We Want Them Young

Как только Рик поднял его из люка подземной лаборатории, дверь гаража со скрипом распахнулась. Яркий утренний свет на секунду ослепил Рика, заставив зажмуриться, и в тот же миг он услышал взволнованный голос: — Дедушка Рик? Рик тяжело выпрямился и с глухим стуком закрыл люк, отрезав доступ к пропитанному антисептиками воздуху лаборатории. — Закрой дверь, Сам-Сам, — пробормотал он, морщась от пульсации в висках. — У меня голова раскалывается. Саммер послушно шагнула внутрь и плотно притворила за собой дверь, отсекая уличный шум. В гараже сразу стало темнее, и запах моторного масла, металлической пыли и старого кофе показался Рику почти родным. Прошло много времени с тех пор, как он видел свою внучку, и он был почти шокирован её видом: ночная рубашка и брюки висели на ней, указывая на заметную потерю веса. Под глазами залегли глубокие синеватые тени, а некогда блестящие волосы спутались в неопрятный узел. Рик знал, что Саммер теперь почти не спала и совсем перестала заботиться о своей внешности. Девочка обняла себя, будто ей было холодно, и от неё исходил едва уловимый запах увядших духов. — Ты наконец вернулся. Мы не видели тебя больше месяца. Что-нибудь новое о Морти? Рик тяжело опустился на свой вращающийся стул, и тот жалобно скрипнул под ним. Он очень надеялся, что этот разговор мог подождать до завтра, но, видимо, нет. — Да. Саммер немедленно подалась вперёд, заинтригованная, и половицы скрипнули под её ногами. — Ты знаешь, где он? — Да. Он внизу, в лаборатории. Я вернул его. Глаза и рот Саммер расширились, и она на мгновение застыла. — ЧТО!? Морти вернулся!? Почему, чёрт возьми, ты сразу мне не сказал!? — Ну, прости, что я сначала занялся всей этой грязью и лечил твоего брата сразу после того, как вытащил его из того ада! — взорвался Рик, и голос его эхом отразился от стен. — Господи, Саммер! Ты правда думаешь, что самым важным было прийти и рассказать тебе, пока он лежал там истекая кровью!? Это сразу заставило девочку замолчать, и она опустила взгляд, чувствуя, как краска стыда приливает к щекам. Она знала, что это было глупо. Конечно, Рик должен был сначала убедиться, что Морти в порядке. Она сделала пару глубоких, судорожных вдохов, чтобы успокоиться, а затем тихо сказала: — Прости, дедушка Рик. Ты прав… — Чёрт возьми, да, я прав, — фыркнул Рик и сделал глоток из фляжки, чувствуя, как обжигающая жидкость прокатывается по горлу. Он услышал, как Саммер шмыгнула носом, и повернулся к внучке. Девушка действительно плакала, солёные капли бежали по щекам, но почему-то она всё ещё улыбалась. — Ой, да ладно, Сам-Сам… — неловко пробормотал Рик, и его плечи опустились. — Ты знаешь, я не это имел в виду. Я не злюсь на тебя, я просто вымотан до предела… Тебе не нужно плакать. — Нет, я плачу не из-за этого, — ответила Саммер и вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Я просто так счастлива и испытала такое облегчение, услышав, что ты вернул его… О боже, спасибо, дедушка Рик! Я сейчас же разбужу маму и папу! — Саммер, подожди! — крикнул Рик, когда она развернулась к двери. Девочка замерла и в замешательстве обернулась к нему. — Разве мы не можем подождать до завтра? Морти очень устал, ему нужно поспать. Я только что его подлатал, он едва дышит от истощения. Рик ожидал, что Саммер будет более понимающей, но, к его шоку, её лицо стало серьёзным, и она решительно покачала головой. — Нет. Мы искали Морти несколько месяцев. Ты знаешь, как сильно мама и папа по нему скучали. Им нужно увидеть его. Мне нужно увидеть его сейчас. Прежде чем Рик успел возразить, Саммер уже выскользнула за дверь и исчезла внутри дома, оставив после себя лишь лёгкий сквозняк. Рик заворчал и в отчаянии потянул себя за волосы. Саммер была права — они все хотели увидеть Морти как можно скорее, и Рик не мог этого запретить. Морти больше не был пленником. Раньше, чем он ожидал, три пары торопливых шагов загрохотали по коридору, приближаясь к гаражу, пока наконец Рик не увидел, как вся семья Смитов вваливается внутрь. Бет и Джерри выглядели такими же измождёнными, как и Саммер; у Бет под глазами залегли такие же глубокие тени, а от Джерри пахло застарелым потом и тревогой. — Морти дома!? — первой выдохнула Бет, глядя на отца со слезами, уже катящимися из глаз. Рик снова тяжело вздохнул и поднялся со стула, чтобы встретить семью. — Да, он дома. Мне нужно было сначала его исцелить, вот почему я не пришёл рассказать вам сразу. Бет, казалось, слегка вздрогнула, услышав слово «исцелить», и её плечи напряглись. — Он в порядке, Рик? — спросил Джерри дрожащим голосом, и его кадык дёрнулся. — А ты, чёрт возьми, как думаешь, Джерри!? — огрызнулся Рик, чувствуя, как в висках снова запульсировала боль. — Я-я… Прости, я… — заикался Джерри, отступая на шаг. — Я-я просто имел в виду, что— — Пап… — прервала Бет, пытаясь звучать как можно спокойнее, хотя голос её дрожал. — Мы можем пойти к нему? Рик вздохнул, потирая переносицу. — Я не знаю, хорошая ли это идея, милая. Он сейчас спит. Не думаешь, что нам стоит подождать до завтра? — Пожалуйста, пап… — умоляла Бет, и её голос сорвался. — Просто дай нам увидеть его ненадолго. Мы не будем его будить, обещаю. Я не видела своего малыша несколько месяцев, я так по нему скучала… О боже, я так скучала по своему малышу… Рик побеждённо смотрел, как Бет разрыдалась, и её плечи затряслись, а Джерри заключил жену в объятия, отчаянно пытаясь утешить её, гладя по спине. Саммер просто стояла и смотрела на Рика умоляющими, красными от слёз глазами. Рик знал, что был только один ответ. — Ладно. Можете пойти к нему. Но, чёрт возьми, постарайтесь сохранять спокойствие и дайте ему отдохнуть. Саммер уже открывала люк и спускалась вниз по лестнице, откуда пахнуло прохладным, стерильным воздухом лаборатории. Но прежде чем она исчезла из виду, Рик остановил её: — Ещё кое-что, прежде чем вы пойдёте… Саммер замерла на ступеньках, и вся семья повернулась к Рику. Он действительно не знал, как сказать, и пожалел, что вообще открыл рот. Но он должен был их предупредить. — Я знаю, это чертовски трудно, но… Не будьте с ним слишком физическими. — Его травмы настолько серьёзны? — обеспокоенно спросила Бет, и её голос дрогнул. — Ну, нет, не совсем… Я имею в виду, не физически… — пробормотал Рик и почесал затылок. — Я пытаюсь сказать: вы, вероятно, захотите обнять его и прижать к себе и всё такое, но… Просто не будьте с ним слишком вольными. Я сомневаюсь, что Морти сможет вынести много физического контакта в этот момент — это может привести его к панике. Все стояли и смотрели на Рика. Саммер и Джерри переглянулись на секунду, прежде чем Джерри повернулся к Рику и спросил, и в его голосе зазвучала настойчивость: — Рик, что именно случилось? До того как ты ушёл, ты сказал, что знаешь, где Морти, но ты никогда не давал нам деталей. Так где же он был? Кто-то его забрал? Кто-то из твоих врагов? — Нет, это были не мои враги, Джерри. Ну, не совсем. Почти все испытывают какую-то обиду на меня, но здесь мотив был не в этом. — Значит, кто-то всё-таки его забрал… Кто это был? Какой-то злой пришелец? — не унимался Джерри. — «Какой-то злой пришелец?» Господи, Джерри… Тебе что, пять лет? — Пап, — твёрдо произнесла Бет. Рик повернулся к дочери, которая смотрела прямо на него. Её взгляд был острым, как скальпель, и говорил о многом: хватит нести чушь. Она сделала глубокий вдох и спросила голосом, не терпящим возражений: — Что случилось с моим сыном? Все воспоминания об ужасных вещах, свидетелем которых Рик стал внутри «Мёртвых Листьев», пронеслись перед его глазами калейдоскопом боли. Вид Смотрителей, избивающих Морти; крики боли, когда их насиловали за тонкими перегородками; ощущение их тощих, дрожащих тел, когда он был вынужден перевозить их по галактике, вдыхая запах страха, смешанный с потом и дешёвым дезинфектором. Все те Морти, которые выглядели как его внук. Которые, по сути, были его внуком. И он знал, что его собственный внук прошёл через точно такие же круги ада. Рик знал: он не мог им сказать. Ни за что на свете он не рассказал бы своей собственной дочери, через что прошёл её сын. К тому же не ему было рассказывать о самых травматичных событиях Морти. Это должен был сделать сам Морти — если когда-нибудь решится. Рик вздохнул и нежно положил руки на плечи Бет, чувствуя, как она напряглась. — Слушай, Бет… Не мне рассказывать вам, что именно произошло. Если Морти когда-нибудь захочет поделиться с вами деталями, он это сделает. Всё, что я вам скажу, — это то, что его забрала преступная организация. Они делали с ним много ужасных вещей. Морти глубоко травмирован и, вероятно, у него ПТСР. Слишком много привязанности и физического контакта может вызвать у него плохие воспоминания. Вот почему я говорю: постарайтесь контролировать себя и прикасайтесь к нему только если он, кажется, не против. Каждый член семьи посмотрел на него по-разному. Джерри выглядел сбитым с толку, будто не мог понять, что могло быть настолько ужасным, что Рик не стал бы говорить. Бет грустно кивала, даже не пытаясь думать о деталях, готовая отпустить ситуацию. А Саммер… У неё было ужасное выражение лица — она выглядела так, будто её сейчас вырвет, и её руки непроизвольно сжались в кулаки. Рик знал, что Саммер умна. В отличие от Джерри, она могла представить самые тёмные вещи, через которые может пройти человек. После минутного, наполненного тишиной молчания Саммер наконец кашлянула, пытаясь вырваться из собственных мыслей. — Мы поняли, дедушка Рик. Никакого физического контакта, если только Морти не будет казаться, что он не против. Она сразу же спустилась вниз, и её шаги эхом отразились от металлических ступеней. Бет последовала за ней, одарив отца благодарной, но разбитой улыбкой. Джерри, казалось, колебался, но наконец набрался смелости и спустился сам. Рик не последовал за ними. Он остался в гараже, слушая приглушённые звуки из лаборатории. Когда семья Смитов наконец собралась вокруг спящего мальчика, они изо всех сил старались не трогать Морти. Но Бет не могла удержаться — она нежно погладила щёку сына тыльной стороной ладони, чувствуя, какая у него холодная кожа. Этот утешающий жест вырвал Морти из сна, и он медленно открыл глаза, затуманенные лекарствами. Семья, казалось, немного испугалась и замерла — они обещали Рику дать Морти отдохнуть. Они стояли неподвижно и просто смотрели на него сверху вниз, ожидая, что он сделает первый шаг. Морти смотрел на свою мать в ответ, моргая несколько раз, словно пытаясь понять, бодрствует он или спит. — Ма-мам..? — прошелестел он пересохшими губами. Слёзы потекли по щекам Бет, когда она улыбнулась сквозь них и нежно взяла руку сына, ощущая, какие худые и холодные у него пальцы, продолжая поглаживать его щёку другой рукой. — Это сон..? — Нет, сладенький, ты не спишь. Мама здесь по-настоящему… И твой папа, и сестра тоже. Всё хорошо, малыш. Просто лежи и отдыхай, не пытайся сесть. Просто продолжай отдыхать, мама теперь здесь… Увидев, что Морти, кажется, не против, чтобы Бет гладила его по щеке и держала за руку, Джерри и Саммер тоже подошли ближе. Джерри начал осторожно поглаживать его по голове, ощущая сальные, спутанные волосы, а Саммер нежно сжала его вторую руку, чувствуя, как под её пальцами проступают костяшки. Они тоже прослезились. — Мы так скучали по тебе, сынок… Так рады, что ты вернулся… — прошептал Джерри. — Ты заставил нас сходить с ума от беспокойства, маленький идиот, — выдохнула Саммер. — Саммер! — сердито зашипела Бет. — Я просто шучу, — ответила девочка, улыбаясь, хотя слёзы всё ещё катились по её лицу. — Я правда счастлива, что ты вернулся, маленький брат. Я знала, что ты справишься. Для Морти всё вокруг казалось туманным и далёким, как будто он смотрел на мир сквозь плотную пелену. Он видел свою маму, папу и сестру, но это всё ещё не ощущалось реальным. Честно говоря, он едва что-либо чувствовал. Будто забыл, как чувствовать. Он не знал, что успокоительные, которые Рик дал ему ранее, всё ещё действуют, притупляя все ощущения. Но почему-то вид его семьи вокруг, ощущение их прикосновений — тёплых, дрожащих — и тихих, спокойных голосов говорил ему, что он должен чувствовать себя счастливым и в безопасности. Всё было хорошо. Морти почувствовал, как сон снова овладевает им, поэтому, прежде чем отключиться, он сжал в ответ руки, которые держали его, подавая хотя бы маленький знак, что он их слышит и чувствует. Переполненная эмоциями семья Смитов смотрела, как Морти снова закрыл глаза и заснул, его дыхание стало ровным и тихим. После этого никто не сказал ни слова. Они все просто стояли, наблюдая за спящим самым младшим членом своей семьи, вдыхая стерильный воздух лаборатории, пока спустя несколько часов Рик наконец не спустился проверить Морти. Убедившись, что Морти достаточно стабилен, он сообщил семье, что отнесёт его в его собственную комнату, чтобы он продолжал спать в привычной обстановке. Никто не возражал. Один за другим члены семьи поднялись по лестнице и разошлись по своим комнатам, чтобы тоже поспать. В доме воцарилась тишина, нарушаемая лишь далёким гудением холодильника, и все они заснули относительно быстро, впервые за долгое время чувствуя, что надежда вернулась в их дом.