Зарисовки фанатки Lili Skillet

Петя слепо следует за чужими руками, даже не открывая глаз. И Миша и Илья нежно-нежно его обнимают и ведут за собой, а Петя идет за ними, даже не пытаясь сопротивляться. В воздухе летает аромат трех феромонов, Петя дышит и надышаться не может: задыхается. Носом тянет волшебный запах и становится так хорошо-хорошо-хорошо.... Его заводят в его же комнату. Петя чувствует это по своему более сильному запаху, который впрочем быстро перекрываться бомбой их ароматов. Петя ступает следом, идет на ощуп, чувствуя под босыми ногами паркет, а следом ковёр. Его аккуратно тянут на кровать и Петя послушно валится следом, не пытаясь даже удержаться. Рядом кто-то шипит, кажется даже ругается, Петя всхлипывает, потому что теплые руки прекратили рядом находиться и ему грустно-грустно, больно больно и плакать ещё хочется, так как больше не касаются и не гладят. Он чувствует как чьи-то руки касаются его головы, убирая волосы со лба. Чувствует, как другие руки завязывают волосы в простой хвост, как гладят его, не раздевая и Петя хнычет снова, ведь слишком, слишком много, ему не хватает. Губы альф идентично касаются шеи и Петя не ожидав этого издает вскрик. Не стон — он вскрикивает, выгибаясь и подставляясь под чужие поцелуи. Он никогда такого не чувствовал. Петя уже не может держать себя трезво — омега внутри, изголодавшаяся по ласке, визжит, получая заветные поцелуи, дышит запахом и превращает Петю в жаждущее животное, желающее только трахаться и получать поцелуи, поцелуи, поцелуи... — Петенька... Ласково шепчет голос. Пете приходится открыть глаза, они тут же закрываются, но он старается. Говорил это Миша — Петя определяет, пускай и с огромным трудом. Рядом Илья, нежно гладящий его руки и Пете так хочется отдаться этим рукам и плыть по течению, но ему не позволяет Мишин голос. — Илюш подожди. Петенька Ласково шепчет он. Петя пытается сосредоточиться на Мишином лице. Феромоны ослабевают, Пете становится легче. — Маленький, мы может тебя с Илюшей раздеть? Жаным, бізге жауап беріңізші, өтінемін. Петя ни слова ни понимает на казахском, но вытягивается отчаянно, следуя за пропавшим руками и тянет жалобно звонко на отчаянном длинном скулеже. — Даааа...! Руки альф действуют слаженно. И Илья и Миша раздевают его одновременно. Оба никуда не торопятся. Феромоны усиливаются, омега буквально в них купается, ощущая себя сейчас как на сахарной вате. Как на облаке Петя не чувствует как с него стягивают брюки. Он чувствует как руки замирают около белья и рефлекторно бедрами дергает, пытаясь сделать так, чтобы к нему прикоснулись. Он чувствует, как его гладят ласково нежно, но самого важного не дают. И Петя хнычет, ведь не получает желаемого и под руки поддаётся, прося. — Петенька, маленький, мы можем тебя полностью раздеть? Снять это? Ласково шепчет... Миша? Да, Миша. Петя открывает рот, но из него только вздох жалобный выходит, а после Петя вновь скулит. Ему нужно. — Миш, он тебе телом все уже ответил. Да, точно спрашивал Миша. Голос Ильи ни с чем не спутать. Почему его все еще не раздели? — Но психолог сказала... Кто такой психолог и почему его никто не касается? — Психолог с нами трахаться будет? С него стягивают трусы и Петя ластиться к чужим рукам, хотя самого сокровенного не касаются. Альфы вновь поднимаются выше и оба единогласно касаются шеи, слегка сбавляя феромоны. Петя раскидывается на кровати звёздочкой, рот открывает и скулит, а после тихо-тихо стонет. Альфы поцелуями спускаются ниже, пока не доходят до бёдер. Петя вскрикивает, вздрагивает и выгибается. Ему слишком хорошо сейчас. Слишком. Оба альфы его целуют и носами тычутся, слизывают смазку с бёдер, что водопадом течёт по ним. Петя скулит, а после его резко выгибает. Он дергается, а на живот капает белёсое семя. Пауза. — Мы даже его не коснулись. — Может все уже? Раз он уж кончил. Перегрузим же... — Согласен. Запахи ослабевают и Петя распознаёт их речь. Все? Нет, они договаривались на секс, секс будет, хотят этого альфы или нет. Он столько мучился, имеет же он право хотя бы один раз чувствовать себя хорошо, да? — Нет! Я... Я справлюсь. Я хочу. Петя торопится, проговаривает, запахи его альф становится нежными успокаивающими и он чувствует, как Илья касается поцелуем его губ. Петя послушно рот открывает, позволяя себя целовать, но Илья не целует, а говорит твёрдо ласково, и Пете это не нравится, так не нравится. — Маленький, тиш. Петенька, мы конечно дадим тебе, все что душе твоей угодно, но ты точно этого хочешь? Петя кивает старательно, и наконец-то его целуют. Петя расслабляется, феромоны усиливается, становятся блаженно пусто, а пальцы Миши касаются его там.... Петя закрывает глаза, чувствуя, как один лишь палец пробирается во внутрь. Его почти никогда не растягивали — в этом не было смысла и сейчас это ощущается как что-то сокровенное. Альфы не торопятся, гладят его и мягко нежно обнимают, Миша свободной рукой его живот гладит. Второй палец проникает довольно быстро — Петя расслаблен, лениво целуясь с Ильё, наслаждаясь его лаской. Но тут его снова подкидывает: Миша касается чего-то внутри. Петя не может удержаться и вновь кончает, снова на живот. Пауза. — Илюш... Мне кажется точно все. — Да погоди ты, мне уже даже интересно. Петь, еще хочешь? — Илюш, мы его так добьём. — Цыц! Петя? Омега слышит перепалку своих альф и кивает. Чего они от него хотят он не знает, но он хочет их прикосновений. Пальцы пропадают. Петя всхлипывает и дёргается, пытаясь подставится. Почему его опять не касаются? — Илюш, давай ты первый. Иди. Это говорит Миша. Кажется. Ну или у Пети галлюцинации. Альфы меняют позы и Петя опять хнычет. А потом... в него входят. Илья закидывает ноги Пети себе на плечи, пока Михаил кладет подушку под поясницу и снова касается поцелуем омеги. Их омеги. Илья движется нежно. Аккуратно, совсем нежно. Он не спешит, да и Пете это не нужно. Ему слишком хорошо и так. Миша целует его в губы, покрывает поцелуями его шею, лижет метку. Петя кончает совсем скоро, сжимая внутри себя Илью, что тот следом кончает в него. Еще пару минут они молчат, а после Илья медленно выходит. Сперма вытекает за ним. Позами альфы вновь меняются. Петеньку целуют в нос, только непонятно кто. Петя хмурится, но дёргает ногами. Шевелится вообще не хочется, но он ещё хочет альф. Обоих. Он чувствует как его гладит Миша, поглаживая, но не касается члена совсем. Пете этого и не надо — он возбужден опять. Не так сильно как в прошлые разы, но он все еще жаждет. — Маленький, омежка наш, Петенька, ты меня хочешь? Если не хочешь, ничего, эта ночь только для тебя, слышишь? Малыш наш, котёночек... Петя тянет жалобное "Да!" и чувствует, как в него снова входят. А потом Миша делает то, что не ожидал даже сам Илья Петя отказывается в воздухе, его прижимают к окну. Он стонет громко жалобно от холодного стекла, но следом стонет громче, потому что в него резко толкаются. Господи, как ему хорошо! Петя голову откидывает и чудом об стекло не ударяется — кто-то подставляет ладонь. Петя дергается и скулит, а после обмякает в чужих сильных руках. Он даже не думает сейчас. Миша просто трахает по другому. Вроде медленнее Ильи, но с темпом и немного резче, аж кажется что быстрее. Петя кончает с вскриком. Миша останавливается. Петя чувствует. Миша вместе с Петей падает на диван. Петя пытается отдышаться. Пауза. — В душ его? — В душ. Феромоны ослабевают, становятся ласково нежными. Пете бы в них остаться, но есть то, чего он слишком хочет и даже если из него вытекает, он все равно этого хочет. — Подождите... Язык почти не работает, но кажется его слышат. — Я хочу с вам двоими. Можно? Петя не верит в это. Он знает, что ему наверно, не откажут, но... Но альфы могут испугаться. Но его тянут в объятия, он чувствует поцелуи на шее и негромкий вопрос: Уверен? Петя кивает. Его приподнимают, а после насаживают на член. Его держат, иначе бы Петя завалился на сидящего Илью, который впрочем дает опереться об себя спиной. Илья немного опирается об кровать, чтобы Мише было удобнее зайти, а после касается Петр снизу, разминая. Он входит сначала одним пальцем, а потом вторым. — В тебе очень много спермы, маленький. Мне даже не нужно тебя растягивать, твой организм сам все делает. Ты такой красивый у нас, такой ласковый, такой чувствительный... Пете на ухо шепчат всякие глупости, пока Миша пристраивается рядом. Петя лицом к нему повернут и вздыхает резко, когда Миша в него аккуратно входит. Кричит. Ему не больно. Ему слишком хорошо. И как хорошо, что альфы его понимают, потому не прекращают медленные, тягучие, почти ленивые движения. Петя дышит тихонько и глаза закрывает. Ему слишком сейчас ахуенно. Илья покрывает поцелуями спину, а Миша делает тоже самое с грудью. Петя возбужден, но очень слабо. Совсем некрепко. Но ему так хорошо... Он не хочет, чтобы это заканчивалось. Кончает Петя тихо. Не кричит, лишь вздыхает и утыкается носом в Мишину шею. В него кончают следом оба альфы. Миша выходит и Петя, теряя равновесие летит на кровать. Точнее полетел бы — Илья ловит и выходит неторопливо, помогая Пете лечь. Из него вытекает сперма, Петя лежит, ему так хорошо, что ножки дрожат... Ноги. Петя только сейчас понял, насколько они сильно трясутся. Он пытается напрячься — не выходит. Петя не может напрячь ноги, хотя руки, совсем немного, получается. Он пытается свести ноги — и не выходит. Те разъезжаются, стоит только попытаться их контролировать. Пете так хорошо... — Петенька, мы тебя сейчас в душ отнесём, ладно? И заткнём пока, чтобы пол не испачкал пробочкой, хорошо? Ласково шепчет ему кто-то, закрывая задницу небольшой пробкой. Петя лишь мычит, а после его на руки поднимают и несут в ванную. Там уже вода набрана, Петю кладут в ванную и начинают ласково намыливать в две руки и смывать воду. Чьи то руки касаются там, но Петя мотает головой и не дает. — Не вытаскивай... Не надо... Петя говорит это тихо-тихо и сам не знает кому, но кажется его слышат и не трогают. Пете сейчас так хорошо, он словно на облаке и его так любят любят любят, и Петя их так сильно любит. Петеньку поднимают на руки и несут в комнату. Петеньку укутывают в одеяло. Петенька закрывает глаза. Его обнимают двое Альф. Петеньке хорошо. *** На утро они спят. Петя все еще чувствует сперму внутри и наверно это доказывает, что не сон. Не могла высохнуть сперма, когда в него кончили четыре раза. Петя пытается напрячь ногу и понимает, что не может этого сделать. Он пытается их свести — и не выходит. Петя вообще не может шевелить ногами. У него они все еще дрожат. Рядом шевелится одеяло. Его альфы просыпаются одновременно. Первым показывается лицо Миши, а следом и Илья. — Как ты, жаным? Нежно шепчет Миша, касаясь поцелуем губ Пети. Петя поворачивает голову, его целует теперь Илья. — Я кажется не могу ходить. Петя кивает на свои ноги. Илья встает и тянет руки к Пете. Приподнимает его и помогает коснуться пола. Петя кажется даже чувствует себя в равновесии, но стоит только Илье его отпустить и он валится вниз. Точнее, упал бы, не поймай его Миша. Петю вновь на кровать кладут и целуют дрожащие бёдра, что от поцелуев дрожат лишь сильнее. Пиздец. Петя реально не может свести ноги. Буквально блин, бери и суй член, открыт. Но никто из Альф этого не делает, только гладят и улыбаются. — Будешь отдыхать, хорошо? Петя кивает. Ему хорошо. Альфы поцелуями его успокаивают и Петя постепенно глаза закрывает, проваливаясь в дрёму. Ему слишком хорошо. — Кстати, сколько сейчас время? — Четыре часа, Илюш и три минуты. Дня. — Сколько?! — Не ори, Петю разбудишь. Это нормально, что у него так ноги дрожат? Ночь прошла. — Я хз. Сходим к Маргарет, скажет. — Она вроде не невролог. — Она психолог, психологи от любой хуйни лечат. Но Петя уже не слышал этого разговора, уснув. Первый раз после секса, ему было хорошо.