Soulmate season

Арт от kyumo-02: https://www.tumblr.com/kyumo-02/816738645418590208/copium

Уилл

— Что, если мы заведем тик-ток? — предложил Уилл, рассматривая витрину со сладостями. Перед Новым годом магазины пестрели излишествами и яркими красками. На время восстановления Смит непреднамеренно снизил требования к питанию, поэтому шоколадные эклеры манили как никогда. Редкий свободный вечер Маклина вылился в прогулку по вечернему городу, и Уилл откровенно наслаждался. Восстановление после травмы — отстой. Спасибо, что выездные матчи Акул закончились, и Смитти хотя бы может присутствовать на играх и в раздевалке. Невозможность самому играть убивала. Но Уилл старательно выполнял план медиков. И да, намного легче, когда Маклин на расстоянии пары кварталов, а не штатов. — Тик-ток? Зачем? — не понял Селебрини, а потом обратился к кассиру. — Можно нам средний американо, латте с корицей и коробочку шоколадных эклеров? Уилл довольно улыбнулся, когда понял, что даже не пришлось говорить, чего именно он хочет. Селебрини всегда пьет американо, а вот Смитти предпочитает кофе со сливками и корицей (ему нравится странноватый вкус корицы). И, очевидно, острый взгляд Мака заприметил, как Уилл гипнотизирует эклеры. В обычной жизни Маклин считывал его так же хорошо, как и на льду. Рука на перевязи мешала жить привычной жизнью, но, кажется, Селебрини не против таскать пакеты и делать заказы и за Уилла тоже. Выездные игры не задались, и настроение у Маклина скакало, но со Смитти он оставался терпеливым и умиротворенным. У Уилла происходило аналогичное. Возможно, друг для друга они были точкой стабильности и комфорта. И определенно чем-то, что будоражило и требовало дополнительного исследования. После выездной серии первое, что сделал Маклин при встрече — затянул Уилла в пустую комнату арены и впился в губы так, будто изголодался. На мгновение Смит опешил, но раздумывать слишком долго не стал. Мысль, что Селебрини это также необходимо, как Уиллу, заставляла сердце стучать сильнее. Конечно, он скучал. Полторы недели в одиночестве оказались слишком долгими, несмотря на ежедневные звонки по фейстайм. Разговаривать и слышать Маклина по телефону — это отлично, но чувствовать его рядом намного лучше. Смит не мог бы дать названия тому, что происходило между ними, но ему нравилось. После голодного и довольно страстного поцелуя Маклин шумно выдохнул и неловко улыбнулся. Плечи опустились, будто только теперь он смог по-настоящему расслабиться. Да, они не давали этому названия и не обговаривали. Только теперь в дружбе появились новые грани. Вроде внезапных поцелуев, иногда только с трудом не переходящих во что-то большее. Уровень близости превысил мыслимые пределы, но и Уилл, и Мак наслаждались. — Подумал, будет забавно, — пожал плечами Уилл, принимая ароматный стаканчик. Мак запихнул коробку эклеров в бумажный пакет, сделал быстрый глоток кофе и хмыкнул. — Социальные сети — рассадник зла, Смитти. Я не фанат, ты же знаешь. — Наш общий тик-ток, Мак, — подмигнул Уилл, в ореховых глазах Маклина мелькнула толика интереса. — Болельщики вместе с маркетингом Акул с ума сойдут от восторга. — И сами будем решать, что выкладывать? — уточнил Селебрини, когда они уже неторопливо продолжили прогулку. Зима в Сан-Хосе не слишком приятная, но с кофе и хорошей компанией недостатки нивелируются. На самом деле Уилл прямо-таки наслаждался сегодняшним вечером. Свежий воздух, латте, Мак и разговоры — что может быть лучше? Только новости от тренерского штаба сборной Канады на Олимпиаде, которые вот-вот должны прийти и оповестить Маклина, попадет он в состав или нет. Этот момент Уилл и Мак решили разделить на двоих, поэтому медленно семенили к дому Марло. — Конечно, — кивнул Смитти. — Можем начать с того дурацкого видео на заднем дворе. Ну, помнишь, баскетбол? Маклин рассмеялся и покачал головой. Уилл залюбовался тем, каким расслабленным и умиротворенным выглядит Селебрини вне пределов ответственности и постоянной борьбы НХЛ. — Хорошо, давай сделаем это, — согласился Маклин, продолжая улыбаться. — Но нам определенно стоит уточнить по поводу доплаты от отдела маркетинга. Мы делаем за них половину работы! В гостевом доме Марло горел приглушенный свет. Уилл и Мак уже переоделись и теперь с упоением уплетали шоколадные эклеры прямо на кровати. Несмотря на умиротворенность вечера, Селебрини то и дело бросал нервный взгляд на телефон. — Прекращай, — проговорил Уилл, когда Маклин в очередной раз залип на погасшем экране мобильника. — Оттого, что ты гипнотизируешь телефон, быстрее звонок не раздастся. — А вдруг, — фыркнул Селебрини. Он повернулся к Уиллу, даря один из своих слишком внимательных и до дрожи пробивающих взглядов, и Смитти уже знал, что последует дальше. — У тебя шоколад на губах. — Мм, да? — Уилл облизнулся и приподнял бровь. — Все? — Нет, — категорично заявил Маклин, наклоняясь ближе, хотя Смит уверен, что никакого шоколада на губах не осталось. Но кто он такой, чтобы мешать Селебрини успокаиваться? Очевидно, поцелуи входили в категорию того, что расслабляло Маклина. Фиксирующую повязку Уилл снимал, как только возвращался домой. Поэтому, когда друг навис над Смитом, руки сами потянулись к шее и волосам. Легкая боль прошлась от локтя к запястью, но Уилл предпочел проигнорировать. Притянув Маклина ближе, он зарылся руками в мягкие волосы. Селебрини чуть ли не замурлыкал от удовольствия, а потом основательно принялся сцеловывать с губ Уилла несуществующий шоколад. — Какой оригинальный способ скоротать время, — пробормотал Смит, когда Маклин опустился к шее. Чуть повернув голову, Уилл дал больше пространства, чувствуя, как возбуждение не заставило себя ждать. Господи, ласки Селебрини, конечно, прекрасны, но когда-нибудь убьют его. На мгновение Мак остановился, потому что пришло оповещение на телефон, но Уилл знал: им нужен звонок, а не сообщение. Поэтому настойчиво подтолкнул Маклина, заставляя упасть спиной на подушки. Глаза Селебрини расширились, когда Смит аккуратно сел на его бедра. В таком положении взаимное возбуждение настолько очевидно, что лицо запылало. Но Смит не привык сдаваться быстро. Тем более Маклин выглядел таким смущенным и растерянным… Будто не он минуту назад вновь стал инициатором поцелуев. Не удержавшись, Уилл задиристо улыбнулся. — Что? Не уверен, что справишься с этим, Селебрини? — вырвалось у Смита, на что взгляд Маклина стал прямо-таки опасным. Конечно, они оба понимали, что Уилл провоцирует. И, конечно, не способный отказаться от вызова Селебрини принял правила игры. — Уверен, что справлюсь. Иди сюда, — попросил Маклин, и Уилл наклонился, целуя и стараясь не нагружать травмированную руку. Поцелуй из легкого быстро превратился в страстный, когда Мак проник горячими руками под футболку Уилла. От прикосновений к обнаженной коже по телу Смита проносилось электричество. Не контролируя себя, Уилл потерся бедрами, вызывая низкий стон Селебрини. Сжав ткань покрывала, Смит прервал поцелуй, упираясь лбом в лоб Маклина. Это слишком хорошо. Настолько, что нужна небольшая передышка, потому что Уилл готов кончить прямо вот так — не раздеваясь, от поцелуев и трения через ткань. Что довольно уныло, но и объяснимо, учитывая, как долго у Смита не было секса. Успокаивало то, что Селебрини находился в таком же состоянии. Господи, этими незавершенными ласками они действительно убивают друг друга. — Смитти, — наконец, нервно проговорил Маклин, заставляя Уилла открыть глаза. Селебрини тяжело дышал, на щеках расползся румянец, глаза сверкали, а зрачки расширились, чуть не закрывая ореховую радужку полностью. — Я никогда не… — Я знаю, — успокаивающе ответил Смит и оставил аккуратный поцелуй на скуле Селебрини. — Все в порядке, Мак. Нам не обязательно заходить дальше. Уилл все понимал. Происходящее может быть страшным и диким для Маклина. Смиту и самому страшно. Несмотря на небольшой опыт с парнями, дальше взаимного удовлетворения Уилл не заходил. А с Селебрини все происходило слишком остро, отчаянно и так желанно, что становилось страшно. Смит не планировал обострять ситуацию. Хотелось отвлечь Маклина, раз уж он сам потянулся за поцелуем. А теперь они оба слишком возбуждены и напряжены. Поэтому Уилл тихо выдохнул, продолжая оставлять ласковые, почти невесомые поцелуи по коже Маклина. Смит провел языком по линии челюсти, заполучив сладкий выдох Селебрини, а потом, улыбаясь, спустился к шее. Это у Маклина фиксация на укусах, но Уилл и сам не против оставить метку. Он слегка прикусил мочку уха и почувствовал, как горячие пальцы Селебрини сильнее впились в бока. Это прибавило уверенности — значит, Уилл все делает правильно, значит, Маклину хорошо. — Как думаешь, будут ли вопросы, если у тебя появится засос? — поинтересовался Уилл, исследуя губами и языком шею Селебрини. Тот шумно выдохнул, чуть ли не дрожа. — Пофиг, сделай это, — пробормотал Маклин, одна рука вынырнула из-под футболки, зарываясь в светлые кудри Уилла. Смит прикрыл глаза от удовольствия, а потом нежно прикусил тонкую кожу, ловя стон, который тут же сорвался с губ Селебрини. На несколько мгновений они будто застыли. Маклин тяжело дышал, продолжая путаться в волосах Уилла. Смит же ласково провел языком по отметине, извиняясь и зализывая рану. По коже Селебрини носились мурашки, а на шее расцветал след от укуса. Уилл приподнял голову, чтобы заглянуть в глаза Маклину, и именно в этот момент раздалась трель телефона. — Черт, — шумно выдохнул Селебрини, будто не он нервничал и ждал звонок последние несколько часов. Уилл тихо рассмеялся и сполз с Маклина, откидываясь на спину. Губы горели, сердце стучало слишком быстро, но Смит чувствовал себя хорошо. Не просто хорошо — превосходно. Маклин схватил телефон и поднялся с постели, неловко одергивая домашние штаны. Разговор не занял много времени. Селебрини расхаживал из стороны в сторону, а Уилл тихо наблюдал: то, как и так красные щеки Маклина стали пунцовыми, как глаза загорелись азартным огнем. Закончив звонок, Селебрини прошелся пятерней по растрепанным волосам, а потом растерянным, но счастливым взглядом посмотрел на Смита. — Я в составе! — выпалил Маклин, нервно улыбаясь. — Я поеду на Олимпийские игры!

Маклин

Команда давно привыкла к игрищам Смита и Селебрини. Поэтому Тофф, Орлов и Эки толком не обращали внимания на то, как Уилл дразнил Маклина, мешая смотреть игру. Они собрались небольшой компанией в vip-ложе, чтобы посмотреть матч Барракуды и Чернышова в их составе. Игорь вот-вот должен вернуться к Акулам, поэтому поддержать его таким образом показалось хорошей идеей. Игра довольно интересная. Если бы еще Уилл, который только-только оправился от травмы, перестал дразнить Маклина, заставляя чувствовать табун мурашек по коже! Селебрини с трудом удавалось следить за матчем, потому что Смитти поставил своей целью довести его до… точно не до бешенства. Когда Уилл нашептывал какую-то ерунду на ухо, касаясь губами кожи, последнее, чего хотелось Маклину — это беситься или раздражаться. На самом деле Селебрини уже не хотелось смотреть матч. Но, схвати он Смитти и утащи в какое-нибудь безлюдное место, у команды точно появились бы вопросы. Достаточно подозрительных взглядов из-за засоса на шее. Не то чтобы Маклин не был в восторге. — Что с тобой сегодня? Обычно Мак не в силах сидеть смирно. Какой-то ты слишком… возбужденный, — недоуменно спросил Тофф у Уилла. Тот усмехнулся и пожал плечами. Маклин подозревал, что приподнятое настроение Смитти связано с сегодняшним утром. Медики наконец-то вынесли вердикт и заявили, что Уилл может скинуть бесконтактную джерси и вернуться к тренировкам в общей группе. Селебрини не мог винить Смита в откровенной радости. Хотя бесконтактное джерси в последние недели все равно не останавливала Мака от контакта с Уиллом. Будто кто-то или что-то могло удержать Селебрини на расстоянии, если на льду был Смит. — Да, Смитти, какой-то ты слишком возбужденный, — не смог сдержаться Маклин, хитро глядя через плечо на друга. Ох, зря. Голубые глаза Уилла вспыхнули на мгновение, а на губах появилась ухмылка. — И что мы с этим можем сделать? — поинтересовался Смит на ухо Селебрини, отчего тот шумно выдохнул. Воображение тут же подкинуло варианты, что Маклин мог бы сделать с возбуждением Смитти. Щеки мгновенно запылали. Уилл, удовлетворенный реакцией, отклонился назад, потому что Маклин попытался достать его рукой. — Слишком медленно, Сэлли. Он еще и называет его Сэлли! Вот засранец. Маклин вскочил бы на ноги и легко догнал Уилла. Но тогда теснота в брюках стала бы очевидной. Какая жесть! Селебрини закусил губу, думая, как докатился до этого. Почему шепот Уилла так действует… Да, ладно. Допустим, не только шепот. В последние недели Маклин дотошно улавливал реакции и приходил к неутешительным выводам. Появившаяся возможность целоваться с Уиллом никак не облегчила ситуацию. Наоборот — стало сложнее, потому что Маклин хотел большего. — Подойди ближе, давай, Смитти, — наигранно ласково проговорил Селебрини, глаза опасно сверкали. Уилл рассмеялся не поддавшись. — Встань и поймай. — Не могу, я смотрю игру, придурок, — недовольно фыркнул Селебрини, взгляд Уилла на мгновение задержался на его брюках. Светлые брови приподнялись, а потом Смитти совершенно по-дьявольски ухмыльнулся. — Мм, незадача, — протянул Уилл и как бы между прочим поправил ворот кофты. Взгляд Маклина зацепился за узнаваемую отметину на ключице. Это, блять, он ее оставил. Два дня назад. Жар прошелся по телу, Маклин прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Дыхание, да? Правильное дыхание должно успокоить бешеный стук сердца и унять желание встать и зацеловать белобрысое исчадие ада до смерти. Так вот, да. Маклин пришел к выводу, что готов к большему. Только как дойти до этого «большего» пока неясно. Уилл стойко держится, стараясь не давить. А Мак уже и не против, чтобы на него надавили — что бы это ни значило. — Так, какие планы на вечер, Сэлли, — прозвучал низкий голос Уилла у уха. Маклин вздрогнул, возвращаясь в реальность. Размышления о том, что встать на колени перед Смитти уже не кажется чем-то странным, подействовали соответствующе — в брюках стало совсем некомфортно. А картинка того, как сам Уилл, одетый в джерси с кроваво-красной фамилией Селебрини на спине, мог бы опуститься перед Маком… — Твои идеи? — сдаваясь, обреченно поинтересовался Маклин и сразу получил быстрый поцелуй в висок в качестве награды. Он обернулся, почти утыкаясь в лицо Уилла. Тот выглядел как никогда довольным собой, будто знал, какие образы застыли в голове Мака. — Помимо доведения меня до точки кипения, конечно. — Доведение тебя до точки кипения, мм, заманчиво, — улыбнулся Смитти. Он провел языком по зубам, гипнотизируя и лишая Маклина остатков самообладания. Ситуацию спас Тофф. Господи, благослови Тайлера Тоффоли. — Мать твою, Смитти, отлипни от Селебрини! — громко проговорил Тофф и покачал головой. — Игра закончилась, Черни забил гол. — Вперед, Черни! — подняв кулак вверх, рассмеялся Уилл. Маклин стушевался под взглядом Тоффоли, смотря на лед. Да, Барракуды действительно выиграли. А Селебрини необходимо потренироваться над выдержкой. Иначе любое взаимодействие с Уиллом на людях превратится в пытку… Но что он там говорил про доведения до точки кипения?