Цена призыва ледяного дракона

# Глава 23. Ядро седьмого уровня Ксавир уснул быстро — провалился, как камень в воду, и не шевелился. Рашель не спал. Он лежал на спине, глядя в потолок. В комнате было тихо — настоящая деревенская тишина, без городского шума, без скрипа повозок и чужих голосов. Только ветер снаружи, где-то далеко — ночная птица. Рядом спал Ксавир. Юноша свернулся в клубок у него на груди, уткнувшись лицом в ключицу дракона. Длинные серебристые волосы растрепались, дыхание было тихим и ровным. Рашель медленно провёл коготком по его спине, чувствуя тёплую кожу и рельеф мышц, которые появились за этот год. Затем Рашель закрыл глаза и поднёс к губам большое тёмно-красное ядро седьмого уровня — сердце вожака стаи. Ядро ярко вспыхнуло и начало медленно таять, превращаясь в густую энергию, которая потоком влилась в тело дракона. Ядро тускнело постепенно, отдавая себя. Когда последний отблеск погас и в ладони осталась только пустая, невесомая оболочка, Рашель выдохнул. Сила осела внутри — глубоко, плотно, как новый слой льда на озере. Он несколько секунд просто лежал, давая ей улечься. И медленно погрузился в сон. --- Сны пришли не сразу. Сначала — темнота и тишина, глубокая, как дно океана. Потом — обрывки. Разрозненные, непоследовательные, как страницы книги, которую листают наугад. Блеск купола храма в закатном свете — огромного, белого, с золотыми узорами по краям. Тысячи голосов в унисон, и каждый голос — отдельная нить, тянущаяся вверх, к нему. Молитвы. Не слова — что-то глубже слов, чистая вера, собранная и сосредоточенная, как луч через стекло. Его тело наполнялось этим — медленно, торжественно, как наполняется сосуд, поставленный под дождь. Потом — море. Не буря, не штиль — что-то между, живое, качающееся. Чарующая песня, которую пели волны, и он знал слова, хотя не помнил, когда выучил. Запах соли и льда одновременно. Потом — заклинания. Разрозненные формулы на языках, которых уже нет, мерцающие в темноте, как угли. Он тянулся к ним, и они сами вплетались в него, ложились поверх того, что уже было. Подношения у подножия алтаря — цветы, камни, огонь в чашах. Ещё голоса. Ещё молитвы. Тысячи людей, смотрящих вверх. --- Рашель открыл глаза. Утренний свет пробивался сквозь щели в ставнях — бледный, золотистый, ещё без жара. Где-то снаружи кричал петух. День только начинался. Он опустил взгляд. На его руках спал Ксавир — свернувшись, как делают люди, которым во сне неловко, но тепло. Серебристые волосы рассыпались по его собственному плечу. Дышал ровно. Рашель некоторое время смотрел на него. Потом — на окно. Потом снова на него. Потянулся. Беззвучно зевнул, прикрыв рот ладонью — привычный жест, хотя смотреть было некому. Сон является важной и приятной составляющей жизни дракона. Об этом он знал совершенно точно, и никакие обстоятельства не давали достаточного повода пренебрегать ею. Рашель закрыл глаза. И продолжил спать.