Вне протокола: иллюзия правды

Гримерка Кейна была залита тусклым, желтоватым светом. Пахло пудрой, старым бархатом и чем-то неуловимо тревожным. Кейн сидел перед зеркалом, обсыпанным высохшими цветами, и медленно снимал грим, хотя на его лице не было ни капли краски. Его движения были вялыми, плечи опущены – он выглядел как человек, чей мир окончательно рухнул. Морган вошел по-хозяйски, постукивая дорогой тростью по паркету. Помни шла следом, бледная и собранная. – Ну что, маэстро? – Морган брезгливо оглядел помещение. – Помни говорит, вы созрели для откровенности. Где то, зачем мы здесь? Кейн даже не обернулся. Его голос прозвучал глухо: – Оно там... за фальш-панелью у шкафа. Но мне нужно время. Чтобы собраться. Детектив, – он на мгновение поймал взгляд Помни в отражении зеркала, – принесите мне воды. В горле пересохло от этого бесконечного допроса. Помни кивнула, бросив на Моргана быстрый, «испуганный» взгляд. – Сэр, я отойду на минуту? Конвой снаружи, он никуда не денется. – Идите, – небрежно бросил чиновник, не отрывая взгляда от Кейна. – Я сам справлюсь с этим ничтожеством. Как только дверь за Помни закрылась, Морган подошел к Кейну вплотную и навалился на стол, глядя на него сверху вниз. – Ну вот мы и одни, Кейн. Без твоих фокусов и без этой девчонки, которая почему-то за тебя так вцепилась, – Морган усмехнулся, доставая из кармана пачку дорогих сигарет. – Знаешь, я даже буду скучать по этому балагану. Но земля стоит дороже, чем твои акробаты. Кейн медленно повернул голову. – Артур Гросс тоже так думал? Что земля важнее жизни? Морган рассмеялся, выпуская струю дыма прямо в лицо Кейну. – Гросс был идиотом. Он думал, что один честный инспектор может остановить прогресс. Пришлось показать ему, что в моем городе правила пишу я. Знаешь, Кейн, подставить тебя было проще, чем украсть конфету у ребенка. Твоя трость так удобно лежала на столе... Один удар в шею – и вуаля! Театрально, кроваво, прямо в твоем стиле. – Значит, это вы убили его? – тихо спросил Кейн. – Конечно я! И завтра я лично подпишу приказ о сносе этого сарая. А ты сгниешь в тюрьме, и никто даже не вспомнит твое имя. В этот момент в гримерке воцарилась абсолютная тишина. Кейн вдруг выпрямился, и его лицо мгновенно преобразилось. Спокойная, уверенная улыбка вернулась на его губы. – Знаете, господин Морган... – Кейн указал на маленькую вазу с искусственными цветами на столе. – В моем цирке всегда была отличная акустика. Дверь шкафа с грохотом распахнулась. Оттуда вышла Помни, сжимая в руке работающий диктофон. – Чистосердечное принято, господин советник, – холодно произнесла она. – Что за... – Морган потянулся к внутреннему карману пиджака за оружием, но сверху, прямо с потолка, на него рухнула тяжелая театральная сеть. Джекс спрыгнул с балки, ловко затягивая узлы. – Опа! Крупная рыбка попалась! – он наступил лапой на руку Моргана, выбивая пистолет. – А я-то думал, ты храбрее, толстосум. Свет в гримерке вспыхнул ослепительно ярко – это Зубл выкрутила рубильники на максимум. Она зашла вместе с Гэнгл, которая всё еще дрожала, но крепко держала в руках запасной микрофон. Из тени за шкафом вышел Королер, аккуратно поправляя очки. – Время вышло, Морган, – Королер посмотрел на часы. – Мой поезд уходит через три часа, и я очень не хочу на него опоздать из-за оформления твоего ареста. Рагата вошла последней, накидывая на запястья Моргана наручники. – Психологический портрет завершен, – спокойно сказала она. – Мания величия, переходящая в неоправданный риск. Вы сами вырыли себе могилу, сэр. Морган рычал и сыпал угрозами, но под прицелом Джекса и под взглядом всей команды его голос быстро сорвался на визг. Кейн встал, подошел к Помни и осторожно взял её за руку. – Шоу окончено, – прошептал он ей на ухо. – И на этот раз у нас счастливый финал.