Крашеный

На выходных всё было тихо. Вечером в субботу Матвей сидел в своей комнате, пил чай с ромашкой и смотрел какой-то фильм про космос на телефоне. И вот ему пришло сообщение от незнакомого номера... почти не знакомого. Это был Владимир, ведь первый раз он ему писал по поводу его личного дневника. Синеволосый вздохнул и, поставив фильм на паузу, взял телефон и зашёл в чат. Русый ему написал: — Матвей, привет, пошли гулять? Матвей нахмурился. Да, они с Вовой вроде как... подружились? Но тем не менее у него своя компания скинхедов. Он быстро написал ему ответ: — Привет, а почему именно я? У тебя вроде бы своя компания есть. Голубоглазый не знал, что ответить. Ну, вот ему очень хотелось погулять с Матвеем, узнать, так скажем, получше, но он написал: — Ну... мы типа дружим, а у меня никто гулять не хочет идти. Матвей хмыкнул: он ему не верил, но всё же ответил: — Ладно, пошли. Во сколько и где встречаемся? Они быстро договорились о времени и месте встречи. Матвей отложил телефон — сейчас уже было не до фильма. Взглянув на часы, которые висели у него на стене (они показывали семь часов вечера), понял, что через час нужно идти гулять. Матвей встал со стула и начал собираться. Через часик он вышел на улицу и сразу зажмурился: ветер подул прямо ему в лицо. Он быстро натянул шарф на нос и, сунув руки в карманы, пошёл, проклиная Третьякова и себя за то, что вообще согласился. Придя на место назначения, увидел Вову: тот курил и смотрел вдаль. Заметив Матвея краем глаза, он повернулся всем корпусом и помахал ему рукой. Тот подошёл к нему и прошипел вместо приветствия: — Я пока шёл уже замёрз и проклял тебя. Владимир хмыкнул, улыбаясь, и сказал: — Пойдём в магазин, я тебе чая куплю. Матвей не отказался. Они шли сначала молча, но потом разговорились. Оказывается, тем у них много: оба любят группу «Нервы», не любят один и тот же предмет. В общем, говорили спокойно, почти по душам. Дойдя до магазина, они зашли. Матвей даже улыбнулся: там было довольно тепло. Вова спросил: — Ты какой чай будешь? Матвей сказал спокойно: — Мне без разницы, но, если можно, давай с ромашкой. Русый кивнул и добавил: — Булочку там или что-то покушать хочешь? Матвей нахмурился — не ожидал этого вопроса — но быстро сказал: — Нет, у меня денег вообще нет. Владимир фыркнул: — Я тебя пригласил, значит, я и куплю. Выбирай давай. Синеволосый удивился, но улыбнулся, хоть Володя этого и не увидел (ведь Матвей затянул шарф до носа, скрывая половину лица). Он выбрал обычную сырную булочку. Третьяков купил ему чай с булочкой, а себе сухариков. Выйдя из магазина, Матвей держал чай и булочку и тихо сказал: — Спасибо большое... я тебе всё верну. Русый отмахнулся — мол, не надо. Они шли куда глаза глядят. Уже было девять часов вечера. Темы закончились, но Володя спросил: — Слушай... ты говорил, что космос любишь, а может, расскажешь мне что-нибудь о нём? Матвей аж засветился и начал рассказывать всё о звёздах, о планетах, о кометах — всё, что связано с космосом. Иногда жестикулировал, показывая размеры звёзд или комет. Володя сам не заметил, как ему спокойно с ним. Скоро Третьяков знал уже почти всё о космосе. Наконец Матвей сказал: — Пошли по домам... у меня руки замёрзли. Володя взглянул: да, руки у синеволосого и правда уже краснючие (ну конечно, жестикулировал сколько времени). Русый достал перчатки и протянул ему. Матвей взял их и кивнул в знак благодарности. Скоро они пришли к дому Матвея. Синеволосый снял перчатки и протянул Володе со словами: — Спасибо за перчатки и за прогулку... не смотря на мороз, это было даже как-то хорошо. Володя взял перчатки и кивнул. Крименов попрощался с ним и скрылся за дверью. Русый улыбнулся: прогулка и вправду была отличной.