Зарисовки фанатки Lili Skillet

Когда Петя просыпается, первое что он делает, это щупает рукой кровать. Он чувствует плед, его широкую вязку и начинает соображать. Он слышит стук собачих лап, и через секунду чувствует на своей руке холодный нос. Луна пришла. Петя кивает ей, а после медленно садится, держа ладонь на постели. Ему нужно тактильно все ощущать руками, иначе запутается, потеряет себя в пространстве, по итогу рухнет на пол... Петя принимает вертикальное положение по итогу и тянет руку вперёд. Луна подставляется под неё и омега гладит собаку, стараясь чтобы движения были нежными. Он все еще не мог полноценно контролировать силу и ему это немного мешало в работе, но оба партнёра по возможности помогали ему. Пете этого было относительно достаточно, насколько вообще может быть достаточно человеку в его ситуации. — Моя девочка... Надеюсь тебя покормили? Петя шепчет ласково ласково, собака лижет его и омега позволяет себе замереть на пару минут, после чего, все же подвигается к краю кровати. Он знает пространство, но движения у него все еще неуверенные. Петя действительно боится упасть. Он тянет руку чуть в сторону, безошибочно находит поручни, приделанные к кровати, чтобы было легче вставать. Их приделали ещё в первые дни их жизни Петя идет, вытягивая руку перед собой. Пространство в доме он уже выучил, но так он чувствовал себя, безопаснее, что ли? Луна шагает чуть впереди, являясь безмолвным проводником. Петя не видел глазами. Он видел ушами, руками, носом, но не глазами. Перед глазами было сплошное ничего, и это так его ломало. Раньше он был фигуристом, а сейчас едва передвигается сам, ничего не видя. Петя это... Ненавидел. Сука, как же он это ненавидел. Петя доходит до ванной комнаты и включает свет. На свет его глаза реагировали — и реагировали вполне достаточно для Пети. Он касается босыми ногами коврика, заботливо положенного кем-то из мужей и идет к раковине. Он знал сколько ему нужно пройти. Уже около неё, Петя безошибочно включает воду. Ну как включает... Зовет голосового помощника, что был установлен в доме. Для Пети было проблематично отрегулировать воду самостоятельно, а обжигаться или мыть руки в ледяной воде он не хотел... Петя слышит, как вода течёт и подставляет руки. Он находит мыло, и брызгает каплю себе на ладони, размыливая. Смывает пену, а после водой опрыскивает свое лицо. Поднимает свободную руку выше, где находит свою умывалку. Еще капля, но уже на лицо. Петя старается хорошо размылить средство и после аккуратно смывает его водой. Говорит голосовому помощнику воду выключить, и распускает волосы. Их надо переплести после ночи. Делает он самую обычную косу и идет на кухню, где уже, кажется, готова горячая вода. Если конечно мальчики набрали с вечера... Петя идет медленно, вытягивая уже две руки перед собой. На кухне слишком много опасностей, нужно быть аккуратнее. Луна послушно шагает рядом, являясь его невидимым проводником и самым близким другом. Сегодня у Пети очень много дел... Магазин, улица, аэропорт... Так, Господи, ему главное не начать опять нервничать, а то такими темпами с ума сойдёт. Еще главное скрыть это каким-то образом от парней, а то они его прибьют оба, за то что на улицу пошел и их не предупредил. Петя находит аппарат безошибочно. Стоит рядом кружка уже и ему нужно только нажать на кнопки, чтобы вода набралась. Петя это и делает. Луна бессменно находится рядом. Петя рукой гладит собаку, чешет ее за ухом и берет чашку с водой. Та наливается только до определённой черточки и имеет дополнительный слой, чтобы не обжигаться. Петя идет медленнее чем раньше: пролить не хочется. Там конечно уже и холодная вода есть, но все равно. Рука бессменно впереди, Луна перемещается ближе к его ногам, слегка подталкивая и таким образом подводя к стулу. Господи, чтобы он без неё делал... Умер бы наверное уже давно. Причем максимально нелепо — вышел бы на красный свет светофора или об стол бы убился. Обоих мужей же никогда нет рядом. И Петя не злился — абсолютно нет, он прекрасно понимал, что он мог попросить и оба супруга на дому стали бы работать, но Петя... Петя этого не хотел. Он не хотел ощущать себя гребаным инвалидом. Допив чай, Петя идет в коридор. Главное чтобы на улице в уборную не захотелось.. Луна конечно знает, что делать, но все равно, так неловко всегда, жесть... И у людей спрашивать неловко. Петя доходит до коридора, а потом разворачивается и идет в комнату. Одеться забыл. Он по большей части находился дома и постоянно забывал, что на улице погода по большей части иная. Луна конечно его не пускала, но все равно... Было как-то неловко что ли? Петя трясет головой и открывает шкаф. Все вешалки с одеждой у него были подписаны. Одному было одеваться... Крайне проблематично. Петя щупает руками сверху, пока не находит подходящую вешалку. Так... Это у него рубашка. Петя постоянно мёрз после травмы, так что к одежде в парижский январь ему стоило подойти ответственно. Рубашку он в итоге убирает в сторону и вновь шарится руками в шкафу, пока не находит вешалку, на кой и висит его водолазка. Петя берет ее в руки и закрывается носом в тёплый кашемир и вздыхая несколько раз в удовлетворении. Когда твоим зрением был запах, слух и то что ты чувствовал кожей, наслаждение приносят даже такие, вроде как, незначительные вещи. Петр откладывает водолазку на кровать и вновь тянет руки ко шкафу, где чрез несколько секунд, обнаруживает свой любимый кардиган. Крупной вязки, цвета, как сказали любимые мужья, горчичный. Петя с каким-то трепетом прижимает его к себе и закрыв дверь шкафа, по памяти идет к комоду, где лежали его прочие вещи. Ящики в том числе были заботливо подписаны шрифтом Брайля. Петя щупает все руками, находит нужный и отодвигает. Одежда хранилась в специальных пакетах, каждый был подписан для удобства. Петя перебирает брюки, пока не находит подходящие. Термобелье находилось прямо в прикроватной тумбочке: Петя постоянно мерз. Одевается омега также медленно. Он слышит рядом дыхание Луны и это помогает не сбиться с темпа. Снять домашние вещи, надеть термобелье, брюки сверху, водолазку, кардиган, носки... Петя собирается, а после поднимается, идя вперёд. Слышится стук лап — Луна неизменно рядом. В коридоре Петя также лезет в шкаф, ища подходящую одежду и по итогам находит свое пальто. Обувь он находит чуть сложнее, но все равно отыскивает. Одевается, представляя свое отражение. Берет на голову, шарф и перчатки. И вот, он готов, осталось собрать Луну... Вообще, Петя был благодарен мужьям. Те, могли сделать намного проще — нанять сиделку. Но они уважали его самостоятельность, поэтому максимально приспособили дом к жизни слепого человека. Петя цепляет на Луну специальную шлейку, удостоверивается что все на месте. Луна тыкает носом в его руку, и Петя позволяет себе ещё пару минут на ласку собаки. — Хорошая девочка. Трость. Шелест лап собаки и Петя чувствует, как Луна сует ему трость в руку. Рукоятью. Какое счастье, что ее они этому обучили, Господи, как Петя любит своих мужей. Спасибо, что они смогли тогда все же уговорить тогда завести собаку. Как же Петя ее сильно любит. Омега рукой проверяет ещё раз и убедившись, что не забыл комбинезон, берется за ручку шлейки собаки, встает и открывает дверь. И только когда дверь открыта, он забирает трость из ее рта, и выходит из дома. Луна выводит его, но дальше не шевелится. Петя хмурится, поворачиваясь лицом в сторону, где должна быть дверь. А, закрыть забыл. Закрыв, он убирает ключи в сумку, что всегда с ним и слегка дёргает за поводок. — Магазин. Пошли. Луна не сразу ведет. Она проверяет зубами ручку и только потом начинает идти и Петя идет за ней, тростью водя впереди себя. В какой-то момент собака останавливает его, хватаясь зубами за трость. Излишне торопится значит. Петя не замечал обычно, что начинал спешить, отчего и нервничал, но Луна всегда его останавливала. Петя дает ей вкусняшку, гладит по голове и Луна продолжает его вести дальше. Петя идет за ней, двигая тростью медленнее. Несколько переходов, Петя плотнее кутается в шарф. Луна слегка касается носом его колена, но ведет дальше. Петя чувствует что может идти... Да и до магазина осталось немного. Пока Луна не замирает резко? — Луна? Что сл... Договорить Петя не успевает. Собака резко, всей силой своего тела толкает его в сторону. Петя валится на бок, прямо на тротуар. Он не понимает что произошло. Он только что стоял на ногах, а сейчас на асфальте. Ему больно. Ему плохо. Он не чувствует рядом собаки. Дыхание сбивается. Петя ничего не понимает, ему тяжело дышать, тяжело шевелится, он не чувствует рядом собаки. Паника накрывает, забирается под кожу, разгоняет в кровь, кричит чуть ли не матом. Петь трясет. — Луна... Луна? Луна! Петя вскрикивает отчаянно. Воздуха не хватает. Он не знает, почему собака толкнула его, но он ей доверяет. Но он не чувствует её сейчас. Он слышит только своё дыхание — хриплое, свистящее, частое и слышит как он, омега не может успокоиться. Не сразу Пётр понимает, что Луна положила ему на грудь лапу. Не сразу понимает, что та буквально сует в его руки ингалятор и лижет его руку. Петя буквально заставляет сделать себя несколько вдохов, чувствуя, что кто-то касается его плеча, кажется спрашивает что-то, но ему сейчас главное дышать, дышать, дышать... Он делает вдох и обхватывает губами ингалятор. Сейчас нужно просто успокоиться, не допустить нового приступа и сосредоточиться. Луна рядом. Он держит ее, она не пускает. Ничего вроде не случилось. По крайней мере боли никакой, словно он переломался нет. Максимум одежду испачкал... Петя хочет в это верить, ведь если он что-то там себе повредил, Влад с Ильей его больше из дома не выпустят. Дыхание выравнивается. Петя начинает слышать — и слышит, как кто-то встревоженно спрашивает его и кажется тянет руку. Петя рефлекторно протягивает руку в ответ, хватаясь свободной рукой за Луну. Ему помогают подеяться и он хватается за поводок. В руки вкладывают трость. Петя благодарит и щупает тростью по асфальту. Вдруг выронил что? Луна бы подобрала конечно, но все равно... К счастью она стоит спокойно: значит все хорошо. Петя стоит пару минут, прислушиваясь к себе. Вроде можно дальше идти. Он благодарит того, кто ему помогает и едва видным жестом указывает собаке идти вперёд. Попутно слышит, как кто-то ругается на кого-то: кажется, едва его не сбил велосипедист. Конченный что ли, зимой... — Я в порядке, Луна. Просто... Плохо стало. Со стороны можно было бы подумать, что Петя ненормальный. Но его успокаивал разговор с его собакой. До магазина они доходят через две минуты. Петр заходит, придерживая Луну за шлейку, здоровается с продавщицей. К счастью его никто не останавливает — Петя не хотел бы сейчас ругаться, поэтому он идет за консультанткой, которая безошибочно ведет его к куклам по Гарри Поттеру. В доме будет его брат младший и Лизонька, сестра Ильи. Надо же что-то им в подарок купить... Петя не думает особо и просит продать все в двух экземплярах. Девушка кажется удивляется, но соглашается. Пускай у детей будет целая коллекция. Петя получает игрушки, но не забирает сразу. Вызывает такси. В аэропорт он не доберется пешком, а на общественном транспорте тем более. Очень далеко, он уже слишком устал, хотя не прошёл даже километра. А ещё промок и замерз... — Мужчина, вам нужна помощь? Ваше такси уже приехало. Петя отмирает, поворачивается к девушке и улыбается. По крайней мере он надеется, что он повернулся к ней. Будет очень неприятно, если он не прав, да и неловко тоже. — Сможете, если не сложно, сначала узнать, сможет ли машина подождать около двух часов около аэропорта, а потом уже, если смогут, покупки донести? Простите, если я вас обременяю... Консультантка что-то щебечет, а Петя берёт пару кукол в руки. Та вскоре возвращается и подтверждает, что водитель сможет, забирая оставшихся кукол. Петя кивает. Он бы сейчас намучился со всем этим... Путь к машине происходит медленнее того, как он планировал. Петя замёрз и хочет спать. Ну ничего. Сейчас он доедет до аэропорта, самолет задержаться конечно не должен... Он по крайней мере надеется. В самолет они едут без происшествий. Луна лежит на его ногах, согревая. Петя ей по человечески благодарен. Господи, как же он ее любит, волшебное существо, никто не нужен ему, кроме нее. Петя чешет у собаки за ухом, поглаживая. Водитель объявляет, когда они доезжают до аэропорта. Петя выходит из машины... ... И полностью доверяет жизнь своей собаке. Он не знает как выглядит аэропорт — он не видел его никогда. Так что, Луна должна сама сориентироваться. Плитку собака находит быстро. Она ведет его куда-то и Петя идет за ней, только успевая проверять все на препятствия. Его останавливают на пункте проверки и после пропускают. В здании аэропорта Петя теряется. Но кто-то доводит его до зала ожидания. Петя только успевает поблагодарить. Осталось долгое ожидание лишь, что Петя и делает, садясь на на скамью и укладывая рядом Луну. Прошло около получаса. Петя успевает даже задремать. Луна спит рядом и нежится, позволяя себя поглаживать. Петя этим и занимается сквозь сон... ... Пока не слышит вопль. — Петя! Омега поднимает голову и в ту же секунду на него налетает с объятиями брат. Ваня. Петя даже не смог встать. Омега крепко его обнимает, притягивая к себе Колю и Дашку, касается их лиц руками, пытаясь увидеть, вспомнить, узнать... С его день рождения они так и не виделись. Подходят родители. Петя поднимается и обнимает уже мать, следом отца. Пожимает руки родителям Влада и Ильи. Господи, как он сука скучал. Как он счастлив. Как будут счастливы его мужья.... Особо разговоров дальше не идет, пока они не оказываются в машине. Петю снова клонит в сон, но Дашка не дает этому свершится, несильно брата пиная локтем в бок и вынуждая глаза открыть. Петя пускай и не видит, но он ее чувствует. — Ты чего мокрый то весь? Петя пытается сообразить, а после улыбается и гладит сестру по голове. Та подставляется под поглаживания и он задерживает руку, продолжая. — Упал. Там меня едва не сбил велосипедист, но это мелочи... Слышится голосок Коли. Петя нежно тянет руку уже к его макушке. — Велосипедист? Зимой? Ваня, что сидит рядом, ворчит и судя по звукам, волосы правит. — Бывают такие глупые люди. Петя наконец-то смеётся. До дома они доезжают без происшествий. Омега проводит семью на кухню, а сам уходит в комнату, чтобы переодеться. Он весь в мокром, грязный наверняка.... ... Но у него слипаются глаза. Просыпается Петя от нежных поцелуев альф своих и испускает стон, когда те оба без промедлений кусают точки, где были их метки. Омега ноги разводит, но никто не спешит его касаться там, где тело просит, только целуют по полностью обнаженному телу. Петя хнычет и вздрагивает, когда Влад лижет его сосок, прикусывая слегка. Ему слишком хорошо. Илья шлепает его по бедру. Петя знает точно, что это Илья, запах говорит обо всем, но он все равно вскрикивает. — За что? Голос должен звучать обиженно, но у Пети не получается. Илья шлёпает на этот раз сильнее. А после они с Владом делают это одновременно и едва-едва касаются члена. Петя вскрикивает громче, бёдрами дёргая. Этого он вовсе конечно не ждал... Слишком хотел. — Это тебе за то, что вышел в такую погоду один. Глупый. Голос Ильи звучит строго-встревоженно, но очень, очень нежно. Петя всхлипывает, когда Влад целует его живот и скулит возмущённо, слыша его следующие слова. — За такой поступок мы тебя вообще без оргазма можем оставить. Ты ведь понимаешь, что мог пострадать? Влад шепчет и губами ниже спускается, но самого сокровенного не касается. Еще один удар. Петя всхлипывает, дергаясь. Он вообще не мог их даже ожидать. Его альфы его отвлекали от этого всего. Ощущения становились острее. Как же Пете хотелось сейчас кончить... Хотелось до дрожи в бёдрах. — Пожалуйста... Петя скулит нежно, нежно, Илья запускает руку в его волосы, что какого-то черта распустились. Или Петя не собирал их в хвост? Он не помнит. Он чувствует, как Влад касается его там... Не приходится ждать. Петя уже кончает. Кончает, дрожа, пока там внутри слишком хорошо.... Петя не шевелится. Илья помогает ему перевернуться и судя по легкому натяжению, собирает волосы его в слабаю косичку. Петя позволяет это. Он совсем не хочет шевелиться. Каждый оргазм с мужьями был быстрым, но ахуенным. Он не видел их действия, а полагаться на слух не мог, ведь они почти всегда работали вдвоем. Это было шикарно и на этот раз. Илья заканчивает с косой. Петя практически засыпает, но мысль в голове... Одна слабая мысль, которая не дает уснуть. — А.. Родители? Влад усмехается. Он нежно целует Петю в лоб, а после прижимает к себе, вынуждая омегу буквально облепить себя. — В отеле. Не переживай, котёнок, никто не слышал, как ты сейчас скулил. Мягко говорит Влад. Илья ничего не говорит, но обнимает со спины. Петя наконец-то расслабляется и затихает. Ему.. Правда сейчас по человечески хорошо. Ему хорошо, даже не смотря на то, что он в темноте. Возможно это и есть любовь?