Prescribed Freedom

Идти до стадиона пришлось недолго. Само же здание, казалось, видно за десятки километров. Рассчитанный на шестьдесят пять тысяч зрителей стадион располагался на окраине кампуса, угрожающе нависая над соседними зданиями. Благодаря уродскому цветовому решению стадион ещё больше выделялся на окружающем фоне: ослепительно-белые стены были окантованы ярко-оранжевой полосой, и на каждой из четырёх стен красовался гигантский отпечаток лисьей лапы. Нил попытался прикинуть, в какие деньги обошлось университету его строительство и как горько раскаивалось руководство в столь неразумном вложении средств, учитывая паршивые результаты Лисов. Стадион со всех сторон окружало ограждение с колючей проволокой, вдоль которого через равные промежутки располагались входные ворота — все запертые на цепные замки. Нил подошёл к ограде и окинул взглядом территорию вокруг спорткомплекса. Ни души. Сувенирные киоски и торговые точки с едой на лето забраны ставнями. Между воротами темнела узкая дверь с электронным кодовым замком, за которой находился тоннель, разделявший внешнюю территорию надвое. Ваймак вписал код от замка в ту же записку, и Нил ввёл его по памяти. Он бы ничуть не расстроился, если бы код не сработал, но теперь перед кортом не осталось преград. Как и желания туда идти. Он двинулся по тоннелю, теребя ключи. Тоннель заканчивался ещё одной дверью с надписью «Лисы». Достав связку, Нил начал перебирать ключи, даже не попытавшись вспомнить объяснения Ваймака. Странно было услышать щелчок открывшегося замка. Эрнандес иногда разрешал Нилу ночевать в школе, но снабдить его ключом тренеру и в голову не приходило. Нил довольствовался возможностью спать в его кабинете. Сразу за входом располагалась комната отдыха. Большую часть пространства занимали три кресла и два дивана, полукругом расставленные перед тумбой для теле- и аудиоаппаратуры. Экран телевизора был огромным. Над теликом к стене был прикреплён список спортивных и новостных каналов. Все остальные стены занимали фотографии. Одни были сделаны профессионально, другие явно вырезали из журналов, но большинство, судя по всему, нащёлкали сами Лисы. Их снимки были налеплены везде, где оставалось свободное место, и держались на скотче. Целый угол отводился фотографиям трёх Лисов — входящих в команду девушек. Женщин в экси не жаловали. Ваймак в первый год набрал троих. Администрация бесилась. Фанаты травили. Даниэль Уайлдс сделали капитаном — первая женщина-капитан в истории. Её ненавидели даже свои. Она не ушла. Через три года команда начала набирать очки. На фото Даниэль улыбалась. Нил представлял её стервой. Ошибся. Или нет. Какая разница. Откуда-то издалека донёсся стук мяча о стены. Нил устало вздохнул: только Кевина ему сейчас и не хватало. Он прошёл по коридору мимо двух дверей с табличками «Дэвид Ваймак» и «Эбигейл Уинфилд». Третья дверь была отмечена простым красным крестом, а на двух следующих значилось: «Женская раздевалка» и «Мужская раздевалка». Коридор заканчивался просторным помещением, которое Нил помнил по фотографиям в газетах. Отсюда можно было выйти на стадион, и только сюда Лисы пускали журналистов для послематчевых интервью и фотосессий. В комнате стояло несколько оранжевых скамеек; белый кафельный пол пестрел отпечатками рыжих лисьих лап. В углу были свалены в кучу оранжевые конусы для разметки поля. Справа от входа находилась белая дверь, а напротив — оранжевая. Нил подошёл к оранжевой двери — она оказалась открыта. Он толкнул её вперёд и вышел на поле. Цветовому решению он мог бы только посочувствовать, будь у него силы чувствовать что-то кроме лёгкой тошноты и напряжения. За пластиком виднелся лишь Кевин, бьющий мячом по стене. Ловя отскок, он одним ударом отправлял мяч обратно — и так по кругу. Смысл происходящего дошел до Нила только через пять минут, когда мяч в очередной раз угодил ровно в ту же точку, что и пять раз до этого. Нил не понимал, как можно тратить всё своё время, силы и прочие ресурсы на такой бесполезный спорт. Видимо, с ним был согласен и Эндрю — на корте того не наблюдалось. Да и прожигающий затылок взгляд трудно было игнорировать. Нил повернул голову к трибунам. Эндрю сидел на ступенях чуть выше, бесцельно разглядывая его с головы до ног. Решив, что на сегодня с него хватит общения с людьми, Джостен двинулся обратно в коридор и свернул к диванам. Завалившись на один из них, он проверил в кармане запасной блистер с таблетками, нож и снова провалился в дремоту. Перед этим сунул в рот леденец — горло снова пересохло. Проснулся он от того, что что-то — точнее, кто-то — упорно тыкало в него клюшкой. Открыв глаза, первым делом он увидел перед собой Птенчика. — Вставай, Джостен! Раз пришёл, будь добр, займись делом! — уши резанул гневный окрик Дэя. — Кевин, — рядом раздался ещё один голос. Эндрю стоял слева от Кевина, удерживая его клюшку. Птенчик тут же угомонился — видимо, не хотел получить в лоб от Миньярда. Но тот повернулся к Нилу, чем разочаровал Кевина ещё сильнее. — Завтра будь готов, едем к Эбби. Перед этим проведём краткий экскурс. — Я уже всё здесь посмотрел, — вяло возразил Нил, но Эндрю только махнул рукой: — Другой. Джостен пожал плечами и достал из кармана телефон. 1:25. — И часто вы так по ночам? — Частенько. — Эндрю кивнул и устроился на соседнем диване. Кевин, судя по всему, свою тренировку ещё не отплясал, но теперь из-за него Нил тоже не сможет заново уснуть. Впрочем, ему было всё равно. Он просто достал из пакета воду и выпил всю бутылку залпом, а следом взялся за чипсы. Эндрю молча наблюдал за ним, развалившись на своём диване. — Будешь? — Нил тыкнул пачкой чипсов в сторону Эндрю. Тот промолчал, поэтому он просто швырнул в него пачку, не найдя сил встать. — Ты выглядишь как бомж. Другой одежды нет? — спросил Эндрю. На фоне мерно стучал мяч Кевина о пластиковые стены. Нил снова лишь пожал плечами. До следующей дозы было ещё далеко, но руки уже начинали дрожать сильнее. Тело оставалось таким же ватным, но всё равно продолжало требовать движения. Джостен устало вздохнул и медленно поднялся с дивана — в голове тут же закружилось. Ноги резко ослабли, но он всё же устоял на них и даже не качнулся. Эндрю молча смотрел на него, не моргая. — Куда собрался? — спросил Миньярд, приподняв голову с дивана. — Обрадую нашу птичку, — ответил Нил. Эндрю ничего не сказал, только снова лёг. А Нила ждала пробежка по полю. Он снова толкнул дверь на корт. Чередующиеся оранжевые и белые ряды уходили ввысь и терялись под балками. Нил без интереса посмотрел на табло, на светодиодные экраны для повторов, а потом опустил взгляд на гладкое деревянное покрытие поля. Оранжевые линии отмечали центр и зоны голкиперов. Стадион был прекрасен в своём масштабе, но абсолютно уродлив из-за яркости. У Нила защипало глаза, и он потёр их краем рукава. Он закрыл глаза, набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул, представляя хруст от столкновений игроков во время матча, голос диктора, бьющий по ушам невнятными обрывками, рёв шестидесятипятитысячной толпы после забитого гола. Нил точно знал, что не выдержит такого «счастья», что недостоин играть в «Лисьей норе», и всё же что-то внутри противно шевелилось. Нил открыл глаза, ещё раз обвёл взглядом арену, задержался на Кевине, вспомнил Эндрю на мосту и понял, что принял верное решение. Начхать на риск попасться отцу — оно того стоит. Он должен сыграть на этом поле хотя бы раз. Ему обязательно нужно вдохнуть запах пота и еды, которую здесь продают втридорога, услышать сигнал, означающий, что мяч попал в белый прямоугольник на стене, и увидеть, как его контрольные лампочки вспыхивают красным. Он должен убедиться в том, что ненавидит экси. Но это будет только с июня. Сейчас он планирует позлить Кевина, бегая вокруг поля и мешая траектории мяча. — Нил, твою ж мать! Ты мешаешь! — на четвёртом круге не выдержал Кевин и проорал вслед удирающему Нилу. Джостен только пожал плечами, пробегая мимо в очередной раз. Одолеть он смог лишь восемь кругов — дальше сказались нехватка сил и ломота во всём теле. Нил двинулся было к выходу, однако по пути посмотрел на Кевина. Их взгляды встретились, и Нил понял, что просто отвернуться уже не получится. Лицо Кевина было непроницаемо, но Нилу его выражение явно не сулило ничего хорошего. — М-да, сезон нам предстоит нелёгкий. — Ты знал, на что шёл, — с безразличием произнёс Нил. Кевин шагнул вплотную к нему. — Не хочешь играть со мной, будешь играть для меня, — бросил он. — Сам по себе наверх ты ни в жизнь не пробьёшься, поэтому слушай, что я говорю. — Наверх? — Если сам не понимаешь, тебя остаётся только пожалеть. Нил молча уставился на Кевина. Ясное дело, что таким, как он, «пробиваться» некуда. Наверное, Кевин прочёл это по его безразличному лицу, потому что протянул свободную руку и накрыл глаза Нила ладонью. — Забудь про стадион, — сказал он, — про Лисов, про свою бездарную школьную команду и про семью. Не думай ни о чём, кроме экси и того, куда он может тебя привести. Что ты видишь? Нил попытался вообразить мир, в котором он не живёт под чужими именами, в котором Нил Джостен — это он и есть. Экси — единственный луч света в его загубленном детстве. Он помнил, как мать возила его на тренировки Малой лиги. Там никто не знал его отца, там тренеры давали ему играть по-настоящему. Мать громко болела за него, не обращая внимания на вооружённых до зубов телохранителей, которые следили за каждым их словом и шагом. Только в этих воспоминаниях его мать улыбалась. Он не помнил, как долго играл в команде Малой лиги, зато руки помнили тяжесть клюшки так же хорошо, как тяжесть пистолета. Эта мысль отрезвила его и одновременно вернула к действительности. Совсем скоро Нил Джостен исчезнет, перестанет существовать. Но Кевину ведь удалось убежать от прошлого… — Одну очень самонадеянную птичку с лишними конечностями, — произнёс Нил, с силой отшвыривая руку Кевина. Лицо осталось безэмоциональным. Он не терпел чужих прикосновений. Слишком небезопасно. Кевин замер и глупо захлопал глазами. Первое проявление хоть каких-то эмоций от новичка произвело на Дэя большое впечатление. За его спиной Нил разглядел светлую макушку у выхода. Кевин перевёл взгляд на Эндрю, но тот смотрел только на Нила. Переварив услышанное, Миньярд усмехнулся: — Так лис имеет зубы? Вау. — он лениво похлопал, но опасный блеск напряг Нила. Это было предупреждением. — Мне не придётся их показывать, если никто не будет лезть ко мне. — Посмотрим, — вернулся к безразличию Эндрю, обратив своё внимание уже на Дэя. — Я залез в кабинет тренера и полистал его личное дело. Как по-твоему, Кевин, что он прячет под одеждой — синяки или шрамы? Я думаю, шрамы. Вряд ли это синяки, раз колотить его некому. Родителей-то нет, а? — Какая разница? — не глядя на него, ответил Дэй. Миньярд пропустил мимо ушей реплику Кевина и повернулся к Нилу. Они с минуту молчали, наблюдая за реакцией друг друга. Он не знал, на что рассчитывает вратарь Лисов, но на лице не отобразилось ни одной эмоции. В чём-то для себя убедившись, Эндрю махнул рукой, развернулся и ушёл обратно к диванам. — Мне плевать на экси, на эту команду и на тебя, Дэй. Меня экси никуда не приведёт, кроме эшафота. Так что пойми по-хорошему и отстань, — устало выдохнул Нил. Кевин снова перевёл на него взгляд и нахмурился. Идея оставить Нила в покое явно приносила ему дискомфорт. Однако самому Нилу это не мешало выйти с поля и зашагать к апартаментам Ваймака. Путь назад был короче, зато тяжелее морально. Мозг плавился под действием таблеток — они начинали выветриваться из крови, оставляя после себя муть и тяжесть. Голова раскалывалась, язык снова прилипал к нёбу. Нил выплюнул палочку от леденца. «Что он имел в виду под экскурсом? И при чём здесь моё личное дело?» — мысли плыли медленно. Нил открыл входную дверь в квартиру тренера ключом, который тот ему выдал, и прошёл внутрь. В темноте всё ещё слышался храп. Он снял с себя верхнюю одежду, прошёл в гостиную и завалился спать на незастеленный диван. Напряжение ушло, а часы показывали 4:26. До следующей дозы оставалось три с половиной часа. Нил закрыл глаза. Следующее утро он провёл, исследуя кампус и запоминая, где что находится. Убедившись, что теперь не заблудится, он отправился на длинную пробежку. Сделал круг, вернулся в исходную точку. Тело было деревянным, ноги налились тяжестью, но внутри всё ещё зудело — таблетки давно выветрились. В квартире его встретил уже проснувшийся Ваймак. — Ты время видел? — недовольно пробубнил ещё сонный Дэвид. Нил посмотрел на настенные часы. 7:38. — Ага, — пожал он плечами и прошёл на кухню. С верхней полки достал банку с кофе и включил чайник. Упёрся поясницей в тумбу и развернулся к Ваймаку. — И часто ты в такую рань зад проветриваешь? — Ага, — сказал Нил. Дэвид тяжело вздохнул. — Сегодня ужин с Эбби, помнишь? — Тренер дождался кивка Нила и продолжил: — Я отвезу тебя. Главное — не спи. — Ага. — Нил, кажется, начал слышать, как дёргается глаз Ваймака. Вода в чайнике закипела. Нил заварил себе кофе под внимательным взглядом тренера. — Тоже хотите? — поинтересовался он, встряхнув банкой. Пальцы дрожали сильнее обычного — он сжал банку покрепче, чтобы не уронить. Ваймак устало кивнул. Джостен поставил банку обратно на столешницу. — Сделайте себе сами. — Вы меня скоро доведёте. — Ваймак снова тяжело вздохнул и принялся готовить себе кофе. — Вы недооцениваете своё терпение, тренер, — произнёс Нил, отхлёбывая горький напиток. Во рту снова пересохло — он достал леденец и сунул за щёку. Дэвид только закатил глаза и сел рядом с Нилом за стол. — Проблемы с парнями? Нил покачал головой и отодвинулся подальше. К мужчинам, годящимся ему в отцы, он испытывал стойкое недоверие. — Скорее это у них проблемы со мной. — Они не знают границ, — вздохнул Ваймак. — Если зайдут слишком далеко и у тебя не получится поставить их на место, обращайся ко мне, понял? Полного контроля над Эндрю у меня нет, но Кевин — мой должник, и я могу действовать через него. Нил кивнул и направился в гостиную за сумкой. Вывалил содержимое на диван — хотел просто взять первое, что попадётся под руку. Пальцы дрожали, когда он перебирал вещи. Едва пальцы нащупали на дне папку, Нил замер на секунду. Сердце стукнуло чаще — он не знал, отчего. Желания открывать не было. Он просто отложил папку в сторону. — Будешь весь год носить шесть футболок? — поинтересовался Ваймак с порога. — Буду. Ваймак изогнул бровь, но от комментариев воздержался. — Прачечная на цокольном этаже. Стиральный порошок в тумбочке под раковиной. Бери всё, что нужно, и на кухне тоже не стесняйся. Лучше уж ты выгребешь последнюю ложку хлопьев, чем будешь шугаться, как уличный кот. — Понял. — Мне надо заняться бумагами. Ты как, нормально? — Вздремну. Ваймак кивнул и ушёл в кабинет. Нил переоделся, даже не глядя на шрамы. Какая разница, кто их увидит. Из кармана сумки он вытащил блистер, выдавил одну таблетку и сунул в рот, проглотив без воды. Спазм привычно сковал горло, но Нил просто закинулся мятным леденцом и лёг на диван, закрыв глаза. Блистер вернулся в карман. Через какие-то полчаса его разбудил яростный стук кулака об входную дверь. Ваймак, громко проклиная всё на свете, прошёл в коридор и открыл. За дверью послышался голос Кевина: — Тренер, мы забираем Нила. На пару минут повисло молчание. Потом заговорил Эндрю: — Часа нам хватит. Ваймак выглянул из коридора и обратился к всё ещё лежащему на диване Нилу: — Ты слышал. Поедешь? — Как-нибудь в следующий раз, — пожал плечами Нил, почувствовав действие таблеток. Бурлящая под кожей кровь отрезала все мысли, желания и эмоции. — Думаю, на этом можем закончить, — сказал Ваймак, прогоняя ворвавшихся из квартиры. В коридоре послышалось какое-то копошение, и оттуда выглянул Эндрю. Нил ответил на его взгляд — и, кажется, Миньярд увидел в этих глазах всё, что хотел. — Идём, Кевин. Зайдём позже, — сказал Эндрю, присоединяясь к Ваймаку и прогоняя Кевина. — Что? С чего это вдруг? — возмутился птенец, но голос тут же поглотила закрывшаяся входная дверь. — Долго будешь их избегать? — спросил у Нила вернувшийся Дэвид. Он сложил руки на груди и опёрся о дверной косяк. — Я нащебетался с ними ночью, — ответил Нил, зевнув на полуслове. Ваймак замолчал, лишь кивнул перед тем, как вернуться к себе в кабинет.

***

Эбигейл Уинфилд жила в одноэтажном домике в нескольких минутах езды от университетского кампуса. Подъездную дорожку уже занимал один автомобиль, и Ваймак припарковал свой рядом. Парадная дверь была не заперта, и они вдвоём вошли без стука. В ноздри ударил густой запах чеснока и горячего томатного соуса. Эбби хлопотала на кухне. Она что-то помешивала на плите, не обращая на них внимания. Ваймак подошёл и встал рядом. — Не боишься, что вместо нас придут какие-нибудь отморозки? Она оставила его реплику без ответа и посмотрела на Нила. — Значит, ты у нас Нил. А я — Эбби, командный медик и временно квартирная хозяйка этой братии. Они тебя не обижают? — Не волнуйтесь, всему своё время, — откуда-то подал голос Эндрю. В дом ввалились четверо — оба Миньярда, Хэммик и Кевин, — к августу мы его пообтешем. — Только посмей повторить прошлогоднюю историю… — начала Эбби. — И сюда пригремит Би, — перебил её появившийся в дверях Эндрю. — С Мэттом у неё хорошо получилось, да? Нила она запросто расщёлкает. Вы ведь пригласили её на ужин? — Пригласила, но она отказалась. Сказала, не хочет создавать неудобств. — Там, где Эндрю и Ники, всегда сплошные неудобства, — буркнул Ваймак. Эндрю не стал утруждать себя оправданиями и перевёл взгляд на Нила. — Би — универский мозгоправ. Раньше работала с малолетними преступниками, потом перешла к нам. Приглядывает за потенциальными самоубийцами и психами, всякое такое. Она наша персональная нянька. В августе тоже с ней поболтаешь. — Это обязательно? — спросил Нил. — Да, спортсмены обязаны беседовать с психотерапевтом раз в семестр, — подтвердила Эбби. — Первая встреча — просто знакомство: узнаешь, где её кабинет, расскажешь о себе. Второй раз будет весной. Конечно, если понадобится, ты можешь прийти к ней в любое время и вообще договориться о регулярных посещениях. Консультации психотерапевта входят в стоимость обучения, так что пользуйся возможностью. — Бетси отличная, тебе она понравится, — заверил Ники. Ваймак наставил указательный палец на него: — Хэммик, иди сюда. Постарайся хоть раз в своей никчёмной жизни принести пользу. Стол сам себя не накроет. — Ну-у, тренер, — жалобно протянул Ники, — почему всегда я? Вы же уже начали, так, может, сами и закончите? — Закрой рот и берись за дело, — прорычал Ваймак. — Эй, вы двое, ведите себя прилично, у нас всё-таки гость, — приструнила их Эбби, отложив ложку и направляясь к парням. Ваймак окинул взглядом всю компанию. — Не вижу тут гостей. Нил — один из Лисов, и только из-за того, что он первый день в команде, плясать вокруг него никто не будет. Пусть сразу зарубит себе на носу: в этой команде никто с ним нянчиться не будет, иначе в июне реальность преподнесёт ему жестокий удар. — Дэвид, хватит уже чесать языком, следи лучше, чтобы в кастрюле вода не выкипела. Кевин, посмотри, как там хлеб — он в духовке. Ники, займись сервировкой. Аарон, помоги Ники. — Ну что, начнём? — Эбби жестом пригласила Нила и Эндрю пройти в комнату. Есть Нилу не хотелось, но деваться было некуда. Он сел за стол — подальше от Кевина и Эндрю. Рассевшись, все умолкли и наполнили тарелки. Когда принесли лазанью, беседа возобновилась. Нил сидел и смотрел в стену. Голоса сливались в один тягучий шум — Кевин и Ваймак говорили о тренировках, Ники трещал о каких-то фильмах. Смысла улавливать не было. Эндрю молчал. Только гонял еду по тарелке и изредка бормотал что-то себе под нос. Нил заметил это краем глаза — и сразу забыл. Есть не хотелось. Таблетки съели аппетит вместе со всем остальным. Нил проткнул лазанью вилкой, поднёс ко рту, прожевал. Не чувствуя вкуса. Он отодвинул тарелку и уставился в окно. За стеклом темнело. Часы показывали 7:59 вечера. Нил достал из кармана блистер, выдавил таблетку и проглотил, запив водой из стакана. Горло свело, но он не поморщился. Он не заметил, как все снова замолчали. — Вы так каждый раз будете? — равнодушно спросил Нил, выдержав паузу. Ребята стушевались. Эндрю взгляд не отвёл. Смотрел, сканируя изменения после приёма. Нил смотрел в ответ. Через пару минут, почувствовав усталость, он поднялся из-за стола и молча прошёл в гостиную. Завалился на диван и задремал. Ближе к девяти он проснулся от негромкого разговора на немецком: — Как думаешь, что он принимает? — спросил Ники. — Судя по поведению — какой-то антипсихотик, — ответил один из Миньярдов. Голоса у них были похожи, но манера речи отличалась — братья росли не вместе. Скорее всего, Аарон. Нил слушал, не открывая глаз. Ему было всё равно. Наступила тишина. Рядом раздался ещё один голос. — Его таблетки будут нам мешать. Нужно снять его с них. Хотя бы на время матчей, — серьёзно произнёс Кевин. Аарон перешёл на английский, объясняя Птенчику всю сложность таких препаратов: — Кевин, это не просто успокоительные. Это антипсихотик. Избавиться от них — не пять минут. Всё зависит от дозировки. Не могу утверждать наверняка, но Нил, судя по всему, сидит на сильных. — И что тогда? — спросил Дэй. — Смириться, — сказал Эндрю. Он сидел в соседнем кресле, недалеко от Нила. Все замолчали. — Знаете, обсуждать такое при мне — смело. Но ещё смелее — делать это, думая, что я ничего не слышу. Вы бы хоть в другую комнату ушли. — Равнодушный голос Нила разрезал тишину. — Ни-ил! Какое счастье, ты проснулся! — воскликнул Ники. — В прошлый раз мы так нормально и не познакомились, верно? Я — Николас Хэммик, двоюродный брат Эндрю и Аарона и лучший в мире защитник. Ники попытался разрядить обстановку. — А я уже говорил, что не играю в дружбу, — Нил зевнул и зарылся глубже в декоративные подушки. Хэммик расхохотался: — Забавно. А когда твой день рождения? — Уже прошёл, — ответил Нил, разглядывая потолок. Из-за этой компании он точно не заснёт снова. — Жаль, что мы пропустили. Зато в апреле тебя взяли в команду — так что считай это величайшим подарком. А подружка что подарила? Нил пожал плечами, решив подыграть. Так можно узнать о них побольше. — Хорош придуриваться. У таких красавчиков, как ты, обязательно есть девушка. Если, конечно, ты не по парням. Тогда говори прямо, чтобы я не гадал. Нил устало посмотрел на Хэммика, размышляя, как можно забивать голову такой ерундой. — А тебе какая разница? — Просто интересно. — Он хотел сказать — сгорает от любопытства, — уточнил Аарон. — Меня не интересуют ни те, ни другие. — Врёшь, — бросил Ники. — Ни капли. Почитай побочки моих таблеток, сыщик, — снова зевнул Нил и закинул в рот очередной леденец. — Ты что, намекаешь на импотенцию? — ахнул от ужаса Хэммик, а после побледнел и прикрыл рот. — Аарон, напомни мне читать побочки таблеток перед тем, как позволять Эрику их глотать. — Ещё чего, — скривившись, отмахнулся Аарон. Нил не помнил ни одного Лиса с таким именем — ни среди бывших, ни среди нынешних. — Кто такой Эрик? — О, это мой муж, — радостно сообщил Ники. — Ну, будущий муж. Я жил в его семье, когда учился в Берлине, а после школы мы съехались. Нил уже догадывался, что Ники жил в Германии. К тому времени, когда нога Хэммика ступила на немецкую землю, Нил уже перебрался в Швейцарию. — Понятно, — кивнул Нил. Опасности Ники не представлял. Обычный парень. Следующие полчаса Ники щебетал о чём-то своём, пока Нил не отключился. В одиннадцатом часу вечера Ваймак решил откланяться, и Нил ушёл вместе с ним. Вернувшись домой, он бросил Дэвиду, что пойдёт прогуляется, и вышел из квартиры. Закрыл за собой дверь, сунул ключи в карман и двинулся вниз по лестнице. Он и сам не знал, куда идёт — это было неважно. Стоило задать ногам направление, и они унесли его прочь от всех мыслей.