Башня

«Горько-сладкое богатство»

14:50. 28 сентября. 1349 год. Бэклунд. Минская улица.

      Бледные лучи бэклундского солнца, пробиваясь сквозь густые облака, сочились в комнату. На мятой простыне, пропуская сквозь себя свет, изумрудами сияла зеленая баночка мази. Клочок, пропитанный лекарством, был прижат к раненому плечу. Бинты, туго обмотанные вокруг руки, надежно фиксировали вату с лечебным бальзамом. Единственное, что оказалось проблематичным в самостоятельной обработке раны, — завязать ее.       «Бля, ну почему я не попросил помощи у Шерлока перед тем, как он ушел? Мне же это надо было, — держа один конец марли в зубах, молодой человек мысленно ругался на собственное упрямство. — А все ведь из-за того перепёздыша альтернативно одаренного! Если бы не этот живодер, ничего бы не случилось». С трудом завязав узелок на плече, Версетти облегченно вздохнул и вытер со лба пот, проступивший от усилия: «Кстати, об Артуре… И провидца, и клоуна можно встретить в цирке. Седьмая Последовательность моего Пути — Фокусник, которого тоже можно встретить там. Дотторе был иллюзионистом, фокусником, Потусторонним… Вероятно, мы шли с ним по одному Пути, и я, вместо того чтобы покупать основные ингредиенты для зелья, могу просто использовать его Потустороннюю черту. Однако стоит проверить, точно ли Артур был на седьмой Последовательности. Желательно еще не простым гаданием, учитывая, что в него могут вмешиваться. А на кону, между прочим, мое здравомыслие и жизнь».       Карие глаза юноши поднялись на настенные часы. «До собрания осталось совсем немного. Как вариант, попросить о проверке мистера Шута, но есть загвоздка: я понятия не имею, где я могу достать страницы из дневника Розелля… Поживу — увижу», — в конце концов он прислонился к изголовью кровати в ожидании того, что его, как обычно, затянет в дворец над серым туманом.

***

??:?? 28 сентября. 1349 год. ??? Пространство над серым туманом.

      Оказавшись на своем почетном месте во главе бронзового стола, Моретти, сцепив руки под подбородком, принялся размышлять о событиях последних дней. Помимо заурядных дел он припомнил один случай утром: несколько дней назад, проходя мимо комнаты слуги, он услышал не то взбешенный, не то отчаянный крик, заглушенный, наверное, подушкой. Еще тогда он думал над тем, чтобы провести по этому поводу гадание: любопытно, как-никак. Но мысль об этом так и осталась где-то там на втором плане, ибо у Клейна были дела поважнее.       Однако сейчас, когда он продвинулся до Фокусника, а груз в виде информации о расследованиях покинул его голову, молодой человек мог узнать, что же заставило Версетти повести себя столь причудливым образом.       «Хе-хе, сейчас узнаю. Как раз пару минут есть», — в легком предвкушении от того, что его любопытство вот-вот будет утолено, Моретти махнул рукой — из серой дымки выплыл кусок пергамента и перо. Он быстро написал: «Причина странного поведения Чарльза утром двадцать третьего сентября». Накрыв лист рукой, Шут откинулся назад, закрыл глаза и, повторяя это предложение снова и снова, провалился в сон.       На черном полотне разводами начали проявляться краски. Постепенно тьму заполнили светлые пятнышки, из которых собралась целая картина: сквозь приоткрытое окно в комнату проникали редкие для Бэклунда лучики солнца, в них звездной россыпью блестела пыль. В кровати под одеялом кто-то лежал — по золотым кудрям и антуражу в целом Клейн понял, что показаны ему были спальня и сам Чарли.       Утренний уют вдруг сменился чем-то иным. В хаосе приглушенных цветов с примесью чего-то красного Моретти разглядел знакомое расположение мебели, залитое багровым светом. «О, гостиная», — сразу узнал юноша, продолжая рассматривать окутанную мраком сцену.       Взгляд его в какой-то момент пал на диван, где фигуры двух людей слились в единую. Один силуэт точно был мужским, а второй, тот, что был сверху, — под вопросом. До ушей «Бога» едва доносились звуки тяжелого дыхания, изредка прерываемого мягкими, обрывистыми стонами. «Да ну емае, снова эта хрень. Везет же мне на такое!» — во сне парень тяжело вздохнул.       Но тут кадр как бы приблизился. Удалось разглядеть людей, чьи тела делились друг с другом любовью и жаждой столь примитивным способом. Мужчина, сидевший на диване, обладал выразительным лицом с приятным отблеском интеллигентности и грубой щетиной. «Погодите-ка», — недоверчиво пронеслось в голове Шута, когда взгляд его метнулся к фигуре, сидящей сверху. Блондинистые завитки под алой вуалью казались медными. Осознание ударило бедолагу по голове так же резко, как молот по наковальне: «БЛЯТЬ, ЭТО ЖЕ Я. И ЧАРЛИ».       Сновидение рассыпалось, и Клейн вновь увидел перед собой огромный дворец из звезд и тумана. Сердце его сходило с ума и, казалось, пыталось устроить побег из грудной клетки. Вперемешку с хаотичным пульсом он слышал собственный паровоз из мыслей: «Видеть в инкубированном сне, как какой-то важный дядька занимается плотскими утехами со своей любовницей, ловить чужого мужа на измене — это все одно. Но то, что я сейчас увидел… Ощущение, будто мое столкновение с Вечно Пылающим Солнцем было только цветочками! Богиня, куда еще меня могут завести мои гадания?!».       Моретти провел по лицу рукой в тщетной попытке создать подобие порядка в голове: «Почему Башня увидел такое? Не похоже, чтобы он испытывал ко мне хоть что-то. У нас отношения только деловые. Он в целом производит впечатление того, кому не интересны ни мужчины, ни женщины. Мысли, конечно, были, когда он в девушку оделся, но, видя то, с каким профессионализмом он подходит к подбору образа, к проработке поведения в новой роли, я передумал: он очень талантливый человек!».       «И тем утром Чарли звучал по-злому как-то. Видимо, он сам был не в восторге от увиденного, — придя к выводу, что все произошедшее — не более чем спонтанная шутка человеческого мозга, может, шального артефакта, парень заставил себя расслабиться. — Ладно. Пора приступать. Сегодня к нам еще и мисс Маг присоединяется».       Молодой человек, сотворив марионетку Мира напротив себя, позволил своей духовности распространиться наружу и коснуться багровых звезд. За столом, изъеденным зеленоватой патиной, появилось несколько человек, чьи лица скрывала густая серая дымка.       — Добрый день, мистер Шут! Добрый день, мистер Повешенный! Добрый день, мистер Солнце. Добрый день, мистер Мир. Добрый день, мистер Башня. И… — изумрудные глаза Одри остановились на новом участнике Клуба: «Женщина! Волосы каштановые, вьющиеся… Форс?».       — Маг. Мисс Маг. Добрый день, — девушка, сидящая рядом, легонько кивнула. Взгляд ее с осторожностью скользнул по остальным «арканам». «Мисс Справедливость — блондинка, молода, с изящной осанкой. Мистер Повешенный выглядит очень серьезным. Не слишком мускулист, волосы чем-то похожи на водоросли… Мистер Солнце, видимо, младше всех остальных, кажется замкнутым. Башня такой расслабленный! Будто сам устроил это собрание. А мистер Мир какой-то совсем мрачный… Туман скрыл почти все. Детали разобрать трудно», — писательница воспользовалась своим талантом наблюдателя.       Чарли, как и Одри, с улыбкой на лице поздоровался с членами Клуба Таро. Начало собрания привычным образом прошло за чтением страниц из дневника императора Розелля, далее обмен… Придерживаясь прошлой тактики, парень заговорил лишь тогда, когда поток сделок утих:       — Хочу продать Потустороннюю черту Ведьмы. Отдам за тысячу пятьсот фунтов, — с прошлых встреч молодой человек узнал, что цена одного основного ингредиента зелья седьмой Последовательности находится в районе пятисот-семисот фунтов. Потусторонняя черта заменяла основные ингредиенты. Сотню он докинул так, на всякий случай: деньги никогда не бывают лишними.       «Потусторонняя черта Демонессы средней последовательности… А оно мне надо? Так-то нет, но ее можно отдать Ремесленнику. Он сделает из Черты артефакт, который можно будет продать с неплохой наценкой», — Элджер, сложив руки на столе, думал о том, чтобы купить Потустороннюю черту.       — Дорого. Тысяча, и я куплю, — «Соглашайся, желторотый», — мужчина решил попытать удачу и отвоевать скидку.       — Много скинули, — Башня покачал головой и, сохраняя тон голоса дружелюбным, объяснил: — Цена на Потустороннюю черту средней Последовательности вытекает из цены на основные ингредиенты… Позвольте, я рисковал своей жизнью, получая эту Черту. Считайте, что те сто фунтов, что я накинул — моральная компенсация.       «До чего же хитрый мужик! Я че тебе, зря за своего детектива на рынках торговался? Меня больше не проведешь!» — пальцы паренька стучали по подлокотнику, пока он ждал ответа от Повешенного.       — Вы оценили собственную жизнь в сто фунтов? — губы Уилсона дрогнули в едва заметной ухмылке.       Юноша ничего не ответил. Выражение его лица осталось прежним, хотя в груди противно кольнуло. Он явственно ощутил, как была задета его гордость!       — Ладно. Тысяча сто, — мужчина пошел на уступки.       — Тысяча триста.       — Тысяча сто пятьдесят.       — Тысяча двести пятьдесят. Ни мне, ни вам.       Воцарилось молчание. Со стороны за всем наблюдал Шут, более-менее отошедший от того противоречивого сна. Он с трудом поддерживал вид скучающего Божества, не дав уголкам рта подняться: «Чарльз быстро учится. За него можно не бояться».       — Идет, — Элджер наконец согласился. «Зараза. Не такой простой, каким кажется», — с тяжелым вздохом он откинулся назад.       Не дав шанс заговорить кому-то еще, Версетти, обращаясь ко всем сразу, спросил:       — У меня есть еще Потусторонняя черта. Я хочу знать ее Путь и точную Последовательность. Кто-нибудь может мне помочь с этим, пожалуйста?..       «Должно быть, Башня говорит именно о том, что осталось после Дотторе. Догадаться о том, что Артур был Фокусником, не трудно, но, видимо, он хочет удостовериться в этом. Оно и неудивительно! Мне бы тоже хотелось быть уверенным в том, что я останусь живым и в здравом уме после принятия зелья. Но разве не проще взять основные ингредиенты? Так точно будешь знать, что сделал все верно, — Клейн во главе стола закинул ногу на ногу. — В целом я могу ему помочь. Но не от лица Шута. Нужных связей, наверное, у Чарли пока нет, он не сможет в ближайшее время притащить страницы из дневника…»       — Я могу вам помочь, — мистер Мир чуть приподнял руку и, прежде чем молодой человек успел хоть что-то сказать, продолжил: — За эту услугу можете не платить. Взамен я хочу, чтобы в будущем вы помогли мне в одном деле.       Парень задумался.       — В каком деле? — надо знать, на что соглашаешься.       — Прошу прощения, я не совсем корректно сформулировал свою мысль, — марионетка сухо усмехнулась. — Я имел в виду, что буду рассчитывать на вашу помощь, когда та понадобится. Это и будет вашей оплатой.       «Звучит сомнительно… Но мистер Мир помогал мне ранее. Он, конечно, страшноват, не очень эмоционален, но сделки вести умеет, знает много. С учетом всего этого он не производит на меня впечатление злодея, и дело не в том, что мне хочется сэкономить… Тц, сложно!» — пока молодой человек спорил сам с собой, мужчина на другом конце стола добавил:       — В случае, если детали этого будущего дела вас не устроят, вы можете отказаться и заплатить мне другим способом.       — Хорошо, спасибо, — Башне не хватало именно такой «подушки безопасности». — Я отправлю вам Потустороннюю черту в ближайшее время.       «Да вовсе не обязательно. Возьми да приди к Шерлоку. Иногда я думаю: а не раскрыть ли мне ему полуправду?» — Моретти заставил мистера Мира кивнуть.       — Буду ждать.

***

16:45. 28 сентября. 1349 год. Бэклунд. Минская улица.

      Ритуал жертвоприношения завершен. Потусторонняя черта Артура отправлена мистеру Миру, на руках юноши заветные тысяча двести пятьдесят фунтов. «Я столько денег в жизни не держал! Жаль, с ними скоро придется расстаться. Ингредиенты-ингредиенты», — тихонько вздохнув, Чарльз сложил толстую пачку купюр под матрас.       — Мистер Мориарти сказал, что будет дома ближе к шести… Наверное, уже можно начинать готовить ужин, — бормоча что-то себе под нос, Версетти спустился на первый этаж.       «Кстати, его пропажи меня несколько настораживают. В том смысле, что я не вижу Шерлока перед собраниями. И какое-то время после них… То в туалете засядет, то по делам уедет, то еще что-то. Первое подозрительно, второе — не совсем, он все-таки детектив. Уезжает он раньше, чем начинаются встречи… Но надо учитывать и время на дорогу. Еще я заметил, что он иногда по ночам из дома уходит. Ушел — Мир на собрании говорит, что нашел оружие для Солнца. Ушел — Мир заявляет о том, что отыскал нужные ингредиенты в обмен на что-то… Настораживает еще закономерность: он приходит поздно, выглядит как пожухлый помидор, потом на следующий день в газетах трубят о каком-то важном событии, убийстве какого-нибудь подонка или пропаже. Ох, я чувствую себя очень ревнивой женой», — парень поставил воду в кастрюле кипятиться.       Пуф! Жар газовой плиты коснулся его лица. «Одно из двух: либо он мистер Мир, либо Шут. В последнее мне мало верится. Не вяжется образ великого сыщика с всемогущим существом… Хотя в чем-то они похожи. Чувством юмора, наверное? А вот мысль о первом более убедительна. Мир обладает хорошими связями и, судя по всему, является довольно-таки сильным Потусторонним — это больше похоже на то, кем мог бы быть детектив на самом деле. — Молодой человек, нарезавший морковь, замер. — Может, погадать?»