Время Быть...

Порой человеку, внутри которого слишком долго копилась боль,

Достаточно лишь одного слова,

чтобы окончательно сломаться...

***

      Утро в квартире Тэхёна всегда наступало медленно.       Сначала свет осторожно проникал сквозь тонкие шторы, ложась бледными полосами на пол и смятые простыни. Потом начинал шуметь город за окном: редкие машины, хлопающие двери подъезда, чей то смех на улице, далёкий звук проезжающего автобуса. И только после этого просыпался сам Тэхён.       Сегодня всё было точно так же. Кроме одного: Чонгук снова спал на краю кровати, забрав себе почти всё одеяло.       Тэхён открывает глаза и несколько секунд просто смотрит на него. На расслабленное лицо, на едва приоткрытые губы. После всех последних недель — ссор, напряжения, обид — такие спокойные моменты ощущались почти хрупкими. Будто стоит пошевелиться чуть резче — и всё снова разрушится.       Он осторожно тянется рукой к телефону. Уже девятый час утра!       — Чонгук! Ноль реакции.       — Чонгук, ты опаздываешь, просыпайся!       Младший что то невнятно мычит в подушку и сильнее натягивает на себя одеяло. Тэхён тихо усмехается.       — Гуки…       — Мм…       — У тебя пара через сорок минут.       — Я не пойду.       Ответ звучит настолько сонно и уверенно одновременно, что Тэхён невольно закатывает глаза.       — Пойдёшь.       — Не-а.       Чонгук переворачивается на живот и прячет лицо в подушке окончательно. Тэхён садится на край кровати и запускает пальцы ему в волосы.       — Ты же потом сам будешь ныть, что пропустил материал.       — Я взрослый человек.       — Именно поэтому взрослому человеку пора вставать.       — Останься дома со мной.       Эта фраза заставляет Тэхёна улыбнуться уже по настоящему. Чонгук приоткрывает один глаз и смотрит на него снизу вверх.       — Ну серьёзно… Сегодня хороший день. Давай просто никуда не пойдём.       — А кто потом будет жаловаться, что не успевает совмещать учёбу и танцы?       — Это буду я.       — Вот именно. –Тэён не пытается скрыть своего смеха, слегка прикусывая нижнюю гуду в улыбке.       Чонгук страдальчески стонет и тянется руками к его талии, утыкаясь лбом в живот.       — Ты ужасный человек.       — Зато ответственный.       — Ненавижу ответственных людей по утрам.       Тэхён смеётся тихо, почти беззвучно. Такие моменты были его слабостью. Когда Чонгук ещё сонный, мягкий, не колючий и не злой на весь мир. Когда он просто цепляется за него так, будто больше ничего не нужно Тэхён наклоняется и целует его в макушку.       — Поднимайся.       — Не хочу.       — Гук.       — Тэ…       — Я сейчас воду холодную принесу. Чонгук резко поднимает голову.       — Ты не посмеешь.       — Проверим?       — Предатель. –Чон щурит глаза, но всё-таки начинает подниматься с кровати.       Тэхён наблюдает за ним с лёгкой улыбкой. За тем, как он недовольно щурится от света, как на автомате ищет рукой свою футболку, как бурчит что то себе под нос. И сердце внутри снова становится слишком мягким…       Иногда Тэхён ловил себя на мысли, что любит Чонгука именно в такие бытовые моменты даже сильнее, чем в красивые романтические. Потому что именно здесь всё было настоящим.

***

      Они жили странной жизнью. Неровной. Шумной. Иногда почти невыносимой, но счастливой. В перерывах между тренировками Чонгук таскал его по дешёвым круглосуточным магазинам за рамёном и газировкой. Они спорили из за музыки в наушниках. Засыпали в обнимку после изматывающих дней. Переписывались даже тогда, когда сидели в одной комнате.       Тэхён всё чаще оставлял у себя вещи Чонгука, а тот уже почти не спрашивал разрешения остаться на ночь. Это произошло как то незаметно. Сначала зубная щётка. Потом футболки. Потом зарядка от телефона… А потом Тэхён однажды понял, что половина квартиры уже хранит следы Чонгука и его это почему то совсем не пугало, а наоборот. Вечерами они часто сидели на кухне за просмотром фильмов на телефоне. Уставшие после тренировок, ели что попало и обсуждали всё подряд: иногда танцы, иногда музыку, иногда детство… Чонгук часто располагался на бедрах Тэхёна, обнимая за шею и прерывая их занятие поцелуями…       Чон любил рассказывать о вещах, о которых обычно молчал. Наверное, потому, что рядом с Тэхёном чувствовал себя услышанным.       — Знаешь, — однажды тихо сказал он, лежа головой у него на груди, — мне кажется, я впервые в жизни не чувствую себя лишним.       Тэхён тогда ничего не ответил, только провёл рукой по его голове, потому что от таких слов внутри становилось слишком тесно.       Их близость тоже менялась постепенно, без спешки, без давления. Тэхён никогда не заставлял Чонгука идти дальше, чем тот был готов. И, возможно, именно поэтому Гук всё больше доверял ему.       В тот вечер дождь снова бил по окнам. Они вернулись домой поздно, совершенно вымотанные после тренировки. Чонгук почти сразу завалился на кровать, раскинув руки в стороны.       — Я сейчас умру.       — Сначала душ.       — Нет сил.       — Тогда будешь пахнуть студией.       — Может, тебе нравится запах студии. Тэхён усмехается и подходит ближе.       — Мне нравится твой запах.       Чонгук приподнимает голову и смотрит на него с той самой улыбкой, от которой у Тэхёна всегда сбивается дыхание.       — Ты слишком красивый, когда говоришь такое.       — А ты слишком болтливый.       Он наклоняется и целует его. Сначала мягко, почти невесомо. Чонгук сам углубляет поцелуй, цепляясь пальцами за его футболку. Всё между ними давно перестало быть робким… Они уже знали друг друга, знали дыхание. Знали прикосновения. Знали, как заставить другого дрожать одним взглядом.       Тэхён медленно проводит ладонью по его талии.       — Дай укусить за попу. Чонгук тут же начинает смеяться.       — Ты невозможен.       — Это не отказ.       — Господи… -но всё равно улыбается. Тэхён прижимается губами к его шее, чувствуя, как тело под ним постепенно расслабляется. Ночь вокруг становится тихой… Только дождь. Только дыхание. Только их руки. Всё происходит медленно, осторожно, будто они оба понимают важность этого момента. Чонгук впервые не отводит взгляд. Не шутит. Не прячется за смехом, только тянется к нему ближе.       — Думаю, я готов…       И эти слова действуют на Тэхёна сильнее всего…Он целует его долго, нежно. Так, будто пытается вложить в этот поцелуй всё своё чувство.       Они растворяются друг в друге постепенно, медленно стирая последние остатки напряжения между телами. Тэхён касается его бережно, внимательно следя за каждым изменением дыхания, за каждым тихим звуком. Чонгук дрожит под его руками не от страха. От близости. От переполняющих эмоций. От того, насколько сильно любит...       Когда между ними наконец исчезает последняя дистанция, Чонгук только сильнее прижимается к нему, пряча лицо у него на плече.       — Всё хорошо? — шёпотом спрашивает Тэхён.       — Да… Не останавливайся.       За окном продолжает идти дождь, а внутри комнаты мир будто перестаёт существовать. Остаются только они и ощущение абсолютной принадлежности друг другу.       Губы Тэхёна ласкают каждый сантиметр на теле Чогука, боясь пропустить даже самый маленький кусочек кожи, постепенно опускаясь всё ниже. Дойдя до самого чувствительного места Чонгук резко останавливает его действия и резким движением переворачивает Кима на спину, расположившись сверху. Тэхён не против, он позволяет младшему действовать так, как тому хочется. Чонгук глубоко целует любимого, прорываясь языком между губ, жарко выдыхая в них. Возбуждение у обоих на самом пике, сильнее уже быть не может…       Чонгук хватает член Тэхёна в руку и немного сдавливает, заставляя старшего откинуть голову назад и издать легкий стон… Движения руки становятся активнее, и он спускается влажной дорожкой из поцелуев вниз, доходя до самой головки и слегка проходится по ней своим языком.       Тэхён кидает взгляд на эту картину и ему кажется, что он вот-вот сойдет с ума… Слишком красиво и желанно. Слишком прекрасно, чтобы оказаться правдой.       Чонгук начинает насаживать свою голову на твёрдый орган, доводя Тэхёна до исступления… Ким начинает двигаться в такт, продвигаясь всё глубже и глубже. Он кладёт одна руку на голову Чона и слегка надавив даёт понять свои желания. Чонгук повинуется и заглатывает член до самого основания, застыв так на пару секунд, а из уст Тэхёна вырывается полный наслаждения звук…       Тэхён привстает, облокотившись на локоть и притягивает Гука к себе за подбородок и целует, параллельно переворачивая его и укладывая животом вниз. Он нависает сверху, прижимаясь телом к телу Чонгука. Такому горячему и страстному. Тэхён переводит взгляд ниже. Ему уже больно терпеть, он слишком сильно хочет своего парня. Его поцелуи перемещаются вниз, разминая сладкую кожу на ягодицах, после чего он аккуратно их раздвигает, помассировав пальцем тугое колечко и проводит по нему языком. Тело под ним реагирует молниеносно, но он помнит: ему доверяют. Останавливаться нет нужны, так что он продолжает свои ласки, вжимаясь лицом в зад Чонгука и проталкивая свой язык внутрь.       От происходящего у Чона кружится голова, взгляд тускнеет, а тело мякнет. Он полностью его… Ему слишком хорошо от происходящего.       Тэхён, закончив с растягиванием, поднимается к уху Чонгука и мягко шепчет:       — Сделай небольшой вдох и расслабь своё тело. Первые минуты возможно будет неприятно, но я постараюсь сделать так, чтобы у тебя не было дискомфорта, Гуки…       — Всё в порядке, Тэ. Я тоже хочу этого, так что давай займёмся сексом по-настоящему… -договаривая фразу Чонгук слегка приподнимает свои ягодицы, прогибаясь в спине и давая понять, что он жаждет этого момента…       Тэхён проникает внутрь медленно, боясь излишней резкости, которая может навредить Чонгуку. Он входит аккуратно, по сантиметру, давая телу парня привыкнуть и спустя несколько минут начинает легкие движения.       Чон хватает его за руку и сплетает их пальцы. Тэхён принимает этот знак. Знак, что всё хорошо. Что ему не больно. Принимает и его движения становятся увереннее, амплитуда то и дело возрастает. От стонов Гука под собой кайф растёт с каждой секундой. Он обхватывает свободной рукой член Чона и начинает водить по нему, задевая головку пальцем и размазывая выделившуюся смазку. Он так сильно возбужден, что готов кончить даже без рук… Тэхён, чувствуя приближающуюся разрядку любимого, начинает двигаться всё быстрее и быстрее, всё глубже и глубже, Касаясь членом внутри простаты Чонгука, от чего тело младшего начинает дрожать всё сильнее. Ещё рывок, и ещё, и… Громкие стоны наполняют комнату.       Они кончили одновременно, выпуская густые струи белёсой жидкости на бельё. Упавшие прям поверх, влажные, со сбитым дыханием, они готовы повторять этот ритуал вечно…       Позже Чонгук лежит на его груди, медленно выводя пальцами узоры по коже.       — Ты счастлив? — вдруг спрашивает он.       Тэхён переводит свой взгляд на него и отвечает:       — Очень. Безмерно счастлив, Гуки…       И в тот момент он действительно так думает.

***

      Дни пролетали незаметно, рутина оставалась рутиной, как и сегодня. Очередная репетиция в студии, всё как обычно. Но обычно было всё не так, как в последние месяцы.       Тренировки стали походить на круг ада… Будто именно там скрывалась трещина, которую они никак не могли заделать. Ссоры начинались из мелочей: из замечаний, ошибок, усталости. Чонгук всё чаще психовал, Тэхён всё чаще раздражался. Они могли провести прекрасный день вместе, смеяться, целоваться на кухне, спорить из за фильма, а вечером прийти в студию — и снова стать друг для друга почти «врагами».       — Ты опять торопишься в счёт.       — Да нормально всё!       — Нет, не нормально.       — Ты цепляешься ко мне специально?       — А ты специально перестал слышать замечания?       Иногда их перепалки заканчивались быстро, иногда — нет. Команда давно начала это замечать. Особенно Намджун. Он всё чаще наблюдал за ними тяжёлым задумчивым взглядом. Чонгук действительно изменился. Стал нервным. Дёрганым. Амбициозным до болезненности. А Тэхён всё хуже скрывал раздражение. Никто из них уже не умел оставлять личное за пределами танцевального зала…       Хосок появляется неожиданно. В один из вечеров он приходит на тренировку Намджуна просто «заглянуть ненадолго». И сразу заполняет собой всё пространство. Громкий смех. Энергия. Уверенность. Чонгук замечает его почти сразу.       — Это Чон Хосок, — тихо поясняет Чимин. — Они с Тэхёном раньше вместе танцевали.       Тэхён действительно выглядит рядом с ним иначе — более живым. Они смеются, вспоминают что то старое, обсуждают выступления. А потом Хосок замечает Чонгука и начинает внимательно наблюдать. Особенно во время прогона.       После тренировки он подходит к нему первым.       — Ты сильный. Чонгук слегка теряется.       — Спасибо.       — Серьёзно. У тебя очень хороший потенциал.       Тэхён, стоящий неподалёку, напрягается почти незаметно.       — Хосок, не перехваливай его.       — А что, боишься конкуренции? — смеётся тот.       Тэхён усмехается в ответ, но внутри что то неприятно царапает...      Предвкушение чего-то нехорошего не покидает еще долгое время, долгие дни и даже недели, как однажды всё превращается в реальность…       Чонгук прибегает к Тэхёну с широкой улыбкой на лице и сияющими от счастья глазами.       — Тэ, ты не поверишь! Хосок сделал мне предложение… Он собирает новую команду для крупного выступления и позвал меня к себе! –радости Гука нет предела.       — Ты идеально впишешься… -говорит ему Тэхён, пытаясь поддержать его рвение.       У Чонгука буквально загораются глаза. Тэхён замечает это сразу. И от этого внутри становится тяжело.       — А ты? — спрашивает Гук вечером, когда они остаются вдвоём.       — Что я?       — Пойдёшь со мной? Тэхён качает головой.       — Нет.       — Почему?       — Потому что мне это не нужно.       — Тэ… Это хороший шанс.       — Для тебя — да. Чонгук хмурится.       — Ты говоришь так, будто я предаю тебя.       — Я этого не говорил.       Но именно это Тэхён и чувствует, хотя ненавидит себя за эту мысль.       В итоге Чонгук соглашается, не уходя из их команды. Теперь у него их две... Две подготовки. Две хореографии. Две жизни.       Тэхён очень быстро начинает ощущать последствия:       Чонгук всё чаще задерживается у Хосока. Всё чаще говорит: «Я устал.» «Давай завтра.» «Мне нужно выучить материал». Но самое болезненное — он светится. Так, как давно не светился рядом с Тэхёном. Там его хвалят. Замечают. Ставят в центр. Тэхён это видит.       Каждый чёртов раз…

***

      За день до выступления всё взрывается… Они остаются в студии почти вдвоём. Чонгук снова опаздывает на прогон. Снова путает рисунок. Снова выглядит мыслями где то в другом месте.       — Ты вообще сейчас здесь? — резко спрашивает Тэхён.       — Не начинай.       — Нет, я начну. Потому что в последнее время тебе абсолютно плевать на нас, ты поставил в приоритет свою новую команду, Чонгук. Так быть не должно…       — Это не правда.       — Правда. Чонгук раздражённо бросает бутылку воды на пол.       — Ты просто бесишься из за Хосока.       — Я бешусь, потому что ты больше не выкладываешься здесь.       — Потому что здесь всё давно стоит на месте! Если бы я относился к вам по-другому, то какой смысл мне был бы выступать с вами, заведомо зная, что никакой победы не будет?! Тишина. Тяжёлая. Опасная.       Тэхён медленно поднимает взгляд.       — Что ты сейчас сказал? Чонгук тяжело дышит. Эмоции снова вырываются быстрее мыслей.       — Я сказал, что устал танцевать в месте, где ничего не происходит!       — Тогда зачем ты вообще здесь? И тут Чонгук совершает ошибку. Самую страшную…       — Потому что раньше у меня не было выбора!       Тэхён замирает.       — Что?       — Я никогда не чувствовал себя частью этой команды! Я танцевал здесь от безысходности!       После этих слов мир будто становится тихим. Даже воздух, дыхание.       Тэхён смотрит на него долго. Слишком долго. И именно это молчание начинает пугать Чонгука сильнее любого крика. Лучше бы Тэхён сорвался. Лучше бы начал орать, швырнул что-нибудь в стену, сказал бы что угодно — только не это убийственное спокойствие, от которого внутри всё стремительно холодело.       Чонгук чувствует, как остатки злости начинают осыпаться куда-то вниз, прямо под ноги, оставляя после себя только мерзкое осознание сказанного. Он ведь не это имел в виду. Или… всё-таки это? Голова начинает шуметь от собственных мыслей. Тэхён коротко усмехается. Безрадостно. Так, будто только что окончательно в чём-то убедился.       — Понятно. — произносит он тихо. И от этого одного слова Чонгука буквально прошибает током.       — Тэ…       — Не надо. — Тэхён качает головой, не позволяя ему договорить. — Сейчас лучше вообще ничего не говори.       Он отворачивается, проходит мимо, подхватывая свою сумку с пола. Движения спокойные, ровные, но Чонгук слишком хорошо знает его, чтобы не заметить, как дрожат пальцы.       Тэхён редко показывал эмоции настолько открыто. И если сейчас у него трясутся руки — значит внутри происходит что-то действительно страшное.       — Тэхён, я не хотел…       — Хотел. И сказал. Это именно то, что лежало у тебя на душе…       Ким впервые за весь разговор поднимает на него взгляд и Чонгук замирает, потому что в этих глазах нет злости. Только разочарование. Глубокое, тяжёлое, почти болезненное.       — Знаешь, что самое обидное? — тихо спрашивает Тэхён. — Я ведь всегда ставил тебя выше себя. Всегда. Даже когда ты психовал, срывался, грубил- я продолжал искать тебе оправдания. Думал: устал, переживает, запутался. А сейчас оказывается, что всё это время ты просто… ждал чего-то получше и терпел меня и команду…       — Нет! — слишком резко выдыхает Чонгук. — Это не так!       — Тогда почему я чувствую именно это?       Вопрос звучит настолько спокойно, что становится невозможно дышать… Чонгук открывает рот. Закрывает. Он не знает, как объяснить то, чего сам не понимает.       Да, ему нравилось внимание Хосока. Нравилось ощущать себя нужным, ярким, важным. Нравилось чувствовать, что его наконец замечают. Но… Разве это отменяет всё, что было здесь? Все эти ночи, тренировки, смех. Поцелуи. Тэхёна…       — Ты всё не так понял… — голос предательски садится.       — А как мне нужно было понять фразу «я танцевал здесь от безысходности»?       Чонгук чувствует, как начинает паниковать. Потому что Тэхён не кричит, а значит- действительно дошёл до точки.       — Я сказал это на эмоциях…       — Но подумал раньше.       И снова эта страшная тишина… Тэхён медленно выдыхает и проводит ладонью по лицу. Усталый. Опустошённый. Будто за последние десять минут постарел на несколько лет.       — Я ведь любил эту команду, Гуки. — говорит он совсем тихо. — Очень любил. И тебя в ней тоже любил больше всех. Наверное, в этом была моя ошибка.       После этих слов внутри Чонгука что-то обрывается окончательно.       — Не говори так…       — Почему? Потому что тебе неприятно это слышать?       — Потому что это неправда!       — Правда. — Тэхён смотрит ему прямо в глаза. — Я слишком сильно растворился в тебе. Настолько, что перестал замечать очевидные вещи. Чонгук делает шаг вперёд. Потом ещё один.       — Тэ, пожалуйста… Но Тэхён отступает назад. И это движение оказывается больнее всего. Раньше Тэхён всегда тянулся к нему первым. Всегда. Даже после самых ужасных ссор. А сейчас- избегает… Будто прикосновения тоже начали причинять боль.       — Я не хочу сейчас продолжать этот разговор. -тихо произносит Ким. — Иначе мы наговорим друг другу ещё больше дерьма.       — Я не хочу, чтобы ты уходил.       — А я не хочу чувствовать себя временным вариантом в жизни человека, которого люблю.       Чонгук резко поднимает голову. Сердце болезненно сжимается. Тэхён редко говорил о любви вслух. Почти никогда. И сейчас это звучит не как признание… Как прощание.       — Ты не временный…       — Тогда почему мне постоянно кажется, что ты смотришь куда угодно, только не на меня?       Чонгук молчит, потому что не знает ответа. Последние месяцы действительно превратились в бесконечную гонку. Он хотел больше. Выше. Ярче. Хотел выигрывать, хотел доказать всему миру, на что способен, но где-то по пути начал терять самое важное.       Тэхён -Человек, который был рядом раньше всех. Который видел его ещё тогда, когда в него никто особенно не верил. Который ночами сидел с ним в студии. Лечил его растянутые мышцы. Возил ему еду. Будил на учёбу. Обнимал после провалов. Любил даже тогда, когда Чонгук сам себя ненавидел… И именно ему он сейчас сделал больнее всего.       Тэхён подхватывает сумку и направляется к выходу.       — Тэ…       — Не надо идти за мной.       — Пожалуйста…       Ким останавливается у двери. Несколько секунд стоит спиной к нему, а потом тихо говорит:       — Я сейчас впервые жалею, что позволил себе так сильно тебя полюбить.       После этого дверь закрывается… Негромко, без хлопка, но Чонгуку кажется, будто этот звук разнёсся по всей студии оглушительным ударом. Он остаётся один среди зеркал, музыки, которую кто-то забыл выключить, собственного тяжёлого дыхания и внезапно понимает: ему страшно. По-настоящему страшно, потому что впервые Тэхён ушёл не из-за злости, а из-за боли..       Ночь перед выступлением становится самой длинной ночью в их жизни.       Чонгук пишет ему бесконечно.       Сообщения идут одно за другим. «Тэ, ответь мне.» «Пожалуйста.» «Я не это имел в виду.» «Давай поговорим.» «Я люблю тебя.»       Последнее сообщение Тэхён перечитывает несколько раз, сидя в полной темноте собственной квартиры.       Телефон лежит в ладони тяжёлым камнем, а внутри всё ноет настолько сильно, что становится физически трудно дышать. Он не отвечает, потому что если ответит - сорвётся. Тэхён слишком устал. Устал быть человеком, который всегда понимает, всегда прощает, всегда остаётся.       Он лежит на кровати и смотрит в потолок до самого рассвета, даже не пытаясь уснуть. Перед глазами раз за разом всплывают слова Чонгука.       «Я никогда не чувствовал себя частью этой команды.»       Будто ножом под рёбра, ведь для Тэхёна команда - это не просто танцы. Это годы жизни. Люди. Эмоции. Он отдавал этому всего себя. И Чонгуку - тоже… А теперь внутри поселилось отвратительное чувство, будто всё это время его любви было недостаточно.       Утром он собирается механически. Натягивает чёрную толстовку. Берёт сумку. Даже не смотрит в зеркало… Сегодня ему впервые не хочется выходить на сцену. Не хочется слышать музыку. Не хочется танцевать.

***

      За кулисами шумно.       Кто-то бегает с костюмами, кто-то нервно повторяет связки, кто-то смеётся слишком громко — явно от волнения.       Тэхён почти ни на кого не смотрит. Только коротко переговаривается с Намджуном по поводу выхода и избегает одного конкретного человека.       Чонгук появляется спустя минут десять и Тэхён замечает его сразу. Слишком автоматически. Белая футболка под распахнутой курткой, влажные после улицы волосы, тёмные круги под глазами. Он выглядит так же плохо, как чувствует себя сам Тэхён.       Чонгук замечает его взгляд. И сразу идёт в его сторону, но Тэхён отворачивается раньше, не давая младшему и шанса повлиять на ситуацию.       Ким продолжает проверять какие-то бумаги, делая вид, что Чонгука не существует в этом пространстве. Тот болезненно сглатывает.       Команда уже начинает замечать напряжение. Чимин хмурится, Намджун переводит взгляд с одного на другого и тяжело вздыхает. Но никто не вмешивается, потому что атмосфера между ними сейчас слишком опасная.       Перед самым выходом они случайно остаются за кулисами вдвоём. Будто сама жизнь снова сталкивает их лицом к лицу.       В узком тёмном коридоре почти никого нет, только приглушённый шум зала за стеной, музыка, гул голосов.       Чонгук стоит спиной к нему, слегка опустив голову. Нервничает. Тэхён это видит по напряжённым плечам, по тому, как он сжимает пальцы.       Чон поворачивает взгляд на Кима и говорит:       — Помоги застегнуть. –он указывает пальцем на молнию, находящуюся на спине. Самому с этой задачей не справиться… Он просто просит помощи, не рассчитывая больше ни на что. Понимает, что натворил больше, чем кто-либо.       Тэхён подходит сзади, поднимает собачку доверху, застёгивая верх одежды и внутри что-то ломается окончательно. Он ведь пытался. Правда пытался отпустить. Сказать себе, что всё кончено. Что так будет лучше. Но сейчас, глядя на него со спины, Тэхён вдруг понимает страшную вещь: он не сможет… Не сможет жить так, будто Чонгука больше нет. Это выше его сил.       Он медленно подходит ближе. Останавливается буквально в шаге. Несколько секунд просто смотрит, а потом не выдерживает.       Руки сами обхватывают чужую талию со спины. Крепко, будто он боится, что Чонгук исчезнет и примыкает губами к его затылку.       Младший резко вздрагивает. Тихо выдыхает и замирает в этих объятиях. Тэхён утыкается носом ему в шею, закрывая глаза. Как же сильно он скучал… Всего одну ночь, а ощущение — будто целую вечность.       — Тэ… — голос Чонгука дрожит. Тэхён ничего не отвечает, только разворачивает его к себе и целует. Сразу. Глубоко. Отчаянно., будто пытается этим поцелуем стереть всё сказанное вчера.       Чонгук отвечает мгновенно. Цепляется за него руками так сильно, словно боялся, что этого больше никогда не случится.       Поцелуй получается жадным, немного болезненным, совершенно неаккуратным. Но настоящим, живым.       Когда они наконец отстраняются друг от друга, Чонгук смотрит на него сияющими глазами и вдруг улыбается. Так искренне и облегчённо, что у Тэхёна внутри всё болезненно сжимается.       — Я думал, ты меня бросил. — шепчет он. Тэхён проводит ладонью по его щеке.       — Я тоже так думал.       Чонгук тихо смеётся сквозь подступающие эмоции и утыкается лбом ему в плечо.       — Господи… Я так испугался.       — Я знаю.       — Не уходи больше так.       Тэхён закрывает глаза, потому что сам не знает, сможет ли выполнить это обещание.       Спустя пару минут название их команды объявляют в микрофон, и они оба спешат выйти на сцену. Остальные участники выходят с другой стороны, расползаясь по всему пространству и занимая свои места.       Они выступают плохо. Не катастрофически. Для обычного зрителя — даже сильно, но не для них. Не для Тэхёна… Он чувствует ошибки буквально кожей, чувствует, как Чонгук сбивается в рисунке, как опаздывает в некоторых переходах, как теряет концентрацию. И сам Тэхён тоже ошибается, потому что всё ещё думает не о танце, о них, о вчерашнем вечере, о страхе потерять друг друга.       Команда заканчивает номер тяжело и рвано. Аплодисменты есть, но внутри — пустота. Тэхён понимает всё сразу, ещё до оценок. Сегодня они проиграли. Проиграли не баттл… Проиграли самим себе.       За кулисами атмосфера напряжённая. Кто-то пытается шутить. Кто-то молчит. Намджун устало потирает переносицу, а Чонгук почти не смотрит на Тэхёна и это начинает тревожить, потому что через полчаса Чонгук выходит на сцену уже с другой командой. Командой Хосока… Вот тогда Тэхёну становится по-настоящему больно. Чонгук там — идеален. Абсолютно. Он двигается уверенно, резко, ярко. Ни одной ошибки. Ни одной сбивки. Ни секунды сомнения. Он сияет, зал ревёт.       Хосок улыбается во время финальной точки, а команда получает второе место. И Чонгук выглядит счастливым. По-настоящему счастливым…       Тэхён стоит в стороне и чувствует, как внутри медленно образуется огромная чёрная дыра. Почему? Почему там он смог всё? Почему там — ни одной ошибки? А с ними… С ним… Эта мысль начинает разъедать изнутри и чем дольше он смотрит на улыбающегося Чонгука, принимающего поздравления, тем сильнее внутри становится ощущение собственной ненужности. Может быть, проблема действительно в нём? Может быть, Чонгук давно перерос его? Перерос эту команду, эти танцы. Его самого...

***

      Поздно вечером они собираются всей командой в пустом зале студии. Уставшие и измотанные. Никто почти не разговаривает. Эмоции выжали из них всё…       Тэхён долго сидит молча, опустив взгляд в пол, затем поднимается и все сразу смотрят на него.       — Я хочу кое-что сказать.       Намджун хмурится. Чонгук напрягается почти мгновенно.       Тэхён делает вдох. Медленный. Тяжёлый.       — Я ухожу из танцев. Тишина становится оглушительной.       — Чего?.. — первым выдыхает Чимин.       — Я больше не буду тренировать команду. И выступать тоже.       — Ты шутишь? — резко спрашивает Намджун.       — Нет.       Чонгук поднимается так быстро, что стул с грохотом отъезжает назад. Он покидает студию, указывая Киму, что будет ждать его снаружи.       У всех на лице мельтешит тревога, волнение и неясность. Почему так внезапно? Что послужило причиной? Они все пытаются разузнать это у Тэхёна, но тот лишь коротко отвечает в духе «выдохся».       После разговора со всеми от отлучается и идет к Чонгуку. Тот ждёт его в раздевалке и встречает взглядом.       — Нет, Тэ, ты не бросаешь танцы! Тэхён переводит на него взгляд. Спокойный. Слишком спокойный...       — Да, Гуки.       — Ты не можешь так просто взять и уйти!       — Могу.       — Из-за сегодняшнего выступления?! Господи, Тэ, мы просто облажались, это бывает!       — Дело не в выступлении.       — Тогда в чём?! Тэхён молчит несколько секунд, а потом тихо отвечает:       — В нас. Чонгук замирает.       — Что?..       — Я больше не хочу так жить, Гуки. Голос Тэхёна звучит мягко, без злости. И от этого ещё страшнее.       — Танцы разрушают нас. Каждый раз одно и то же. Ссоры. Обиды. Конкуренция. Постоянное ощущение, что мы стоим по разные стороны. Неужели ты сам не замечаешь, что все наши скандалы начинаются исключительно из-за танцев?! Мы ругаемся, обсуждаем причину, пытаемся её искоренить, но затем всё по новой.       — Мы всё исправим…       — Мы уже пытались.       — Тэ…       — Я устал. — честно говорит он. — Правда устал.       Чонгук смотрит на него так, будто сейчас развалится прямо здесь.       — Ты же любишь танцы…       Эти слова попадают точно в сердце. Он любит. Это то, что даёт ему силы жить эту жизнь. Больше всего на свете любил. До появления Чонгука…       Тэхён грустно улыбается.       — Я уже в этом не уверен… -врёт.       — Почему ты решил уйти?..       Он долго молчит, будто собирается с силами, а потом произносит то, от чего у Чонгука перехватывает дыхание:       — Потому что я люблю тебя сильнее.       В комнате становится абсолютно тихо. Тэхён смотрит на Чонгука.       — И я не хочу однажды возненавидеть тебя из-за танцев. Не хочу каждый вечер ругаться из-за партий, постановок и выступлений. Я выбираю тебя, Гуки. Даже если ради этого придётся отказаться от того, что было моей жизнью.       У Чонгука начинают дрожать руки.       — Нет… Нет, я не хочу этого…       — А я хочу нас сохранить.       — Но не такой ценой!       Тэхён подходит ближе, осторожно касается его лица ладонью.       — Иногда любовь — это тоже выбор.       Чонгук резко зажмуривается, цепляясь пальцами за его запястье и впервые за долгое время понимает: Тэхён действительно готов отдать ради него абсолютно всё. Даже самого себя. Однако легче от этого понимания не станосится…