Тень прошлого

      Утро следующего дня выдалось непривычно ясным, впервые за долгое время. Сиэль проснулся от того, что солнечный свет пробивался через неплотно задернутые шторы в спальне и падал тонкой полосой прямо на его бледное лицо. Он поморщился, лениво перекатился на другой бок и уткнулся носом в подушку.       Он пролежал неподвижно еще несколько минут, медленно дыша и прислушиваясь к ощущениям в теле. Мышцы все так же ныли, в ногах осела тяжесть. Сиэль даже не помнил, во сколько и как уснул ночью, словно предыдущий день, как какую-то программу, переключили — и вот уже утро.       Перевернувшись на спину, он потянулся и позволил себе хриплый, сдавленный стон. Ему хотелось бы снова закрыть глаза, провалиться обратно в сон, но сознание уже зацепилось за ненавистную реальность и не давало новой возможности расслабиться.       В квартире было как и всегда тихо, но сегодня эта тишина ощущалась иначе. Сиэль прислушался, задумался на мгновение и осознал, в чем было дело. Его телефон, обычно с раннего утра разрывающийся от звонков и сообщений, в это утро молчал.       При иных обстоятельствах с ним на связи уже бы была Салливан, но она восстанавливалась в больнице, и эта мысль о том, что он здесь, в теплой постели, а она на больничной койке с раной от пули, которая предназначалась ему, снова пронзила его насквозь.       Сиэль прикрыл глаза, вновь ощущая в груди разрастающееся неприятное чувство вины, которое он уже устал подавлять. Нужно было это прекращать. Сейчас не время для самобичевания.       Взяв себя в руки, он резко сел на кровати и несколько секунд просидел так, позволяя себе окончательно проснуться. Голова была тяжелой, перед глазами все еще плавали мутные пятна, и Сиэль решил, что ему срочно нужно принять душ, чтобы смыть с себя накопившуюся усталость, с которой сон так и не справился.       Наконец он поднялся и поплелся в ванную.       Вода в душе обрушилась на него горячими, с непривычки обжигающими струями, заставляя кожу покраснеть. Сиэль стоял под ней долго, позволяя теплу проникать в уставшие мышцы, вымывать напряжение, которое накопилось в нем за дни без сна и покоя. Голова опустела, и теперь в ней почти не было ни тревог, ни подсчетов, ни бесконечной прокрутки одних и тех же мыслей. Кратковременная иллюзия покоя.       Сиэль, наконец ощутив прилив бодрости, вышел из ванной, на ходу натягивая домашние брюки и свободную футболку, и направился на кухню.       Рука на автомате потянулась за пультом, но Сиэль резко остановился. Он представил, как с экрана снова польется поток тревожных новостей, и его передернуло. Нет. Не сегодня. Он так устал от хреновых новостей каждый день, и поэтому решил просто включить музыку. В приложении он выбрал первый попавшийся плейлист и пошел наливать себе чай.       Сначала играли знакомые ему треки, те, что он сам слушал годами. Музыка сменялась песня за песней, пока Сиэль пил горячий чай и настраивался на очередной нелегкий день. Он уныло смотрел в окно, на залитую солнцем улицу, и думал о том, что даже погода сегодня решила напомнить ему: мир продолжает жить и вертеться, несмотря ни на что.       Внезапно Сиэль замер, не донеся кружку до губ. Первые же ноты пронзили его, как разряд тока. Заиграла песня, которую он точно не ожидал услышать, а именно та, которая звучала ночью у Себастьяна в машине. Он узнал эту мелодию с первых же секунд. Знакомые строки ударили по сознанию, вырвав из памяти вчерашний вечер.       Сиэль опустил кружку на стойку и застыл, слушая. Перед глазами всплыл образ: как Себастьян сидит за рулем, держит одной рукой руль, другой сигарету, а его профиль четко вырисовывается на фоне размытых огней ночного города.       Он покрутил головой, прогнав от себя воспоминание, и схватил телефон, чтобы переключить трек, но в конечном итоге не сделал этого. Палец замер над экраном. Какого черта? Почему он медлит?       И все же Сиэль дослушал песню до конца и даже невольно добавил ее в личный плейлист. Он нахмурился. «Что за херня?» — подумал он, чувствуя странное, незнакомое раздражение, направленное на самого себя. С какой стати он вообще это сделал? Песня как песня, ничего особенного.       Следом заиграл следующий трек того же исполнителя. Сиэль взглянул на экран и прочитал название — «Personal Jesus». Видимо, алгоритм решил, что раз пользователь добавил один трек, значит, ему нужно подкинуть еще. Он сразу отметил, что песня была совсем другая по настроению, и ему даже понравилось это интересное звучание с цепляющим ритмом и дерзостью. Он не стал ее переключать.       Сиэль допил чай, поставил кружку в раковину и рухнул на диван. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и смотрел в потолок. Музыка продолжала играть, заполняя пространство, и тишина вместе с щемящим напряжением внутри отступила.       Среди музыкальных аккордов внезапно раздался звонок в дверь.       Сиэль дернулся, поднялся рывком с дивана. Сердце тут же забилось быстрее, и этот стук отдавался даже в ушах. Он определенно никого не ждал. Салливан была в больнице, Алексис после вчерашнего вряд ли стал бы приходить без предупреждения, а курьеры и прочие «гости» обычно звонили ему за пять минут до приезда. Да и кому нужно появляться здесь в такую рань?       Он вскочил с дивана, быстро пересек гостиную и сделал музыку тише. В дверь снова настойчиво позвонили, и Сиэль неслышно выругался. Вот и добрались до него лично и сейчас прикончат в его же квартире.       Делать было нечего, Сиэль метнулся в коридор и аккуратно подкрался к двери. Он вспомнил про пистолет. Но где он лежал? Сиэль огляделся и не нашел его. Дьявол, придется выкручиваться в случае чего. Задержав дыхание, он прильнул к глазку.       — Сукин ты сын, — гневно прошипел Сиэль.       За дверью, к его удивлению, стоял Михаэлис, и вид у него был такой, будто это вполне обычное дело — заявиться к своему начальнику в самую рань без предупреждения.       Сиэль снова тихо, но с чувством выругался и торопливо прикрыл правую сторону лица челкой, чтобы скрыть отсутствие повязки. Только после этого он щелкнул замком, открыл дверь и направил на Михаэлиса прожигающий ядом взгляд.       Себастьян стоял к нему вполоборота, словно секунду назад намеревался развернуться и уйти. Он успел прислушаться к играющей в квартире музыке, и его губы тут же расплылись в ухмылке, которая одновременно и раздражала, и завораживала.       — Старперский плейлист, значит? — произнес он вместо приветствия, растягивая слова с явным удовольствием.       Сиэль прищурился и цокнул языком.       — Какого черта ты приперся? — перевел он тему, да и этот вопрос его интересовал в первую очередь.       — Если мне не изменяет память, вы вчера оставили машину возле штаба, — начал Себастьян. — Я посчитал вполне разумным и правильным подкинуть вас с утра до офиса. Не добираться же вам своим ходом? Особенно учитывая тот факт, что за вами буквально охотятся.       Сиэль скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку. Его взгляд стал еще более колючим. Он чувствовал, что его застали врасплох, и это выводило его из и без того шаткого равновесия.       — Нормальные люди о таком предупреждают, вообще-то, — язвительно говорил Сиэль. — Ладно, хрен с тобой, заходи, — буркнул он, отступая в сторону и пропуская Михаэлиса в квартиру.       Закрыв дверь, Сиэль вперед Себастьяна прошел быстрым шагом через всю комнату и скрылся в своей спальне.       Михаэлис медленно прошелся по комнате, присел на диван и со сдержанным любопытством осмотрел гостиную. Жилище нередко многое говорит о человеке, но вот о Сиэле было трудно сделать какие-либо выводы. В квартире было чисто, но не то, чтобы уютно, словно это место было декорацией без души.       Себастьян обратил внимание на стеллажи, которые обычно у людей заставлены всякими безделушками или семейными фотографиями, хранящими в себе частичку прошлого. Однако здесь на них не было ничего, кроме книг, которые выглядели так, будто до них никто никогда не дотрагивался.       Сиэль в это время судорожно рылся в шкафу, пытаясь найти на вешалках хоть что-то не мятое. Он срывал с них вещи, швырял их на кровать и чувствовал, как начинает закипать. «Здесь есть вообще хоть что-нибудь, в чем я не буду выглядеть, как бомж, блять?» — думал с досадой он.       Отыскав более менее приличные на вид брюки с рубашкой, Сиэль громко хлопнул дверью шкафа и поспешил одеваться.       — У вас там все в порядке? — поинтересовался Себастьян, повышая голос ровно настолько, чтобы быть услышанным.       — Не твое дело!       Уже через пять минут Сиэль вышел обратно, запыхавшийся, полностью одетый и с закрытым повязкой глазом. Он метнулся до стола, схватил телефон и почти было убрал его в карман, как вдруг заметил новое сообщение от сотрудника аналитического отдела.       — Нужно поторопиться, — поправив ворот рубашки, бросил Сиэль. Он уже был на все сто собран, и не осталось ни следа от того сонного, взъерошенного парня, который открыл дверь десять минут назад.       — Что-то случилось?       — Нет, но аналитический отдел срочно требует встречи. Так что погнали.       Сиэль схватил пиджак со спинки стула и направился к выходу, даже не проверяя, следует ли Михаэлис за ним. Тот, впрочем, и не думал отставать.

***

      Первым в кабинет вошел Сиэль. Его походка была быстрой, уверенной, и сотрудники, перешептывавшиеся до этого, тут же замолчали. Себастьян не спеша проследовал за ним, и некоторые из аналитиков перекинулись напряженными взглядами. Присутствие Михаэлиса хоть и было почти незаметным, но все равно странно давило, и никто не мог себе объяснить, почему так происходило. Он не делал ничего угрожающего, просто стоял и смотрел, но от его взгляда становилось не по себе.       Все специалисты и аналитики уже давно были на своих местах, перебирали бумаги с отчетами и готовились докладывать о последних новостях. Сиэль уселся на один из стульев, которые были расставлены вокруг вытянутого стола, и велел начинать.       — Мы отработали запросы мисс Салливан, — начал один из сотрудников. — Командой были изучены все известные разработки в области маскировки, включая секретные правительственные проекты и те, что принадлежат частным лабораториям. Наши протоколы не зафиксировали ни одного запроса на изменение внешности с целью имитировать ваше лицо, господин Фантомхайв.       — Вы уверены? — переспросил Сиэль, прищурившись. Его ладони, лежавшие на столе, чуть сжались.       — Да, — кивнул сотрудник и он явно нервничал под этим пристальным взглядом.       — Ладно, продолжайте, — бросил Фантомхайв.       Перед тем, как заговорить, следующая сотрудница щелкнула кнопкой пульта, и на большом экране появились фотографии четырех мужчин, которые организовали нападение. Их грубые каменные лица смотрели на присутствующих с экрана, и Сиэль почувствовал, как в груди поднимается знакомая волна ярости.       — С помощью поисковых программ нам удалось зафиксировать нахождение одного из нападавших в Лондоне за неделю до вчерашнего происшествия. У него была встреча.       — С кем? — нетерпеливо спросил Сиэль.       Отдельно на экран был выведен зернистый кадр с записей уличных камер видеонаблюдения. На нем двое мужчин стояли у неприметного входа в какой-то паб.       Фотография была увеличена, и теперь внимание было приковано к тому, с кем разговаривал один из наемников. Это был высокий, худощавый блондин, не слишком молодой, но и не такой, о котором можно было бы сказать «человек в возрасте». У него было острое, аристократическое лицо, тонкие губы и холодные, глубоко посаженные глаза.       — Алистер Чембер, — произнесла девушка ровным голосом. — Камера зафиксировала их встречу, которая длилась около семи минут. За это время они обменялись некоторыми предметами, предположительно, деньгами и инструкциями. Мы полагаем, что именно Чембер был связным, который координировал действия наемников.       Сиэль подался вперед, вглядываясь в лицо человека на экране.       — Вы выяснили, где можно найти этого человека? — спросил он, и голос его прозвучал требовательно.       — Мистер Чембер сегодня вечером планирует посетить одно, — сотрудница замялась на слове, ее щеки чуть порозовели, — заведение…       — Какое именно?       — «Версаль».       — Это какой-то клуб? — уточнил Сиэль, и в этот момент его взгляд дернулся в сторону Михаэлиса, который все это время, видимо, смотрел на него. Их глаза встретились, и Сиэль заметил, как уголок губ Себастьяна дрогнул в намеке на улыбку. Тот явно знал об этом заведении. Внутри него что-то неприятно дрогнуло, и он отвел взгляд.       — Фактически да, — кивнула сотрудница. — Но оно, как бы сказать, ориентировано на джентльменов с определенными… предпочтениями. В общем, это элитный клуб для представителей нетрадиционной ориентации.       В переговорной на секунду повисла оглушительная тишина. Сотрудники переглянулись между собой, кто-то неловко поджал губы, кто-то закашлял, подавившись кофе.       Сиэль выразительно закатил глаза, обреченно выдохнул и потер переносицу, не веря своим ушам. «Господи боже. Почему? Почему не в библиотеке, парке или в каком-нибудь пабе для крикетных болельщиков?» Он мысленно представил реакцию Рэнделла, Грея и, еще хуже, Алексиса, если те узнают, и его передернуло. Дожили. Попытка удержать в руках власть и очистить свою репутацию скатилась к тому, чтобы шляться по гей-клубам. Замечательно.       Сиэль вновь переглянулся с Себастьяном и недовольно пробурчал себе что-то под нос. «Какого хера он лыбится?» — думал он.       — Ладно, черт с ним. Других вариантов нет, — бросил Сиэль. Он провел ладонью по лицу, стирая с него остатки раздражения. — Достаньте проходки в этот клуб, две штуки.       — Будет сделано.       Планерка завершилась. Специалисты один за другим покидали переговорную, забирая с собой планшеты, бумаги и недопитые стаканчики с остывшим кофе. Никто не задерживался, никто не задавал лишних вопросов. Все чувствовали, что их начальник находится на грани.       Сиэль поднялся с кресла и подошел к окну. Он пытался собраться с мыслями. В переговорной остался только Себастьян.       — Ну и что вы думаете? — спросил он, не оборачиваясь.       Михаэлис оттолкнулся от стены и подошел к столу. Его шаги были почти бесшумны, и Сиэль скорее почувствовал, чем услышал его приближение.       — Думаю, что жизнь, как всегда, полна иронии, — протянул он, и в его голосе звучала плохо скрываемая усмешка. — Глава секретной организации и его помощник идут в клуб для джентльменов с особыми предпочтениями, чтобы найти таинственного связного. Звучит как начало дрянного анекдота.       Сиэль резко обернулся и метнул в него раздраженный взгляд.       — Мне не до смеха, Михаэлис. Этот человек — первая реальная зацепка за все время. Если он курировал нападение, значит, он может знать, кто заказчик, и возможно привести нас к тому, кто ответственен за все происшествия.       — Я не смеюсь, — отозвался Себастьян, и его лицо стало серьезным, хотя в голосе все еще мелькали ноты сарказма. — Просто нахожу ситуацию до невозможности курьезной. Но вы правы, делать нечего.       Сиэль вздохнул и снова повернулся к окну.       — Нам нужно подготовиться, — сказал он уже спокойнее. — Это закрытый клуб, там свои правила и своя публика. Мы не можем просто ворваться туда с оружием наперевес и устроить допрос, — он говорил это скорее себе, чем Себастьяну, прокручивая в голове возможные сценарии.       — Значит, будем действовать деликатно, — подхватил Михаэлис. — Вы, полагаю, пойдете как посетитель. А я…       — А вы будете изображать моего спутника, — закончил за него Сиэль, и слова эти вырвались прежде, чем он успел осознать их двусмысленность. Он замер на мгновение, мысленно проклиная свой язык.       — То есть, — медленно проговорил Михаэлис, усмехнувшись, — вы предлагаете мне роль вашего кавалера на этот вечер?       — Я предлагаю вам роль моего напарника, — отрезал Сиэль, чувствуя, как к щекам приливает жар. — Не более.       — Как скажете, господин Фантомхайв, — покладисто согласился Себастьян, но его тон ясно давал понять, что он не упустит возможности припомнить этот разговор в будущем.       Сиэль, стараясь забыть про чувство стыда, встал из-за стола, потянулся, чувствуя, как заныли мышцы. Но сильнее этого ощущения было другое, а именно настойчивый голод. Он ведь так и не позавтракал, а утренний чай в счет не шел. В желудке предательски заурчало, и Сиэль мысленно выругался.       Он взглянул на часы и решил, что может позволить себе выделить немного времени на то, чтобы сходить в ближайшую кофейню. Поправив пиджак, Сиэль направился в сторону двери.       — Идете морально настраиваться на сегодняшний вечер? — произнес Себастьян, даже не глядя в его сторону.       — Нет, — потянув на себя стеклянную дверь, ответил Сиэль. — Не успел позавтракать и собираюсь это исправить.       — Хорошее дело, — пожал плечами Себастьян. — Я бы сам не отказался от кофе.       Сиэль все так же стоял на месте. Он перевел на Михаэлиса полный равнодушия взгляд, прищурился.       — Можете составить мне компанию, если хотите, — слова прозвучали небрежно, почти безразлично.       — Не откажусь. Тем более, надо же нам как-то привыкать к обществу друг друга.       — Тогда не будем терять времени. Дел сегодня по горло, — Сиэль развернулся и вышел в коридор, не дожидаясь ответа.

***

      Кофейня, куда они пришли, находилась в двух шагах от штаба. Снаружи она выглядела неприметно: тусклая вывеска, темное дерево, никакой показной роскоши. Внутри пахло свежей выпечкой и корицей, откуда-то из-за стойки доносилось негромкое шипение кофемашины.       Они заняли столик в дальнем углу. Сиэль по старой привычке сел лицом к двери, чтобы контролировать обстановку. Себастьян плавно опустился напротив, поправил салфетку и бросил короткий взгляд на меню. Никто не проронил ни слова, пока не подошла официантка и не приняла их заказ.       Сиэль был настолько голоден, что решил позволить себе стандартный английский завтрак и свой неизменный выбор — Эрл Грей. Себастьян ограничился простым черным кофе.       Когда официантка удалилась, повисло молчание. Сиэль рассеянно смотрел по сторонам, сминая край скатерти и ощущая раздражающую неловкость. Встречи и необходимость проводить время с новыми людьми никогда не вызывали у него такой реакции, но почему-то с Михаэлисом все было иначе. Может, потому что еще вчера он грозился вышибить ему мозги, а сегодня они решили вместе спокойно посидеть в кофейне? Он все еще не мог понять, кто они друг другу: враги, союзники или нечто среднее.       Сиэль старался отвлечь себя от этих мыслей, этого гнетущего напряжения. Он пытался найти в зале что-то, на чем можно было бы сосредоточить свое внимание, но оно то и дело возвращалось к Себастьяну.       Он наблюдал за ним украдкой. За тем, как он сидит с прямой спиной, но без напряжения, словно тело привыкло к абсолютному контролю и не тратило на него ни капли лишних усилий; как его губы чуть заметно подрагивают, когда он читает что-то на экране телефона, то ли усмехаясь, то ли просто реагируя на прочитанное.       Сиэль ловил себя на мысли, что пытается привыкнуть к этому человеку. К его присутствию, к его ауре и к тому, что отныне этот хищник будет следовать за ним повсюду тенью, быть его напарником, его оружием и защитой. Или угрозой. Это еще предстояло выяснить.       — У вас какой-то вопрос? — спросил Себастьян, не поднимая глаз от телефона.       Сиэль вздрогнул.       — В каком смысле?       Михаэлис отложил телефон и поднял на него прямой изучающий взгляд, в котором можно было утонуть.       — Вы смотрите на меня так, будто хотите о чем-то спросить, — пояснил он спокойно.       Сиэль резко отвернулся, уставившись куда-то в сторону барной стойки. Кончики ушей потеплели.       — Вам показалось, — тихо, но ровно ответил он.       — Возможно, — отозвался Себастьян, и в его голосе прорезалась мягкая интонация, которая означала, что он ни на грош не поверил.       Скоро вернулась официантка, кротко улыбнулась и подала заказ. Михаэлис взялся за чашку, сделал глоток и устремил взгляд в окно.       Сиэль перевел дыхание. Молчание вернулось, наполненное недосказанностью. Он старался сосредоточиться на еде, но мысли упрямо возвращались к Михаэлису. Как он это делает? Как он умудряется читать его, словно открытую книгу, когда сам остается абсолютно непроницаемым? Это раздражало.       — Итак, — снова заговорил Себастьян, нарушая тишину, — как мы планируем действовать сегодня вечером?       Сиэль отставил чашку и выпрямился на стуле. Деловой тон Михаэлиса помог ему собраться, переключиться с глупых размышлений на то, что действительно имело значение.       — Мы идем в «Версаль», — начал он, складывая руки на столе. — Наша задача — найти Алистера, задержать его и допросить. Без лишнего шума, без привлечения внимания охраны или других посетителей. От вас требуется вести себя как можно скромнее.       — Скромнее? — прищурился Себастьян.       — Без всяких ваших выкрутасов, — пояснил Сиэль. — Иначе нас сразу раскроют, выведут за шкирку, а потом еще обязательно найдется кто-то, кому удастся это запечатлеть, и во всем Лондоне будут обсуждать черти что…       — Забавно было бы посмотреть, — с издевкой сказал Себастьян. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Так и вижу новостные заголовки о том, что у юного «цепного пса» обнаружили нестандартные предпочтения…       — Ничего забавного, не несите чушь, — нахмурился Сиэль. — Будем действовать по плану, и никто никого не узнает и ничего не заметит.       Тишина опустилась снова.       — Себастьян, — заговорил вдруг первым Сиэль и почувствовал себя неловко, впервые обратившись к Михаэлису по имени.       Себастьян вскинул бровь, и в его глазах мелькнуло удивление.       — Вчера мы, — замялся он, положив вилку на тарелку и опустив взгляд, — ну точнее я…       Черт возьми, мысли совсем не хотели складываться и превращаться в нормальные слова.       — В общем, — продолжил Сиэль, выдохнув, — я предлагаю избавиться от некоторых формальностей. Естественно, я твой босс и все дела, но нам придется еще долго работать вместе, поэтому я предлагаю перейти на «ты», — он наконец поднял взгляд и посмотрел прямо на Михаэлиса.       — Удивительно, вы умеете не только командовать, но и спокойно о чем-то просить? — Себастьян решил не упускать возможности поиздеваться.       — Как минимум, если мы сегодня будем «выкать» друг другу посреди клуба, это будет выглядеть странно, — старался держаться серьезно Сиэль. — Я не говорю о том, что хочу наладить с тобой общение, нет. Это нужно исключительно для дела.       Михаэлис подался немного вперед, положив локти на стол, и несколько секунд молча смотрел на Сиэля, отчего тому стало не по себе.       — Что ж, — произнес он наконец, и его голос прозвучал мягко, — тогда я с удовольствием принимаю это предложение.       — Вот и договорились, — сказал Сиэль ровно, поднимаясь из-за стола. — А теперь пойдем. Нужно подготовиться к вечеру.       Себастьян поднялся следом, бросил на столик несколько купюр, больше, чем следовало. У выхода он придержал дверь, пропуская Сиэля вперед, и, когда тот проходил мимо, произнес вполголоса:       — А ты полон сюрпризов, Сиэль.       Тот едва заметно вздрогнул, услышав свое имя, произнесенное этим низким, обволакивающим голосом. Что-то в этом было неправильное, нарушающее привычную дистанцию.       — Ты даже не представляешь насколько, — бросил Сиэль через плечо и вышел на улицу.