Клуб Обезьян

Первое время он пытался быть справедливым. Проверять информацию, отсеивать сомнительные цели. Но гориллы роптали. Им нужна была кровь каждую неделю, иначе они начинали убивать без спроса. Джеймс закрывал глаза на «сомнительных». Потом — на «непонятных». Потом — на «удобных, но невиновных». Друг, тот самый, который спасал его от бутылки, узнал правду на седьмом месяце кровавого правления. Он пришёл в клуб — без приглашения, без маски — и смотрел на приятеля с ужасом. — Ты? — сказал он. — Ты Бонобо? — Это работа, — ответил Джеймс— Не суди. — Ты убил Мартина! Я знал его. Он не трогал детей. Он был дурак и бывший уголовник, но не это. — Ты ничего не знаешь. — Я знаю, что твоя жена… — он запнулся. — Она бы не хотела этого всего. Харпер сорвался. Приказал арестовать друга. Посадить на стул. Привязать. Когда Джеймс стоял перед ним с молотком в руке, он не плакал. Он смотрел ему в глаза, даже сквозь маску. — Ты станешь следующим, кого приведут на этот стул, — сказал он. — Рано или поздно. Потому что справедливость без закона — это просто стая. А стая пожирает своих. Взмах молотка. Тяжёлый удар. Он умер быстро. Джеймс стоял над ним, и маска была мокрой от слёз. Его? Или почившего друга? Понять было нельзя. На следующий день Джеймс Харпер купил камеру-брелок.