Пение птиц

В комнате повисла тишина, которую никто не стремился прерывать. Окутывая воздух своим дыханием и мыслями. Инк видел, как пальцы Дрима слишком легко отпустили стол и повисли безвольно вдоль тела. Его жёлтые глаза потухли. Он посмотрел на Эррора. Тот глазами вчитывался в последние строки. Ещё раз. И ещё раз. Не мог оторваться. Инк мягко подсел ближе, протянул руку, касаясь чужой — Эррор не заметил. Он поднял взгляд на Рипера, чьи глаза излучали «Это я и ожидал», но с какой-то горькой смесью. Словно его белые глаза смешивались с чёрным. Инк ещё раз посмотрел на экран. Рука отдала пронзительной болью. Поморщился, слабо сжав пальцы больной руки. Он никогда не был таким, как Дрим, который пытался верить в их город, стараться ради правильного дела. Как оказалось, и не был таким, как Рипер, который даже не пытался поверить и ушёл. Ему было на самом деле всё равно на город, на тех, кто им даёт задания… даже на людей, живущих там. Проходя по городу, он думал лишь о том, что каждый живёт как хочет. Он живёт, собирая сувениры. Остальные живут так, как они хотят. За стеной. Или бывают те, кто осмеливаются и выходят. Он никогда не думал о тварях как о чём-то ужасном. Для него они были такой же частью этого мира, как и он сам. Он просто не знал мир до них. Он не знал потерь от их лап. Знал лишь, как разрезать их плоть и смывать остатки крови. Он знал, что был солдатом. Тем, кому дали добро на то, чтобы делать что-то, выходящее за рамки их правил. Просто потому что он был полезен. И он это знал. Давно знал. Он видел свою руку. Которую он получил от твари, что пыталась забрать то, что ему важно. При этом эта же тварь защищает то, что ей важно, от них. Он не понимал, что должен думать сейчас. Что должен чувствовать, услышав эти строки. Может, это могло бы быть чувство «предательства», о котором он читал в книгах, но он никогда до конца не был верен городу. Но он знал. Он не хочет больше в город. Не хочет туда, где нет ничего, где белые стены. Где сидят люди, что один раз уже разрушили мир. Где люди, которые кричали каждый раз ему о том, что твари опасны, они угроза, они виновны, при этом держали их в закрытых частях подгородков, потому что они — единственные, кто могут дать им еду. Он не хотел идти в место, которое заставляет его друга стоять с таким лицом, которое он видел сейчас. Он не хотел видеть, как в белых глазах что-то тихо трещит. Он не хотел тянуть за собой Эррора, который не мог оторвать взгляд от строк и сжимал слишком сильно мышку, не чувствуя тепло его руки. И он становится тем, кто разрывает молчание. — Что мы будем делать? Тихий вопрос звучит слишком громко в комнате. Врезается в уши людей. Старательно врывается в чужие мысли и дёргает в мир. Возвращая в реальность. Рипер отходит от стола первым, отрывается и прижимается спиной к стене, руки скрещивает на груди. — Эррор, копируй данные. — сухо, прямо. Он не ждёт. Он командует. Смотрит на Дрима, что не поднимает глаз. Смотрит на Эррора, что будто на автомате начинает водить мышкой. Рипер не спешит. Молчит. Выдерживает паузу, прежде чем выдернуть каждого. Встречается с глазами Инка и легко улыбается ему. Смотрит, как на экране начинается передача данных. И только тогда подходит со спины, кладя одну руку на плечо Дрима, а вторую — на плечо Эррора. Сжимает с силой, чтобы боль прошлась по всему телу. Улыбается. Чувствуя, как один и второй дёргаются под его пальцами. — Итак. — Рипер отходит, позволяя Дриму дёрнуть плечом и коснуться его рукой. Другой. Видимо, сдавил слишком сильно. Эррор же просто разворачивается, замечая чужую ладонь на своей, не скидывая её. Позволяя теплу разливаться по телу. — Что мы имеем? — Ебанного предателя. — Дрим рычит, он сжимает с силой свои руки. Отходя назад и садясь на подлокотник стула. — Рипер, выкладывай всё, что ты знаешь. — взгляд цепкий. — Не так много, как тебе кажется. — он пожимает плечами. — Система держит монстров на закрытых территориях, но это вы и так поняли. Но ещё они продолжают свои эксперименты, пытаясь найти способ всё исправить или, может, наоборот, использовать для себя. Без понятия. И они делают подземное пространство на случай, когда твари прорвутся в город, правда, поместятся там не все. Это всё, что я знаю. Дрим сжимает мягкую обивку так, что, кажется, та начинает трещать. — Значит, они пиздят на каждом шагу о том, что город — самое безопасное место. Выращивают нас как сраных безвольных воинов, что готовы умереть за идею защиты людей. А сами, блять, копают себе подземный город? — Дрим в конце срывается на смех. Широко улыбается. Рукой прикрывая лицо. — И ради этого я столько лет сидел в белой комнате… — он говорит тише, почти шёпотом. Инк делает шаг, думая подойти к другу, но видит, как тот дёргается, замечая движение. Инк садится обратно. — Рип, зачем нам вообще идти обратно в город? — Эррор спокойно обращается. Задавая вопрос, что висел между ними и не давал ему покоя. — После этого. Нахер? Мы можем спокойно жить и тут. И плевать, что там эти города и как. Рипер смотрит на него. Слишком долго. Слишком тяжело. И глаза отводит. — Пока есть система, мы не сможем. — он замолкает. Делает вдох, слишком тяжёлый. Разрывающий грудную клетку. — Если мы не вернёмся, Гастер найдёт нас и сделает то, что обычно делают с теми, кто не нужен. — Да плевать. Мы от монстров отбиваемся. С какими-то людьми справимся. — Эррор, они будут насылать не людей. — он говорит впервые так быстро, без прежней лёгкости и спокойствия. — А монстров. Стаи. Огромные. Сгонять их на твой дом. И каким бы ты ни был сильным, когда они пройдутся по этому месту, то… — он замолкает, осознавая слишком поздно, что сорвался. Замечая, как красные зрачки сужаются. Как человек перед ним медленно поднимается. Делает шаг вперёд. — Повтори. — голос тихий. Слишком спокойный. Но именно он холодит. Инк подрывается, что-то не так. Эррор откидывает его руку, делая ещё один шаг к Риперу. Тот стоит. Смотрит прямо. Не отходит. — Города отправляют людей, которые сгоняют стаи. — челюсть сжата. — А ты это знаешь явно не по слухам? — на лице появляется широкая ухмылка. Осознание. Понимание. Он смотрит на человека, с которым провёл много лет. На того, кому доверял всё это время. Всё то время, как остался один. На того, кого стал считать семьёй. Рипер молчит. Ничего не говорит. И это самый громкий ответ. Эррор хватает его за ворот и притягивает к себе. — Ублюдок. — он отбрасывает его, отчего Рипер врезается в спинку дивана, глаза держит в пол. Дрим смотрит на него, придерживая рукой осторожно. — Эррор, ты что творишь? — встревает, не понимая причину взрыва. — Я что? — он разворачивается, смотря на всех троих. — Вы, блять, выродки городов. Выполняющие приказы своих ёбаных псин, ни разу не думали о том, что делаете? — он замолкает, сдерживая смех. — Не думали, куда гоните стаи, на кого? Может, блять, на людей, живущих не как вы, за ёбаной стеной? — его рука с силой впечатывается в стену, оставляя в той огромную вмятину от кулака. Глаза поднимает, встречаясь снова с каждым. Ёбаный раз. Ёбаные люди. Он срывается с места, хватая свою куртку, что висит у входа. Открывает дверь, закрывая её слишком громко. И уходит. Уходит дальше от этого места. Туда, где он будет один. Туда, где не будет блядских стен, городов и людей. Оставляя в своём доме чужаков. Инк срывается с места почти моментально, выбегает на улицу. В лицо бьёт сильный ветер, он жмурится. Осматривается. Ищет глазами. Делает шаг вперёд. По двору. И не находит. Ни следа. Ни силуэта. Будто Эррор за одну секунду испарился. Исчез. Инк стоял посреди двора. Ветер трепал волосы, забирался под одежду. Он смотрел на каменную дорожку, на грядки, на яблоню. Всё это было его. Эррора. А его самого — нет. Инк развернулся и пошёл обратно. Не потому что сдался. Потому что если Эррор хотел исчезнуть — он исчезнет. Но Инк знал: он вернётся. Не сейчас. Но вернётся. Он увидел, как из дома выходит Рипер и вслед за ним Дрим. Инк подрывается, подходя к Риперу. Требуя от того ответа. — Почему он ушёл? — в голосе ни тени злости, ненависти. Он безэмоциональный. Он такой, что если Инк захочет Рипера убить прямо сейчас, он сделает это не задумываясь. И после этого не будет сожалеть. А возможно, и вовсе забудет за неделю. — Потому что город убил его семью. — Рипер отвечает честно, как знал сам, как понял, когда увидел поляну с крестами, куда иногда приходил Эррор. Когда пришёл туда один и посмотрел на количество погибших. На то, как была растерзана земля и как почернела трава, впитав в себя литры крови. — Что? — Дрим выходит вперёд. Он никогда не знал о таких миссиях. Он даже не слышал о «сгоне». — То, Дрим. Города избавляются от того, что несёт угрозу для их мировоззрения и власти. — он делает паузу. — А такие, как Эррор, как его семья, что выживали не год, а десятки лет, бок о бок с тварями. Живое доказательство того, что города — полная чушь. — он посмотрел за спину Инка, может, туда, куда ушёл Эррор. Отошёл от Инка, выходя вперёд. Руки в карманы и взгляд на голубое небо, где пролетела одна птица. Быстро. Резво. И скрылась где-то за горизонтом. — Я не знаю, куда он ушёл. — Плевать. Я иду за ним. — И если в город вернёмся только я с Дримом, то Гастер что-то заподозрит и решит искать вас двоих. — Рипер кидает взгляд на юношу, что слишком быстро вышел вперёд него. Слабо улыбнулся. — Или мы придём втроём и скажем, что Эррор погиб. А твоя рука послужит хорошей причиной в это поверить. Рипер хорошо знал, что Инк поступает не импульсивно. Что он анализирует. Думает. В любой ситуации. — Сначала вернёмся в город и будем паиньками, отдадим диск и подумаем, что делать дальше. — он поравнялся с Инком, положив свою руку ему на плечо. — А ему нужно время. Если он захочет — сам нас найдёт. Рипер пошёл вперёд, выходя за территорию двора. Дрим вышел за ним следом, задерживаясь взглядом на Инке. Он проходил кидая взгляд на окно. Там где они были пару минут назад. Задержался на секунду. И пошёл дальше. Инк пошёл вместе с ними.