Последний Штрих (Свежий вкус чернил. Книга 3)

Мини галантно предложил помыть посуду (то есть загрузить её в посудомойку), и Зи милостиво согласился. Он сказал, что заскочит в офис на пару часов, спросил у Мини, не нужно ли купить для него что-нибудь на обратном пути, и велел Тринкету прислать сообщение, что он хочет заказать на ужин. Потом Зи направился в спальню за пальто, и Тринкет устремился за ним. Он шел за Зи по коридору, тыкая его пальцем в поясницу и ядовито шипя: - Зи!! Какого чёрта! Какого, блин, чёрта! Как только они добрались до спальни, Зи развернулся. Схватил Тринкета и, ухмыляясь, прижал его к стене. Тринкет мрачно сверлил его взглядом. - Думаешь, ты такой остроумный?! По-твоему, это смешно?! - возмутился он. - Ты же хотел зрителей, верно? - спросил Зи тем самым мягким, опасным, властным голосом, поцеловал Тринкета в губы и скользнул рукой вниз. Этого движения хватило, чтобы вернуть к жизни эрекцию Тринкета, которую он старательно прятал за столом. - Если тебе не зашло – можем свести всё к шутке, - сказал Зи. - Без проблем. Но... - он слегка прихватил нижнюю губу Тринкета зубами. - Мне кажется, это может быть очень сексуально. - С чего это вдруг тебе стало нравиться подобное? - требовательно спросил Тринкет. - Я думал, ты злился, когда я заводил разговоры на эту тему. Я был уверен, что ты ревнуешь. Зи замолчал и задумался. - Видишь ли... - начал он медленно, подбирая слова. - Мне нравится, что есть человек, который знает. Который видел твои татуировки. Видел на тебе следы от нашего грубого секса. Человек, который знает правду. - Правду? - выдохнул Тринкет. - О том, кто ты, - сказал Зи. - Какой ты. И кому ты принадлежишь. Он снова впился в губы Тринкета, и в этот раз поцелуй был долгим, неспешным и явно демонстрирующим намерения. Зи расстегнул ширинку на штанах Тринкета. - Я хочу, - стальным голосом сказал он, - чтобы дома ты носил мой ошейник. Зи достал его изнемогающий твёрдый член, опустился на колени и поцеловал ствол. Потом поднял голову и встретился глазами с Тринкетом. - Тебя это устраивает? - спросил он, обдавая член горячим дыханием. - Да, - прошептал Тринкет. - Да. Я не против. Мне нравится. - Хорошо, - Зи лизнул ствол длинным размашистым движением, поцеловал головку и снова посмотрел на Тринкета. - Я могу хватать тебя за волосы в его присутствии? Тринкет задрожал. - Да. Зи поцеловал член снова и спросил: - Я могу быть грубым с тобой перед ним? - он стянул штаны Тринкета ниже и поцеловал внутреннюю сторону его бедер. Потом потянулся рукой между его ног назад и вверх, бесцеремонно проталкивая палец внутрь. - Я могу тебя швырять? А если ты плохо себя ведешь, я могу попросить его выйти из комнаты, чтобы трахнуть тебя как следует и поставить на место? Тринкет не мог скрыть своих чувств: его член подергивался у губ Зи. - Тебе можно всё, - сказал он, стараясь не застонать. - Боже. Это так заводит. Ты можешь делать перед ним всё, что угодно. - Всё что угодно? - переспросил Зи, проталкивая палец глубже и небрежно играя с простатой Тринкета. - А если ты будешь таким плохим, что выбесишь меня? Ты позволишь мне швырнуть тебя на пол и выебать твой рот перед ним? Чтобы он увидел, как хорошо ты умеешь заглатывать мой член? - Ты сейчас заставишь меня кончить, - хрипло сказал Тринкет. - Значит пора притормозить, - сказал Зи и… остановился. Он вынул палец и подтянул штаны Тринкета. Потом встал, заправил его напряжённый член обратно в трусы, надел штаны до конца и даже застегнул ширинку. Затем подарил Тринкету быстрый, легкий поцелуй в губы. - Я на работу, - сказал он. - Вернусь через пару часов. Тринкет уставился на него, осознавая ужасную правду. - Ты что, серьезно? - сказал он. - То, о чем мы говорили ночью… - Я слов на ветер никогда не бросаю, - отрезал Зи. - Типа мне нужно ждать, пока ты вернешься домой, чтобы кончить? - спросил Тринкет, отчаянно надеясь, что неправильно его понял. Зи усмехнулся, глядя на его недоумевающее лицо. - Да. Тебе нужно ждать, чтобы кончить, - сказал он. - Точка. Тринкет сглотнул. - И…сколько? - Никаких «сколько», - ответил Зи. - Никаких конкретных сроков. Жди, когда я тебе разрешу. Тринкет неверяще смотрел на него. - Подумай, что ты хочешь на ужин, - сказал Зи, заправляя прядь волос Тринкета за ухо. - Напиши мне, что ты выбрал. А когда я вернусь домой... на тебе должен быть мой ошейник. *.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.* Тринкет сидел на кровати, пытаясь силой мысли справиться с эрекцией. Единственное, что хоть как-то помогало - это злость, но сердиться на Зи за то, что тот возбудил его и свалил, у него не получалось. Он не имел права беситься, потому что сам слишком часто проделывал такой трюк. Однако... В доме находился человек, злиться на которого ему разрешалось. Он нашел Мини на кухне - тот всё еще показушно занимался уборкой. Мини взглянул на него с ухмылкой, которая не исчезла, даже когда Тринкет ударил его в плечо. - Что случилось, мой лучший друг? - спросил он, обнял Тринкета за талию и притянул к себе, очень по-хозяйски перемещая руки на задницу. - Что с тобой не так? - выпалил Тринкет. - «Может, это ускорит процесс выздоровления». Ты дебил? Я думал, ты боишься, что он врежет тебе монтировкой по яйцам. А ты решил, что тебя это заводит? - Мой новый лучший друг Зи никогда бы так не поступил, - сказал Мини. - Мне так повезло. Вчера меня выкинули под мост, а потом за один день у меня появилось сразу два лучших друга. - Если еще раз скажешь «лучший друг», я сам возьму монтировку и врежу тебе по яйцам, - пригрозил Тринкет. Мини развернулся, прижал Тринкета к столешнице и поцеловал в губы - горячо и тягуче. - Знаешь, одно дело - знать, что у тебя есть грубый, доминантный мужик, перед которым ты ходишь по струнке, - прошептал он Тринкету на ухо. - И совсем другое - увидеть лично, как он с тобой обращается. Он здоровенный. Властный, но спокойный. Ведет себя по-хозяйски, но руки не распускает. И то, как он на тебя смотрит, как прикасается... Это пиздец как горячо, честное слово. Тринкет должен был вырваться из его рук. Но он замер, в основном из-за сердитой учтивости - в конце концов, Мини еще вчера был в больнице. Тринкет еще не забыл тот тошнотворный страх, с которым он мчался к Мини, валяющемуся под эстакадой. - Поэтому ты здесь торчишь? - спросил он осуждающе. - Потому что хочешь послушать, как мы трахаемся? Не могу поверить, что ты это сказал. Не могу поверить, что он позволил тебе это сказать. - Я решил, что это отличный способ сдохнуть, - сказал Мини, немного отстраняясь и глядя в окно с откровенно довольным выражением лица. - Позволить мужику, чьего жениха я трахал несколько месяцев, сделать из меня куколда. - Между прочим, я был его женихом ещё до того, как мы с тобой начали встречаться, если это вообще можно так назвать, - заметил Тринкет и поправил себя: - Не женихом. Бойфрендом. Партнером. Черт, я сам не знаю. - Да, кстати, как у вас дела на этом фронте? - спросил Мини, отрываясь от созерцания окна. - Ты всё еще держишь его на крючке? - Три месяца, - ответил Тринкет. - У меня есть три месяца, чтобы привести мысли в порядок и сказать ему «да» или «нет». Думаю, всё это время он будет отказывать мне в оргазме. И, скорее всего, моя башка взорвётся гораздо раньше, чем истекут эти месяцы. - Вау, так вот каков его ход? - ухмыльнулся Мини. Наконец-то Тринкет смог наябедничать. - Он специально довёл меня до стояка, пососал, а потом остановился и уехал на работу, сказав, что мне нельзя кончать. И даже не обозначил никаких сроков! Сказал «ждать, когда он разрешит». Черт его знает, что это значит. - По-моему, всё довольно очевидно, - сказал Мини. - Да ну, полный отстой, - проворчал Тринкет. Он понимал, что есть вещи поважнее и что паниковать следует из-за ситуации в целом, а не из-за собственного неудовлетворенного члена, но не привык, чтобы его обламывали и оставляли на взводе. - Бедняжка, - промурлыкал Мини, целуя его в шею под ухом. - Хочешь, я позабочусь о тебе, детка? По спине Тринкета пробежали мурашки. Формально их отношения с Мини не были закончены. Они просто стояли на паузе. Тринкет вроде бы и разорвал их, но возобновил сразу же после того, как нашел таблетки в тайнике, а потом был тот душераздирающий разговор с Зи, и… было не до Мини. - Мы не должны продолжать, - прошептал он. - Мы не должны были начинать, - заметил Мини... и опустился на колени. Тринкет прикусил язык, когда Мини прижался губами к его паху. Мини массировал ртом член Тринкета через ткань, и эрекция, которая так толком и не ушла, вернулась во всей красе. Мини лизнул выпуклость в штанах. Тринкет медленно выдохнул. У него не хватало душевных сил ни на то, чтобы испытывать вину, ни на то, чтобы испытывать счастье, ни на то, чтобы вообще понимать свои чувства, пока Мини медленно расстегивал его ширинку и стягивал вниз штаны. Он поцеловал нижнюю сторону возбуждённого члена Тринкета и посмотрел на него снизу вверх. - Зи делал вот так? - спросил он и медленно лизнул ствол. Тринкет снова прикусил язык. - Да, - прошептал он. - Он отсосал тебе? - спросил Мини. - Нет. Просто лизал... целовал его. Мини снова поцеловал нижнюю сторону ствола. Уже не глядя вверх, он ласкал член Тринкета губами, медленно продвигаясь к головке. - Я всегда умел давать тебе то, чего не давал он, - пробормотал он и обхватил головку губами. И медленно принял всю длину в рот. Тринкет закрыл глаза и наслаждался тихими влажными звуками, которые издавал Мини. - Так хорошо, - выдохнул он. - Очень хорошо. Мини насадился глубже, и заглотил Тринкета целиком, не переставая ласкать ствол языком. Потом он выпустил член изо рта, полюбовался им, лизнул головку… И выпрямился. Тринкет уставился на него. Мини улыбнулся, наклонился и быстро поцеловал его в губы. - Ты же не собираешься... - начал Тринкет, и тут вдруг понял. Его охватило возмущение. - Ты что, тоже? Ты серьезно? Мини торжественно кивнул. - Знаешь, - сказал он, глядя вниз на твердый, блестящий от слюны член Тринкета. - Только что, когда я ощутил, как ты пульсируешь у меня в горле… Знаешь, что я испытал? Тринкет свирепо посмотрел на него. - Меня охватило чувство вины, - сказал Мини, напуская на лицо шутовское скорбное выражение. - Как я мог так поступить с моим лучшим другом Зи? Как я мог обслюнявить его сучку? Это же его собственность. Какой же из меня друг после этого? - Ты просто хочешь, чтобы я страдал, - обвинил Тринкет. Мини ухмыльнулся. - Ага, - согласился он. - Не без этого. *.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*.* Тринкет точно знал, где лежит его ошейник - он спрятал его в комод после последнего раза с Мини. Он пойдет и достанет его? Наденет? Выйдет в нем к ужину, как ему велели? Хрена с два. Он злился. Он злился не только на Зи, но и на Мини тоже. Оба бойфренда. Лишили его. Своих членов. А хуже всего было то, что веских причин для злости у него не было. Ну как он мог злиться? Ведь благодаря доброте Зи Мини обосновался в гостевой спальне и находится в безопасности. Тринкету не нужно за него переживать. Более того, он понравился Зи. Кровавая баня, которую Тринкет рисовал в воображении, не состоялась. Гора свалилась с плеч. Вот же мудаки. Тринкет сидел на кровати, закипая, и подумывал подрочить «назло им всем». Единственное, что удерживало его от нарушения запрета Зи - это мелочное чувство соперничества. Если Зи смог продержаться месяц без разрядки, неужели Тринкет не сможет выдержать пару... часов? Дней? Господи, он боялся заглядывать дальше выходных. Ему и так казалось, что мозг перегрелся, и ему срочно нужна разрядка. Нужно хоть какое-то облегчение. Холодный душ – вот что ему нужно. Он как раз дрожал под холодными струями, когда Зи вернулся домой. Тринкет вышел из кабинки, закрутил кран, обмотал полотенце вокруг головы и замер, услышав голоса. Весёлые голоса. Ярость снова подкатила к горлу. Он упрямо топнул ногой. Тринкет отжал волосы, оставил полотенце на голове и обернул другое вокруг бедер. Он решительно направился в спальню, ожидая, что в неё вот-вот зайдет Зи и столкнется с непреодолимым искушением в виде соблазнительно раздетого, татуированного бойфренда с влажной после душа кожей. Зи не пришел. Тринкет маялся у кровати, не желая одеваться, пока не почувствовал запах тайской еды. Он услышал звон тарелок и приборов. Его лицо вспыхнуло. Они что, просто сядут ужинать? Зи даже не зайдет, не схватит его за подбородок, не посмотрит в глаза и не спросит, плохо ли он себя вёл? Не кончил ли вопреки запрету? - Тринкет, - донёсся из кухни голос Зи. - Еда на столе. Даже не приказ «иди есть»! Тринкет сердито и демонстративно швырнул полотенца на пол, не потрудившись повесить их сушиться или бросить в корзину, и начал одеваться. В его гардеробе было не так уж много вещей, которые можно было бы назвать «соблазнительными», но он выбрал особенно удачные шелковые пижамные штаны. Обтягивающие. Так, как нравилось Зи. Из шкафа Зи он стащил рубашку - она была ему велика, рукава небрежно свисали ниже пальцев. Он расстегнул несколько верхних пуговиц, открывая грудь, но не обнажая соски. Конечно, это вам не Victoria’s Secret, но больше в его распоряжении ничего не было. Раньше это всегда заводило Зи. Ему нравилось, когда Тринкет носил его рубашки. Тринкет быстро собрал волосы в узел, заколол шпилькой, и оставил несколько ниспадающих на плечи прядей. Подчеркивая обнаженную беззащитную шею. Демонстрируя наглое отсутствие ошейника. Затем, с чувством триумфа, граничащим в глубине души с «да пошли вы нахрен», Тринкет отправился к ним на кухню. Зи и Мини снова болтали, как старые приятели. - ...этот конченый мудак, Фрэнсис Нгуен, - говорил Зи. - Жесть, даже имя у него мудацкое, - вторил Мини, накладывая себе лапшу. Возле него уже стоял бокал вина - точно такой же, как у Зи по другую сторону стола. Что-то в татуированных костяшках Мини, сжимавших бокал, вносило диссонанс в уютную обстановку их кухни - утром Тринкет этого не заметил. Было и еще что-то, выбивающееся из общей картины, но Тринкет никак не мог понять, что именно. Потом Мини увидел его, улыбнулся и потянул за ворот своей рубашки. - Оу, мы с тобой в одном стиле, - сказал он. На Мини была рубашка Зи. Ему она тоже была велика, но с его причёской, татуировками и манерой держаться он мог надеть что угодно, и это выглядело бы, словно так и задумано. Он закатал рукава, и его татуировки резко контрастировали со светлой тканью в мелкую клеточку. - У тебя что, нет сменной одежды? - спросил Тринкет. - Твой мужик заставил меня закинуть её в стирку, - сказал Мини, указывая рукой с бокалом в сторону Зи. - От неё воняло как от пепельницы, - заметил Зи, накладывая еду на тарелку. Мини сделал жест «Ну что с ним поделаешь». Зи, наконец, поднял взгляд на Тринкета и задержал его чуть дольше, чем обычно. Тринкет ощутил лёгкий трепет и надежду, что своим внешним видом он всё же чего-то добился. - Давай, - сказал Зи, отодвигая для него стул. - Присаживайся. Значит, он не собирается ничего говорить при Мини. Ну и ладно. Это нормально. Так даже лучше. Тринкет сможет отлично сыграть роль занозы в заднице. Он будет улыбаться и смеяться, поддерживать беседу, будет чрезвычайно дружелюбным с Мини, всячески подчеркивая их тесную дружбу. Всё идёт так хорошо, что можно рискнуть и попытаться заставить Зи слегка поревновать. Тринкет подошел, нежно чмокнул Зи в губы, затем сел на предложенный стул и очаровательно улыбнулся Мини. Улыбка получилась такой теплой, что Мини даже приподнял брови. - Передашь арахисовый соус? - спросил Тринкет медовым голосом. - Погоди-ка, - сказал Зи. Его интонация не изменилась, но у Тринкета внутри взвыла сирена. Мини тоже это почувствовал. Его взгляд метнулся с Тринкета на Зи. Зи протянул руку и легонько пощекотал шею Тринкета. - Разве я не попросил тебя надеть ошейник? - спросил он спокойно. За столом повисла тишина. Тринкет непроизвольно замер, не поворачиваясь лицом к Зи. По спине пробежал холодок. Мини поднял бокал и молча сделал глоток, не отводя от них взгляда. Зи поднял палец к подбородку Тринкета и повернул его голову к себе. Выражение лица Зи не было грозным. Не было театрально суровым. На нём было написано спокойствие и безграничное терпение. И это пугало Тринкета до чертиков. Он знал, что делать с разъяренным, жаждущим Зи. С таким Зи он умел справляться. Но с этим... Это было что-то незнакомое. Его энтузиазм от идеи вывести Зи из себя мгновенно испарился. - Я забыл, - выпалил Тринкет. - А-а-а, - протянул Зи всё так же спокойно и кивнул. - Ничего страшного. Он убрал палец с подбородка Тринкета, и на мгновение тот подумал: «Что, и всё? Это всё?» Никаких разборок? Они просто будут ужинать? Зи встал из-за стола. И начал расстегивать ремень. Тринкета бросило в жар, потом в холод, потом снова в жар. Он застыл, как кролик перед удавом, не веря в происходящее. Зи ведь не собирается его отшлепать? Он ведь не разложит его прямо на столе? Мини наблюдал с нейтральным интересом. - Встань, - ласково сказал Зи. Когда парализованный Тринкет не пошевелился, Зи аккуратно взял его за руку и поднял на ноги. Тринкет неверяще уставился ему в лицо. А Зи, не глядя Тринкету в глаза и сосредоточенно занимаясь своим делом, поднял ремень и застегнул его на шее Тринкета. Затянул пряжку. Обернул свободный конец вокруг шеи. Достаточно туго. Чтобы казалось, будто горло Тринкета сдавливает чья-то рука. Зи сделал последний виток и аккуратно заправил кончик, завершая импровизированный ошейник. - Вот так, - сказал он, наклоняясь и целуя Тринкета. - Проблема решена. Зи вернулся на свое место за столом. Потянулся за спринг-роллами, закончил наполнять тарелку и сделал глоток вина. - Мини, - сказал он. - Передашь арахисовый соус? - Конечно, - отозвался Мини, протягивая соусник. Тринкет стоял, а его шею обматывал ремень бойфренда. Через мгновение Зи взглянул на его застывшую фигуру и тихо фыркнул. - Тринкет, ну что же ты. Он взял его за локоть и усадил обратно за стол. Сплошная нежность и галантность. - Поешь. Мы сто лет не заказывали из этого ресторана, - и добавил, обращаясь к Мини: - Хотел бы я сказать, что мы редко едим покупную еду, но, честно говоря, мы заказываем доставку как минимум дважды в неделю. - С такой-то кухней? - Мини обвел жестом помещение и явно дорогую технику. - Вот именно, - вздохнул Зи, оглядываясь. - Самое обидное, что эта кухня была одной из главных причин, почему я купил этот дом. Я люблю готовить. Просто иногда работаю так долго, что становится лень. - Может, пока я тут бездельничаю, я мог бы что-нибудь сварганить? - предложил Мини. - По-моему, это справедливая плата за то, что я оккупировал вашу гостевую комнату и расходую стиральный порошок. - Ты умеешь готовить? - спросил Зи, и в его голосе прозвучала искренняя радость от того, что нашелся человек, с которым можно поговорить о кухне. Мини улыбнулся. - Я умею читать рецепты, - сказал он. - А Тринкет присмотрит, чтобы я не спалил дом.