I Love My Boyfriend
6 мая 2026 г., 01:14
— Детка, помоги мне. Я не успею, я так, так, так влип.
Хотя сезон стажировок идет уже какое-то время, ни один из них еще к этому до конца не привык. Они решили проходить стажировку в Бангкоке и даже выбрали места, расположенные не слишком далеко друг от друга, чтобы было проще добираться. Конечно, Кхонфу не нравится торчать взаперти в квартире, поэтому они оставляют свою пушистую девочку у родителей Дуанга. Они на полном серьезе каждую неделю составляют график, потому что все просто обожают эту маленькую ходячую булочку. Очередь на нее плотнее, чем у любой знаменитости. На данном этапе Дуанг даже не уверен, помнит ли она вообще, кто ее настоящие родители.
— Я точно провалю эту стажировку, Цинь.
Сегодня Циню нужно на стажировку только во второй половине дня, поэтому он завел будильник на пол-одиннадцатого, так как он не из тех, кто собирается целую вечность. И если кто-нибудь спросит, с чего началась вся эта утренняя суматоха, ответ будет прост: Дуанг забыл завести свой будильник.
— Деткааа. — вопит Дуанг посреди гостиной.
В ту же секунду, как он понимает, что опаздывает, он вот так вот полностью расклеивается. Он не знает, что делать и как собраться с мыслями. И хотя на этот раз он опаздывает не так уж и сильно, а куратор на стажировке не ругает его, лишь отмечает, что опоздать, это нормально, но было бы здорово, если бы он поторопился, Дуанг все равно чувствует себя ужасно из-за того, что забыл про будильник.
— Успокойся. Вот твоя сумка. Я уже все проверил. — Цинь подходит прямо к паникующему щенку-переростку, сам вешает сумку Дуангу на плечо, а затем гладит его, пока парень не начинает успокаиваться. Цинь берет Дуанга за руку, переплетает их пальцы, нежно сжимает и смотрит ему прямо в глаза. — Все хорошо. Доверься мне. Все будет хорошо.
Это заклинание длится всего несколько секунд, но, несмотря на всю его краткосрочность, Дуанг никогда не забудет это чувство. Чувство тепла, безопасности и то, как оно заставляет его всем сердцем поверить, что все и правда будет хорошо, прямо как говорит Цинь.
— Я провожу тебя до самой стоянки мототакси перед домом. Пойдем вместе. Тебе не нужно бояться. Все хорошо.
— Цинь.
— Надевай обувь. Эти отлично подойдут. Они уже сочетаются с твоей одеждой.
Глаза парня покрупнее начинают щипать, когда он смотрит, как его парень достает для него пару кроссовок. Цинь знает, что Дуанг обычно очень серьезно относится к сочетанию одежды, подбирая даже цвет носков, которые никто не увидит, но сегодня он опаздывает. Даже если наряд спланирован заранее, обувь все равно приходится выбирать прямо перед выходом из квартиры. Но раз Цинь вот так выбирает их для него, что Дуангу остается делать? Он такой чертовски заботливый.
— Цинь, спасибо. Я люблю тебя… так сииильно.
Цинь чувствует липкий пот на лбу парня, прислонившегося к его плечу, пока лифт везет их вниз. Он мягко целует Дуанга в волосы и снова сжимает его руку, желая, чтобы тот наверняка знал: все будет в порядке.
— Я тоже тебя люблю.
Эти несколько слов от человека, который кажется ему всем миром, заставляют сердце Дуанга трепетать от безмерного счастья. Обычно Дуанг втайне сильно давит на себя. С того самого момента, как он проснулся, и до той секунды, когда в спешке принимал душ, он ни на мгновение не переставал винить себя за то, что забыл завести будильник. Прошлой ночью он и правда очень сильно вымотался. Он даже уснул раньше Циня, потому что весь день был занят одним делом за другим. Ему даже не хочется думать о том, с каким давлением ему придется справляться, когда он однажды начнет работать по-настоящему, а не просто как стажер.
Быть взрослым тяжело. Но все хорошо.
Когда Цинь говорит, что все хорошо, Дуанг действительно верит в это. И хотя он слышал, как люди говорят, что нельзя делать кого-то всем своим миром, Дуангу не кажется, что он когда-нибудь пожалеет об этом, если что-то изменится. Потому что Цинь тоже всегда давал Дуангу понять, что Дуанг, это весь его мир.
— Ты молодец. Напиши мне, когда доберешься до работы, ладно?
В мире, где каждому приходится так много делать, просто чтобы считаться достаточно хорошим, Цинь позволяет Дуангу быть просто Дуангом. Одного этого достаточно, чтобы он был хорошим мальчиком Циня. Это ощущается как нечто невероятно ценное, когда он вспоминает все, что Цинь уже для него сделал, даже если другим людям это может показаться незначительным… Дуанг улыбается своему парню, который обычно не из тех, кто открыто проявляет чувства: обнимается, целуется или делает что-то подобное на публике. Тем не менее в этот раз Цинь наклоняется и легонько целует Дуанга в щеку, а затем слегка подталкивает его к мототакси, словно отправляя маленького мальчика бежать вперед, готовый стоять там и смотреть, пока он не доберется до…
— Детка, увидимся вечером, хорошо? Давай я сегодня тебя заберу, — говорит Дуанг.
— Мм. Увидимся вечером.
…их финишной черты.
***
— А ты и правда оправдываешь свое звание стажера с пятидесятилетним стажем, а? — Цинь отстраняется, уворачиваясь от звукорежиссера, с которым он был знаком еще до того, как стал здесь стажироваться. — Тебя даже потрогать нельзя, а, малой? — Вы уже довольны, Пи По? Мне нужно еще что-нибудь исправить? — Исправить что, малой? Эта вещь уже настоящий хит. Обычно стажерам не дают такую работу. Это немного выходит за рамки их обязанностей. Но Цинь сказал, что справится. Ранее он уже писал песни для нескольких певцов этого лейбла, так что для него это не в новинку, но делать это в качестве стажера, совсем другое дело. — Хорошо, — коротко отвечает Цинь, затем забирает свой айпад, на прощание кивает высокому звукорежиссеру и выходит из студии, чтобы вернуться в свой офис. Пи По стоит там, с улыбкой качая головой и думая про себя, что этому пацану реально плевать на всех. Цинь настолько хорош собой, что знаменитости рядом с ним кажутся блеклыми. Он отлично поет, играет на куче инструментов и может писать песни без малейших усилий. Но главная его фишка в том, что он антисоциален. Он держится особняком так, что у людей это вызывает любопытство, но кто бы ни пытался пойти напролом через стену, которую Цинь воздвиг вокруг себя, все они отлетают назад, словно вокруг него какое-то невидимое силовое поле. — Цинь. — Что? — Кто-то оставил это для тебя. Я говорил им, что ты, скорее всего, не возьмешь, но все по старой схеме, что тут поделаешь? Изначально на эту должность здесь было только одно место для стажера, но потом добавили еще одно, поэтому Тонг тоже подал заявку, так как ему нравилось, как здесь все устроено. Перед лицом Циня машут коробкой макарон. Цинь не отвечает, лишь пренебрежительно отмахивается рукой, прежде чем сесть в свое рабочее кресло. Это его способ сказать парню, чтобы тот убрал это с глаз долой. — Дуанг вообще в курсе, что теперь, когда ты здесь стажируешься, люди по всему зданию пытаются к тебе подкатывать? — Я не говорил ему, потому что мне плевать, — произносит Цинь, не отрывая взгляда от экрана макбука. — И это при том, что у тебя уже есть парень. Может, нам распечатать его лицо на твоей футболке, чтобы ты в ней ходил? Я говорил им уже миллион раз, но они все продолжают пропускать это мимо ушей, — говорит Тонг. Он полагает, что дело в одной из тех поговорок: флиртовать с одиноким, значит иметь сотню соперников, а флиртовать с занятым, всего одного. — Знаешь какую-нибудь хорошую типографию, где делают принты на футболках? — Цинь, ты же понимаешь, что я пошутил? — Понимаю. А я нет. Циню все это осточертело. Он предпочитает быть одиночкой просто потому, что такова его натура. Одна из вещей, которые он ненавидит больше всего, это чужие ожидания, ведь в конечном итоге каждый сам несет ответственность за свои собственные ожидания. Цинь терпеть не может, когда люди продолжают возлагать на него какие-то надежды. Если он ведет себя равнодушно, это потому, что ему все равно. Когда он смотрит сквозь кого-то, это потому, что ему неинтересно и он не хочет понимать ни ситуацию, ни этого человека. Так почему же все это, кажется, только еще больше провоцирует людей бегать за ним? Это так бесит. Так сильно бесит. — Вот, смотри. Я видел, как моя младшая сестра делала такую, чтобы надеть на концерт. — … — Погоди, ты реально будешь это носить? Цинь еще раз смотрит на футболку на экране телефона Тонга. Это футболка с надписью «Я люблю своего парня», где слово «люблю» заменено сердечком, внутрь которого можно вставить нужное лицо. — Они принимают срочные заказы? Закажи мне. Сразу пять штук. — Ты серьезно?! Ты будешь носить их пять дней подряд? — смеется Тонг. — Да. Буду носить, пока они не перестанут сходить по мне с ума. — Кхун Любоголик будет лыбиться до ушей. Он точно будет в восторге. Скинь мне фотку Дуанга, а я со всем разберусь. Цинь мычит в ответ и берет свой телефон, открывая галерею, чтобы выбрать фото Дуанга. Все знают, что Цинь вообще не фанат социальных сетей. Пусть для кого-то телефон, это тридцать третий орган, но только не для Циня. Именно поэтому до него всегда было так тяжело дозвониться, пока у него не появился Дуанг. Как только он узнал, что кто-то с нетерпением ждет его ответа, Цинь стал чаще брать телефон в руки. И он совершенно не против изменить эту свою привычку… потому что это те перемены, благодаря которым он нравится себе все больше с каждым днем. — Давай лучше шесть. Пусть лучше останутся запасные, чем не хватит, — добавляет Цинь. — Ну ты и кадр. Ха-ха-ха. Ладно, две белые, две серые, две черные. Эта фотка, да? — Мм. Цинь даже не осознавал, что делает так много фотографий Дуанга. Больше шестидесяти процентов его галереи, это просто Дуанг. Остальные сорок процентов их дочка, которой, наверное, было бы немного обидно, узнай она об этом. — А Дуанг и правда очень красивый, знаешь? — В каком смысле? — Цинь поворачивается к Тонгу, который вдруг заговорил об этом, видимо, разглядывая фото Дуанга. Цинь всегда знал, что Дуанг красив. Еще на первом курсе, когда в нем оставалась юношеская припухлость, он был красив по-своему. Но теперь они на четвертом курсе, и многие его черты возмужали. Он увлекся тренировками, тяганием железа и белковым питанием, так что теперь Дуанг стал намного шире Циня. Цинь же ненавидит пот, не любит спорт и не считает, что тело с большой мышечной массой ему особо пойдет. — Ну, не в том смысле, который соблазняет, интригует и заставляет людей подойти попытать удачу. — Правда? — Да. Красота Дуанга работает иначе. Он словно зона комфорта. Даже просто глядя на него, чувствуешь себя спокойно. В его лице есть такая добрая и игривая сладость. Цинь согласно мычит. Он уже закончил всю работу, которую нужно было сделать, так что у него есть время поболтать ни о чем с другом, ожидая окончания рабочего дня. Что еще важнее, сегодня Цинь приедет на машине и заберет Дуанга с работы, чтобы они могли вместе поехать домой к Кхонфу… В конце концов, сегодня пятница. Они наконец-то смогут расслабиться в постели все вместе. Цинь, Дуанг и Кхонфу. Я так скучаю по университетской жизни. — Если бы кто-то на работе Дуанга подкатывал к нему так же, как люди подкатывают к тебе, ты бы ревновал, Цинь? — Увидимся в понедельник. — Ха-ха-ха, ладно. Футболки будут готовы в воскресенье. За срочность еще пятьсот, но тебя это, наверное, не смутит. — Тонг смеется над тем, как его друг уходит от ответа, внезапно вскочив из-за стола и собирая вещи в сумку. Тонг помнит, что это сумка Дуанга, потому что Цинь не из тех, кто носит сумки, но стажировка обязывает. Эти безнадежные романтики, серьезно. Если он не отвечает, значит, ответ «да».***
— Пока-пока, детишки. Увидимся в понедельник~ — Пока, ребят! — До понедельника всем. Пэ вздыхает. Так вот что люди имеют в виду, когда говорят, что дни тянутся долго, а годы пролетают незаметно. Он сидит и работает, удивляясь, почему день кажется таким чертовски длинным. В первые три года учебы время не казалось таким медленным. Но не успеешь оглянуться, как они уже выпускаются. Год и правда пролетает так быстро, что становится страшно. — Ты чего застрял, Пэ? Иди домой, обними жену. — Жену, ага щас. От них одни проблемы. — А? Погоди, вы правда расстались? — Глаза Дуанга округляются. — Ага. Теперь я Кхун Казанова. — Ого, ты реально решил присвоить себе этот титул? — Агап. Джет пошел и превратился в Кхуна Безнадежного Романтика, как ты, так что я не против. Останусь холостяком. Отношения, походу, просто не мое. Пэ хочет достать сигарету из кармана и закурить, но не хочет, чтобы его дорогой друг Дуанг дышал дымом. Он сдерживается, чтобы Дуанг не заболел. Даже Цинь бросил курить ради Дуанга. Вот так сильно Дуанга любят. Как Пэ посмеет поступить иначе? — Так… вы поссорились? — спрашивает Дуанг. — Вроде того. Чем больше я пытался все исправить, тем хуже становилось. — Ты не хотел меняться ради отношений? — Верно. Некоторые вещи просто в твоей природе. Их нельзя изменить. Я пытался. — И твоя бывшая не могла понять твою природу, да? — Дуанг тяжело сглатывает. Он полагает, что это, должно быть, довольно тяжелый период в жизни Пэ. Черт. Они правда расстались. — Точно. Не все такие, как ты, понимаешь. Ты любишь кхуна Циня, потому что искренне понимаешь его природу. — Это правда. Я его очень люблю. Я собираюсь на нем жениться. Пэ неверяще смеется. Дуанг говорит это еще с тех пор, как вообще набрался смелости спросить у Циня разрешения подкатить к нему. Честно говоря, Пэ действительно уважает Дуанга за это. Потому что все реально выглядит так, будто у него все получится. — Кольцо уже купил? — Я уже долго лежу в постели и думаю об этом. — И как долго для тебя «долго»? — С дня Лойкратхонга на первом курсе. — Дуанг поворачивается и твердо встречается взглядом с Пэ, давая понять, что нисколько не преувеличивает. Он думает об этом с тех самых пор. — Святое дерьмо. Ладно, и что дальше? — Цинь не любит ничего вычурного, так что это должно быть простое кольцо. — Тогда просто обычное серебряное кольцо, — комментирует Пэ. — Обычное не подойдет. Мы вообще-то о кхуне Цине говорим. — А как насчет золотого кольца? Цены на золото сейчас безумные, — предлагает Пэ. — Цинь не любит золото. — Платина? — Не-а. — Ладно, тогда иди молись, чтобы получить ответ, или типа того. Я сваливаю. — Стой, стой, стой! — Дуанг в черной футболке с длинным рукавом от Acne Studios быстро хватает лучшего друга. Дуанг и Пэ стажируются в компании графического дизайна, стартапе, который сейчас становится очень известным. В этом месте стажерам дают много свободы в плане одежды, так что Дуанг каждый день с удовольствием подбирает наряды. А эту футболку? Цинь мне купил! — Дуанг, Пэ, вы все еще здесь? — раздается голос позади них. Они стоят на парковке перед компанией. Дуанг ждет Циня. Он все равно вышел, хоть Цинь и сказал подождать, пока он приедет. Но что он может сделать? Дуангу так больше нравится. — О, Нам-чыам. Ты еще не ушла домой? Я как раз с ним разговаривал, — говорит Пэ. — Как ты добираешься домой, Нам-чыам? — Хочешь, подвезу? Я могу, — предлагает Пэ. Нам-чыам тоже студентка четвертого курса, но из другого университета. Удивительно то, что она ходила в ту же начальную школу, что и Дуанг. Дуанг был серьезно шокирован, когда они столкнулись здесь в день ориентации. Дело в том, что Нам-чыам выглядит точно так же, как в детстве. Она совсем не изменилась, даже прическа. У нее эта челка с десяти лет. — Но разве можно ездить на мотоцикле в юбке? — спрашивает Дуанг. Это заставляет Нам-чыам расплыться в широкой улыбке, прежде чем она ярко, со всей искренностью произносит: — Дуанг, ты такой милый. Пэ поджимает губы. Атмосфера внезапно становится такой неловкой, что ему приходится отвести взгляд, пока его тупой друг поспешно машет обеими руками в знак отрицания. Пэ понимает Дуанга, потому что дружит с ним уже много лет. Дуанг из тех парней, которые очень заботливы. Будь то друзья или кто-то еще, он всегда уделяет внимание в определенной степени. Но со своим парнем? Умножьте это на миллион. Какого черта он должен делать? Как ему себя вести? Пэ чует неладное и предчувствует беду с тех самых пор, как Нам-чыам попросила старшего сотрудника в отделе поменяться местами, чтобы сесть рядом с Дуангом. — У тебя губы сухие, Дуанг. Хочешь бальзам для губ? — Бальзам для губ? Все в порядке, Нам-чыам. Большое спасибо. — Но если они останутся сухими, то могут потрескаться и закровоточить. Давай я тебе намажу. Парням тоже можно пользоваться бальзамом для губ, Дуанг. — Нет, нет, нет, я правда в порядке. — Просто попробуй сначала. Он именно тот парень, который крадет сердца людей, даже не пытаясь. Этот глупый, забавный, искренний, милый характер, то, что у него есть вещи, которые он любит и в которых он действительно хорош, то, как он вкладывает всю душу во все, включая любовь к кому-то, как он может кому-то не нравиться? Искренний бисексуал, как он… неудивительно, что он завоевал сердце такого человека, как кхун Цинь, мужчины, ради которого люди ходили бы в храмы и молились. — Дуанг. Пэ случайно хлопает себя по лбу, потому что момент настолько драматичный, что кажется киношным, вызывая у него желание позвонить Джеттане, который находится на стажировке аж в Сеуле, и доложить об этой мучительно напряженной ситуации. Мы так влипли. — Цинь! Единственная женщина на парковке прослеживает за взглядом своего друга по начальной школе. Может, никто никогда не говорил этого Дуангу, но у него действительно красивые глаза. Этот маленький огонек в них, вот что заставляет людей смотреть и улыбаться, когда он рассказывает какую-нибудь историю. Но прямо сейчас эти маленькие огоньки собираются в одну огромную звезду, и Нам-чыам наконец понимает, как выглядят чьи-то глаза, когда они смотрят на человека, которого очень, очень сильно любят. — Пэ! Я пошел! Пока, Нам-чыам. Мой парень приехал меня забрать. — О… ладно. Пока-пока, Пхотдуанг. — Кхун Цинь, до встречи. Поговорим позже, — говорит Пэ с кивком, прежде чем позволить Дуангу отскочить, чтобы взять своего парня под руку. Кхун Цинь припарковался на другом конце стоянки и обошел ее, чтобы избежать пробок, да? И они даже в одинаковых футболках. Они это планировали? Дуанг в черном, кхун Цинь в белом… Аж самому захотелось стать геем на секунду. — Это парень Дуанга, Пэ? — А? О-о-о, да, да. Это его парень. Он от него без ума, — говорит Пэ, специально подчеркивая это. Береженого бог бережет. Если кто-то хочет сдаться, сейчас самое подходящее время. — Я думала, когда Дуанг хвастался Пи Мэй, что парень купил ему эту футболку, он шутил. Ха-ха-ха… — Этот смех мучительно горький. Пэ сухо улыбается ей и позволяет горячему ветру обдувать их обоих. Если бы они были немного ближе, Пэ, вероятно, слегка похлопал бы Нам-чыам по плечу, чтобы утешить ее. Не думай, что только кхун Цинь может разбивать людям сердца… — Он никогда не шутит о таком, Нам-чыам. Картинка на экране его компьютера, татуировка на щиколотке, обед, который он собирает, все всегда было связано с одним и тем же человеком. …Дуанг тоже постоянно так делает, даже не осознавая этого.***
— Почему Пхотдуанг? — Дуанг поднимает голову от экрана ноутбука, потому что они еще даже толком не отъехали от места его стажировки, как кто-то из отдела позвонил, кучу раз извинился, а затем попросил Дуанга прислать файл, так что он только сейчас освободился, чтобы поговорить с Цинем. В ту секунду, когда Дуанг закрывает ноутбук, Цинь, сидящий за рулем, тут же задает ему этот вопрос. — О-о-о, Нам-чыам? Это девушка, которая стажируется с нами. Я рассказывал тебе о ней раньше. Та, что сидит рядом со мной. Помнишь? — Да. — Цинь кивает. Он помнит, как Дуанг упоминал девушку из другого университета, стажирующуюся на той же должности, кого-то, кто очень красиво рисует, но больше склоняется к пастельным стилям. Но Цинь не понимает. Пхотдуанг, значит? — И откуда она узнала это имя? — снова спрашивает Цинь. Его тон звучит так же, но Дуанг, вероятно, понятия не имеет, что то, как Цинь продолжает перебирать руками руль, означает, что он зациклился на том, почему эта девушка знает такие странно специфические детали о Дуанге. — Мы ходили в одну начальную школу. Я, наверное, не говорил тебе об этом. В смысле, я с ней даже не так близок. — Занятый тем, что упаковывает ноутбук в сумку, потому что он стоил целое состояние, Дуанг отвечает небрежно. Опять же, этот ноутбук, действительно самая дорогая вещь, которую он когда-либо покупал на собственные деньги. Для студентов творческих специальностей MacBook и iPad, это все. Ему приходится вкладываться, иначе работа будет постоянно стопориться. — Ты выпил сегодня всю воду из своей бутылки? — Хех… еще нет. — Высокий парень на пассажирском сиденье смущенно улыбается Циню. — Попробуй еще раз в понедельник. Цинь обхватывает лицо Дуанга ладонями и слегка целует его, пока они стоят на красном светофоре. Это застает Дуанга врасплох. Когда этот кот атакует вот так, из ниоткуда, его сердце серьезно готово взорваться. Дуанг клянется, что его дыхание прерывается, когда Цинь медленно моргает и смотрит на него так близко, что между ними всего лишь вдох. Что это? Такое поведение… он что, ластится ко мне? — Больше не укладывай волосы вверх. — Ч-что? — заикается Дуанг. Чем больше Цинь проводит большим пальцем по его щеке, тем сильнее колотится его сердце, словно готово выпрыгнуть из груди. — Я сказал, больше не укладывай их вверх. — П-почему? Ты говорил, что это выглядит красиво. Я даже тренировался с каким-то корейцем на YouTube, чтобы покорить тебя. — Вот именно поэтому. — Цинь отворачивается обратно к рулю с таким видом, будто он немного раздражен. Дуанг просто смотрит, разинув рот, хлопая глазами, как рыба, вытащенная из воды. Он даже не знает, что ему сказать или сделать дальше. Цинь нечасто называет его красивым. Чаще всего он говорит «милый». Поэтому, когда он все-таки говорит это, урон оказывается сокрушительным. Для Дуанга он действительно хочет быть самым красивым человеком в мире Циня. Что это вообще такоеeee? — Так мне теперь всю жизнь лоб прятать, Цинь? — Дуанг слегка хлопает своего парня по руке, задавая вопрос. — Да. — Да ладно тебе. — Тебе нужно быть красивым, только когда ты со мной. Цинь крутит руль и въезжает в торговый центр. Они уже договорились по смс, что остановятся здесь поужинать и купят лакомства для Кхонфу перед тем, как отправиться домой. Кхонфу проводит эту неделю в доме родителей Дуанга. — Что это? Ты ревнуешь, потому что я выгляжу красивым? — Возможно. Дуанг поджимает губы. Он уже точно знает, что Цинь имеет в виду. Вдобавок к этому Цинь бросает на него один взгляд, затем первым выходит из машины, выглядя при этом до смешного уке. Помогите. Он ревнует меня, потому что я красивый! Кому мне об этом доложить? Какое министерство этим занимается? Будет ли официальный ответ? Приехало ли какое-нибудь агентство на помощь этому семе? Я улыбаюсь так сильно, что щеки болят. — Ты голоден? — Нет. А что? Ты собираешься сначала пройтись по магазинам? Цинь кивает, естественно переплетая все свои пальцы с рукой Дуанга, и они вместе входят в торговый центр. — Цинь, больше никаких покупок одежды, ладно? Мы уже потратили пятьдесят тысяч в этом месяце. — Даже одинаковые футболки, которые на нас сегодня, стоили почти тридцать тысяч, да? — Ага. Больше никакой одежды, — коротко отвечает Цинь и ведет Дуанга в отдел, где они никогда раньше не останавливались. Они оказываются перед стойкой La Mer. Дуанг начинает ерзать, в замешательстве оглядываясь по сторонам. Цинь пользуется уходовой косметикой, но это всегда тот бренд, который его мать собирает для него в наборы. Примерно каждые два месяца кто-то доставляет их ему. Потому что если бы никто не сказал ему, Цинь, вероятно, вообще ничего бы на себя не мазал. — Ты покупаешь крем для моей мамы, детка? Она не пользуется La Mer. Разве это не слишком дорого? — Дуанг неоднократно дергает своего парня за руку. Его мать и так до смерти любит Циня. Если бы Цинь принес ей маленький пакетик крема для лица, она, вероятно, хвасталась бы всему району целую неделю подряд. Действительно, нет необходимости заходить так далеко, покупая что-то настолько дорогое. — Я здесь, чтобы купить бальзам для губ. — А? — Именно тогда Дуанг начинает понимать. — Если ты не будешь пить достаточно воды, значит, тебе нужно носить с собой собственный бальзам для губ. Тебе запрещено пользоваться чужим бальзамом для губ.***
Цинь единственный ребенок, которому не приходится ни с кем ничем делиться. И Дуанг одна из тех вещей, которыми Цинь тоже не намерен делиться. — Цинь, я принесла тебе… снэки… — Тонг изо всех сил старается не рассмеяться, так что его плечи трясутся. Выражение лица девушки с двадцать четвертого этажа, которая появилась с пакетом жареных бананов, честно говоря, бесценно. Это так смело с её стороны. Цинь реально надел футболку «Я люблю своего парня» на работу. — Ну и какова была реакция кхуна Любоголика? Он сошел с ума? — спрашивает он. — Ага. — Я помню тот раз, когда девушки визжали как резаные, когда ты играл на бассе. В той ситуации Дуанг мог бы сделать сто разных вещей, но он предпочел визжать еще громче. Мне это серьезно понравилось. Он самый нелепый в университете. Цинь тихо смеется, неся пакет с желе, на которое Дуанг увидел обзор в интернете и вчера вечером ныл Циню, что хочет его. Для человека, который ненавидит жару так же сильно, как Цинь, даже если место находится достаточно близко, чтобы дойти пешком, он все равно не пошел бы. Но ради Дуанга… даже если Дуанг не попросит, Цинь сделает это для него. Прямо как он делает сейчас. — И он даже не спросил, почему ты в этой футболке? — Не-а. — Глупый пес есть глупый пес. Дуанг понятия не имеет, почему он это носит. Это, наверное, к лучшему. Тогда ему не придется ни о чем беспокоиться. Циню все равно наплевать на всех остальных. Мир Циня уже давно вращается вокруг Дуанга. — Эй, легок на помине. Он только что запостил сторис. — Тонг протягивает свой телефон, чтобы Цинь посмотрел. У Циня есть Instagram, но Тонг почти никогда не видит, чтобы он им пользовался. Изредка он постит сторис, и чаще всего это Кхонфу. Тонг уже спрашивал его раньше, почему он почти никогда не постит Дуанга. «Я хочу оставить его себе». Ммм… Значит, это означает, что он собственник. Он настолько собственник даже по отношению к собаке вроде Кхонфу, что Тонг едва смеет к ней прикоснуться. Если кто-то просит подержать ее или погладить, Цинь косо на них смотрит. Так какой шанс есть у кого-либо с его парнем, единственным человеческим существом, которому удалось пробиться в сердце Циня? Неудивительно, что глаза Дуанга все так же загораются каждый божий раз, когда он смотрит на Циня. Они так сильно любят друг друга. — Он спросил тебя перед тем, как снять это? Ха-ха-ха, у тебя лицо ужасное. — Спросил… Сказал, что не пойдет на работу, пока я не разрешу ему сделать фотографии, — коротко говорит Цинь перед тем, как выйти из лифта. Они вместе ходили обедать в кафешку с едой на заказ рядом с компанией, и теперь пришло время возвращаться к работе. Что касается фотографий, которые показал ему Тонг, Цинь уже видел их все. Все началось с того, что Цинь проснулся первым, первым принял душ и оделся, пока Дуанг был в ванной. Когда Дуанг вышел и увидел, какую футболку надел Цинь, Цинь поклялся, что видел, как пара собачьих ушей выскочила прямо из этих темно-каштановых волос… полное превращение в щенка. Дуанг был в таком восторге, что подбежал и обнял Циня так сильно, что оторвал Циня от пола, повторяя снова и снова, что любит Циня, любит своего парня, любит свою женушку, пока Цинь наконец не рассмеялся над тем, насколько он абсурдно счастлив. — Деткааа, ты так сильно меня любишь? Ты можешь любить меня еще сильнее. Сделай это и на штанах тоже, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. — Хватит. — Это к чему, к нашей годовщине? Вроде нет. Мне можно завизжать? — Зачем ты спрашиваешь, если уже завизжал? — Уааа. T_T это так чертовски мило. Это моя жена, черт возьми, да. Можно мне сделать фотографии и всем показать? Пожалуйста, разреши. Ну давай. Ты такой чертовски милый. Что вообще случилось? Небеса реально отвечают на мои молитвы? Просто думая о лице этого щенка, так взволнованного случившимся, Цинь невольно улыбается про себя. Настоящий милашка, это Дуанг. Это всегда был он. — О, я думал, только Пэ и Дуанг стажируются вместе. Эта девушка из нашего университета, Цинь? — Тонг подкатывает свой стул, чтобы спросить Циня, который как раз собирается открыть ноутбук и начать работать. И это тот момент, когда Цинь чувствует, как температура его тела резко подскакивает. В его жизни было всего несколько раз, когда он чувствовал себя чайником, готовым вот-вот закипеть. Одна плохая привычка Циня, о которой он никогда не хочет, чтобы Дуанг знал, это то, насколько он безумно ревнив. — Нет. Она из другого университета. — Хм. Они, однако, быстро сблизились. Но Дуанг вел себя с ней как-то сдержанно. Цинь не отвечает. Он отводит взгляд от фотографии, которую Дуанг репостнул от кого-то другого в свою Instagram-сторис. Это фотография Дуанга с его коллегами-стажерами перед обычной уличной тележкой, торгующей напитками. Если что-то на фотографии и кажется неправильным, так это та девушка из начальной школы Дуанга. Цинь просто не понимает. Он не понимает, как работает гравитация в ее мире. Почему она так сильно клонилась к его человеку?
