Цена призыва ледяного дракона

**Глава 2. Тени в Академии** Утро в академии начиналось всегда одинаково: колокол, эхо над башнями, сотни ног по мраморным коридорам. Привычный шум, привычная толпа. Ксавир шёл в ней, опустив голову, сжимая потрёпанный учебник по теории контрактов, — и был в ней так же незаметен, как и всегда. Рашель шёл в двух шагах позади. Дракон не изменился со вчерашнего вечера. Те же длинные голубые волосы, те же перламутровые рожки, тот же длинный хвост, который слегка покачивался при каждом шаге. Он отказался уходить в духовное царство и уж точно не собирался принимать мини-форму духовного зверя. «Я не игрушка», — холодно сказал он утром, когда Ксавир робко предложил. И теперь просто шёл позади, словно тень, которую невозможно стряхнуть. Прохожие ученики оборачивались. Шёпот разлетался быстрее ветра: — Это тот, из Сумеречных? Одиннадцатый сын… — А это что за ребёнок рядом? Боевой зверь? Серьёзно? — Ха, Ксавир наконец-то кого-то призвал. Правда, выглядит совсем слабым. Ксавир стиснул зубы и ускорил шаг. Он привык к насмешкам дома. Здесь, в академии, было хуже — потому что здесь притворялись, будто всё в порядке, а потом били в спину. У него не было друзей. Никогда. Дети из других кланов знали: приближаться к Ксавиру — значит рисковать. Старшие братья и сёстры могли «случайно» испортить кому-нибудь контракт, подстроить провал на экзамене или просто сделать жизнь невыносимой. Да и сам он — мрачный, молчаливый, почти без присутствия — не давал поводов захотеть приблизиться. Они вошли в главный учебный зал. «Синхронизация и боевое взаимодействие» — первый урок, на который Ксавир имел право прийти. Раньше его просто не пускали: без зверя нет смысла. Теперь зверь был. Это должно было облегчить положение. Пока не облегчало. Преподаватель, мастер Лунь Вэй, уже стоял в центре арены. За его спиной парил огромный ледяной феникс, расправляя крылья из чистого холода. — Сегодня мы будем отрабатывать базовую синхронизацию! — громко объявил он. — Призыватель и зверь должны действовать как единое целое. Кто начнёт? Взгляды всех учеников мгновенно скользнули по Ксавиру. Кто-то в задних рядах ехидно хихикнул. Мастер Лунь Вэй тоже посмотрел в его сторону и слегка приподнял бровь. — Ксавир. Поскольку сегодня ты впервые на этом уроке, начнёшь ты. Выходи на арену. Ксавир почувствовал, как щёки заливает жар. Он молча вышел вперёд. Рашель остался стоять у края арены, скрестив руки на груди. Его сапфировые глаза смотрели куда угодно, только не на хозяина. — Рашель, — тихо позвал Ксавир. — Пожалуйста. Дракон медленно повернул голову. В его взгляде читалось лёгкое раздражение. — Я здесь. Что дальше? Мастер Лунь Вэй приподнял бровь: — Призови его в полную форму и покажи базовую связь. Передай ему немного своей силы. Ксавир кивнул и потянулся к серебристой нити контракта. Сила потекла — слабая, неровная. Рашель вздохнул, но всё-таки шагнул на арену. Его тело слегка засветилось, хвост хлестнул по воздуху. Рога блеснули ярче. — Хорошо, — сказал мастер. — Теперь простая команда. Пусть он атакует тренировочного голема. Ксавир посмотрел на каменного голема в углу арены. — Рашель… атакуй. Мальчик-дракон не двинулся с места. — Я не твоя собака, — тихо, но отчётливо произнёс он. Голос разнёсся по залу. По рядам прокатился смешок. Кто-то даже засвистел. Ксавир почувствовал, как щёки горят. — Пожалуйста… — прошептал он так, чтобы слышали только они. — Хотя бы один раз. Рашель прищурился. На миг в его глазах мелькнуло что-то похожее на жалость — или презрение, Ксавир не понял. Затем дракон лениво взмахнул рукой. Из кончиков пальцев вырвалась тонкая серебристая молния и ударила голема в плечо. Камень треснул. Голем покачнулся, но устоял. — Слабовато, — заметил мастер Лунь Вэй. — Синхронизация почти нулевая. Зверь не принимает твою силу. Почему? Рашель ответил вместо Ксавира: — Потому что он сам не знает, чего хочет. И я не собираюсь подстраиваться под того, кто меня даже не желал. В зале повисла тишина. Ксавир стоял, опустив голову. Серые глаза смотрели в пол. Он чувствовал на себе десятки взглядов — насмешливых, любопытных, жалостливых. Никто не подошёл. Никто не сказал ни слова поддержки. Даже те, кто иногда кивал ему в коридоре, сейчас отводили глаза. Перемена прошла в одиночестве. Ксавир сидел на дальней скамье в саду академии, жуя сухой паёк. Рашель стоял неподалёку, прислонившись спиной к дереву, и смотрел на небо. Хвост лениво обвился вокруг его собственной ноги. — Ты мог хотя бы притвориться, — тихо сказал Ксавир. — Зачем? — Рашель повернул голову. Голос был ровным, почти без эмоций. — Ты призвал меня случайно. Я откликнулся… тоже не по своей воле. Мы оба здесь не по желанию. Зачем играть в преданность? Ксавир сжал кулаки. — Потому что иначе моя жизнь станет невыносимой. Дома. Здесь. Везде. Рашель долго молчал. Потом подошёл ближе и сел на скамью — на самом краю, оставив между ними большое расстояние. — Я не боец, которого ты хотел, — сказал он наконец. — Но я не бесполезен. Просто… не дави. Не приказывай, как хозяин. Я не раб. Ксавир поднял взгляд. Впервые за день серебряные глаза встретились с сапфировыми без насмешки. — Тогда… что ты хочешь? Рашель слегка улыбнулся — уголком губ, едва заметно. — Для начала — чтобы ты изменил своё отношение. Колокол возвестил о начале следующего урока. Ксавир встал. Рашель поднялся следом — невысокий, но изящный и совершенно не похожий на «домашнего питомца», над которым вчера хохотала вся семья. Они пошли дальше по коридору. В спину им по-прежнему шептались, но теперь Ксавир заметил кое-что новое: Рашель шёл чуть ближе, чем утром. И его хвост больше не хлестал раздражённо — он просто плыл за спиной, словно охраняя. День был ещё длинным. Но впервые за долгое время тень рядом с ним ощущалась не как ещё одна насмешка судьбы, а как что-то, у чего могло быть продолжение.