Вовремя...

      Пока все четверо бродили по торговой площади города И, Сяо Синчэнь вдруг ощутил, как в его рукав нырнула ладонь. Он мгновенно обернулся и поймал за ворот ханьфу девицу, которой было лет около двенадцати-тринадцати на вид. — Будьте снисходительны к той, кто слеп от рождения! — вскрикнула она.       Но обмануть Сяо Синчэня было не так-то легко. Осторожно взяв девицу за подбородок, он внимательно всмотрелся в её глаза — светлые, почти белые — и покачал головой. — Ты не слепа и никогда не была слепа, дитя. — И что теперь? — задиристо хмыкнула белоглазая девица. — Почтенный даочжан отведёт меня в городскую управу — за приговором к публичной порке в наказание за обман и воровство? — Погоди сердиться, — остановил её Сяо Синчэнь. — Я могу устроить твою судьбу — отведу на гору к Баошань-санжэнь, моей бывшей наставнице, и ты будешь счастлива и спокойна рядом с нею. — Вот ещё! — фыркнула девица. — Слыхала я про эту гору Баошань-санжэнь — все, кто туда пришёл, там же и остаются — очень нужно прожить всю жизнь на одном месте. Я ведь странствовала, сколько себя помню. Сяо Синчэнь улыбнулся и слегка покачал головой. — Это не совсем так… — А-Цин, — подсказала ему девица. — Что, даочжан хочет сказать, что это не так? — Сяо-даочжан — Сяо Синчэнь, — представился в ответ Сяо Синчэнь. — Не совсем так, — уточнил он. — А-Цин вправе будет покинуть гору Баошань-санжэнь, но не сможет вернуться туда, уйдя однажды. Получив от Баошань-санжэнь все необходимые знания, А-Цин сможет покинуть гору и продолжать странствовать, как и прежде, но тогда А-Цин уже не придётся воровать, чтобы выжить. А-Цин задумалась. — Я действительно смогу вернуться, когда захочу? — Как только Баошань-санжэнь передаст А-Цин все свои знания, да, — кивнул Сяо Синчэнь. — Но, если там, на горе Баошань-санжэнь, было так хорошо и спокойно, почему же Сяо-даочжан покинул её? — спросила А-Цин, не в силах избавиться от сомнений. — Я мечтал поделиться полученными знаниями, хотел помочь простым людям, — ответил Сяо Синчэнь. — Не чувствовал себя вправе оставаться на горе Баошань-санжэнь, когда другим нужна помощь. Конечно, было непривычно, пришлось адаптироваться к новой жизни, многое узнать и многому научиться, но судьба была благосклонна ко мне — я встретил Сун-даочжана, Сун Цзычэня. Сюэ Чэнмэй был озлоблен после своего изгнания главой Цзинь из ордена Цзинь, и причинил сильнейший ущерб Сун Цзычэню, а я сделал для Сун-даочжана всё, что мог и мы решили, что создадим свой собственный орден. — Но я могу и не покидать горы Баошань-санжэнь? — спросила А-Цин, и теперь в её голосе звучало уже не сомнение и не пренебрежение, а надежда. А-Цин представила себе покой и уют, которым будет окружена на горе Баошань-санжэнь, и решилась. — Сяо-даочжан отведёт меня на гору к своей наставнице? — Разумеется, — кивнул Сяо Синчэнь, кладя руку на плечо А-Цин. — А-Цин может взять с собой свой бамбуковый посох — я вижу, как он дорог А-Цин. Этот посох станет духовным оружием А-Цин со временем, как наши с Сун Цзычэнем мечи. — Ступай, А-Чэнь, — мягко кивнул ему подошедший Сун Цзычэнь. — Мы с молодым господином Вэем и Ханьгуан-цзюнем подождём тебя здесь. — Сделаем ещё лучше, — просиял Вэй Усянь, в голову которому внезапно пришла идея. — Пока брат Сяо будет отсутствовать, мы с Лань Чжанем и Сун-даочжаном наведаемся в Цишань и посмотрим, подойдёт ли бывший Безночный Город для того, чтобы основать там резиденцию нового ордена. — Это мысль, — одобрил Сун Цзычэнь. — Отправим Сяо Синчэню весть чуть позднее, чтобы условиться, где именно мы встретимся, а сейчас Сяо Синчэнь и А-Цин отправятся на гору Баошань-санжэнь. Мы же с молодым господином Вэем и Ханьгуан-цзюнем отправимся в Цишань. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи. — Мы с Вэй Ином так или иначе хотели навестить бывший Безночный Город на обратном пути. — Мой Лань Чжань полагает, там может быть небезопасно? — уточнил Вэй Усянь, и тут же ответил сам себе: — В самом деле, ведь во время Аннигиляции Солнца в тайниках Безночного Города могло сохраниться нечто, что могло бы представлять угрозу, вроде ещё одного осколка тёмного железа, или наоборот, что-то, могущее принести пользу, к примеру, записи Вэнь Цин и Вэнь Нина — всё же жаль, что он не здесь сейчас. Может быть, позвать его снова? Наверняка Вэнь Нин уже обо всём рассказал наставнику Ланю и Сичэню-гэ. Но Лань Ванцзи едва заметно покачал головой: — Даже будь Вэнь Цюнлинь сейчас здесь, он едва ли смог бы помочь нам при визите в бывший Безночный Город. Ведь наверняка Вэнь Жохань не подпускал Вэнь Нина, как и его сестру, к своим особым тайникам. — Зато он мог бы помочь нам найти тайники Вэнь Цин, — заметил Вэй Усянь, но Лань Ванцзи снова покачал головой. — Надёжнее будет воспользоваться особыми талисманами поиска, Вэй Ин. — Мой Лань Чжань прав, как всегда, — улыбнулся Вэй Усянь. — Тогда — идём.       Прибыв в Безночный Город, Вэй Усянь, Лань Ванцзи и Сун Цзычэнь хорошенько осмотрели не только саму бывшую резиденцию ордена Вэнь, но и её окрестности. Опасных талисманов или артефактов никто из них не нашёл, но, к радости Вэй Усяня, посчастливилось найти записи Вэнь Цин, которые та перед своим изгнанием спрятала столь умело, что о них не догадывался не только сам Вэнь Жохань, но и Цзини, присвоившие почти всё имущество Вэней себе после Аннигиляции Солнца. — Что будем с ними делать, Лань Чжань? — спросил Вэй Усянь, бережно извлекая из найденного тайника Вэнь Цин свитки с её записями. — Оставим для брата Сяо и Сун-даочжана или возьмём с собой, в Облачные Глубины? — Эти записи принадлежат членам семьи Девы Вэнь Золотые Руки, — разумно заметил Сун Цзычэнь. — Нам с Сяо Синчэнем хватит собственных знаний, чтобы помочь и друг другу, и адептам нашего будущего ордена, если понадобится. — Мгм, — согласно кивнул Лань Ванцзи. — Эти записи принадлежат Вэнь Цюнлиню, бабушке Вэнь и А-Юаню — в будущем.       Согласившись с решением возлюбленного, Вэй Усянь бережно сложил записи Вэнь Цин в рукав, и все втроём взялись за обустройство бывшей резиденции Вэнь Жоханя. Со времени последнего инцидента здесь многое, если не почти всё было в беспорядке, но с помощью Сун Цзычэня Вэй Усянь и Лань Ванцзи смогли вернуть резиденции уют. Сад, классные комнаты, спальни и трапезные смотрелись так свежо, словно Безночный Город никогда не переживал никаких потрясений вовсе, более того — здесь стало даже ещё красивее, чем было в годы правления главы Вэнь. — Сяо Синчэня ждёт настоящий подарок, — признал Сун Цзычэнь, удовлетворённо оглядывая результаты их труда. — Я пошлю ему весточку о том, где мы — хотелось бы встретить его здесь. — А ведь Безночный Город стал местом начала нашего счастья, Лань Чжань, — чуть улыбнулся Вэй Усянь, пока Сун Цзычэнь слал Сяо Синчэню бабочку. — Я гнал моего Лань Чжаня от себя, но мой Лань Чжань всё же спас меня — так вовремя… — Я нипочём не оставил бы моего Вэй Ина, — нежно, но твёрдо ответил Лань Ванцзи. — Никогда. — Не верится, что всё позади, Лань Чжань, — признался Вэй Усянь. — Я хочу домой, хочу твоих ласк и сам мечтаю обласкать моего Лань Чжаня… — Как и я — моего Вэй Ина, — кивнул Лань Ванцзи. — Теперь всё будет хорошо. — А Цзян Чэн? — вздохнул Вэй Усянь. — Что, если он до сих пор меня ненавидит? — Цзян Ваньинь счастлив, — уверил его Лань Ванцзи. — Наверняка он забудет о ненависти к тебе рано или поздно. — Как я на это надеюсь, Лань Чжань… — вздохнул Вэй Усянь, склонив голову Лань Ванцзи на плечо. — Надо бы навестить Пристань Лотоса и поговорить с Цзян Чэном, но это после. И что делать с родичами Вэнь Цин? Может быть, теперь, когда все треволнения позади, лучше было бы, чтобы они поселились в Облачных Глубинах? — Я уверен, все они вполне счастливы там, где они сейчас, — успокоил его Лань Ванцзи. — Дядюшки Вэнь странствуют и трудятся на земле, а если Сяо-даочжан и Сун-даочжан смогут основать свой орден в бывшем Безночном Городе, члены семьи Вэнь со временем смогут вернуться в Цишань. — Мой Лань Чжань снова прав, — улыбнулся Вэй Усянь. Лань Ванцзи нежно обнял любимого.