Белая тишина

Гарри сел за стол Слизерина рядом с Драко. Едва он устроился, как Панси наклонилась к нему и с усмешкой прошептала: — Поттер, ты только что произвёл настоящий фурор. Мне кажется, в этом зале ещё никогда не было так тихо. Гарри лишь улыбнулся. — Надеюсь, это был хороший фурор. — О, безусловно, — заверил его Блейз. — Особенно выражения лиц за учительским столом. — Жаль, ты этого не видел, — добавил Тео с редкой усмешкой. Через несколько минут распределение подошло к концу. Когда последний первокурсник занял своё место, директор поднялся. — Добро пожаловать! — голос Альбуса Дамблдора легко разнёсся по всему залу. — Добро пожаловать в Хогвартс! Перед тем как вы приступите к ужину, позвольте сказать лишь несколько слов. А именно: Олух ! Пузырь! Остаток! Уловка! В зале воцарилась короткая тишина. — Спасибо, — невозмутимо закончил директор и сел. Перед учениками тут же начали появляться блюда. Столы буквально ломились от еды: жареная курица, картофель, овощи, пироги, подливы и множество других угощений. Драко повернулся к Гарри. — Что тебе положить? — Честно говоря, я не очень голоден. А что там есть? — Курица, картофель, овощи… О, и жаркое. — Тогда немного курицы. Драко положил ему на тарелку аккуратный кусочек. — Спасибо. Гарри начал есть, и, как оказалось, аппетит всё же у него был. Когда основные блюда исчезли, на столе появились десерты. Блейз, явно решив последовать примеру Драко, тут же спросил: — Пирог будешь? — А какой? — Яблочный. — Тогда с удовольствием. — Отличный выбор, — одобрил Блейз, накладывая ему кусок. Вскоре по залу начали скользить призраки. Один из них, полупрозрачный мужчина в старинной одежде, задержался у слизеринского стола и даже немного побеседовал с Гарри. — Приятно познакомиться, мистер Поттер, — произнёс он с лёгким поклоном. — Я Кровавый Барон. — Взаимно, сэр. — Надеюсь, вы принесёте Слизерину немало славы. — Постараюсь. В какой-то момент Гарри вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он повернул голову в сторону учительского стола — и внезапно его охватило видение. Короткое, смазанное, словно отражение в мутной воде. Человек в тюрбане. Зеркало. И… ещё одно лицо на затылке. Бледное, жуткое, с холодными глазами. Гарри резко вдохнул и моргнул, когда видение исчезло. — Всё в порядке? — сразу спросил Драко. — Да, просто… задумался. Он не стал рассказывать. Ему совсем не хотелось, чтобы его сочли странным. Или, что ещё хуже, начали смеяться над его видениями. Когда все наелись, профессор Дамблдор снова поднялся. — Прежде чем вы отправитесь отдыхать, позвольте представить преподавателей. Он поочерёдно называл профессоров. — Профессор Минерва Макгонагалл, заместитель директора и преподаватель трансфигурации. — Строгая. Очень строгая. Панси кивнула: — И очень справедливая. Макгонагалл коротко кивнула. — Профессор Филиус Флитвик, преподаватель чар. — Маленький, но гений, — добавил Драко Невысокий волшебник приветливо помахал рукой. — Профессор Помона Спраут, преподаватель травологии. — Добрая, но не стоит злить, — прошептала Панси. Полная ведьма с доброй улыбкой радушно кивнула ученикам. — Профессор Северус Снейп, преподаватель зельеварения и декан Слизерина. — Это наш декан, — гордо сказал Драко. При этих словах за слизеринским столом раздались особенно громкие аплодисменты. Снейп лишь слегка наклонил голову. — Профессор Квиринус Квиррелл, преподаватель защиты от тёмных искусств. — Странный он, — тихо заметил Блейз. — Очень, — согласился Тео. – И зачем-то у него на голове тюрбан это давно не в моде – Послышался тихий, слегка нервный голос. После этого Дамблдор продолжил: — И ещё несколько важных замечаний. Ученикам запрещается посещать Запретный лес. Это касается всех, хотя, как показывает практика, некоторых особенно. По залу прокатились смешки. — Также хочу напомнить, что коридор на четвёртом этаже, в правом крыле, закрыт для всех, кто не желает умереть особенно мучительной смертью. На этот раз в зале стало подозрительно тихо. — А теперь — спать. Завтра вас ждёт первый учебный день. Объявляю учебный год открытым! Старосты поднялись, собирая первокурсников. — Меня зовут Джемма Фарли, я староста Слизерина, — представилась девушка. — А это мой коллега, префект седьмого курса. Она объяснила, что первую неделю старосты будут сопровождать первокурсников на занятия, чтобы никто не потерялся в замке. Драко, как и прежде, взял Гарри за руку. Гарри уже почти привык к тому, что его постоянно кто-то ведёт — за руку или под локоть. И, к своему удивлению, это совсем его не раздражало. Когда они вошли в слизеринскую гостиную, Гарри ощутил прохладу и мягкий гул голосов. Драко тихо описал помещение: каменные стены, зелёные драпировки, кожаные кресла, огромный камин и высокие окна, за которыми мерцала тёмная вода озера. Староста рассказала правила факультета и ответила на несколько вопросов. Именно в этот момент в гостиную вошёл профессор Снейп. Разговоры тут же смолкли. — Добрый вечер, — его голос был тихим, но властным. — Я профессор Северус Снейп, декан Слизерина и преподаватель зельеварения. Поздравляю вас с поступлением на лучший факультет Хогвартса. По гостиной прокатился одобрительный шёпот. — Я ожидаю от вас дисциплины, усердия и достойного поведения. Слизеринцы всегда поддерживают друг друга. Помните: успех одного — это успех всего факультета. Его взгляд задержался на Гарри чуть дольше, чем на остальных. Но Снейп ничего не сказал и продолжил: — Не разочаруйте меня. С этими словами он развернулся и вышел. Комнаты первокурсников оказались просторными и уютными. Гарри предстояло жить вместе с Драко, Тео и Блейзом. — По-моему, нам повезло, — заявил Блейз. — Особенно тебе, — заметил Тео. — Ты сможешь бесконечно любоваться собой в зеркале. — Это важный ритуал. Они решили не разбирать вещи сегодня. Слишком долгим и насыщенным выдался день. Поэтому все по очереди приняли душ и вскоре устроились в кроватях. — Спокойной ночи, — сонно пробормотал Драко. — Спокойной, — отозвались остальные. Но Гарри долго не мог уснуть. Он лежал, прислушиваясь к тихому дыханию друзей, и размышлял о прошедшем дне. Драко казался ему кем-то вроде старшего брата — немного заносчивый, временами язвительный, но искренне добрый к тем, кого считал своими. Блейз был открытым, умным и удивительно наблюдательным. Он явно любил учиться и стремился узнать как можно больше. Тео производил впечатление холодного и сдержанного человека. Он не любил конфликты, говорил мало, но Гарри уже понял: Тео всегда замечает больше, чем показывает, и по-своему заботится о друзьях. Панси была яркой, эмоциональной и обожала говорить — особенно о моде. Впрочем, не только о ней. А Крэбб и Гойл… о них Гарри пока знал меньше всего. Но уже понял главное: они невероятно преданны. Размышляя об этом, он снова вспомнил странное видение за ужином. Человек в тюрбане, зеркало и лицо на затылке. Что это могло значить? Тем временем в кабинете директора царил настоящий хаос. — Что случилось с мальчиком? — требовательно спрашивала профессор Макгонагалл. — Как он потерял зрение? — Почему мы не были предупреждены? — И что с его волосами? Профессора говорили почти одновременно. Дамблдор, как ни странно, сохранял невозмутимость. — Уверяю вас, с мистером Поттером всё в порядке. — В порядке? — переспросила Макгонагалл. — Он слеп! — И, судя по всему, прекрасно с этим справляется, — мягко заметил директор. Квиррелл молчал, нервно теребя край своей мантии. Его лицо было бледнее обычного. Снейп тоже хранил молчание. Он сидел, сцепив пальцы, и задумчиво смотрел в огонь. Его мысли были куда мрачнее. Поттер сын Джеймса Поттера… и Лили. И почему, глядя на него, Северус видел не высокомерного Джеймса, а нечто совсем иное? Что-то подсказывало ему: этот учебный год будет очень, очень непростым.