Ржавый рыцарь

Три года назад. Над лагерем племени медленно опускался вечер. Между палатками потрескивали костры, в воздухе пахло дымом, жареным мясом и сырой древесиной. Где-то неподалёку слышались голоса бандитов, звон металла и ржание лошадей. Для большинства обитателей лагеря это был самый обычный день, но на небольшой тренировочной площадке, расположенной чуть в стороне от остальных палаток, царила совсем иная атмосфера. Здесь не было ни смеха, ни разговоров. Только свист рассекаемого воздуха и глухие удары дерева о дерево. — «И ты ещё смеешь называть себя моей дочерью?!» — голос Рейвен разнёсся по лагерю подобно удару кнута. Бокен со свистом опустился вниз. Маленькая Янг едва успела поднять руки перед лицом. Удар оказался настолько сильным, что её отбросило на шаг назад. Боль вспыхнула в предплечьях, но следующая атака уже летела следом. Рейвен не давала ей ни секунды передышки. Новый удар. Ещё один. И ещё. Янг отступала шаг за шагом, пытаясь хоть как-то защититься. Её руки уже были покрыты синяками и красными полосами, на коленях виднелись свежие ссадины, а по щеке стекала тонкая струйка крови из разбитой брови. Она тяжело дышала, с трудом удерживаясь на ногах. Каждый вдох обжигал лёгкие, а мышцы дрожали от усталости. — «Смотри на противника! Не закрывай глаза! Думай, прежде чем двигаться!» — каждый приказ сопровождался новым ударом. Янг всхлипнула и попыталась уйти в сторону. На мгновение ей показалось, что получилось. Но Рейвен двигалась слишком быстро. Женщина резко шагнула вперёд и мощным ударом ноги врезала дочери в бок. Воздух мгновенно покинул лёгкие девочки. Янг вскрикнула и покатилась по земле, подняв облако пыли. Несколько секунд она просто лежала, пытаясь вдохнуть хотя бы немного воздуха. Всё тело горело от боли. Она инстинктивно свернулась клубком и прикрыла голову руками, ожидая нового удара. Но его не последовало. Наступила тяжёлая тишина. Янг осторожно подняла взгляд сквозь слёзы. Рейвен стояла неподалёку, держа бокен на плече. На её лице не было ни злости, ни жалости. Только холодное разочарование. —«Тайянг тебя вообще хоть чему-то учил?» — презрительно бросила она. — «Твои попытки драться жалкие. Если на тебя нападёт гримм — ты умрёшь. Если нападёт охотник — ты умрёшь. Если нападёт кто-то из моего племени — результат будет тем же.» Каждое слово било больнее ударов. Рейвен раздражённо цыкнула и отвернулась. — «Отдохни десять минут. Потом начнём заново.» С этими словами она направилась к своей палатке. Даже не обернулась. Даже не посмотрела, сможет ли Янг подняться. Через несколько секунд полог палатки закрылся за ней, оставив девочку одну посреди тренировочной площадки. Янг ещё некоторое время сидела в пыли. По её щекам текли слёзы, плечи мелко дрожали. Она ненавидела плакать. Особенно здесь. Особенно перед людьми племени. Но остановиться не могла. Бок болел так сильно, что было трудно двигаться. Руки горели от ударов. Голова кружилась. А хуже всего было чувство беспомощности. Что бы она ни делала, этого никогда не хватало. Как бы ни старалась, Рейвен всегда находила повод назвать её слабой. Вокруг лагерь жил своей жизнью. Возле костров громко смеялись мужчины, кто-то спорил о добыче после последнего налёта, кто-то чистил оружие, кто-то пил. Никому не было дела до маленькой девочки, сидящей в одиночестве посреди тренировочной площадки. —«Ты жалкая~ Ты точно дочь Рейвен~?» Голос прозвучал насмешливо и растянуто, словно его обладательница наслаждалась каждым словом. Янг подняла заплаканные глаза и увидела стоящую перед ней Вернал. Загорелая кожа девушки поблёскивала в свете костров, короткие тёмные волосы были небрежно взъерошены, а на губах застыла привычная презрительная усмешка. Она смотрела на Янг сверху вниз, словно на какое-то жалкое насекомое. Янг всхлипнула и медленно поднялась на дрожащие ноги. Всё тело болело после тренировки. Руки были покрыты синяками, бок горел после удара Рейвен, а ноги подкашивались от усталости. — «Иди к чёрту, Вернал...» — тихо пробормотала она, отворачиваясь. Не дожидаясь ответа, Янг заковыляла прочь. Каждый шаг отдавался болью в рёбрах, но она всё равно продолжала идти. Позади сразу же раздался смех. Громкий. Презрительный. Раздражающий. — «Ох~ Я задела за больное~? Какая чувствительная.» Янг сильнее стиснула кулаки и продолжила идти, стараясь делать вид, что не слышит её. —Знаешь... иногда я смотрю на тебя и думаю, как вообще Рейвен может считать тебя своей дочерью? Ты слабая. Постоянно плачешь. Постоянно проигрываешь. А потом ещё удивляешься, почему она тобой недовольна. Вернал медленно пошла следом, явно наслаждаясь происходящим. — «А знаешь, что самое смешное? Она относится ко мне как к дочери больше, чем к тебе.» Янг резко замерла. Всего на мгновение. Но Вернал этого хватило. Её улыбка стала шире. Она попала точно в цель. Перед глазами Янг невольно всплыли десятки воспоминаний. Как Рейвен тренировала Вернал. Как брала её на важные задания. Как разговаривала с ней спокойным голосом. И как смотрела на саму Янг — холодно, требовательно, словно та постоянно её разочаровывала. Горло болезненно сжалось. На глаза снова навернулись слёзы. Ей захотелось закричать. Захотелось ударить Вернал. Заставить её заткнуться. Но вместо этого Янг лишь сильнее впилась ногтями в ладони и продолжила идти. — «Что, даже возразить нечего? Ну конечно. Потому что ты и сама понимаешь, что это правда.» Янг молчала. Она слышала каждое слово. Каждую издёвку. Каждый смешок. Но не оборачивалась. В лагере уже начали зажигать новые костры. Люди переговаривались между собой, смеялись, обсуждали набеги и добычу. Некоторые замечали проходящую Янг и провожали её взглядами. Кто-то ухмылялся. Кто-то просто отворачивался. Никому не было до неё дела. Наконец впереди показалась её палатка. Маленькая. Старая. Но сейчас она казалась самым безопасным местом на свете. Янг быстро откинула полог и почти ввалилась внутрь. Снаружи ещё несколько секунд доносился смех Вернал, а затем и он затих. В палатке было темно и тихо. Только слабый свет костров просачивался сквозь ткань стен. Янг медленно опустилась на матрас и подтянула колени к груди. Она долго сидела неподвижно, пытаясь сдержать слёзы, но в итоге всё равно не смогла. Горячие капли снова покатились по щекам. Больше всего её ранили даже не удары Рейвен. Не синяки. Не боль в рёбрах. А слова Вернал. Потому что где-то глубоко внутри Янг уже давно боялась того же самого. Что она недостаточно сильна. Недостаточно хороша. Недостаточно похожа на свою мать. И что однажды Рейвен действительно выберет Вернал вместо неё. Снаружи лагерь продолжал жить своей жизнью. Люди смеялись у костров, звенели кружки, кто-то играл в карты, кто-то рассказывал очередную историю о набеге. А в маленькой палатке на краю лагеря сидела двенадцатилетняя девочка, которая чувствовала себя самым одиноким человеком на свете. Она уткнулась лицом в колени, стараясь плакать как можно тише, чтобы никто не услышал. Потому что в племени Бранвен слабость не прощали. А слёзы считались слабостью больше всего. Но сейчас Янг было всё равно. Она просто хотела, чтобы этот день наконец закончился. Чтобы перестала болеть спина. Чтобы замолчала Вернал. Чтобы хоть раз Рейвен посмотрела на неё с гордостью, а не с разочарованием. Но за тонкими стенками палатки продолжал шуметь лагерь, а её желания так и оставались лишь мечтами маленькой девочки, которая изо всех сил пыталась заслужить любовь собственной матери. Янг прикрыла глаза, и воспоминания из сна тут же всплыли в памяти. Странные, невероятно яркие и настолько живые, что казались не сном, а настоящим воспоминанием. Она снова увидела Бикон. Огромную академию, залитую солнечным светом, шумные коридоры и библиотеку, где за одним столом сидели она, Руби, Блейк и Вайс. Руби что-то увлечённо рассказывала, размахивая руками, Вайс закатывала глаза и делала вид, что ей совершенно не интересно, Блейк читала книгу, иногда вставляя короткие комментарии, а сама Янг просто сидела рядом и улыбалась. Они смеялись, спорили, подкалывали друг друга. Были друзьями. Были семьёй. Но затем воспоминание изменилось. Перед глазами всплыла крыша Бикона. Ночь. Тихий ветер. Огни Вейла вдали. И Жон. Он сидел на самом краю крыши, свесив ноги вниз. Лунный свет падал на его светлые волосы, а сам он смотрел куда-то вдаль с таким выражением лица, которого Янг никогда раньше у него не видела. Не было привычной неуклюжей улыбки. Не было смущения или попыток пошутить. Только усталость и какая-то глубокая грусть. Поэтому она подошла. И села рядом. Несколько секунд они просто молчали. — «Что случилось, блондинистый мальчик~? Вайскрима снова тебя отвергла~?» — игриво спросила Янг, толкнув его локтем в бок. Обычно после такой шутки Жон начинал краснеть или возмущаться. Но сейчас ничего не произошло. Он даже не посмотрел на неё. Продолжал сидеть неподвижно, глядя на огни города. Именно тогда Янг по-настоящему забеспокоилась. — «Эй... всё нормально?» Она осторожно положила руку ему на плечо. Жон вздрогнул и опустил голову. — «Я... я в норме... просто неприятно на душе...» Он замолчал на несколько секунд. — «Я ведь стараюсь...» Его голос звучал тихо и как-то надломленно. — «Правда стараюсь. Но она постоянно говорит, что мне от неё нужны только деньги. Влияние. Власть. Фамилия.» Янг сразу поняла, о ком идёт речь. О Вайс. — «Но это ведь неправда...» Жон сжал кулаки. — «Мне никогда не нужны были её деньги. Или статус. Или фамилия Шни. Я просто...» Он запнулся. Словно ему было тяжело произносить это вслух. — «Я просто хотел, чтобы меня любили.» От этих слов Янг неожиданно почувствовала неприятный укол где-то внутри. — «Я ведь правда её люблю...» Жон горько усмехнулся. — «А она смотрит на меня так, словно я какой-то охотник за наследством.» Он поднял взгляд к ночному небу. — «Неужели я настолько плох?» Ветер тихо шелестел между башнями академии. Янг смотрела на него и вдруг понимала, что сейчас перед ней сидит не весёлый и неуклюжий парень, которого все привыкли видеть. Сейчас перед ней был человек, который действительно страдал. Человек, который искренне верил, что проблема именно в нём. И почему-то это напомнило ей саму себя. Она медленно подвинулась ближе и легонько ударила его кулаком в плечо. — «Ты идиот.» Жон удивлённо моргнул. — «Что?» — «Я сказала, что ты идиот.» Теперь уже улыбнулась сама Янг. — «Потому что только полный идиот может думать, что он плохой человек после всего, что сделал.» Жон растерянно смотрел на неё. А она продолжала: — «Ты постоянно помогаешь другим. Рискуешь собой ради друзей. Бросаешься в драку, даже когда понимаешь, что проигрываешь. Ты хороший человек, Жон.» Он отвёл взгляд. — «Не думаю, что Вайс согласилась бы.» — «Тогда её мнение сейчас не считается.» — «Очень убедительно.» — «Я старалась.» На губах Жона впервые появилась улыбка, совсем маленькая, едва заметная. Но настоящая, и почему-то именно её Янг запомнила лучше всего. Не битвы. Не тренировки. Не экзамены, а именно эту улыбку. Потому что тогда ей показалось, что она действительно смогла помочь ему. Воспоминание начало медленно рассеиваться. Огни Вейла исчезали, крыша Бикона растворялась в темноте, а образ Жона становился всё менее чётким. И почему-то Янг почувствовала странную грусть. Будто потеряла что-то важное. Что-то очень дорогое. Она сама не понимала почему, но даже после пробуждения лицо Жона ещё долго не покидало её мысли, а его вопрос продолжал эхом звучать в голове. «Неужели я настолько плох?» Янг сидела в палатке ещё несколько минут после ухода Вернал. Слёзы уже высохли, но злость никуда не делась. Она только росла. Слова Вернал снова и снова крутились в голове. «Она относится ко мне как к дочери больше, чем к тебе». Янг резко поднялась и вышла из палатки. Лагерь жил своей жизнью: костры, смех, разговоры. Никто не смотрел на неё. В центре у главного костра сидела Вернал, улыбалась и что-то рассказывала, пока остальные смеялись. Увидев её, Янг почувствовала, как внутри что-то ломается. Она подняла с земли тяжёлый камень и пошла прямо к костру. Вернал её не замечала. Она продолжала смеяться. Янг подошла вплотную и ударила. Камень врезался в затылок Вернал. Смех оборвался. Вернал пошатнулась и начала оборачиваться, но Янг уже ударила кулаком. Потом ещё раз. Апперкот сбил её на землю. Крики вокруг усилились, но Янг уже ничего не слышала. Она бросилась на неё сверху и снова ударила камнем. Первый удар. Второй. Третий. Вернал пыталась закрыться, но безуспешно. — «Заткнись!» Удар. — «Заткнись!» Удар. — «Заткнись!» Удар. Кровь попала на руки Янг. Камень стал скользким, но она продолжала. Вокруг собрались люди, кто-то кричал, кто-то пытался подойти, но никто не вмешивался. Янг занесла руку для нового удара, но её запястье резко сжали. Камень выпал. Она замерла и медленно подняла голову. Перед ней стояла Рейвен. В лагере мгновенно стало тихо. Янг тяжело дышала, сидя на избитой Вернал, которая уже почти не двигалась. Несколько секунд Рейвен молча смотрела на неё, потом на Вернал, потом снова на Янг. И в её взгляде не было ни удивления, ни злости — только холодное спокойствие и внимание. —«Я. Не. Слабая.»— Янг прорычала, чётко разделяя каждое слово. Её глаза, ещё недавно фиолетовые, теперь горели тёмным багровым оттенком ярости. Дыхание было тяжёлым, прерывистым. Она резко вырвала руку из хватки Рейвен и шагнула вперёд, встав между матерью и лежащей Вернал. Кровь на руках, разбитые костяшки, дрожащие плечи — всё это уже не имело значения. Она смотрела прямо в глаза Рейвен, не отводя взгляда ни на секунду. —«Ты думаешь, удар со спины сделает тебя сильнее неё?»— спокойно спросила Рейвен, даже не повышая голос. Её тон был ровным, почти скучающим, но от этого становился только тяжелее. Янг скривилась, стиснула зубы и сделала шаг ближе. —«На войне все средства хороши! Это твои слова!»— выплюнула она. Голос сорвался на хрип, но она не остановилась.—«Она назвала меня слабой… она унижала меня… я просто доказала обратное!» Вокруг всё ещё стояла тишина, люди лагеря не смели вмешаться, наблюдая за происходящим как за чем-то запретным. Рейвен несколько секунд молчала, потом её губы едва заметно дрогнули в короткой, почти незаметной улыбке. —«Молодец… хоть что-то запомнила.»— Она уже развернулась, будто собираясь уйти, но Янг резко схватила её за руку, удерживая на месте. Хватка была отчаянной, напряжённой, как будто она боялась, что это единственный шанс быть услышанной. —«Я её победила… я доказала свою правоту…»— голос Янг дрожал, но уже не от страха. В нём звучала смесь злости и надежды. —«А теперь я хочу награду.»— Рейвен медленно повернула голову, прищурившись. Взгляд стал холоднее, внимательнее. —«И что это?» Янг сглотнула, но не отвела глаз. Несколько секунд она молчала, словно собираясь с силами, а затем тихо, но твёрдо произнесла: —«Я хочу связаться с сестрой… я хочу поговорить с Руби.»