Наказание для Кнайфа

Погода сначала казалась такой же спокойной и солнечной, как и в прошлый день. Тёплый свет мягко ложился на траву, воздух был почти неподвижным, и всё вокруг выглядело обманчиво мирно. Обджекты собрались на поляне, каждый по-своему решая, чем занять внезапно свалившийся “отпуск”. Кто-то, не раздумывая, растянулся прямо на траве, собираясь наконец выспаться. Другие с воодушевлением придумывали игры, громко споря и смеясь — к ним постепенно присоединялись всё новые и новые участники. Смех разносился по поляне, создавая ощущение почти нормальной жизни. А некоторые… предпочли остаться в стороне. Кнайф, как и обычно, устроился на своём любимом кустарнике. Старый, пропахший плед лежал там же, смятый и немного влажный от утренней росы. Он опустился на него, закинув одну ногу на другую, и уставился куда-то в сторону, будто пытался разглядеть в пустоте ответы на свои мысли. — Прекрасно… — тихо пробормотал он себе под нос, лениво проводя рукой по траве. — Все веселятся, а я сижу здесь и разговариваю сам с собой… Его голос звучал глухо и немного устало. — На кого ты меня покинула, Лампочка… Он даже не заметил, как небо над поляной начало меняться. Сначала — едва заметно. Свет стал чуть тусклее. Тени — длиннее. Потом — быстрее. Огромное тёмное облако медленно наползало на солнце, будто кто-то нарочно заслонял его. Воздух стал тяжелее, влажнее. Ветер, который до этого едва ощущался, резко усилился, пробегая по траве холодной волной. Первая капля упала Кнайфу прямо на лицо. Он едва заметно дёрнулся, моргнув. Вторая. Третья. Капли становились чаще, холоднее, неприятно скатываясь по коже. Ветер поднялся сильнее, срывая листья с веток и закручивая их в воздухе. Где-то рядом сухая ветка с треском сломалась. Гроза начинала разгораться. Резкая вспышка разорвала небо — и почти сразу за ней последовал оглушительный удар грома. Молния ударила прямо в одно из деревьев неподалёку, расколов воздух ослепительным светом. — Чт— Кнайф не успел договорить — от неожиданности он резко сорвался с места и потерял равновесие, падая прямо на промокшую, холодную траву. Земля неприятно прилипла к одежде. Ещё один удар грома — громче, ближе. Он быстро поднялся, отряхиваясь, но теперь в его движениях не было ни капли ленивости. Только напряжение. — Да что за… Не договорив, он резко повернулся в сторону поляны и быстрым шагом, почти переходя на бег, направился туда, щурясь от дождя, который уже начинал лить сильнее.. На поляне: Жизнь там ещё секунду назад кипела. Чашечка, Стерка, Нансенсу и Пшика с шумом играли в “горячий картофель”, перебрасывая друг другу камень. Чашечка, запыхавшись, поймала его и, не заметив под ногами выступающий корень, резко споткнулась. — Ай—! Она едва удержалась, чтобы не упасть, и, чуть не выронив “картофель”, со смехом выпрямилась — но веселье быстро начало угасать. Замазыч и Бутылич сидели чуть поодаль на старом бревне. Замазыч лениво наблюдал за небом, прищурившись, а Бутылич следил за стаей птиц, которые резко сорвались с веток и устремились прочь, образуя в небе неровный, тревожный клин. — Эй… Замазыч… — неуверенно протянул Бутылич, немного наклоняясь вперёд. — Как думаешь… куда птицы так поспешно летят?.. Ветер резко дёрнул его, заставив замолчать. Замазыч нахмурился, переводя взгляд с неба на лес. — Я не думаю, что это просто так… — тихо ответил он, и в его голосе прозвучала настоящая настороженность. В этот момент сильный порыв ветра прошёлся по поляне, поднимая листья и пыль в воздух. Игра резко остановилась. Камень выпал из рук Чашечки и глухо ударился о землю. Первые тяжёлые капли дождя начали падать на траву — редкие, но холодные. Под дубом Чарджери и Сока всё ещё спали, прижавшись друг к другу, но даже они начали беспокойно шевелиться, когда ветер стал сильнее, а капли дождя стали пробиваться сквозь их “берлогу”. Где-то в небе снова вспыхнула молния. На этот раз — ближе. И тогда стало окончательно ясно: Это не просто дождь.