Beyond the Track

Се Лянь открыл глаза. За окном серело. Шанхай просыпался медленно, с гудками первых машин и далёким шумом стройки. Жое спала на подушке рядом, свернувшись в пушистый клубок. Циньсюань посапывал на своей кровати, завернувшись в одеяло так, что торчала только макушка. Се Лянь сел, опустил босые ноги на холодный пол. Провёл рукой по лицу. Сон был дрянной — опять снился Бай Усян. Опять тот подвал, тот ринг, та верёвка на крюке. Он уже привык. За три года можно привыкнуть ко всему. В ванной он умылся ледяной водой, почистил зубы, посмотрел на себя в зеркало. Шрам на шее — тонкая белёсая линия, которую он машинально потёр пальцем. Напульсники на месте. Воротник на месте. Всё как всегда. Телефон завибрировал. Сообщение от Хуа Чэна. «Карбюратор готов. Заходи сегодня, покажу.» Се Лянь посмотрел на экран. Потом на время — семь утра. Хуа Чэн, видимо, тоже не спал. Он написал в ответ: «Хорошо. После пар.» Ответ пришёл почти мгновенно: «Жду.» --- Пары тянулись бесконечно. Архитектурная композиция, история градостроительства, что-то ещё — Се Лянь честно пытался слушать, но мысли всё время уходили куда-то в сторону. Он поймал себя на том, что смотрит в окно и думает не о лекции, а о том, как Хуа Чэн в прошлый раз сказал: «Если ты захочешь найти свою Ducati, я могу поспрашивать». И о том, как он это сказал. Без пафоса. Без жалости. Просто как факт. После пар он зашёл в кофейню — у него была смена. Бань Юэ сегодня не работала, так что за стойкой он был один. Залил пару латте, сделал капучино для девушки с журналистики, которая всегда оставляла чаевые, и американо для мрачного парня в худи, который никогда не смотрел в глаза. К вечеру он освободился, накинул толстовку и пошёл к мастерской. --- Дверь была приоткрыта. Изнутри доносился голос Хуа Чэна: — Ты опять перепутал жиклёры. Они разные, Карась. У них маркировка есть. Ты вообще читаешь, что на них написано? — Там слишком мелко. — Это потому что ты жрёшь в темноте и портишь зрение. — Я не жру в темноте. — Жрёшь. Я видел. В три часа ночи, с открытым холодильником. Се Лянь толкнул дверь и вошёл. Хуа Чэн стоял у верстака, скрестив руки на груди. Хэ Сюань сидел на ящике и перебирал детали, даже не глядя на него. Видимо, этот спор длился уже какое-то время. — Привет, — сказал Се Лянь. Хуа Чэн обернулся. — Привет. Карась, сделай нам кофе, будь другом. — Я тебе не бариста. — Я знаю. Но кофе ты варишь лучше меня, а у нас гость. Давай, не ломайся. Хэ Сюань вздохнул, отложил детали и поднялся. Проходя мимо Се Ляня, он коротко кивнул — не то чтобы приветствие, скорее обозначение того, что он его заметил. Се Лянь ответил тем же. Хуа Чэн подвёл его к Yamaha, которая стояла у стены. Снял тряпку с сиденья, открыл капот, показал на карбюратор. — Я прочистил жиклёры, заменил прокладку, настроил подачу топлива. На низких оборотах больше не должно троить. Давай заведём, сам услышишь. Он завёл двигатель. Тот заурчал ровно, без перебоев. — Слышишь? — спросил Хуа Чэн. — Слышу. — Ровно поёт. — Похоже на то. Хуа Чэн заглушил мотор и выпрямился. Хэ Сюань как раз принёс две кружки — одну сунул Хуа Чэну, вторую поставил на верстак перед Се Лянем. — Спасибо, — сказал Се Лянь. — Не за что, — ответил Хэ Сюань. — Там сахар рядом, если надо. — Я без сахара пью. — Я тоже. Он вернулся к своему ящику, и какое-то время они просто молча пили кофе. Хуа Чэн прислонился к стене, Се Лянь стоял у байка, Хэ Сюань ковырялся в деталях. Тишина была уютная, почти домашняя. Потом Хуа Чэн сказал: — Я тут спрашивал про твою Ducati. У знакомого коллекционера в Шэньчжэне. Се Лянь поднял голову. — И что он сказал? — Сказал, что сам её не покупал, но слышал о такой. Говорит, она всплывала на аукционе пару лет назад. Продали в частные руки, дальше след теряется. — Ясно. — Это не значит, что всё. Просто пока не нашлось. — Я понимаю. Но всё равно спасибо. Хуа Чэн кивнул. Потом добавил: — Если хочешь, я дальше поспрашиваю. У меня ещё пара контактов есть. Не прямо сейчас, но со временем можно что-то найти. Се Лянь помолчал, глядя в свою кружку, потом сказал: — Было бы хорошо. Если что-то узнаешь — скажешь. — Само собой. Хэ Сюань, не поднимая головы, вдруг сказал: — У меня в Шанхайском мотоклубе есть знакомый. Он как раз по старым байкам специализируется. Могу у него спросить, если хочешь. Се Лянь повернулся к нему. — Спасибо. Я буду должен. Хэ Сюань пожал плечами: — Ничего не обещаю, но попробую. Если что-то всплывёт — дам знать. Хуа Чэн хмыкнул, глядя на Хэ Сюаня с лёгким удивлением: — Карась, ты сегодня прямо сама любезность. Даже кофе сам сделал, без скандала. — Ты меня достал за последние два часа, вот и всё, — отозвался Хэ Сюань. — Не хотелось слушать, как ты опять начинаешь ныть. — Я не ною. — Но ты делаешь это очень похоже. Се Лянь слушал их перепалку, и что-то в груди медленно отпускало. Не сильно. Чуть-чуть. Но этого было достаточно. Он допил кофе, поставил кружку на верстак и сказал: — Мне пора. У меня ночная смена через час. — В круглосуточном? — спросил Хуа Чэн. — Да. — Тогда до завтра. — До завтра. Он вышел. Вечерний воздух был прохладным, но не холодным. Где-то вдалеке ревел мотоцикл. Се Лянь на секунду замер, прислушался, потом пошёл дальше. В кармане завибрировал телефон. Чат «Пепельная гавань» снова ожил. *** Чат «Пепельная гавань» *** Ветерок: Народ, кто-нибудь видел мою зарядку? Она была на кухне, теперь её нет. Зеленый фонарь: Я взял. Ветерок: Верни. Зеленый фонарь: Не могу. Я её потерял. Ветерок: Как можно потерять зарядку за три часа?! Зеленый фонарь: Ну, как-то так получилось. Я не специально. Инь Юй: Он её не потерял. Он её сломал. Я видел. Зеленый фонарь: ПРЕДАТЕЛЬ. Ветерок: Ци Жун, я тебя прошу — купи новую. Зеленый фонарь: Куплю. Завтра. Честное слово. Карась: Ты в прошлый раз то же самое говорил про мой бутерброд. Я до сих пор жду. Зеленый фонарь: Карась, это было полгода назад. Отстань уже. Карась: Бутерброд был хороший. С ветчиной. Я запомнил. Ветерок: При чём тут бутерброд?! Где моя зарядка?! Принц: У меня есть запасная. Зайди, дам. Ветерок: Се Лянь, ты лучший. Нет, серьёзно. Ты лучший. Я тебя обожаю. Принц: Не надо. Ветерок: Надо. Я сейчас приду и расцелую тебя в обе щеки. Принц: Я запер дверь. Ветерок: У МЕНЯ ЕСТЬ КЛЮЧ. Принц: Я сменил замок. Ветерок: ВРЁШЬ. Алое бедствие: Он не врёт. Я помогал. Ветерок: СГОВОР!!! ЗАГОВОР ПРОТИВ МЕНЯ!!! Се Лянь убрал телефон в карман и пошёл в сторону круглосуточного магазина. На губах была тень улыбки — почти незаметная. Но была.