружбе. — Ну вот! — торжествующе воскликнул Майк, комично разводя руками. — А Лукас мне вообще сказал, что у нас были вот такие взгляды, — Майк постарался повторить тот взгляд, который изобразил Лукас, и все вокруг засмеялись. — И вообще он думал, что мы тайно встречаемся в последнем классе! Майк замолчал и победно оглядел присутствующих, будто только что доказал невесть какую сложную теорию. Все смотрели на него скорее с недоумением, чем с восхищением, чем очень его раздражали. — И что? — нетерпеливо поторопил Дастин, ожидая выводов. — И то! — Майк теперь злился еще и из-за их тормознутости. — У вас были годы. Годы! На то, чтобы смириться с тем фактом, что мы с Уиллом… интересуем друг друга. Вы постоянно находились с нами в одной компании и могли наблюдать все эти… влюбленные взгляды целое десятилетие! Десятилетие! — Так, — Лукас сморщил лоб, пытаясь уловить логику. — У Харви нихуя не было всего этого, — Майк выпучил глаза, оглядывая присутствующих. — Он Уилла один раз в жизни видел. Он не наблюдал никаких взглядов, не строил теорий об особенной дружбе, не думал, что мы тайно встречаемся. Ни-ху-я! Он жил три года со своим другом-натуралом, который в один день вышел из гей-клуба под руку с парнем и с засосом на шее. У вас были годы на принятие, а ему вы не даете даже месяца! Майк оглядывал присутствующих, в надежде увидеть на их лицах озарение. Лукас, кажется, проникся его речью, и задумчиво пялился в пол, тихо кивая кроссовкам. Довольная улыбка наконец сползла с лица Уилла, и он глубокомысленно смотрел в угол комнаты, сводя брови. Кажется, Майку удалось до них достучаться. — Ну нет, Майк, это полная брехня, — внезапно заявил Дастин, и Уилер посмотрел на него. — Дейзи же не училась с нами в школе и вообще видит тебя впервые в жизни, но она же не стала… обижаться и выгонять тебя из дома. — Так Дейзи не на что обижаться! — Майк повышал голос, изнывая от бессилия. Как только такой умный парень, как Дастин Хендерсон, который поступил в Калтех, может так сильно тупить! — Дейзи не была моей лучшей подругой в течение трех лет, она не жила со мной в одной квартире, она не обсуждала со мной девушек в баре, — Майк задыхался от переизбытка чувств, но не мог остановиться. — Она не была свято уверена в своем мире, который в один день вдруг стал совершенно другим. Дастин покосился на свою девушку, та смотрела на него с легкой тревогой. Затем он снова посмотрел на Майка, и в его глазах мелькнуло понимание. — Но ведь Грейс все поняла, — сказал он, но в его голосе больше не было уверенности. Он словно утопающий хватался за соломинку. — Да, — согласился Майк. — Да, Грейс все поняла, но ей тоже понадобилось на это время. Всем нужно время. Дайте Харви немного времени. Пожалуйста. Глаза присутствующих стали более осмысленными, будто они и правда поняли то, что пытался донести Майк. — Даже Макс нужно время, — внезапно выдал Майк, обратив внимание на подругу. — Вы только на нее посмотрите. Мы рассказали ей всю нашу историю, а она все равно думает, что мы ее разыгрываем. Майк, чьи чувства была накалены из-за злости, чуть было не расхохотался от абсурдности ситуации. Макс все еще скрещивала руки в защитном узле на уровне груди и сидела на диване с таким видом, будто ожидала, что они сейчас скажут: «Сюрприз! Это была шутка». Хотя в ее глазах было уже гораздо больше теплоты, чем час назад. — Ладно… — она наконец расслабила руки, опустив их на колени. — Вы меня почти убедили. — Почти? — Уилл поднял брови, возвращая на свое лицо веселую усмешку. — Что нам еще сделать? Парные татуировки? — Я за вами еще понаблюдаю, — сказала она ехидно, а затем вдруг решительно поднялась. — Так, друзья мои, это все очень весело, но нам надо начинать подготовку. — Какую еще подготовку? — опешил Майк, стоя всего в шаге от девушки, и мысли его витали где-то в тату-салоне с Уиллом. — Мы вас не просто так сюда потусить позвали, — она щелкнула пальцами около носа Майка, заставляя того моргнуть. — У нас есть кое-какие новости. — Это какие? — спросил Дастин, немного напрягаясь. Он выпрямился на подлокотнике. — Все позже, — отмахнулась Макс. — Мы собираем здесь вечеринку сегодня вечером. Там и узнаете. — Вечеринку? — спросил Майк, все еще мысленно находясь не здесь. — Да, Майк, это когда все собираются в одном месте, напиваются и много танцуют, — сказал Лукас нетерпеливым тоном, будто Майк своей тупостью отвлекал его от какого-то важного дела. — Я знаю, что такое вечеринка, — прорычал Майк вновь начиная злиться. Уилл тут же встал с дивана, подошел к своему парню и мягко взял того за руку в попытке успокоить. Этот жест стал таким привычным для них за последние недели. И действовал безотказно: гнев ушел так же быстро, как появился. — Мы собираем сегодня вечеринку, — повторила Макс. — Придут наши коллеги с работы и друзья из Чикаго. Вы приехали раньше, а значит, будете нам помогать. И никаких отговорок, Дастин. — А раз меня изначально никто сюда не приглашал, значит, я могу не помогать? — весело спросил Майк. — Нет, — грубо крикнула девушка, но Майк нисколько не расстроился, так как заранее знал ее ответ. — Все идем на кухню. Следующие несколько часов они провели в бесконечной подготовке. Они убирали все хрупкие предметы, которые мог разбить какой-нибудь пьяный коллега Лукаса. Готовили закуски, которые планировалось расставить по всему дому: нарезали овощи, начиняли буррито, раскладывали сыр по тарелкам. Запирали спальни, чтобы не найти там какую-нибудь совокупляющуюся пару посреди ночи. — Вы будете спать тут, — Макс отдала им ключи от гостевой комнаты на втором этаже. — Мы с Лукасом прямо за соседней дверью. Внутри оказалась маленькая уютная комната с двухспальной кроватью, мягким ковриком и небольшим окном, из которого был виден вяз. Уилл беззаботно бросил их сумку на пол и запер дверь. Макс очень двусмысленно посмотрела на друзей, но ничего не сказала. Через пару минут они присоединились к Лукасу, Дастину и Дейзи, которые уже во всю занимались алкоголем на кухне: мешали коктейли в высоким стаканах, наливали что-то из бутылок, готовили огромную чашу с пуншем, в которой плавали дольки апельсина. — Пиво будете? — спросил Лукас, когда трое зашли в комнату. Он уже держал в руках открытую бутылку. Майк с Уиллом согласились и получили по холодной бутылке Heisel. Майк с наслаждением сделал первый глоток. Макс же покачала головой, отказываясь от напитка. — Хочу быть трезвой, когда все начнется. Уилл внимательно смотрел на девушку в течение целой минуты, прежде чем прильнуть к своей бутылке. Майк понял, о чем он думает. Боже, она и правда беременна? Следующие полчаса, пока продолжалась подготовка на кухне, Майк то и дело бросал на девушку украдкой взгляды, как будто был в нее тайно влюблен. В конце концов, Макс это заметила и поначалу просто пялилась в ответ, а затем не на шутку разозлилась. — Что, Майк? — спросила она, поймав очередной взгляд. — Почему ты на меня так пялишься? — Ничего, — быстро сказал Майк и продолжил нарезать лайм для коктейлей. Как только они закончили подготовку и уселись на отодвинутый к стенке диван, чтобы передохнуть, начали пребывать гости. Сначала в дом зашли Аманда и Райан Коллинз — коллеги Лукаса, оба в очках и с бутылкой шампанского в подарок. Но не успели все перезнакомиться, как прибыли новые люди — высокая девушка с короткой стрижкой и парень в рубашке, и знакомство пришлось начинать заново. И так происходило снова и снова, пока весь дом не оказался набитым людьми до отказа. Последней прибыла 21-летняя Эрика Синклер, сестра Лукаса, со своей подругой Руби, худой красоткой с бледной кожей и россыпью веснушек. Эрика выглядела, как и всегда, воинственно и уверенно, но при этом сжимала руку своей подруги так сильно, как будто ей было… страшно? — О, ничего себе, Эрика тоже тут, — удивился Майк, который не увидел до этого ни одного знакомого лица, если не считать ту старую подругу Макс из университета по имени Виктория, с которой он виделся на вечеринке после первого курса. — Да, она поступила в Чикагский университет три года назад и сейчас снимает квартиру рядом с корпусом вместе с Руби, — пояснил Уилл. — Они познакомились, когда обе искали себе соседку для съема. — Круто, — искренне обрадовался Майк, давно уже забывший о том, какого это — жить вместе с родней в одном городе. — О, и еще кое-что… — Уилл хотел продолжить, но его перебил громкий стук из гостиной. Все гости, которые уже успели рассосаться кто куда, направились на источник звука. Оказалось, что его издавала Макс, которая стояла на диване, возвышаясь над всеми остальными, и стучала лопаткой о дно кастрюли. Когда все гости набились в гостиную, в которой быстро стало очень душно, Макс наконец прекратила издеваться над кухонной утварью и решительно выпрямилась, намереваясь держать речь. Майк не заметил, когда девушка успела переодеться, так как она до последнего ходила по дому в потертых джинсах и белой майке. Сейчас же на ней было шелковое черное платье на бретельках, заканчивающееся ниже колен, которое мягко обтекало ее фигуру. Когда девушка слегка повернулась, чтобы поприветствовать Лукаса, забирающегося к ней на диван, Майк заметил глубокий вырез на ее спине — почти до поясницы. Ничего себе. На ее шее красовалось красивое золотое ожерелье, прекрасно сочетающееся с рыжими волосами, которые свивали упругими локонами. На ее руке Майк увидел золотой браслет, а ногти девушки были покрашены в красивый нюдовый оттенок, который Майк заметил только сейчас, когда Макс взмахнула рукой. На ногах ее красовались изящные туфли на высоком каблуке, застежка которых была вовсю улеплена стразами. Она выглядела просто потрясающе. Как она только не сваливается с дивана в таких-то каблуках? И вдруг, словно услышав мысли Майка, девушка слегка покачнулась, и ей пришлось схватить Лукаса на руку, чтобы не упасть. Содержимое бокала, который она держала в руке, чуть не выплеснулось на пол. — Всем привет! — задорно закричала Макс, словно уже была навеселе, хотя Майк знал, что она не пила. — Спасибо, что пришли. Толпа ответила одобрительным гудением, словно Макс была какой-нибудь рок-звездой. — Мы очень рады собрать вас всех в одном месте и сообщить одну чудесную новость, — продолжила девушка. — Как вы знаете, мы вместе уже много-много лет, — взял слово Лукас, а Макс пока сделала два нервных глотка из своего бокала. — Мы встретились, когда нам было по тринадцать. И хотя в первые годы отношений мы много ссорились и даже несколько раз расставались, я все равно всегда знал, что в конце концов мы будем вместе. Макс широко улыбнулась и поцеловала парня в щеку, оставив на его коже след от помады. Ее глаза светились от счастья. — Нам было нелегко поначалу, но затем все, что мы пережили, сплотило нас как никогда раньше, — продолжал Лукас, обнимая девушку за плечи. — И с тех самых пор, как Макс очнулась на моих руках и произнесла мое имя, мы больше никогда не расставались. Все одобрительно загудели, радуясь такой долгой истории любви. — И теперь мы решили, что пора двигаться дальше, — продолжила девушка, смущенно убирая за ухо прядь. — У нас уже есть свой дом и хорошая работа, большой вяз на лужайке и даже собственный бассейн. Но кое-чего тут все-таки не хватает, — девушка сделала драматическую паузу, — Лукас? Лукас оглядел всех присутствующих довольным взглядом, неловка улыбнулся, а затем вдруг опустился на одно колено прямо на диване. Из кармана джинсов он вытащил бархатную коробочку, приоткрыл ее и в свете лампы блеснул бриллиант. Он посмотрел на девушку самым влюбленным взглядом на свете, не наигранным, как утром, а самым настоящим. — Макс Мэйфилд, — сказал он, и толпа задержала дыхание, — ты выйдешь за меня? — Да, — тут же откликнулась девушка, позволяя надеть себе на палец золотое кольцо с огромным бриллиантом. — Да, — крикнула счастливая толпа и ринулась поздравлять обрученных. — Вот это да, — впечатленный Майк повернулся к Уиллу, чтобы разделить эмоции. Уилл выглядел счастливым, но в его глазах Майк увидел легкий налет грусти. Он смотрел на обрученных печальным взглядом, который постарался скорее скрыть, как только с ним заговорил его парень. — Что такое? — тут же обеспокоенно спросил Майк, беря Уилла за руку и сжимая пальцы. Он наклонился ближе, чтобы их не услышали. — Ничего, — Уилл тут же натянул на себя широкую улыбку, которая вполне могла бы сойти за естественную, если бы не была такой пугающей. — Все отлично. — Расскажи мне, — потребовал Майк, сильнее сжимая руку. Уилл повернулся к парню, и в его взгляде на секунду отразилась такая печаль. Но он лишь покачал головой, пытаясь отбросить ненужные эмоции. — Давай потом, — шепнул он Майку. — Сейчас не время для обсуждений, сейчас время поздравлять наших друзей и веселиться. Он уже сделал шаг в толпу, чтобы пробраться к Макс и Лукасу, но Майк остановил его, притянув за руку обратно. — Но мы поговорим позже? — попросил он настойчиво. — Конечно, — сказал Уилл серьезным голосом. — Обещаю. И Майк позволил ему увести себя. Он отпустил руку и переключился на веселье, хотя в голову все еще крутился вопрос. Когда все наконец закончили с поздравлениями, начался настоящий разгул. Кто-то включил музыку, которая теперь грохотала в ушах и отдавалась в груди. Многие схватили по красному пластиковому стаканчику, чтобы наполнить его алкоголем из самодельного бара на кухне. Некоторые набросились на закуски, будто несколько лет голодали. Лукас и Макс были в самом центре этих событий, и продолжали разговаривать со всеми, кто к ним подходил. Но лишь когда Макс опустила свой стакан в огромную чашу с пуншем, которую Майк самолично заправил чудовищной дозой алкоголя, и выпила его залпом, Майк смог расслабиться. Она не беременна. Многие бросились на импровизированный танцпол в гостиной, двигаясь под музыку и разбрызгивая напитки. Майк неуверенно стоял рядом с Уиллом и наблюдал за Дастином и Дейзи, которые танцевали неподалеку. Они двигались в такт музыке, иногда смеялись, а после первых двух песен слились в страстном поцелуе, совершенно не стесняясь окружающих. Хотел бы Майк тоже танцевать сейчас посреди комнаты и обнимать Уилла, но страх не давал ему сделать это. Уилл тоже не торопился приглашать на танец, а значит, думал о том же самом. Они стояли рядом, слегка покачиваясь под музыку, и оба смотрели куда-то в сторону толпы, не решаясь сделать первый шаг. Так прошло двадцать минут, пока к ним не присоединился Лукас, который выглядел таким утомленным и запыхавшимся, будто только что пробежал марафон. — Подруги Макс с работы такие прилипчивые, — пожаловался он. — Они допрашивали меня о том, как я решил сделать предложение, где покупал кольцо, почему выбрал именно такое, будет ли свадьба в церкви и сказали ли мы уже родителям. Пришлось соврать им, что мне нужно в туалет. — Бедняга, — бросил ему Майк, продолжая наблюдать за Дастином, который все еще кружился на танцполе вместе с Дейзи. Лукас проследил за его взглядом, а потом вдруг больно схватил за плечо, оттаскивая от Уилла на пару шагов. — Эй! — возмутился Майк. — Ты почему Уилла на танец не пригласишь? — спросил Лукас. — Если будете весь вечер стоять тут как два истукана, то Макс того и решит, что была права. — Да пусть Макс думает, что захочет, — Майк постарался ткнуть парня в ответ. — Просто… ну, так не принято. — Что не принято? Веселиться? — спросил Лукас. — Нет, — отмахнулся Майк. — Геям не принято обжиматься на вечеринках… Да и девушкам, наверно, тоже. Ему было неловко говорить об этом, да и Лукас сам должен был все понимать. Если бы они вдруг стали танцевать вдвоем среди моря натуралов, то им бы точно было не избежать осуждения, угроз, ругательств, а может быть даже драки. Майку совсем не хотелось превращать вечеринку в честь помолки в балаган. — Да ты что? — усмехнулся Лукас. В его голосе не слышалось ни понимания, ни осуждения, лишь снисходительная усмешка. Майк наконец отвел глаза от Дастина и недоуменно взглянул на Синклера. Лукас выглядел таким довольным, будто знал что-то, чего не знал Майк. — Че правда, что ли? — спросил Синклер, показывая пальцем в сторону танцующих. Майк проследил за направлением и по началу ничего особенного не заметил. Просто пары натуралов, как обычно заполняющие весь танцпол. Некоторые обнимались, некоторые целовались, кое-кто сохранял дистанцию. Обычная картина для обычной вечеринки. Но затем, вглядевшись поглубже в толпу танцующих, Майк понял, о чем говорил Лукас. Недалеко от Дастина и Дейзи, плотно прижимаясь к другой девушке, танцевала Эрика. Майк всматривался в то, как она мягко сжимает талию Руби, как блестят ее глаза, когда взгляд спускается к губам, как они плавно двигаются почти в самом центре танцпола, и никто не обращает на них внимания. — Это… — неуверенно начал Майк, и Лукас живо закивал, подтверждая его догадку. И словно услышав, о чем они разговаривают, и желая доказать это, Эрика и Руби поцеловались. Не украдкой, пока никто не смотрит, не в щечку, как лучшие подружки, а совершенно по-настоящему, как два по уши влюбленных человека. И все вокруг продолжали танцевать как ни в чем не бывало. Никто не окрикнул их, никто не начал ругаться, и даже никого не стошнило. Мир продолжал вращаться. Майк недоуменно взглянул на Лукаса, все еще не до конца веря в происходящее. С каких пор это стало возможным? — И давно твоя сестра лесбиянка? — спросил он, не заботясь о том, насколько корректно прозвучит вопрос. Лицо Лукаса быстро превратилось из довольного в раздраженное и язвительное. — С новым годом! — сказал он резко, пытаясь подколоть Майка, словно это была самая очевидная и всем известная информация на свете. Очень остроумно. — Ага, — Майк отмахнулся от него. Ему не нужны были сарказм и подколки, ему нужны были ответы. — Так как давно? — Ну, — Лукас нервно поджал губы, припоминая, — на самом деле с ней все было понятно, когда ей было лет пятнадцать. Как и с вами двумя. Ну это было мне понятно, а не нашим родителям. Но я ее ни о чем ее спрашивал, чтобы она не подумала, что я на нее давлю. К тому же, мы с Эрикой не то чтобы были сильно близки. Лукас немного замялся и продолжил: — Но потом, когда ей стукнуло восемнадцать, и она переехала в Чикаго, мы стали больше общаться. И вскоре Эрика стала встречаться со своей соседкой по квартире. Сначала она делала это тайно, но продержалась вся эта секретность совсем недолго. Уже через пару месяцев они заявились в этот дом и торжественно объявили, что у них отношения. — И как ты отреагировал? — спросил Майк. — Нормально отреагировал, — грубым тоном ответил Лукас. — Я же сказал, что уже давно все понял, так что со мной проблем не возникло. Были небольшие казусы с родителями. Мы приехали вместе на Рождество в том же году, и Эрика решила, что настала пора совершить каминг-аут. Родители отреагировали более чем прохладно, и уезжала она из Хоукинса в смешанных чувствах. Мы с Макс тогда очень их поддержали. — Вот это драма, — выдавил Майк, обдумывая услышанное. — А сейчас что говорят ваши родители? — Ну, они смирились, — пожал плечами Лукас, — Но их отношения с Эрикой стали гораздо теплее. Майк ошарашенно смотрел на двух сливающихся в поцелуе девушек и не мог прийти в себя. Эрика Синклер — лесбиянка? Что еще он пропустил за эти три года? Затем он посмотрел на Руби, на ее рыжие волосы, бледную кожу и веснушки, и внезапно усмехнулся. — Черт, — выдохнул он, осознавая кое-что. — Что? — спросил Лукас. Майк оглянулся на него, затем посмотрел на Макс, которая приближалась к ним с дальнего конца комнаты, и вдруг громко рассмеялся. — У вас одинаковый вкус на девушек, — наконец выдал он, справившись с приступом смеха. — Чего? — удивленно спросил Лукас и тоже посмотрел на Руби, потом на Макс, потом снова на Руби. Его глаза расширились. — Вы чего тут ржете? — спросила Макс, подходя к ним ближе. — У Лукаса и Эрики одинаковый вкус на девушек, — Майк продолжал хохотать, находя эту закономерность невероятно забавной. — Чего? — Макс отреагировала так же, как и Лукас, и тоже воззрилась на Руби. Теперь они втроем неотрывно пялились на девушку, которую так рьяно прижимала к себе Эрика. Лукас щурился, не веря в сходство, а Макс вдруг тоже звонко рассмеялась. — Черт, а Майк прав, — она ударила своего жениха по плечу. — Вы с Эрикой такие одинаковые. — Боже, не говори мне такое, — запротестовал Лукас, хотя ему и самому уже становилось весело. — Пойдем лучше потанцуем. — Пошли, — тут же согласилась Макс. — А ты, — Лукас обратился к Майку, пока Макс утягивала его в толпу, — перестань тупить и пригласи Уилла. Как только Майк остался один, он тут же почувствовал себя гораздо тревожнее. Одно дело говорить о том, чтобы пригласить своего парня на танец в доме полном натуралов, и совсем другое — действительно сделать это. Слова Лукаса все еще звенели в ушах: «перестань тупить». Легко ему говорить. Майк тяжело вздохнул и покосился на Уилла. Тот стоял у стенки, вальяжно попивал намешанную бурду из стаканчика и разговаривал с каким-то другом Макс или Лукаса. Уилл выбрал для вечеринки полностью черный наряд: на нем были просторные брюки и облегающая майка, обнажающая красивые плечи. Он выглядел очень сексуально и слегка походил на панка. Майк собрал всю свою волю в кулак и двинулся к парню. Его шаги были твердыми, но сердце стучало почти в бешеном ритме. — О, а вот и ты, познакомься, это Оливер, — начал было Уилл, но не успел договорить. — Потанцуем? — громко перебил Майк, боясь, что если будет слишком тихим, то струсит. Уилл удивленно поднял брови, но тут же осторожно улыбнулся. Его глаза засияли. — Ты уверен? — спросил он еле слышно. И в этом вопросе не было сомнений в Майке, только уважение к его выбору. Парень, с которым разговаривал Уилл, ошарашенно глядел на этих двоих и медленно попивал из своего стакана, переводя взгляд с одного на другого. Его глаза заинтересованно оглядывали их, будто он смотрел очень интересный сериал. — На все сто, — с вызовом отозвался Майк, протягивая Уиллу руку. Байерс еще секунду пялился на него, на его раскрытую ладонь и решительный взгляд, а затем взял его руку. Их пальцы переплелись, и они скрылись в танцующей толпе, покинув Оливера. Майк не успел опомниться, как оказался плотно прижатым к телу Уилла, и мгновенно почувствовал прилив возбуждения. Другие люди толкались вокруг, задевали плечами и ногами, но никто не говорил им ничего плохо, принимая обжимающихся парней в центре танцпола как данность. Лишь одна парочка бросила на них недоуменный взгляд. Девушка в розовом платье что-то шепнула своему кавалеру, а тот лишь пожал плечами. Они быстро растворились в толпе. Майк еще какое-то время наблюдал за окружающими, стараясь отследить чужое настроение, и, когда наконец осознав, что никто не собирается с ними ругаться, смог немного расслабиться и даже сжал талию Уилла в приступе жадности. — Я думал, ты испугаешься так… танцевать со мной, — Уилл зашептал на ухо, касаясь губами мочки. Майк немного покачался в такт музыке, размышляя над ответом. Слова в голове смешивались в огромный клубок мыслей, а близкое присутствие Байерса мешало ясно думать. В конце концов он смог прийти к той мысли, которую искал. — Страх — это сильное чувство, но я смог найти чувство посильнее, — выдохнул он Уиллу на ухо. — Отлично сказано, — ответил Байерс, и Майк почувствовал, как его губы растянулись в улыбке у самого уха. Они медленно качались в такт, дрейфуя от одного края комнаты к другому. Музыка оглушала, люди вокруг сливались в ничего не значащую массовку. Слова мешали, и Майк молчал, прислушиваясь к томному дыханию Уилла. Уилл не смог долго сдерживаться, его руки заскучали без дела, и он запустил одну в волосы Майка, до боли сжимая их на затылке и приятно натягивая кожу. Майк держал его за талию, заползая большими пальцами под обтягивающую майку. Майк немного отстранился от плеча Уилла, и звук его дыхания тут же пропал. Зато теперь он мог смотреть в глаза, которые в полумраке гостиной казались намного темнее. Они смотрели на него со страстью и желанием, властно упиваясь их близостью, а рука Уилла, лежащая на спине Майка, сжимала его так сильно, будто хотела оставить след. Хотела показать всем, кто захочет узнать, кому он принадлежит. Музыка, люди, пространство — все это ушло на второй план. Были только они и больше никого. Танцевали, смотрели в упор друг на друга и ни на секунду не отводили взгляд. Становилось душно и жарко, дыхание сбивалось, сердце отбивало бешеный ритм, а они все продолжали двигаться и жадно впиваться друг в друга пальцами. Было непривычно находиться в толпе незнакомцев и друзей так открыто. Демонстрировать свою страсть и не скрывать ее. Любить друг друга прямо посреди комнаты, забитой людьми. Так странно. Но так красиво. — Майк, я сейчас умру от жажды, — прохрипел Уилл, когда силы были уже на исходе. — Пошли отдохнем. Сколько прошло времени — никто из них не знал. Час? Два? Целый день? Да хоть целая вечность. Уилл настойчиво потянул Майка в сторону кухни и тот неохотно поддался, покидая разгоряченную толпу, в которой им было так хорошо. На кухне народу было поменьше, но им все равно пришлось пробиваться к чаше с пуншем, которая уже была наполовину опустошена. Сильно напиваться не хотелось, лишь чуть-чуть, чтобы немного расслабиться. — Ну вы, ребятки, и дали жару, — раздалось над левым ухом Майка, и он вздрогнул от неожиданности. Майк повернулся направо и увидел там раскрасневшегося Дастина, который, очевидно, только что ушел с танцпола и теперь жадно пил холодное пиво прямо из бутылки, запрокинув голову. Дейзи стояла рядом и беседовала с незнакомой девушкой. — Кто бы говорил, — ухмыльнулся Майк, успевший изрядно долго понаблюдать за танцами Дастина. — Ну мы по крайней мере танцевали вполне прилично, — Дастин лукаво улыбался, демонстрируя свой «жемчуг». — А мы нет, что ли? — удивился Майк. — О нет, чувак, абсолютно точно нет, — кажется, Дастина это забавляло. — Я думал, вы накинетесь друг на друга прямо на танцполе. Майк слегка засмущался и не нашел, что на это ответить. — О, не волнуйся, у нас для этого есть еще целая ночь, — промурлыкал Уилл, наконец утолив жажду. Майку стало еще более неловко. Он снова тыкнул Уилла в бок. — Ладно, чуваки, — кажется, Дастина тоже удалось смутить. — Я должен уделить внимание своей даме, а не с вами тут весь вечер тереться. — Давай-давай, — Уилл проводил взглядом удаляющегося под руку с Дейзи Дастина, и, когда они смешались с толпой, решительно повернулся к Майку, перекрыв тому обзор. — Майки, — выдохнул он возбужденно. Не стесняясь никого, ни друзей, ни незнакомцев, Уилл схватил парня за талию и притянул к себе, впиваясь в него губами. Поцелуй был жадным и глубоким, и Майк почувствовал, как Уилл прикусил его нижнюю губу. — Ты только посмотри на них, — раздался чей-то удивленный возглас, но Уилл не дал своему парню отреагировать, притягивая к себе еще сильнее и прижимая спиной к краю барной стойки. Майк чувствовал, как его поясница сильно прогибается, а край впивается в позвоночник. Он чувствовал пылкое дыхание Уилла, которое обжигало губы, его довольную улыбку, мягкую кожу рук, залезших к нему под футболку и скользящим по ребрам, и от этого распалялся желанием, приникая к парню все ближе. Майк чувствовал, как его опьяненный мозг постепенно сбрасывает все запреты и сосредотачивается на одних только руках Уилла, блуждающих под футболкой. Чем быстрее сердце качало кровь, чем быстрее алкоголь распространялся по организму, тем скорее разрушались рамки и запреты, годами выстроенные в его голове. — Может уединимся? — предложил Уилл, когда его руки начали заходить слишком далеко. Они уже почти пролезли под резинку штанов, и Майк чувствовал, как кончики пальцев Уилла касаются его разгоряченной кожи. — Ненадолго. Ненадолго. Ну конечно. — Давай, — выдохнул Майк, который был настолько возбужден и раскрепощен, что согласился бы сейчас на все что угодно. Уилл улыбнулся такой счастливой улыбкой, будто всю жизнь ждал этого ответа. Он еще раз впился губами в губы Майка, будто они невесть на сколько расставались, затем резко развернулся, схватил парня за руку и потащил за собой. Майк думал, что они пойдут в их спальню, ведь это было логично. Для них в этом доме была зарезервирована отдельная спальня. Маленькая и уютная, с кроватью и мягким ковром. Так зачем же идти куда-то еще? Но у Уилла в голове, видимо, были другие причинно-следственные связи. И, немного побродив по дому, они оказались в одной из ванных комнат. Стоило щелкнуть замку, как спина Майка с громким стуком ударилась о дверь. Больно, но приятно. Позвоночник мгновенно заныл, но, если бы Майку предложили сделать так еще раз, он бы без раздумий согласился. Уилл прижимал Майка так сильно, словно хотел, чтобы они с дверью стали одним целым. Майк быстро ощутил чужие руки на своей заднице и простонал, прося сжать посильнее. Возбуждение захлестывало, и заставляло все мысли, которых обычно было великое множество, сводиться к одной-единственной цели — получению удовлетворения. Он почувствовал, как Уилл оторвался от его губ и спустился ниже, к его шее, жадно всасывая в себя кожу, словно хотел поставить Майку один огромный засос. Сделать его шею фиолетовой. Чтобы все знали, кому он принадлежит. Майк приподнял подбородок, позволяя Уиллу делать все, что тому захочется. Руки Майка, дрожащие и голодные до чужого тела, бродили по плечам Уилла, тянули за ворот майки, словно желая ее порвать. Он ощущал небольшой рельеф мышц под пальцами, капельки пота после танцев, мелкие шрамы, оставшиеся еще с далекого детства, и хотел трогать дальше. Ему хотелось наизусть изучить карту тела Уилла, чтобы он знал каждую его впадинку, каждую косточку, каждый волосок. Чтобы он мог закрыть глаза, положить палец на случайный участок кожи и точно знать, какой части тела он принадлежит. Когда его желание стало чересчур сильным, Майк отчаянно потянул на себя майку Уилла и услышал резкий треск, повествующий о том, что ткань скоро разойдется. — Я тебе так майку порву, — выдохнул он, притягивая к себе сильнее, вжимаясь бедрами в бедра Уилла. — Рви, — усмехнулся Уилл, лишь на секунду отрываясь от шеи, — у меня есть еще. — Ох, — Майк не удержался от стона. Уилл еще несколько минут занимался его шеей, пока Майк тем временем тщательно изучал верхнюю часть тела Уилла руками, словно собирался сдавать по ней экзамен. — Ладно, с шеей я закончил, — наконец Уилл отстранился, довольно оглядывая свою работу. Майк дернулся в сторону зеркала, чтобы оценить то, чем так восхищался его парень, но Уилл не дал ему сделать это. Мягко, но настойчиво схватил за плечо, возвращая обратно. — Потом посмотришь, — сказал он ласково. — Я с тобой еще не закончил. Уилл подошел к крану в ванне и выкрутил его, позволяя воде утекать в канализацию. — Зачем это? — спросил Майк, следя за его действиями. — Чтобы нас никто не услышал, — пояснил Уилл. Громкий шум воды и труб заполнял ванную, но Майк не видел в этом абсолютно никакого смысла — музыка снаружи звучала так сильно, что ее басы отдавались даже тут. — Нас и так никто не услышит, — Майк сделал попытку выключить кран, но Уилл перехватил его руку. — Лучше перестраховаться. — Что… — пробормотал Майк, но не смог закончить предложение, так как Уилл резко опустился вниз, заставляя Майка задохнуться от возбуждения. Уилл, сидящий на коленях, выглядел очень соблазнительно. Он всегда был так уверен в себе, что бы ни делал, отчего Майк заводился еще сильнее. И сейчас, глядя на Уилла сверху вниз, Майк наблюдал лишь блеск в глазах и бесстыжую похотливую улыбку. Черт. — Может переключим воду на холодную? — Майк от смущения и испуга бормотал первое, что приходило в голову. — А то так истратим всю горячую и… ничего не останется. — А ты в душ собрался? — усмехнулся Уилл, поднимая на Майка разгоряченный взгляд. — Нет, но… Майк споткнулся на полуслове. Уилл смотрел на него таким пылким взглядом, словно точно знал, как возбуждающе выглядит со стороны. На коленях, с влажными от слюны губами, с легким румянцем. Майк опустил глаза чуть ниже и немного испугался, увидев порванный ворот майки. Он все-таки разорвал ее. Разорвал и даже не заметил. Я теперь должен купить ему новую. — Да забей ты на майку, — весело бросил Уилл, прочитав беспокойство в глазах парня. Не успел Майк ничего ответить, как Уилл потянулся к пуговице на его джинсах, и нетерпеливо расстегнул ее. — Блять, что ты делаешь? — выдохнул Майк, сильнее изгибаясь в пояснице и вжимаясь в дверь. — Беру то, что хочу, — удовлетворенно промурлыкал Уилл, стягивая с парня джинсы вместе с бельем одним плавным движением. Майк почти с испугом посмотрел на свой возбужденный раскрасневшийся член, качающийся прямо перед носом Уилла. Его эрекция была такой сильной, словно Уилл только что сделал что-то невероятное, а не просто опустился перед ним на колени. — Ты так перепуган, Майки, — сказал Уилл нарочито обеспокоенным тоном. — Боишься, что я тебя покусаю? Майк сглотнул, пытаясь придумать, что ответить. Все его мысли давно покинули голову, уступая место голому возбуждению. — Боже, покусай меня, пожалуйста, — прошептал он распалено. Уилл рассмеялся, а затем, не давая Майку времени снова испугаться, высунул язык и провел им по всей длине, заставляя Майка задохнуться от ощущений. Завершив влажный след на головке, Уилл не остановился и тут же смачно облизнул ее. Его мягкий язык обволакивал, даря приятные чувства. Вскоре вся головка оказалась внутри рта, и Майка захлестнули такие яркие эмоции, что он готов был кончить прямо сейчас, и ему потребовалась львиная доля внутренних сил, чтобы сдержаться. — Ох, Майк, так дрожишь от моих ласк, — прорычал Уилл, отрываясь от члена. — Я готов заглотить тебя целиком, лишь бы ты продолжал так дрожать. Затем он снова прильнул к головке, обсасывая ее и работая языком, то надавливая, то описывая круги. Майк сходил с ума от удовольствия и напряжения. Ему хотелось, чтобы Уилл взял больше, взял целиком, и он неосознанно толкнулся глубже. — Какой ты ненасытный, — тут же отозвался на его действия Уилл, отрываясь от члена. Майку внезапно стало так пусто и холодно без его губ, что он мгновенно положил руку на затылок Уилла, притянул к себе, вынуждая того снова взять в себя его длину, и сделал пару толчков. — Наконец-то ты раскрепощаешься, — ухмыльнулся Уилл, в очередной раз отрываясь от процесса. — Заткнись и соси мой член! — потребовал Майк, изнывая от возбуждения. Уилл наконец-то сдержался и не стал ничего отвечать, а принялся за работу. Конечно, его грязные словечки возбуждали Майка, но боже, сколько можно было болтать! Уилл, безоговорочно исполнивший требование Майка, продолжил делать минет. Он наконец перестал играться с одной лишь головкой, и с каждым толчком все глубже насаживался на чужой член, пока тот не уперся в горло. Не успел Майк насладиться задней стенкой, как Уилл пошел дальше, расслабляя мышцы и позволяя члену проникнуть внутрь горла, вынуждая самого себя уткнуться носом в лобок. — Блять, — прохрипел Майк, погружаясь все глубже, хотя казалось, что глубже уже некуда. В горле Уилла было так тесно и жарко. Спустя полминуты глубоких фрикций, Уилл оторвался от процесса, жадно вдыхая воздух. Его губы были влажные от предэякулята и слюны, а глаза слезились от горлового минета, но он не дал себе больше пяти секунд на передышку и снова прильнул к члену Майка, позволяя тому заполнить всю его глотку. — Никогда… в жизни… ничего подобного не чувствовал, — признался Майк, в пылу страсти, и его голос сорвался на стон. — Я совсем скоро, Уилл, совсем скоро. Уилл начал двигаться быстрее, приняв слова Майка за сигнал к усиленным действиям. Его голова так быстро двигалась туда-обратно, что у Майка замельтешило в глазах, когда он посмотрел вниз. Уилл замедлился на секунду, чтобы взглянуть в ответ на Майка, и в его глазах было столько похоти, что у Майка задрожали колени. — Ты так упадешь, — жадно глотая воздух, прошептал Уилл, и его голос был хриплым от глубоких проникновений, — сядь на край ванной. Майк подчинился без промедления. Он почувствовал холод акрила под задницей, но не успел даже вздрогнуть, как губы Уилла вновь начали свою работу, привлекая к процессу язык, горло и щеки. И все чувства Майка, подпитываемые легким опьянением, мгновенно сосредоточились на влажном тепле вокруг его члена. Несколько глубоких толчков, легкое надавливание на затылок, длинные пальцы, сжимающие ягодицы. Майк сходил с ума от всех этих ощущений и почти забыл, где находится, все его чувства и мысли были сведены лишь к одному — к глубокому горлу Уилла, берущему свое. Майк почувствовал приближающийся оргазм, который накатывал на него, словно цунами. Он почти управлял головой Уилла, с каждой секундой все сильнее сжимая волосы на его затылке. Он почти растворился в этих ощущениях, почти отпустил себя, но вдруг его накрыла нежданная тревожность. Мы ведь не договорились, куда мне кончать. Эта мысль пронзила его нервным импульсом. Конечно, Уилл говорил о том, что им следует кончать друг другу в рот, но это было три недели назад. Возможно, сегодня Уилл был не в настроении для ощущения спермы на своем языке. Возможно, он не хотел ходить с привкусом чужой эякуляции до конца вечеринки, посвященной помолвке их друзей. Блять. Майк запаниковал и после очередного толчка, проникшего в самое горло, оттянул голову Уилла от своего члена, собираясь задать волнующий его вопрос. Но не успел и рта раскрыть, как почувствовал неконтролируемое приближение оргазма. Майк не смог ничего поделать, поддаваясь искушению. Он опустил взгляд вниз и увидел глаза Уилла, не понимающего, что происходит, и от его растерянного пошлого взгляда приближающийся оргазм разогнался еще сильнее. Уилл шевельнул губами, собираясь, вероятно, спросить, какого хрена происходит, но не успел, так как первые капли эякуляции Майка упали ему на лоб. Ну пиздец. Майк кончал прямо на лицо Уилла, одновременно чувствуя стыд от вышедшей из-под контроля ситуации и возбуждения от ошарашенного вида Уилла, чье лицо быстро заливалось спермой. Но Уилл недолго оставался потрясенным и быстро влился в процесс, высунув покрасневший язык, чтобы ловить им редкие капли майковского стыда. И его полуприкрытые глаза смотрели наверх с обожанием. Казалось, Майк никогда не кончал так обильно. Впервые в жизни он хотел кончить меньше, но белесая жидкость все продолжала и продолжала брызгать из его члена, как будто сами органы восстали против его желаний. В конце концов все лицо Уилла оказалось залитым спермой, и зрелище это было чрезвычайно сексуальное. Уилл выглядел как самая грязная фантазия, воплотившаяся в жизнь. Уилл ловил кончиком языка стекающие капли, пока Майк отходил от оргазма, ловя волны стыда и волны удовлетворения. Он почувствовал себя неловко, когда оргазм прошел, и тут же собрался извиниться перед Уиллом. Но стоило ему только посмотреть в глаза парня, сидящего между его ног, стоило только увидеть в них такую похоть, как Майка тут же покинуло смущение. Он ощутил в себе решимость и, поддавшись ей, опустился на колени рядом с Уиллом и поцеловал его, размазывая собственную сперму по их лицам. Она заливалась ему в рот, он чувствовал липкость на щеках, ощущал ее вкус на кончике языка Уилла, но все продолжал жадно целовать его, словно хотел затолкать свой язык ему в глотку. Сперма скатывалась по скулам, подбиралась к подбородку, капала на одежду, но все это не имело значения. Поцелуй продолжался. Они стояли на коленях друг рядом с другом, и такие мелочи не могли их отвлечь. Спустя несколько минут размазывания биологических жидкостей по лицам друг друга, они наконец смогли оторваться от поцелуя, и, если бы Майк уже не стоял на коленях, у него бы обязательно подкосились ноги от влюбленного взгляда Уилла. — Мог бы предупредить, что собираешься кончить мне на лицо, — укоризненно прошептал тот, страстно облизывая губы. — Прости, я этого не планировал, — извинился Майк, но больше не чувствовал в себе того стыда, который бушевал в нем еще несколько минут назад. — Я понял, — усмехнулся Уилл, вытирая глаза тыльной стороной руки. — У тебя был такой испуганный взгляд, словно ты готов был провалиться сквозь землю. — Да, — растерянно сказал Майк, помогая Уиллу подняться на ноги. — Я и правда был готов, пока не увидел, как ты на меня смотришь. Уилл подошел к раковине, чтобы умыть лицо. Майк присоединился к нему и взглянул в зеркало, чтобы оценить ущерб, но не смог ничего разглядеть — стекло полностью запотело. — Ладно, это было горячо, Уилер, — вытирая лицо полотенцем для гостей, сказал Уилл. — Дай сюда, — Майк отобрал полотенце и начал сам вытирать Уилла. Почему-то это казалось ему очень важным. — Понравилась моя сперма на лице? — слова слетели с губ Майка прежде, чем он успел понять их смысл. Уилл громко рассмеялся, довольный дерзостью. — Начинаешь вливаться, — заметил он. — Сегодня не хватало твоих грязных словечек, — признался Майк. — Тогда, может быть, не стоило пихать свой член так глубоко мне в глотку? — тут же отреагировал Уилл. — А я и не пихал, ты сам насаживался, — заметил Майк, отпирая дверь. Стоило им только выйти, как истошные звуки музыки тут же оглушили их. Майк поморщился от жестких басов и сделал шаг вперед, едва не врезавшись в кого-то большого. — Вот вы где! — раздалось над его ухом. Майк поднял взгляд и увидел перед собой фигуру Лукаса. — Где вы были? Мы вас потеряли еще полчаса назад, — его голос звучал весело и озабоченно, а затем Лукас вдруг сделал потрясенный вздох и вперился в шею Майка. — Что, черт возьми, с вами произошло? — А что такое? — тут же спросил Майк, оглядывая себя. Ничего особенного он не заметил и непонимающе взглянул на друга, пока его глаза продолжали округляться. — Что? — спросил Майк, начиная злиться от недоумения. — Твоя шея… — выдохнул Лукас. И Майк тут же бросился обратно в ванную, чтобы посмотреть на себя. Запотевшее зеркало ровным счетом ничего не отображало, и Майку пришлось вытереть его тем же полотенцем, которым он пять минут назад вытирал лицо Уилла. Когда стекло начало немного проясняться, Майк увидел ужасающую картину. Вся его шея превратилась в огромное темно-фиолетовое пятно, состоящее из пятен поменьше. Засосы начинались у самого кончика подбородка и заканчивались в районе ключиц — там, где был ворот футболки Майка. — Пиздец, — выдохнул Майк, чувствуя панику и возбуждение одновременно. — Боже, — вздохнул Уилл, словно увидел засосы впервые. В его голосе слышалась легкая вина, но в глазах — ни капли сожаления. — Когда ты смотришь на себя в зеркало с таким ужасом, мне уже не кажется идея пометить тебя такой сексуальной. Майк поднял голову, чтобы в деталях рассмотреть шею, и медленно водил пальцами по темным пятнам, не ощущая ни боли, ни злости. — Прости, Майки, — прошептал Уилл и подошел ближе, осторожно касаясь пальцами края самого большого засоса. — Я увлекся. — Не нужно извиняться, — тут же отреагировал Майк, ему не хотелось, чтобы Уилл чувствовал себя виноватым. — Мы оба сегодня отличились. — Да, но твоя недальновидность не оставила на мне таких следов, — Уилл звучал удрученно. — Ты слишком нежен со мной. Майк тут же отвернулся от зеркала, в котором отражались его пятна, удивленное лицо Лукаса и сожалеющий Уилл, и притянул к себе своего парня, жадно целую. Нежен? Я покажу тебе нежность. Он впился в губы Уилла самым ненасытным образом, и его язык впервые сам скользнул внутрь рта Уилла. Майк тут же почувствовал, как чужие пальцы сжимают его талию. Невольно его рука снова дернула за ворот майки, разрывая ее почти до самого пупка. — Блять, — Майк рассмеялся в губы Уиллу. — Я точно должен тебе новую майку. — Да рви сколько хочешь, — поспешил сказал парень. — У меня много маек!.. Могу ходить голый. — Боже, мы же вам выделили отдельную спальню, — сказал Лукас отчаянным тоном. — Только не говорите мне, что вы трахались в этой ванной. Парни не успели ответить, так как за спиной Лукаса тут же показалась заинтересованная рыжая макушка. — Что у вас тут происходит? — спросила Макс, и ее взгляд из любопытного мгновенно стал шокированным. — Боже мой, Уилер, кто тебя избил? — Никто меня не бил, — запротестовал Майк. — Твоя майка просто в клочья, Уилл, вы что подрались друг с другом? — спросила она, как будто все еще не хотела признавать очевидную правду. — Они не дрались, — пробубнил Лукас наполовину раздраженно, наполовину весело. — Они трахались. — Мы не трахались, — в один голос сказали Майк и Уилл, и синхронность их ответа усугубила ситуацию. — Просто немного поцеловались, — добавил Майк. — Я вам не верю, — усмехнулся Лукас. — И не надо, — мягко отрезал Уилл и потянул Майка прочь из ванной, обходя ошарашенную Макс. — Пойдем найдем что-нибудь холодное для твоей шеи. — А для моей гордости ничего не найдется? — пробормотал Майк, позволяя себя увести. — Твоя гордость в полном порядке, — ответил Уилл. — Она сейчас лежит на полу в ванной, залитая спермой. Майк последовал за Уиллом, слегка смущаясь, но держа его руку очень крепко, словно боялся, что они могут потеряться в толпе. Пока они шли по дому, их окликнул сначала Дастин, а потом даже Эрика отвлеклась от своей девушки, чтобы поинтересоваться, какого черта с ними случилось. Они продолжали свой путь к кухне, не обращая ни на кого внимания. Наконец они достигли своей цели в виде холодильника. Уилл порылся в морозилке и нашел упаковку замороженной брюссельской капусты, которую тут же нежно приложил к шее Майка. — Так-то лучше, — прошептал Уилл на ухо. — Что за нахер тут происходит? — спросил Дастин, пришедший за ними на кухню. — Вы подрались? — спросила Дейзи, стоящая рядом с парнем. Майк хотел было ответить «нет», но быстро сообразил, какой вопрос они зададут следующим, и: — Да, — ответил он уверенно, чем заставил Уилла поперхнуться пуншем. — Из-за чего это? — спросил Дастин, явно с сомнением относясь к данной версии. — Поспорили, с кем из нас сегодня уйдет твоя девушка, — тут же выдал Майк самым серьезным тоном, на который только был способен. Все, включая Дейзи, громко рассмеялись от абсурдности такого предположения. — Ну, в таком случае, вам придется подраться еще и со мной, — сказал Дастин весело. — Обязательно, — согласился Майк и повернулся к Уиллу. — Пойдем на улицу, я хочу курить. — Пойдем, — согласился Уилл, и они начали быстро удаляться в сторону выхода, прихватив с собой упаковку капусты. — Ты куришь? — удивленно спросил Дастин им вслед. — Да, — крикнул Майк, стараясь переорать музыку, — не ходи за нами. — Больно надо… — прокричал Дастин, и конец его фразы потонул в шуме вечеринки. До чего приятно было выйти на прохладный вечерний воздух после духоты танцпола и наполненной паром ванной. Порция свежего кислорода пронзила легкие Майка, но тот быстро заменил его на плотный ядовитый дым, делая поспешные затяжки Marlboro Red. — Тебе надо бросать курить, — с невесомым укором сказал Уилл, прислоняясь к стене дома рядом с ним, — легкие же убьешь. — Ой, перестань, — рассмеялся Майк, делая затяжку. — Иди сюда, — Майк приподнял руку, приглашая Уилла прильнуть к нему. Уилл с радостью нырнул под подмышку Майка и обнял его за талию. Майк оторвался от курения, чтобы быстро чмокнуть парня в губы. — От тебя сигаретами воняет, — поморщился Уилл. — Потерпишь, — усмехнулся Майк. Они оба рассмеялись и замерли, наслаждаясь моментом. Майк продолжал курить, стараясь, чтобы дым летел в противоположную от Уилла сторону. — Почему это было так горячо? — вдруг спросил он. — Что конкретно? — спросил Уилл невинным тоном. — Получать удовольствие, пока наши друзья находятся буквально за стенкой? — Именно, — подтвердил Майк, выдыхая кольца дыма в сторону неба. — Такой ты, конечно, — сказал Уилл с придыханием, — плохой мальчик. Майк рассмеялся. — Оставь эти фразочки для интима, — сказал он, веселясь. — Слишком возбуждает? — спросил Уилл, подаваясь вперед. — Ага, — признался Майк, — еще пара таких слов, и я раздену тебя прямо в этих кустах. — И ты думаешь, что этой «угрозой» остановишь меня? — Уилл запустил руку под футболку Майка, касаясь оголенной кожи, пока парень прижимался лопатками к стене дома. — Как мне теперь идти на работу с этими засосами? — спросил Майк, прижимая к шее пачку капусты, которая уже начала оттаивать и капать за воротник. — Придется купить кофту с высоким горлом, — задумчиво произнес Уилл, словно его реально беспокоила эта проблема. — Или шарф. А еще можно всем врать, что ты попал в аварию. — Ненавижу высокое горло, — фыркнул Майк. — Постоянно ощущается так, будто тебя кто-то душит. — Я бы придушил тебя, — жадно выдал Уилл, кладя голову Майку на плечо. — Ты все на свете сведешь к сексу, не так ли? — сказал Майк, закатывая глаза и делая очередную затяжку. — Когда ты со мной рядом? Конечно, — без капли смущения согласился Уилл. Они простояли следующие несколько минут молча, наслаждаясь звуками приглушенной музыки. Майк степенно курил, выдыхая дым в ночной воздух, и поглаживал голову Уилла, которая так и лежала у него на плече. — Боже, — Майк вдруг вспомнил кое-что и чуть не подпрыгнул на месте. — Что такое? — У них же есть бассейн, — Майк посмотрел на парня круглыми глазами. — Я совсем забыл про бассейн! Со всеми этими танцами и минетами. — Ну извини, — буркнул Уилл, притворяясь раздраженным. — Да брось ты, — Майк затушил сигарету о собственную подошву и потянул Уилла за руку. — Пойдем поплаваем. — Раз ты так хочешь, конечно, — Уилл поддался и пошел за парнем. Вскоре они обогнули дом, не заходя внутрь и закинув окурок в валявшийся на лужайке стакан, а капусту оставили прямо на лужайке, и приблизились к поблескивающему в темноте бассейну. Недолго думая, Майк тут же стянул с себя джинсы и футболку, оставшись лишь в одних черных трусах, и тут же сиганул в воду, с наслаждением погружаясь в обволакивающую теплоту. Сзади раздался всплеск — это Уилл прыгнул следом. — Эй, — возмутился Майк, вытирая лицо от брызг. — Что? — усмехнулся Уилл, подплывая ближе и обхватывая Майка за талию. Снаружи было не так много людей, как в доме, но все равно в бассейне была настоящая толкучка. Многие сидели на бортиках, лениво болтая ногами, некоторые прыгали, разбрызгивая воду во все стороны, а другие, как Уилл и Майк, расслабленно покачивались на поверхности воды, держась за руки. Майк чувствовал, как вода держит его на поверхности, как рука Уилла крепко сжимает его ладонь, как теплый ветерок обдает его мокрую грудь. Он смотрел на темное небо, усыпанное звездами, и чувствовал себя как никогда спокойно. Ни одна тревожная мысль не смела залезть к нему в голову. Они провели в бассейне около часа, потом еще раз зажгли на танцполе, вынуждая некоторых гостей шарахаться от их неподдельного веселья, затем снова оказались в воде, и количество людей на вечеринке постепенно начало снижаться. После полуночи численность гостей уменьшилась вдвое. А затем их число начало падать в геометрической прогрессии. В три часа ночи они с Уиллом, оба совершенно трезвые, были единственными, кто отжигал под песню «Don't You Want Me». В конечном итоге в доме остались только они, Дастин, Дейзи, Лукас, Макс и пара-тройка гостей, уснувших кто на диване, а кто в обнимку с драценой, стоящей в углу. — Ну все, вечеринка официально закончена, — сказал Лукас, выключая музыку. — Эй, — в один голос закричали Майк и Уилл, которые уже настроились танцевать до рассвета. — Как вы еще на ногах стоите? — удивилась Макс, которая была изрядно пьяна, но держала себя в руках. В основном, благодаря Лукасу. — Ну давайте последнюю песню, — взмолил Майк. — Ладно, — быстро сдался Лукас и включил что-то зажигательное, кажется, из репертуара Боуи. Майк и Уилл тут же радостно заплясали, отдавая всю свою энергию дерганным движениям. Лукас подхватил за руку Макс и увлек ее на танцпол, девушка быстро включилась в процесс. Дастин и Дейзи, сидящие на отодвинутом к стенке кресле, встали с огромной неохотой, но очень быстро разогнались. Вечеринка закончилась. Остались только они шестеро, рьяно отплясывающие под легендарные треки квир-иконы Дэвида Боуи. Они смогли развести Лукаса не на одну, не на две, а на целых три песни, после чего все шестеро были так вымотаны, что свалились на пол, образуя огромный клубок из рук и ног. Они бы с радостью образовали этот клубок на диване, но там сладко спала незнакомая Майку парочка. — Ладно, ребята, — тяжело дыша, заговорила Макс после нескольких минут лежания на ноге Майка. — Давайте немного уберемся и ляжем спать. Конечно, в три часа ночи никому убираться не хотелось, но это же были Лукас и Макс, которым никто не смог отказать. Проведя за уборкой всего полчаса, они смогли убрать значительную часть мусора. На лужайке больше не валялись стаканчики, а поверхности кухни больше не были уставлены пустыми бутылками. Нашлась растаявшая капуста, которая мгновенно отправилась в мусорный мешок. Вся посуда, пустые тарелки, пиалы для соусов и объемная чаша для пунша стояли около раковины, ожидая, когда их сполоснут и поставят в посудомойку. Но этим было решено заниматься завтра. Друзья, довольные наведенным порядком, встретились на кухне. — Ну вот, теперь наш дом больше не похож на притон, — радостно объявила Макс, оглядывая почти неприличное количество посуды. — Можно идти спать со спокойной душой. — Еще раз поздравляю с помолвкой, — сказал Уилл вместо пожелания спокойной ночи и галантно поцеловал Макс руку, словно был средневековым принцем. — Спасибо, Уилл, — поблагодарил Лукас, когда Уилл обнял его. Они еще пять минут обменивались любезностями, желали сладких снов и поздравляли друг друга со всем подряд. С помолвкой, с отличной вечеринки, с тем, что они красивые. Затем Лукас, Макс, Майк и Уилл направились на второй этаж, а Дастин и Дейзи остались на первом этаже, так как там располагалась их спальня. — Спокойной ночи, — еще раз бросил Лукас, закрывая дверь в их с Макс спальню. Майк кивнул и тоже скрылся за дверью вместе с Уиллом. За окном было еще темно, но до рассвета оставались считанные часы. Майк оперся лопатками на дверь, окидывая взглядом комнату и Уилла, роющегося в сумке в поисках домашней одежды. — Как тебе вечеринка? — спросил Майк. — О, прекрасно, — живо откликнулся Уилл. — Как раз то, что было нужно, чтобы немного развеяться после всей этой драмы в Нью-Йорке. — Точно, — согласился Майк. — Знаешь, когда Лукас и Макс только начали встречаться, я особо не верил в их отношения. Но посмотри, к чему они привели. — Точно, — усмехнулся Байерс. — Они ведь расставались раз сто. — Больше, — хихикнул Майк, вспоминая школьные годы. — Но все равно в итоге остались вместе. Романтично. — Романтично, — повторил Уилл, кидая на кровать одежду. — Спасибо, — поблагодарил Майк, надевая домашние штаны и объемную футболку, в которой он часто спал в квартире Уилла. — Ага, — кивнул Уилл, скидывая свою одежду, в том числе безжалостно разорванную майку в угол комнаты. Лишь переодевшись в домашнее, Майк почувствовал, как на самом деле устал. Он был уверен, что готов танцевать до утра, но теперь, наконец оказавшись в расслабленной обстановке, почувствовал себя ужасно сонливо. — Заползай, — Уилл откинул край одеяла, приглашая Майка в кровать. Майк с удовольствием лег в постель, прижимаясь к парню и чувствую его приятное тепло. Последнее, что он ощутил, — это крепкие руки, обхватившие его поперек туловища, и влажный поцелуй позади шеи. — Спокойной ночи, Майки, — прошептал Уилл. — Спокойной ночи, Уилл, — ответил Майк, проваливаясь в сон. Когда Майк проснулся, солнце уже светило в незанавешенное окно, но по ощущениям было еще очень рано. Уилл растянулся на правой стороне, мило посапывая. Одеяло было небрежно откинуто за самый край кровати, а футболка задралась, обнажая часть спины. Утренний свет мягко ложился на его кожу. Майк, преследуемый внезапным желанием, подполз к нему на локтях и навис над его милым сонным личиком. Любовался им в течение целой минуты, прежде чем наклониться и поцеловать. Расслабленные губы парня были очень мягкими и нежными, словно Майк целовал ангела. — Доброе утро, — прошептал он, когда Уилл сонно открыл глаза, все еще не понимая, что происходит. — Мм, — вяло промычал Уилл, отворачиваясь от поцелуев, но Майк продолжал целовать его, преследуя его губы как какая-нибудь гончая. — Тебе от меня не отвертеться, — рассмеялся Майк, нежно беря Уилла за подбородок и поворачивая к себе. Кожа под его пальцами была теплой и слегка колючей. — Что такое? — спросил Уилл, наблюдая за Майком в узкую щелочку между его веками. — Ты проснулся! — радостно прошептал Майк. — Как будто ты дал бы мне еще поспать, — хмуро буркнул Уилл. — Ой, да спи на здоровье! — в тон ему пробубнил Уилер, собираясь отстраниться. Но не успел он сделать задуманного, как руки Уилла мгновенно оказались на его спине. Затем Уилл вдруг сделал замысловатый поворот, и теперь уже Майк лежал на спине, не вполне понимая, как так получилось. — Ну уж нет, — голос Уилла набирал власть и становился громче. — Ты меня разбудил и теперь поплатишься за это. Он рассмеялся, нелепо подражая смеху Фредди Крюгера. Майк постарался выбраться из-под него, не серьезно, так, ради шутки, но Уилл вцепился в него мертвой хваткой, прижимая к кровати. Майк дернулся еще пару раз ради приличия, а затем замер, послушно принимая свою судьбу. Уилл довольно улыбнулся кончиками губ, явно наслаждаясь видом покоренного Майка, и с видом победителя олимпийских игр в Лиллехаммере, раздвинул коленом чужие ноги. Майк густо покраснел от осознания своего положения, но ноги безотказно раздвинул, позволяя Уиллу расположиться между ними. Их утренние стояки быстро встретились, создавая приятное трение. Майк судорожно вздохнул, когда почувствовал руку, вцепившуюся в волосы. Уилл медленно покачивался, создавая легкое трение, и неотрывно смотрел Майку в глаза, наслаждаясь его возбужденным взглядом. — Хочешь чего-нибудь, Майк? — спросил он еле слышно. — Чего-нибудь, — утвердительно повторил парень, и это прозвучало глупо, но он не смог подобрать других слов. Уилл продолжал делать фальшивые толчки, имитируя соитие, и Майк готов был кончить только от этого, но держался, желая немного большего. — Чего хочешь? — спросил Уилл после пары минут. — Пока так хорошо, — ответил Майк, прикрывая глаза и наслаждаясь процессом. Уилл удовлетворенно улыбнулся и продолжил покачиваться, немного ускоряясь. Трение было приятным, но в то же время ощущалось болезненно. Ткань белья и домашних штанов неприятно давила, и от них хотелось избавиться. Майк почти осмелился предложить это, как Уилл вдруг прохрипел: — Можно перевернуть тебя на живот? — спросил он скачущим от возбуждения голосом. — Конечно, — отозвался Майк и тут же почувствовал, как его переворачивают. Через пару секунд его лицо уже было вжато в подушку, а на спине ощущался вес чужих рук, вдавливающий его вглубь кровати. Уилл не поменял позы и расположился сверху, пристроив свой выпирающий из-под ткани член между ягодиц Майка, и продолжил двигаться. Майк почувствовал мягкое трение о его задницу, и немного возбудился, при этом ощущая неловкость. Майку было неожиданно чувствовать такое, ведь он раньше никогда не предполагал, что может получать удовольствие подобным образом, но он старался принимать это без неприязни к самому себе. Вспоминал тот раз в его спальни, стараясь успокоить себя. Давалось немного с трудом, но все же давалось. — Нравится? — спросил Уилл возбужденно. — Да, — Майк ответил в подушку почти неразборчиво. Уилл удовлетворенно вздохнул и продолжил движение. Майк чувствовал, как член двигается по его ложбинке, изредка задевая дырочку, и его возбуждение нарастало. Уже через пять минут он почувствовал, что хочет чего-то большего. — Как тебе такие движения, Майки? — спросил Уилл, немного ускоряясь. — Удовлетворяют твою грязную похотливую натуру? — Да, — согласился Майк, но тут же добавил, чувствуя, что больше не в силах сдерживать желание, — но хочется чего-то большего. — Вот как? — в голосе Уилла послышалось удивление. — Хочешь, чтобы я снял с тебя штаны? — Боже, да, — Майк не успел сконтролировать свой язык. Затем, будто в подтверждение его слов, с его губ сорвался громкий непристойный звук, похожий на стон и крик одновременно. Полный такого удовлетворения, что Майку стало стыдно. — Это, конечно, очень возбуждает, — тут же отозвался Уилл, — но давай потише, мы все-таки не у меня дома. — Конечно, — хрипло выдохнул Майк, сильнее вжимаясь лицом в подушку. — Так мне снять с тебя штаны, Майк? — уточнил Уилл, дразня парня, вынуждая повторить свое желание. Его пальцы легко легли на резинку штанов, но не тянули, а просто лежали в ожидании. — Сними, — отозвался Майк, а затем, собрав всю свою смелость, добавил, — и с себя тоже сними. — Даже так? — Уилл снова звучал удивленно, и его дыхание горячей волной окутало заднюю часть шеи Майка, заставляя того покрыться мурашками. — Ты такой грязный, такой плохой мальчик. О, вот сейчас идеально к месту. Уилл не стал больше спрашивать, а принялся действовать. Он осторожно подцепил резинку штанов Майка, затем захватил заодно и резинку нижнего белья, и нежно стянул их, оголяя задницу. Он оставил их в районе коленей и почему-то это казалось еще более интимным, чем если бы он снял их полностью. — Ты такой красивый, — выдохнул Уилл и тут же поцеловал Майка чуть ниже поясницы, заставляя того вздрогнуть. Затем, особо не церемонясь, он схватил собственные штаны и рывком стянул их, полностью освобождая ноги. — И что же дальше, Майки? — Уилл спросил почти нетерпеливо. — Продолжим то, что делали до этого? — попросил Майк. — Как прикажешь, — Уилл усмехнулся. Он вновь наклонился над Майком, аккуратно располагая свой член в ложбинке, и начал медленное движение. Было немного сухо, когда член двигался хаотично, так что Уилл прислонился вплотную, двигая уже не своим возбуждением, а кожей Майка, и вынуждая того повторить громкий стон. — Мне тебе кляп в рот засунуть, чтобы ты был потише? — спросил Уилл слегка повелительным тоном, но Майк знал, что эта была часть игры. — Может быть, в другой раз, — отозвался Майк, отрываясь от подушки. — Тогда будь тише, Майки, будь тише, — от его шепота по телу Майка пробежали мурашки. Майк промолчал в знак согласия и снова полностью растворился в ощущениях, которые дарил ему Уилл. Фрикции были мягкими и чувственными, заставляя хотеть большего. Хотеть раствориться прямо под Уиллом, превратившись в лужицу возбуждения. — И как далеко ты хочешь зайти? — спросил Уилл. В его голосе не было давления, только любопытство. — Не очень далеко, — признался Майк. — Возможно, чуть дальше, чем сейчас. — Тебе придется выразиться конкретнее, — сказал Уилл, надавливая на лопатки Майка. Майк сглотнул, прежде чем задать следующий вопрос. В горле пересохло, а язык с трудом произносил нужные слова. — У тебя есть смазка? — он спросил еле слышно, но Уилл все понял. — Даже так? — он говорил с ухмылкой. — Есть. Майка вдруг пронзила волна смущения и удовлетворения. У Уилла была с собой смазка… У Уилла была с собой смазка! Значит, он на что-то рассчитывал? Похоже, эти волнения отразились в глазах, которыми Майк смотрел на Уилла из-за плеча, потому что Уилл сказал: — Я просто взял ее на всякий случай, Майк, — он мягко улыбнулся. — Просто на всякий случай. Не волнуйся. Мне лишь нравится быть подготовленным. На всякий случай. Он хотел быть готовым. На случай, если я… Если мы… — Хорошо, — еле слышно прошептал Майк, чувствуя прилив паники. — Так мне достать ее? — уточнил Уилл. — Или уже не надо? — Все нормально, я спокоен, — соврал Майк. — Доставай. Уилл залез в брошенную неподалеку сумку и достал оттуда небольшой тюбик. Он тут же вернулся на кровать с находкой в руках и приблизился к Майку, которого потрясывало от волнения. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил Уилл горячим шепотом. Майк судорожно вздохнул, не в силах объединить свои мысли и желания в кучу, чтобы выразить их. Он долго молчал, пытаясь собраться, но смог выдавить лишь: — А что бы ты хотел сделать? — голос звучал неровно и немного дрожал. Ему было трудно говорить о своих желаниях, и он решил перевести стрелки. — Я бы многое хотел сделать, ты же знаешь, — Уилл продолжал сдерживать себя и пытаться оставаться спокойным, прекрасно зная, что Майку нужно время, чтобы ко всему привыкнуть. — Не знаю, — отрицал Майк. — Расскажи мне. Уилл немного опешил от такой просьбы. Конечно, он был большим любителем поболтать, но зачастую его грязные слова сильно отличались от того, что он делал. Грязь была лишь грязью, которая произносилась с единственной целью — возбудить партнера и самого себя. Он часто говорил о том, как поставил бы на колени, как заставил бы сосать, как оттрахал бы до изнеможения. И все эти слова звучали с легким флером этакой доминантности и даже отдавали намеками на насилие. На деле же он бы никогда не сделал того, чего бы не захотел его партнер. Чего бы не захотел Майк. Никогда. Ни за что. Все должно быть по взаимному согласию. Абсолютно все. Точка. И если партнер хочет, чтобы его заставили сосать, он сделает это, но прежде несколько раз убедится, что тот согласен. Поэтому Уилл чувствовал себя слегка не в своей тарелке от просьбы Майка. Он привык говорить грязные вещи, но никогда еще не озвучивал то, что реально собирался сделать. Но ведь надо иногда выходить из зоны комфорта, не так ли? Майк делал это постоянно в течение последнего месяца и к чему это привело? Лежит с голой задницей перед своим лучшим другом и просит достать смазку. Уиллу явно стоило у него поучиться. — Хорошо, я расскажу тебе, — сказал Уилл, преодолевая неловкость, скопившуюся в горле. — Для начала я бы окончательно избавил тебя от одежды. — Звучит неплохо, — отозвался Майк, приглушаемый подушкой. — Можешь приступать. Уилл усмехнулся. Его не нужно было просить дважды, чтобы раздеть Майка. Он взялся за штаны и стянул их вместе с трусами, отбрасывая куда-то в темноту. С футболкой пришлось немного повозиться, так как Майк продолжал лежать на животе, а Уиллу слишком нравился этот вид, чтобы его переворачивать. Но вскоре удалось избавить и от нее. — Вот я без одежды, — Майк посмотрел краем глаза на своего парня и ухмыльнулся. — Что ты бы сделал дальше? — Ух, — выдохнул Уилл, наслаждаясь видом обнаженного Майка. Его глаза скользили по спине, по бедрам, по заднице. — Я начал бы с поглаживаний. Начал бы со спины, медленно переходя на… ягодицы. — Мне нравится, — одобрительно кивнул Майк. — Давай. Уилл уже был готов к этому, и начал массировать напряженную спину парня, переходя от плеч к лопаткам, от лопаток к пояснице, от поясницы к заднице. Майк вздрагивал каждый раз, когда Уилл перемещал руки на новую область, и расслаблялся, когда он подолгу задерживался на одном участке. Когда руки Уилла дошли до ягодиц, Майку потребовалась целая минута, чтобы скинуть напряжение. — Что дальше, капитан? — игриво спросил Уилл. — А что бы ты делал дальше? — тут же отозвался Майк. — А ты не хочешь сам сказать, чего хочешь? — спросил Уилл. — В следующий раз, — Майк смущенно улыбнулся. — Сегодня у нас другая игра. — Проверяем, как далеко ты готов зайти? — усмехнулся Уилл. — Твои границы? — Мм, вроде того, — Майк согласился, и его голос стал серьезнее. — Так что ты бы сделал дальше? — Дальше, — Уилл вздохнул, давая себе время сформулировать мысль и обойтись без лишней грязи. — Дальше я бы капнул на палец немного смазки… и помассировал бы твою аппетитную дырочку, — затем, помолчав немного, он добавил, — лишь снаружи… пока что. Пока что. — Хм, — Майк сделал глубокий вздох, успокаивая нервы. — Звучит хорошо. Давай. Уилл вздрогнул от предвкушения и потянулся к тюбику, который бросил на кровати, когда началась эта игра. Майк внимательно наблюдал за его действиями, косясь на парня краем глаза. Уилл открыл бутылек с характерным щелчком, и этот звук показался очень громкий в гробовой тишине комнаты. Он выдавил себе на палец небольшую каплю и растер ее между пальцами, согревая. Затем поднес руку в заднице Майка, но не прикоснулся. Вместе этого он воззрился на парня с вопросительным взглядом. Майк тихо кивнул в ответ. Не успел Майк испугаться, как тонкие пальцы коснулись там, где его еще никто не касался. Член Уилла, конечно, не в счет. Уилл сначала просто держал руку на месте, давая Майку время успокоиться и привыкнуть к новым ощущениям. Затем он начал мягкий неторопливый массаж, делая аккуратные круговые движения и размазывая смазку по колечку мышц. Майка дергало от необыкновенных ощущений. Поначалу он мог даже сказать, что это неприятно, но затем быстро привык к мягким пальцам и смог немного расслабиться, наслаждаясь нестандартным массажем. Уилл продолжал поглаживать и неотрывно наблюдал за процессом. — Мне неловко, когда ты так на меня пялишься, — сказал Майк, смущаясь. — Боже, Майки, — выдохнул Уилл, не отрывая взгляда. — Твоя задница — это буквально произведение искусства. Прими это. И как любому произведению искусства, ей нужно внимание. Майк рассмеялся, физически ощущая его взгляд. Произведение искусства. — Ладно, — согласился он. Затем немного подумал, и добавил, чувствуя себя немного виноватым от того, что ничего не делает в ответ. — Хочешь, чтобы я что-нибудь сделал? Может быть, мне отсосать тебе или тоже сделать массаж? — Нет, — Уилл отмахнулся так небрежно, как будто Майк предложил какую-то глупость. Как если бы он сказал: «У меня отличная идея, давай предложим Лукасу присоединиться». — Почему? — тут же заволновался Уилер. — У тебя член стоит, а мы с ним даже ничего не делаем. Майк перевел взгляд с увлеченного лица Уилла на его обнаженную нижнюю часть. Его эрекция призывно прилегла на одну из ляжек (Уилл сидел на кровати на коленях), но обладатель не обращал на нее никакого внимания. — Я сам со своим членом разберусь, — отмахнулся Уилл. — Мне сейчас не до него, тут происходит кое-что гораздо интереснее. — Ладно, — нехотя согласился Майк. — Но ты знай, если что, я могу помочь. — Спасибо за это, — Уилл улыбнулся, а затем вдруг посмотрел парню в глаза. Его взгляд был таким голодным и таким жадным, что Майк невольно поразился, как это Уилл вообще еще сдерживается. — Могу я войти одним пальцем? Майк задохнулся от смущения. Он думал об этом уже какое-то время, ярко рисуя в воображении картинки, в которых Уилл использовал пальцы. Но одно дело — представлять, совершенно другое — находиться в этой ситуации прямо сейчас. Страшно. — Если только… очень медленно, — выдавил из себя Майк, пряча лицо в подушке. Ему было легче говорить, когда Уилл не видел его лица. — Конечно, — живо отозвался Уилл. — Я бы не смог по-другому. Он продолжал массировать вокруг дырочки Майка еще пару минут, вынуждая того испуганно вздрагивать, когда тот приближался слишком близко. — Все хорошо, Майки, — ласково сказал Уилл после очередного такого момента. — Все нормально. Мы с тобой только вдвоем. Да, ты сейчас в уязвимом положении, но я… не сделаю тебе больно, я не сделаю тебе ничего плохого. Ты это понимаешь? — Угу. — Мы остановимся сразу же, как только ты захочешь, — продолжал Уилл. — Ты скажешь «стоп», и все мгновенно прекратится. Я не буду на тебя давить, или уговаривать, или припоминать тебе это позже. Я уважаю тебя. — Угу. — Ты мне доверяешь? Майк приподнялся над подушкой, в которой уже несколько минут прятал лицо, чтобы выдохнуть: — Да. Больше, чем кому-либо. — Так мне продолжать или ты хочешь остановиться прямо сейчас? — Продолжай. — Спасибо, — Уилл улыбнулся и наклонился, чтобы оставить на задней части шеи Майка горячий поцелуй. — Не хочешь открыть свое личико? — Майк пробормотал что-то невнятное, но лицо от подушки не оторвал. — Я так и думал. Уилл продолжал поглаживания, с каждым кругом все дольше задерживаясь в самом центре. Наконец, когда он увидел, что Майку удалось расслабиться, он снова потянулся к бутылочке и выдавил себе на руку еще одну объемную каплю. Уилл растирал ее по указательному пальцу, пока тот полностью не покрылся смазкой, а затем поднес ее к колечку мышц. — Сейчас начну, — предупредил Уилл, — постарайся расслабиться. Майк почувствовал легкое давление, и его руки сжались в кулаки, пытаясь снять напряжение. Через мгновение он почувствовал, как палец Уилла медленно погружается внутрь миллиметр за миллиметром. Оказавшись в пленительном тепле лишь на одну фалангу, Уилл остановился. Слегка подвигался и понаблюдал за пальцем, совершая микро-фрикции, и спросил: — Как ощущения? — он говорил тихо, с придыханием, явно возбужденный этими действиями. Странно. Непривычно. — Ничего… нормально, — ответили из подушки. — Надо, чтобы было приятно, — заметил Уилл. — Иначе в чем тогда смысл? — Ну ты продолжай, там и оценим, — усмехнулся Майк, и Уиллу стало немного полегче. Если Майк мог его подначивать, значит, явно чувствовал себя комфортнее. — Как прикажешь, — ответил он. Уилл продолжил погружать внутрь Майка, имитируя медленные толчки, и с каждым разом он заходил чуть глубже. Не успел он осознать это, как уже был внутри на целых две фаланги. Майк удалось немного расслабиться, и он больше не сжимал палец Уилла так сильно. — Ты такой тугой, — прошептал Уилл, продолжая движения. — Ты почти засасываешь мой палец внутрь. Такой ненасытный. Твоя задница буквально молится о большем. Майк рассмеялся в подушку, услышав это. Палец Уилла погружался внутрь уже целиком. Внутри Майка было мягко и тепло, и очень приятно. Майк же все еще не привык к этим новым ощущениям, но позволял Уиллу свободно перемещаться туда-обратно. — Согни левую ногу в колене, — попросил Уилл. Майк послушно сделал это, все еще плотно прилегая телом к одеялу. Его член мягко терся о ткань, и Майк почувствовал прилив возбуждения. Когда он положил ногу так, как просил Уилл, его ложбинка приоткрылась, позволяя Уиллу наблюдать за процессом во всех красках. — Хороший мальчик, — сказал Уилл с еле сдерживаемым возбуждением. В его голосе слышалось… обожание. Майк прикрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Палец Уилла двигался степенно и аккуратно, иногда чуть-чуть сгибаясь или поворачиваясь под новым углом, отчего Майка каждый раз потряхивало. Он ощущал движение новыми частями своего тела, и с каждым толчком ему становилось приятнее. Тихий стон невольно слетел с его губ: — Уилл… Уилл тихо рассмеялся, довольный собой. — Эти твои стоны, — прошептал он. — Они такие сексуальные. Майк начал постанывать чуть громче. Не потому что Уилл назвал эти звуки привлекательными, а потому что ему правда становилось приятно. Очень странно. Немного неловко. И все равно приятно. — Могу я добавить второй палец? — прошептал Уилл, склоняясь над ухом. Уже? — А волшебное слово? — Майку наконец отлип от подушки и повернул голову налево, чтобы взглянуть на Уилла. — Пожа-алуйста, — протянул Уилл самым развязным тоном и закатил при этом глаза. — Добавляй, — Майк ухмыльнулся, краем глаза наблюдая за происходящим. Уилл снова потянулся к тюбику и добавил еще одну объемную каплю, размазывая ее по среднему пальцу. Ему понадобилось надавить лишь слегка, чтобы кончики оказались внутри. Майк громко несдержанно застонал, нарушая тишину комнаты, и выгнулся в спине, приподнимаясь на локтях: — Уилл!.. — Майки, давай потише, — прошептал Уилл, но его член возбужденно вздрогнул. — Но тебе же нравится, — заметил Майк. Уилл, должно быть, специально выбрал этот момент, чтобы погрузить пальцы на первую фалангу. Майк закусил зубами уголок подушки, чтобы сдержать звуки, рвущиеся из его глотки. Он чувствовал давление, его колечко мышц постоянно хотело непроизвольно сжаться, и Майку стоило огромных усилий оставлять его расслабленным. — Давай оставим эти стоны для стен моей квартиры, — Уилл продолжал погружаться глубже, совершая медленные толчки. — А там нас никто не услышит? — Майк уже почти не соображал. Мысли путались, смешиваясь с ощущениями. — Ну, по крайней мере, никто раньше не жаловался, — пожал плечами Уилл, погружая пальцы до самых костяшек. Майк даже не нашел, что ответить. Ему было все равно. Пальцы Уилла заняли все его сознание, и все его существование свелось к одному-единственному ощущению — чувству наполненности, чувству растянутости. И от понимания, что это делает с ним именно Уилл, Майку становилось только хуже. Хуже в самом похотливом и порочном смысле. — Уилл!.. Уилл стал двигать пальцами быстрее, и Майк еле сдерживался, чтобы не начать подмахивать бедрами или не заорать в подушку. Когда его пальцы согнулись, нажимая на какую-то особенно чувствительную точку, Майк громко простонал и почувствовал, что скоро кончит. — Так нормально? — спросил Уилл, словно все не было очевидным. — Еще как, — подтвердил Майк. Уилл повторил движение и снова согнул пальцы, отчего Майка словно прострелило молнией. Он застонал так громко и так пошло, как иногда стонут в порно, а Майк всегда думал, что они там притворяются. Что ж, если в порно люди хоть иногда испытывают подобное удовольствие, Майк больше не мог их винить. — Уилл… — Заткнись! — прошептал Уилл, но его голос был скорее возбужденным, чем агрессивным. Затем, не дожидаясь ответа, он нервно усмехнулся, согнул пальцы еще раз и, предугадывая очередной истошный вздох, плотно накрыл рот Майка свободной рукой. Майк простонал прямо в руку, и его стон прозвучал очень глухо. — Если ты простонешь еще раз, то я засуну пальцы не только в твою задницу, но и в твой громкий рот, — пригрозил Уилл, отпуская губы Майка. — Давай ты пропустишь угрозы и сразу перейдешь к действиям, — парировал Майк. Он сказал первое, что пришло ему в голову, и почти отпустил весь свой внутренний контроль, позволяя такой фразе слететь с его губ. Уилл не стал ничего говорить, а просто засунул Майку в рот два пальца. Так оперативно, будто все это время только и ждал такой просьбы. Майк облизал их с ужасным влажным причмокиванием, позволяя им пробраться дальше, надавливать на язык, поглаживать внутреннюю сторону щек. Два пальца во рту, два пальца в заднице — что еще нужно для счастья Майку Уилеру? Уилл в основном работал той рукой, которая находилась пониже, позволяя Майку самостоятельно заниматься обсасыванием пальцев. Майк стонал все громче, и комната заполнилась влажным хлюпаньем, страстным причмокиванием и громкими стонами. Но даже Уиллу уже стало на них все равно. — Черт с тобой, — бросил он, прекращая попытки заткнуть Майка. Пальцы, призванные заглушить его, лишь сильнее раззадорили. Но оба парня уже абсолютно не волновались о таких мелочах. Макс хотела получить доказательства их отношений? Что ж, пусть слушает! — Я фрофо конфю, — промычал Майк. Уилл даже не стал спрашивать, а просто вдруг освободил обе руки, и быстрым движением перевернул Майка на спину. — Ой, — пискнул Майк, перекатываясь по кровати. Внутри тут же стало непривычно от пустоты. По его лицу были размазаны слюни, по животу — предэякулят, по заднице — смазка. Уилл жадно осмотрел парня с ног до головы. Наконец-то лицо было открыто, и по влажному от пота лбу разметались прилипшие кудри. Да, видок у Майка был безумно горячий. Уилл прижался губами к губам парня, проникая внутрь, и жадно трахал его языком в течение целой минуты, прежде чем продолжить то, чем они занимались ранее. Он приподнял ноги Майка, прижимая их к его же груди, и рывком вернул пальцы внутрь, заставляя парня ойкнуть еще раз. Теперь он смотрел Майку в лицо и наслаждался тем, как на нем отображается реакция на каждое его действие. Немного понаблюдав, он взял член Майка в свободную руку и начал двигать ей в том же темпе, что и пальцами на другой руке. — Бляя, — громко простонал Майк, дугой выгибая спину. — Уилл! — Тише-тише, — Уилл ненадолго остановился. — Пальцы мне сломаешь. — Прости, — еле слышно промямлил Майк, сходя с ума от ощущений. — Пожалуйста, продолжай. Уилл продолжил сразу же, снова натыкаясь пальцами на самую чувствительную точку внутри Майка. Его рука быстро двигалась по члену, и Уилл чувствовал, что Майк почти кончил. Когда Уилер начал подергиваться и еще раз громко простонал, Уилл понял, что пора. Он наклонился над членом Майка и вобрал в себя всю его длину, посасывая его так жадно, словно ждал этого всю жизнь. Хотя член Майка был у него во рту всего несколько часов назад. Уилл делал размашистые толчки ртом, позволяя чужой эрекции биться о заднюю стенку его горла, а его пальцы двигались глубоко внутри, с каждой фрикцией задевая нужную точку. Майк не смог больше сдерживаться, и почувствовал стремительно приближающийся оргазм. Он почти неосознанно толкнулся внутрь горла, а тугое колечко мышц непроизвольно сжалось, крепко захватывая пальцы Уилла. Сперма заполняла горло Уилла, заливаясь в самую глотку, но частично поддавалась гравитации и стекала обратно по члену. Уилл стремительно двигался ртом, ловя убегающие капли. Он не готов был упустить ее, ему нужно была все, что давал ему Майк. Пальцы, захваченные в плен, слабо подергивались, даря Майку последние крупицы удовольствия. Майк никогда не кончал так долго. Даже в ванной во время вечеринки. Когда импульсы, заставлявшие его тело содрогаться, закончились, Майк заметил, как напряжено его тело, и тут же разлегся на кровати, поддаваясь полному изнеможению. Ощущение расслабленности и наслаждения захватили его, и он почувствовал, что его тревожный мозг стал невероятно спокойным. Руки Уилла покинули его тело незаметно, и Майк ощутил их отсутствие лишь через минуту. Еще через минуту он услышал влажные звуки, и приоткрыл глаза, чтобы понять, что происходит. Уилл сидел на коленях рядом с Майком. У него были закрыты глаза и закинута голова, по его подбородку стекала вязкая белая капля, и он быстро слизнул ее. Его левая рука упиралась в матрас, поддерживая тело в вертикальном положении. А правая рука в бешеном темпе двигалась между ног, наконец добравшись до возбужденного члена. Майк хотел что-то спросить или что-то предложить, но Уилл опередил его, выдыхая: — Куда мне кончить, Майки? — он посмотрел на парня, и его взгляд был жадным, почти бешеным. — В любое место… куда хочешь, — тут же ответил Уилер. — Тогда лежи так, — приказал Уилл и продолжил дрочить, но теперь уже глядя на Майка. Его рука стремительно двигалась, и Майк не успел даже подготовиться, как горячие густые капли окропили его живот и грудь. Некоторые даже попали на его собственный еще не до конца упавший член. Майк смотрел на Уилла снизу вверх, и вид этот был абсолютно прекрасен. Он готов был дать Уиллу кончить на него еще тысячу раз, лишь бы наблюдать за его красным от возбуждения лицом, поджатыми влажными губами и слышать тихий стон, слетающий с языка. — Майк, — простонал Уилл напоследок, выдавливая последние объемные капли на чужой живот. Сделав это, он свалился на спину, громко дыша и немного всхлипывая. Майку хотелось подползти к Уиллу, размять его плечи, погладить его взмокшие волосы, облизать напоследок влажный член. Но он боялся пошевелиться, так как сперма на его животе то и дело норовила стечь и превратить и без того уже несвежее постельное в полнейший антисанитарный ужас. Так что Майк лежал практически неподвижно, наблюдая за вздымающейся грудью Уилла. Вскоре Уилл приподнялся на локтях и посмотрел на него с присущим ему ехидством. — Боишься пошевелиться, Уилер? — спросил он. — Ты знаешь, как заставить меня оставаться на месте, — улыбнулся Майк. — Ну, хотя бы в этот раз ты кончил куда надо, — ухмыльнулся Уилл и вытер рот тыльной стороной руки. Майк хотел ответить шуткой в таком же тоне, но не смог собрать мысли в кучку из-за следующих действий Уилла. Тот сел обратно на колени, оказываясь к Майку снова очень близко. А затем, совершенно не раздумывая, словно это было в порядке вещей, провел пальцами по луже спермы на животе Майка, и поднял липкие руки ко рту парня. — Открой, — попросил он. Майк подчинился, и его рот тут же наполнился уже знакомым вкусом разрядки Уилла. Уилл сделал так снова, а затем еще раз, и еще, заставляя лужицу медленно уменьшаться. Майк ел сперму с его рук, словно она была сладкой тягучей карамелью или взбитыми сливками. Когда в рот Майка была отправлена как минимум половина белесой жидкости, Уилл, видимо, решил, что уже достаточно его накормил, и пополз к сумке за салфетками. Майка готов был съесть все, но постеснялся попросить об этом, позволяя Уиллу бережно вытирать его. — Надо бы сходить в душ, — прошептал Уилл, снова чувствуя потребность соблюдать тишину. — Наверно, все еще спят. Майк взглянул на наручные часы, которые лежали на тумбочке. Они показывали всего лишь полдевятого утра. Учитывая, во сколько они все легли, остальные наверняка еще спали. Майк и Уилл прокрались в ту же самую ванную, из которой вышли этой ночью с засосами и порванной майкой. Там они приняли неторопливый душ, потирая друг другу спины, а затем вернулись в душную, пахнущую развратом комнату и заснули, сплетаясь друг с другом конечностями. Когда Майк открыл глаза в следующий раз, на часах был уже полдень. Он все еще чувствовал запах пота и предэякулята, а за дверью, далеко из кухни, доносились звонкие голоса. Похоже, остальные уже встали. Майк с трудом растолкал Уилла, который явно собирался спать до вечера. Тот свернулся калачиком, уткнувшись носом в подушку, и издал очень милый жалобный стон, когда его начали трясти: — У нас вечером самолет, — говорил Майк, пытаясь растолкать своего парня. — Нам еще надо доехать до аэропорта и со всеми попрощаться. — Давай останемся жить тут, — сонно предложил Уилл, даже не открывая глаз. — Уверен мисс Адамс и мистер Финн все поймут. — Уже представляю их счастливые лица, — сказал Майк с иронией. После десяти минут уиллотрясения они вдвоем наконец-то были на ногах. Уилл стоял, потирая глаза, и выглядел так, будто его только что вытащили из криокамеры после анабиоза. Его волосы торчали во все стороны, а на щеке отпечатался след от подушки. — Ты выглядишь как Дэниэл МакКормик после размораживания, — усмехнулся Майк. Они нашли ванную на втором этаже и решили в этот раз воспользоваться ей. Спустя каких-нибудь двадцать минут оба парня были полностью одеты и умыты, а их вещи снова были аккуратно сложены в сумку. Уилл выглядел как обычно, волосы расчесаны, след от подушки исчез, порванная майка запихана подальше в сумку. Майку тоже удалось привести себя в порядок, только вот засосы… они явно собирались красоваться на его шее еще не один день. Спустившись на первый этаж, они сразу же пошли на кухню, так как именно оттуда доносились громкие голоса. Дом заметно преобразился за время сна, как будто Флэш пробежался по дому с пылесосом на сверхскорости. Несколько спящих человек, которые лежали кто на полу, а кто на диване, исчезли, мебель была возвращена на первоначальные места, и вообще дом выглядел так, будто в нем не было никакой вечеринки накануне. — О, а вот и наши любовнички проснулись, — сказала Макс едким тоном, когда Уилл и Майк зашли на кухню. Она сидела на барном стуле, закинув ногу на ногу, и потягивала колу через трубочку. — Кто-кто? — Майк прекрасно знал, что был громким этой ночью, но не собирался так быстро это признавать. Может, они с Уиллом договорятся о версии с привидениями? — Уилл, — простонала Макс, пародируя ночные стоны Майка. Она запрокинула голову и закатила глаза, изображая экстаз. — Уилл, — в тон ей простонал Лукас, совершенно не стесняясь. Он стоял у плиты и помешивал что-то в кастрюле, но нашел время повернуться и скорчить гримасу. — Куда мне кончить, Майк? — продолжила Макс, прижимая руку к груди и делая страдальческое лицо. — Боже, прекратите, — попросил Майк, заливаясь краской. Он посмотрел на Уилла, тот лишь смущенно улыбался, но при этом выглядел чересчур довольным. — А ты еще спрашивал, зачем я воду в ванной включал, — сказал Уилл и многозначительно поднял брови. — Это что такое сейчас было? — Дастин ошарашенно глядел на Лукаса и Макс, которые только что устроили пародийный концерт. Он сидел за обеденным столом рядом с Дейзи и выглядел очень удивленным. — Эти придурки разбудили нас с утра пораньше своими стонами, — буркнула Макс, а затем снова посмотрела на Майка и Уилла. Ее взгляд стал мягче, она вовсе не злилась, скорее дразнила. — Если вы хотели, чтобы я поверила в ваши отношения, то поздравляю, у вас получилось. Уилл победно вскинул кулак в воздух, как будто только что нашел очень редкий выпуск Людей Икс. Майк же постарался спрятать лицо в дверце холодильника, ища там какую-нибудь газировку, способную охладить уровень его смущения. — Да ладно вам, — сказал Дастин, — ни за что не поверю, что вы сами не занимались этой ночью сексом. Вы же только что обручились! — Мы делали это тихо, так как знали, что у нас друзья за стенкой! — воскликнула Макс. — А не стонали на весь дом… В следующий раз будете ночевать в сарае. Майк посмотрел на нее, закатив глаза и поджимая губы, но ничего не сказал в ответ. — Как хоть потрахались? — спросил Лукас уже более дружелюбным тоном, снимая кастрюлю с плиты. — Понравился наш матрас? — Очень, — бросил Майк, немного раздражаясь. — Вам во всех подробностях рассказать? Хотите узнать, куда кончил Уилл? — Фу, нет, — мигом отозвался Дастин, скривившись. — Я вообще-то завтракаю. — Избавь нас от этих подробностей, — заявила Макс. — Мне более чем хватило того, что я уже услышала. — А я бы послушала, — хихикнула Дейзи, мило улыбаясь. — В следующий раз предлагаю встретиться у вас с Дастином, там и послушаешь, — ухмыльнулась Макс, делая глоток колы. — Когда вы успели прибраться? — спросил Майк, стараясь перевести тему. — Ну, как вы уже знаете, вы нас разбудили, — заметил Лукас. — Мы пролежали около часа, стараясь заснуть, но в итоге у нас ничего не получилось. Так что пришлось встать и убираться, пока вы дрыхли после утренних упражнений. — Дастин и Дейзи поднялись, когда Стивен, с которым Лукас учился в универе, разбил стакан, — продолжила Макс. — Так что тоже присоединились к уборке. А вы пришли на все готовое! — Ну так и разбудили бы нас, раз наше присутствие было для вас так важно, — буркнул Майк, наконец останавливая выбор на Mountain Dew и вытаскивая банку из холодильника. — Не хотели заходить в ваше логово похоти и разврата, — живо ответила Макс, но ее губы дрогнули, пряча улыбку. — Могли бы просто постучать, — улыбнулся Уилл, опираясь на барную стойку. — И вы бы услышали? — спросил Лукас, и его тон сквозил скептицизмом. — Вряд ли, — честно признался Уилл, и все засмеялись. Несколько следующих часов Уилл и Майк провели вместе со старыми друзьями. Они засели в гостиной, завтракали и обсуждали подробности жизней друг друга. Оказалось, что Лукас работал в реабилитационном центре для профессиональных спортсменов в пригороде Чикаго, где помогал баскетболистам и футболистам восстанавливаться после травм. Майк знал, что после школы Лукас поступил в Университет Иллинойса на факультет кинезиологии и спортивной медицины и что он играл за университетскую команду все четыре года, хоть и не на позиции стартового состава. Но все-таки его дальнейшая карьера стала для Майка удивлением. Его специализация — реабилитация после разрывов крестообразных связок. Травма, которую он сам получил на третьем курсе. Он работал не один. В центре была целая команда из физиотерапевтов, массажистов и диетологов. Лукас разрабатывал индивидуальные программы восстановления, проводил тренировки и помогал пациентам, когда те впервые после травмы снова выходили на площадку. — А Макс теперь работает тестировщиком видеоигр, — сказал Лукас за девушку. — Да, это та самая работа, где нужно ломать игры до того, как их увидят игроки, — пояснила она. — Мне всегда нравились аркады, знаете. Так что я решила, что попробую себя в этом и устроилась в небольшую студию «Iron Galaxy» здесь в Чикаго. Мы делаем порты и тестируем чужие игры для разных платформ. — Просто сидишь и играешь целыми днями? — удивился Майк. — Не просто играю, — поправила его Макс с легким раздражением в голосе. — Я пытаюсь залезть в текстуру, провалиться сквозь пол, найти способ пройти уровень за пять секунд вместо двадцати минут. — Она недавно нашла более двухсот багов в одной только игре про роботов, — похвастался Лукас. — Ее начальник говорит, что она видит дыры там, где никто другой не замечает. — Не надо меня нахваливать, — рассмеялась Макс и толкнула парня в плечо. — А в конце каждого проекта они буквально живут в офисе, — продолжил воодушевленно рассказывать Лукас, не обращая внимания на девушку. — Спят на столах, заказывают пиццу и пьют энергетики. — Стоило всего раз задержаться на работе, — закатила глаза Макс. — Всего раз? — рассмеялся Лукас. — Стабильно раз в два месяца. В конце каждого проекта. Я даже пару раз приезжал ночью к ним в офис, чтобы привезти еды и подушку. — Перестань, — отмахнулась Макс, но тоже рассмеялась. Майк слушал их и улыбался. У них есть дом, работа, хобби, и они только что обручились. Они в порядке. С Дастином и Дейзи все было понятно с самого начала, они оба были преданы науке до глубины души. Дастин работал физиком-экспериментатором в том же университете, в который поступил после школы. В Калетехе. И трудился над докторской диссертацией в области физики высоких энергий, а именно — над изучением B-мезонов по данным эксперимента в ЦЕРНе. — LEP — это такой гигантский ускоритель под Женевой, тоннель длиной почти 17 миль, — объяснял он, активно жестикулируя. — Там сталкиваются электроны и позитроны, и из этих столкновений рождаются самые разные частицы, включая B-мезоны. Эксперимент DELPHI в марте представил первые свидетельства существования радикально-возбужденных B-мезонов. Я работаю над их свойствами. Если это подтвердится, мы сможем лучше понять, как устроена материя на фундаментальном уровне. — Я ничего не понял, — честно признался Майк. — Я тоже, — согласился Уилл. Дейзи занималась нейробиологией и изучала механизмы памяти и обучения на клеточном уровне. Что-то невероятно сложное про синапсы и нейропластичность, от чего у Майка заболела голова. — Она села рядом со мной в университетской столовой, — рассказывал Дастин с мечтательной улыбкой. — Она спросила: «Ты тот парень, который вчера выступал на конференции? Мне понравилась твоя презентация». И я… я не мог вымолвить ни слова минуты три. Просто сидел и смотрел на нее как дурак. — Ты и сейчас на меня иногда так смотришь, — хихикнула Дейзи, поправляя очки. — Она гений, — продолжил Дастин после короткого смешка. — Ее работа о роли микроглии в синаптической пластичности получила университетскую премию в прошлом году. — Дастин, хватит, — смутилась девушка, но было видно, что ей приятно. Они снимали вместе неплохую двухкомнатную квартирку по адресу 2311 North Los Robles Avenue, рядом с перекрестком бульвара Колорадо и улицы Лос-Роблес. — Там очень уютно, — рассказывала Дейзи. — Правда, Дастин вечно занимает всю кухню своими расчетами. Я однажды нашла уравнение на салфетке внутри холодильника. — Это было важно! — запротестовал Дастин. — Это был заказ из китайской доставки, — возразила Дейзи. — И уравнение героически погибло от соевого соуса. Они проболтали до самого вечера, перебивая друг друга, споря о пустяках и смеясь над старыми шутками. И чуть не опоздали на самолет из-за того, что у Макс неожиданно проснулись теплые чувства и она обнимала их намного дольше положенного. — Обещайте, что мы еще увидимся в этом году, — потребовала она, вцепившись в Уилла мертвой хваткой. — Обещаем, — не задумываясь, сказал Уилл, так же крепко обнимая ее в ответ. — Можем собраться в Нью-Йорке на Хэллоуин. Или съездить все вместе в Хоукинс на День благодарения. Или в Пасадену на Рождество. — Звучит прекрасно, — радостно кивнула Макс и вдруг перевела взгляд с Уилла на Майка. Ее глаза сузились. — Слушай, Уилер, если ты еще раз так пропадешь… — Знаю-знаю, — поспешил заверить Майк, поднимая руки в примирительном жесте. — Ты меня убьешь. — Не просто убью, — покачала головой девушка. — Я буду тебя долго мучить, вынуждая молить о смерти, и только потом смилостивлюсь и прекращу твои страдания. — Охотно верю. — Иди сюда, — лицо девушки мгновенно поменялось с угрожающего на печальное, и она тут же распахнула объятья, привлекая к себе Майка. — Я буду скучать. — Скоро увидимся, Макс, — прошептал он, уткнувшись носом в ее рыжие волосы. Дастин и Дейзи, которые улетали следующим утром, тоже вышли их проводить. Дастин обнял обоих по очереди и несколько раз сказал слово «чувак». — Вы только на звонки отвечайте, — попросил он, похлопывая Майка по плечу. — Будем созваниваться, как раньше. — Хорошо, — пообещал Майк. Дейзи, ни капельки не смущаясь, тоже заключила обоих в крепкие объятья, как будто знала их по крайней мере несколько лет. — Было очень приятно познакомиться, Майк, — сказала она, отстраняясь. — Берегите друг друга. И все четверо махали вслед уезжающему такси, пока машина не свернула за угол и не исчезла в вечерних огнях Чикаго. Полет прошел без сюрпризов, без кричащих детей и задержек. Только тишина, темное небо за иллюминатором и рука Уилла, лежащая на подлокотнике между ними. Было почти одиннадцать часов вечера, когда они наконец зашли в дом на 42-й улице и медленно поднимались наверх, изнеможденные перелетом и ночной вечеринкой. — Никто не жаловался, говоришь? — внезапно спросил Майк, выуживая из памяти дурацкую мысль. — Ты о чем? — Уилл непонимающе оглянулся на него. — Ты сегодня утром сказал, что в этом доме никто никогда не жаловался на стоны из твоей квартиры, — продолжил Майк почти беззаботным тоном. — Боже, Майк, — Уилл засмущался. Он отвернулся, чтобы спрятать лицо, и продолжил подъем. — Тебе обязательно запоминать всю эту ерунду, которую я иногда несу? — Конечно, обязательно, — ухмыльнулся Майк, останавливаясь и притягивая к себе Уилла для поцелуя за ворот куртки. На лестнице было тихо и темно. Все жители уже давно сидели по квартирам, позволяя им немного подурачиться в коридоре. Майк прижал Уилла к стенке и мягко целовал, одновременно ухмыляясь. Уилл положил руки ему на лицо, жадно притягивая к себе. Было что-то совершенно волшебное в том, чтобы целоваться вот так — почти открыто, когда в любой момент какой-нибудь сосед мог открыть входную дверь своей квартиры и наткнуться на них. Возможность быть уличенными будоражила. — Ты такой страстный сейчас, — заметил Уилл, когда они наконец разомкнули губы и продолжили подниматься по лестнице. — Хочешь проверить? — Что проверить? — не понял Майк, чувствуя руку Уилла на пояснице, которую тот почему-то решил не убирать. — Звукоизоляцию, — рассмеялся Уилл, поднимаясь на пятый этаж. — Возможно, — ухмыльнулся Майк. — Я дико устал, но… Он оборвался на полуслове. В тусклом освещении в холле на пятом этаже виднелась большая фигура. Майку сначала показалась, что это просто игра теней. Такое бывает, когда глаза устали. Но тень шевельнулась. Некто стоял рядом с дверью в квартиру Уилла и лениво прислонялся к стене, устав от ожидания. Чем ближе подходил Майк, тем ярче перед ним прорисовывались широкие плечи, короткие волосы темно-русого цвета и широкое лицо с мягкими чертами. Знакомая куртка цвета хаки, которую Майк видел сотни раз. Знакомая помятая рубашка, которую Майк и Грейс однажды пытались отгладить перед важным собеседованием. Знакомый силуэт, который Майк узнал бы из тысячи. Не может быть. Сердце пропустило удар, а затем забилось в два раза быстрее. Майк почувствовал, как напряглась рука Уилла на его пояснице. Тень повернулась на звук приближающихся шагов, и Майк окончательно его узнал: — Харви?