Американо без сахара

Минхо страдал. Не потому, что в его работе пришлось полностью менять графики, не потому, что он до глубокой ночи общался с новыми инвесторами, не потому, что новые подсчёты и организации сжирали всё его время – он страдал из-за Джисона. Он так и не решился вернуться в кофейню, чтобы поблагодарить его за помощь в момент приступа и извиниться за то, что сорвался на него. И это осознание висело над ним, словно Дамоклов меч. Перед сном он размышлял, что было бы, если бы он не поступил, как свинья, но тут же гнал прочь от себя эти мысли, отмахиваясь от своей совести. «Почему ты злишься на меня?» Минхо не мог отделаться от образа обиженного Джисона, который преследовал его не только наяву, но и во снах. Его поджатые губы, немой укор в больших карих глазах и эта капля сиропа на его щеке, которую Минхо слизывал своим языком прямо с его кожи... Этой ночью Минхо проснулся в холодном поту с колотящимся сердцем. Желание стереть сон из своей памяти привело его в душ, чтобы хоть как-то унять бешеный ритм в груди. Он попытался настроить воду на нужную температуру, держа трясущимися руками термометр, но она упорно не хотела поддаваться. В конечном итоге он откинул его куда-то в угол и шагнул под струи воды, выворачивая рычажок душа на полную мощность. «Почему ты злишься на меня?» – Нет-нет... – прошептал Минхо, держась двумя руками за кафель, – Я не злюсь на тебя, не злюсь, не злюсь.... Он тряхнул головой, закрыв глаза, позволяя струйкам воды смыть с него остатки мыслей. Что же делать? С одной стороны, он не должен так реагировать на практически незнакомого ему человека. Они виделись дважды, он вообще ничего о нём не знает – вдруг он маньяк? Или торгует людьми? Или очаровывает таких как он своими сладкими речами и потом продаёт на органы? Минхо усмехнулся своим мыслям. Нет, это точно не про Джисона. Не может быть такой, как он, таким.... каким Минхо его сейчас представлял. Он не может причинить ему боль... Он другой. Особенный? Ему вдруг ужасно захотелось узнать Джисона поближе, послушать его истории или факты о нём, которые он бы рассказывал ему своим чуть хриплым голосом, иногда подмигивая, и улыбаясь так... «...Эй, малыш, посмотри на меня...» Минхо закусил губу, пытаясь мысленно ощутить руку Джисона на своей, воспроизведя в сознании его поглаживания по коже. Вот его пальцы переплетаются с пальцами Джисона... Вот он ведёт кончиками вверх, еле-еле касаясь Минхо... Вот лицо Джисона так близко, что он чувствует его мятное дыхание на своих губах... «Какой же ты красивый, Хан Джисон...» Он мелко-мелко задышал, пытаясь успокоиться, но ладонь неосознанно скользнула вниз, преодолевая тоненькую полоску волос и обхватывая вставший член. – Боже... – сглотнул Минхо, проводя по покрасневшей головке, ощущая крупные липкие бусинки влаги на пальцах. Он аккуратно размазывает их по дрожащей плоти, облизывает свою ладонь, и осторожно проводит ей по всей длине. Минхо жмурится и неуверенно толкается бёдрами в свою руку ощущая, как тугой узел возбуждения рождается внизу его живота приятно разливаясь внутри. Он кусает губы, откидывает голову, издавая тихий стон, и наращивает темп. Воображение рисует Джисона, сидящего перед ним на коленях с высунутым языком. Он жаждет его член, жалобно скуля и облизываясь так, что тонкая капелька слюны стекает из его уголка рта прямо вниз по подбородку. – Блять... – шипит Минхо, начиная яростно вбиваться в свою руку, слегка сдавливая чувствительную головку, ощущая, как член пульсирует всё сильнее. «Какой же ты красивый, Хан Джисон» Его стройное подтянутое тело, медовая кожа, по которой Минхо мысленно проводит ладонью, ощущая мурашки. Пальцы тянутся к его проколотым соскам и жадно дразнят их, больно оттягивая то одну штангу, то вторую. «Трахни меня в рот, Ли Минхо» – Да, да, да... – скулит Минхо своим мыслям. Его колотит от возбуждения представляя, как Джисон облизывает его член, то заглатывая его полностью, то посасывая набухшую головку. Он сильнее двигает бёдрами, отчаянно вонзаясь в свой тугой кулак, представляя, как он трахает влажный горячий рот Джисона, как хватает пряди его волнистых волос и тянет к себе, вынуждая заглотить член как можно глубже. Как восхищенно смотрит в его отчаянные глаза и на мокрые дорожки слёз, красиво украшающие мягкие щёки... Он ускоряется, представляя, как его член достаёт до самого горла Джисона, который закатывает глаза из-за нехватки воздуха, постепенно теряя сознание. – Боже, блять, Джисон... – громко стонет Минхо, чувствуя себя на грани. Его пальцы поджимаются и он бурно кончает на кафельную стену ванной Его трясёт так, что приходится присесть на пол. «Что это было?» Минхо пытается успокоиться, глубоко дыша, наблюдая, как его сперма медленно скатывается вниз. Она немного похожа на мармеладного червячка, который довольно забавно пытается найти способ нырнуть в слив. Это зрелище внезапно его веселит и он тихо хихикает, но тут же закрывает себе рот ладонью. «Грязно» Минхо медленно приходит в себя, в ужасе глядя на своё семя. «Грязно» Он выскакивает из душевой, лихорадочно озираясь в поисках чистящего средства. Нужно срочно всё убрать, так не должно быть, это не правильно. «Ты грязный» Минхо всхлипывает, очищая стену, параллельно ища глазами термометр. Ему обязательно нужно помыться в правильной воде, смыть все мысли о Джисоне и всё исправить. Ему правда не нужен Джисон. Ему никто не нужен. Он никогда с ним не встретится, потому что больше не при каких обстоятельствах не пойдёт в ту кофейню.

***

Минхо стоял возле дверей кофейни, не решаясь зайти внутрь. На часах было 20:52, заведение закрывалось с минуты на минуту, а он стоял тут уже около получаса, наблюдая за входящими и выходящими людьми. И за улыбающимся всем вокруг Джисоном. Он специально задержался в офисе, уйдя позже всех своих сотрудников, что было вообще для него не свойственно, если это не касалось работы. Сегодня же Минхо просто сидел в своём кресле глядя в одну точку и прокручивал в голове момент своего срыва, ощущая, как уши предательски краснеют. Он дрочил на Джисона. Что это было вообще? Никогда и никто не вызывал у него столько эмоций, как этот почти незнакомый ему парень. Почему он не выходит у него из головы? Почему он, Минхо, снова сюда вернулся? Из-за мучавшей его совести? Чувства стыда? Или потому что Джисон ему нравится? Минхо тряхнул головой, откидывая последнюю мысль. Даже если это и так, не факт что он нравится Хану. Особенно после его истерики... Да и, в принципе, не факт, что Хану нравятся мужчины. Хотя, он тогда назвал его красавчиком. Может, всё же, нравятся?.. Он снова с сомнением посмотрел на дверь. Мда. Дурацкая была идея придти сюда сегодня, вряд ли что-то из этого выйдет. – Бред... – фыркнул Минхо соглашаясь со своими мыслями. Он развернулся на каблуках, собираясь уйти, как за его спиной вдруг раздался жизнерадостный голос. – Ты меня ждал, хён? Минхо обернулся. На него смотрел улыбающийся Джисон, с тканевым рюкзаком на одном плече и зеленым шопером на другом. Одет он был как всегда изумительно: тёмно-серый укороченный свитер с сердечком на груди, чёрная косуха и расклешенные джинсы, порванные на коленях. Он дёрнул плечом, поправляя лямку, и закрыл ключом дверь. – Эм... П-привет... – пролепетал Минхо, собираясь с духом. – На самом деле я... Он замолчал. – На самом деле тыыыыы?... – повторил за ним Джисон, дёргая дверь и убеждаясь, что он её закрыл. – На самом деле я действительно ждал тебя... – выпалил Минхо, затаив дыхание. – Оу... – почесал затылок Джисон, робко улыбаясь. – Неожиданно. – Да, я... Я хотел бы извиниться. За своё поведение. Джисон улыбнулся шире, переминаясь с ноги на ногу: – Не хочешь перекусить? Сердце Минхо забилось чаще. «Что за реакция?» – Я?... Да, я бы хотел. Джисон вставил ключ обратно, открывая дверь в кофейню: – Проходи. Минхо неуверенно глянул на него: – А тебе не влетит за самоуправство от начальства за работу заведения вне графика? Парень захохотал, качая головой: – Нет, потому что начальство тут – это я. Это моя кофейня. Минхо улыбнулся, проходя внутрь, ни разу не сомневаясь в том, что такое розовое безумие мог бы создать только Джисон. У других людей не хватило бы на это сил. И нервных клеток. Джисон кинул рюкзак и шопер в угол возле двери, проходя мимо Минхо. Тот поморщился. – Что-то не так? – Я... Не люблю беспорядок. Не люблю, когда вещи не на своём месте. Джисон очаровательно улыбнулся, проходя за стойку, включая автомат и разогревая плиту: – Я заметил. В прошлый раз ты так классно выровнял мои салфетки, что я вспомнил уроки геометрии. Минхо присел за столик рядом со стойкой, наблюдая как Джисон разливает кофе в розовые чашки, одновременно хлопоча у плиты, откуда уже тянулся аппетитный аромат выпечки. – Ты не против вафель с красной рыбой и творожным сыром? Ещё есть парочка кимпабов с тунцом, я могу достать из холодильника, если хочешь... – Я не против всего, что ты предложишь. – ответил Минхо. – Правда? – Хан бросил на него хитрый взгляд. Сердце пропустило удар. Минхо сглотнул, прикусив губу. – Я в том смысле, что... – Я понял, понял, хён, расслабься! – хохотнул тот, гремя тарелками. Через пару минут перед Минхо аппетитно дымились вафли, в отдельной тарелке рядом лежали кимпабы. Джисон поставил чашки с кофе и принёс приборы в салфетке. – Я их помыл два раза! – ухмыльнувшись, сказал он. Минхо нахмурился, переставляя тарелки под нужным ему углом, двигая чашку и кладя приборы ровно так, как ему нужно. «Так-то лучше» Он улыбнулся порядку, вдруг замечая внимательный взгляд на себе. – Всё настолько серьёзно? Минхо поджал губы. – О чём ты? – Если я правильно понял, у тебя что-то типа ОКР? Минхо помедлил, заламывая пальцы на руке. Судя по всему, это очевидно, и поэтому неплохо было бы рассказать о своём диагнозе сейчас. По крайней мере, Джисон всё равно уже всё понял. – Ну... – неуверенно начал он, снова поправляя чашку, – Ты абсолютно прав. Я пью таблетки, чтобы это не усугублялось. В тот раз я... Я забыл их принять - впервые за всё время. Меня выбили из колеи с самого утра, и потом это всё переросло в тревожность... Ну и дальше... Ты знаешь. Джисон сочувственно закивал. – Мне правда очень неловко, что я на тебя наорал, а потом ещё раз наорал. – продолжил Минхо, разглаживая невидимую складку на брюках. – Я... я правда не хотел срываться на тебе. Прости, если обидел и испортил тебе настроение. Джисон улыбнулся, подпирая голову рукой: – Всё в порядке. Я не обижаюсь. Минхо облегчённо выдохнул, глядя на него. Тёплый свет красиво золотил смуглую кожу Хана, отбрасывая причудливые тени от кудряшек на его щеки. Пульсирующая венка на вытянутой шее будто приглашала впиться в нее зубами. Он скользнул ниже, цепляясь взглядом за обнажённую талию, и сглотнул, поднимая глаза обратно. Джисон прихлёбывал кофе, глядя в окно, за которым уже сгустились сумерки. – У моего друга было нечто подобное, – вдруг сказал он, отрывая взгляд от стекла, – Он сходил с ума от любых капель на поверхностях, поэтому всегда таскал с собой салфетки. Ну и я тоже на всякий случай, хах. Минхо затаил дыхание. Сейчас самое удачное время спросить о том, что его волновало больше всего, другой возможности может и не быть. Он сделал глоток и как бы невзначай бросил: – У друга? Или... Джисон ухмыльнулся, изучая его лицо. – У друга. У меня нет отношений, если ты об этом. Минхо еле сдержал подступающую улыбку, моментально заедая её кусочком вафли. – Это было не тактично с моей стороны. – Всё в порядке, – зевнул Джисон, – Если бы у меня кто-то был, я бы не пригласил тебя сюда. – То есть ты... – сердце Минхо сделало кульбит. – Агам. Я гей. Минхо выдохнул, уткнувшись в тарелку. В голове снова начали всплывать образы стоящего перед ним на коленях Джисона, его слюнявых губ и закатанных глаз. Член в штанах предательски дёрнулся. «Чёрт. Чёрт. Чёрт» – Ну а ты? – Джисон вырвал его из влажных мыслей. – Что ещё можешь рассказать о себе? Минхо отложил приборы. – У меня своя строительная компания. Джисон хмыкнул. – Поэтому ты строишь из себя не пойми что? Тот бросил на него недовольный взгляд. – Шучу, я шучу! – поднял руки Хан, хохоча, – Ты просто выглядишь очень серьёзным, я решил немного снизить градус твоего напряжения. Но мне правда интересно ещё что-нибудь узнать о тебе. – Например? «Молчи. Тебе нужно молчать» Джисон задумался. – Какой твой любимый цвет? Минхо непонимающе уставился на него. – Цвет?.. – Ну да. – Хан мечтательно улыбнулся, – У меня, например, розовый. Люблю всё розовое. – Никогда бы не догадался. – хмыкнул Минхо, окидывая взглядом кофейню, – Мне нравится серый. И чёрный. Джисон одобрительно кивнул, кусая кимпаб. – Я просто не люблю яркие цвета, они... могут спровоцировать... Усугубить ситуацию, скажем так. – А когда это у тебя началось? Минхо нахмурился, ощущая дрожь в руках. Он сжал кулаки, медленно выдыхая и стискивая зубы. «Ты должен молчать» – Если эта тема неприятна тебе, мы можем поговорить об этом в следующий раз, когда будешь готов. – вдруг сказал Хан, заметивший резкую смену настроения своего собеседника. В следующий раз? Джисон хочется ещё раз с ним встретиться. Значит, он ему нравится? Или он сказал это из вежливости? Или это вообще ничего не значит? Он ещё раз вздохнул, успокаиваясь, поднимая глаза на Джисона. – Это началось в детстве, после одной ситуации... Мне было двенадцать. – Я понял, не буду допытываться, расскажешь тогда, когда посчитаешь нужным, – кивнул Джисон, удобно устраиваясь на стуле. – Это проявляется только в порядке? Или ещё в чём-нибудь? Минхо пожал плечами. – Я всегда всё планирую заранее, каждый свой шаг, это тоже своего рода порядок. Все дела вписаны в график на день, на неделю, на месяц. Мне важно, чтобы всё было в чёткой последовательности и шло друг за другом. Изменения в графике меня... Нервируют. Хан внимательно посмотрел на него, будто изучая. Минхо наблюдал, как его взгляд блуждает по нему, словно старается запомнить мельчайшие детали. Старается что-то поймать, узнать, понять. «Он догадается» Ему внезапно стало жарко, он занервничал. Рука потянулась к вороту рубашки, расстёгивая пуговицы у горловины. Хан продолжал наблюдать молча, не шевелясь и не отводя глаз. Минхо затаил дыхание, ему стало не по себе. – Ты чего так смотришь? Джисон неторопливо встал со стула и медленно приблизился к нему, будто боясь спугнуть. Минхо замер, едва заметно вскинув ресницы, но в его глазах промелькнуло удивление. Джисон остановился в миллиметре от его лица, чуть склонив голову. Уголок его губ слегка дрогнул в полуулыбке, карие глаза стали ещё темнее, сверкнув хитрым блеском. – А вот это было сегодня внесено в твой график? – шепнул он, мягко касаясь своими губами его губ. Минхо замер, ощущая тёплые ладони на своих щеках. Он на мгновенье напрягся, а потом его руки сами собой оказались на плечах Джисона. Тот будто почуяв разрешение, впился в Минхо сильнее, проводя языком по его нижней губе, слегка её прикусывая. – Джисон... – выдохнул Минхо, срываясь, обвивая талию и крепче прижимая его к себе. Сердце колотилось так, словно он пробежал кросс. Дыхание сбивалось, ощущая мягкий язык Хана на своём языке. Он перехватил его зубами, нежно сжимая и посасывая, и Минхо начал задыхаться от нарастающего возбуждения. – Боже, Джи... – простонал он, цепляясь в его волосы. – Джисон... Хан тем временем оторвался от его губ, выцеловывая мокрую дорожку на его шее. – Ты такой вкусный, малыш... – прошептал он, уткнувшись носом в оголённую ключицу и вдыхая запах его парфюма. Минхо заскулил, откинув голову, крепче прижимая к себе Джисона. Тот рисовал узоры языком на его плече, оставляя едва ощутимые поцелуи. – Сонни, пожалуйста... – Минхо поймал голову Джисона, снова сливаясь с ним в поцелуе. Грубом. Мокром. Грязном. «Грязно» Минхо резко распахивает глаза, ощущая, как горят слюни на обнажённой коже, как расползаются неприятной паутиной, утягивая его в вязкую тьму. В груди что-то болезненно сжимается. «Грязно» Он скулит, пытаясь отбросить навязчивые мысли, вырвать их из своей головы сломать, стереть, но ощущение паники уже бьёт молотом по его нервам, заставляя его дрожать. «Ты грязный. Это неправильно. Тебе надо всё исправить» Мысли эхом отскакивают от стен сознания, впиваются в мозг острыми когтями, выворачивают наизнанку. Минхо жмурится, хватаясь за блуждающие на своём теле руки Джисона, больно их сжимая, и старается зацепиться за ускользающую реальность. – Джисон, Джи... – выдыхает он, крупно трясясь, глотая ртом воздух, – Я не могу. Не могу. Не могу. Он вскакивает, отталкивая от себя Джисона, крепко сдавливая свою голову, пытаясь заглушить голос внутри. «Ты грязный. Грязный. Грязный» Это бьет по нему, словно хлыстом, оставляя следы на воспалённом сознании. Он трясёт головой, всхлипывает и падает на колени. Пол кажется ледяным, он не чувствует холода, ощущая только беспощадно разъедающее жжение внутри. «Ты грязный. Неправильный. Грязный» Глаза начинает щипать, крупные слёзы сбегают по его щекам, оставляя горячие дорожки. Он начинает рыдать сильнее, задыхаясь и стискивая голову. – Тихо, тихо, тихо, эй... – Джисон тут же оказывается рядом, опускается на колени, мягко обнимая его. Его голос почему-то звучит очень спокойно, неожиданно пробивая стену поднимающейся паники. – Мы сейчас всё исправим, слышишь? Я тебе помогу. Эти слова почему-то успокаивают его. Минхо смотрит на Джисона сквозь мутную пелену слёз, что-то бессвязно шепча, хватается за его руку, как за спасательный круг так отчаянно, словно боится, что тот сейчас же исчезнет. В руках Хана откуда-то оказываются влажные салфетки и антисептик, которыми он заботливо начинает вытирать его плечо. – Мы всё исправим, я рядом. – приговаривает он, протирая кожу, – Всё в порядке, видишь? Мы сейчас же от этого избавимся. Минхо всхлипывает, постепенно успокаиваясь, ещё крепче сжимая руку Джисона. Тот смущённо улыбается, глядя на него, и в груди Минхо что-то ёкает от этой улыбки. – Иногда бывает... такое... – Минхо пытается пошутить, глубоко вздыхая, стараясь восстановить свой пошатнувшийся авторитет. Голос всё ещё дрожит, но дыхание почти ровное. Он опускает глаза. Господи, как же он устал... Как же он устал от этого... Ему так хочется быть нормальным.... – Всё в порядке! – уверяет Джисон, заканчивая свою операцию. Он поправляет его рубашку, застёгивая пуговицы и разглаживая воротник, – Вот так. Минхо грустно улыбается, заглядывая ему в глаза. Джисон такой милый. Как ни в чём не бывало он напевает что-то себе под нос, постепенно приводя Минхо в порядок, смахивает невидимые пылинки с пиджака, оттягивает манжеты. Он чувствует болезненную нежность к этому кудрявому парню, который будто бы совсем не боится его... особенностей. Он не убегает, не чувствует неприязнь, общается с ним как с обычным человеком. Впервые за долгое время Минхо ощущает себя спокойно. Защищёно. – Извини, я всё испортил. – он снова пытается пошутить, тяжело поднимаясь на ноги. Джисон тут же помогает ему, придерживая его за руку. – Я же сказал, что всё в порядке, правда. – он продолжает улыбаться, мягко поправляя волосы Минхо, – Как ты себя чувствуешь? – Хочу домой. Джисон кивает. – Мне стоит тебя проводить? Минхо с сомнением качает головой. – Нет, я... Хочу прогуляться один. Хан понимающе отстраняется от него, отходя на пару шагов. – Нет, нет, я не к тому, что я против твоей компании, я просто... Мне надо немного проветрить голову. – Без проблем, – соглашается тот, вытаскивая телефон из заднего кармана. – Тогдааааа... Ты дашь мне свой номер? Вдруг мне снова придётся тебя спасать, хотя бы будем на связи. Минхо счастливо улыбается, чувствуя желание тоненько завизжать, и кивает в знак согласия.