Гречанка

Пансионат Эсме Было раннее утро — солнце только-только поднялось над горизонтом, и его первые лучи робко пробивались сквозь занавески. Эсме ещё спала у себя, уютно свернувшись на диване. Тишину нарушил громкий хлопок входной двери. Эсме вздрогнула, резко проснулась и приподнялась на руке. Протерев глаза, она увидела перед собой Адиля Кочари. Его фигура в дверном проёме казалась напряжённой, но не угрожающей — скорее растерянной. — Ты что здесь делаешь? — Эсме подскочила с дивана, её голос звучал твёрдо, почти вызывающе. — Ты развелась с Шерифом? — без предисловий бросил Адиль. В его голосе не было злости — только искреннее недоумение. Он сделал шаг вперёд, внимательно вглядываясь в её лицо, словно пытаясь прочесть ответ раньше, чем она его произнесёт. — Тебе-то какое дело? — Эсме скрестила руки на груди, глядя ему прямо в глаза. Она не отступала — напротив, сделала шаг вперёд. — Почему? — Тебе-то какое дело? Проваливай отсюда! — её голос зазвучал резче, но Адиль даже не вздрогнул. — Эсме, не бушуй! — Кочари, сдохни! — выпалила она, но в её голосе прозвучала не столько злость, сколько старая боль, которую она тут же спрятала за усмешкой. Адиль усмехнулся — коротко, горько, но с ноткой узнавания. — Всё как раньше, да, Эсме? — тихо произнёс он. — «Проваливай», «сдохни»… Адиль сделал ещё шаг вперёд — теперь их разделяло всего пару сантиметров. — Я ещё раз спрошу, почему ты именно сейчас развелась с Шерифом? И не смей опять говорить: «Тебе-то какое дело?» — в его голосе звучало не сколько требование, сколько мольба. — Эсме, я правда не понимаю. Что изменилось? Чего я не знаю? Она на мгновение замерла, взгляд дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. — Тебя не касается, — отрезала Эсме, её взгляд оставался холодным и непреклонным, хотя внутри всё сжалось. — Касается, это моя земля. Ты теперь здесь остаёшься? — он говорил это скорее по инерции, пытаясь зацепиться хоть за что-то знакомое в их общении. — Земля может и твоя, а место моё, — Эсме с вызовом вскинула подбородок. — Но не переживай, я на твоей земле не останусь, скоро найду себе дом. А теперь уходи! Адиль стоял неподвижно, его рука дёрнулась в её сторону, но он сдержался. Он смотрел на неё, и в его глазах читалась целая буря: растерянность, боль, отчаяние, непонимание. — Хорошо, — тихо сказал он. — Ухожу. Но знай: я не отстану. Я всё выясню… Он развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что со стены чуть не упала картина.

***

Он шёл по берегу моря, погружённый в свои мысли. Волны с глухим рокотом разбивались о берег, словно вторя его внутреннему хаосу. Адиль провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. Вдалеке он увидел светлый силуэт, бегущий вдоль кромки моря. Адиль прищурился — это могла быть только Элени. Он ускорил шаг и двинулся в её сторону, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Господин Адиль, — остановилась Элени, слегка запыхавшись после бега. Её щёки раскраснелись от холода, а дыхание вырывалось белыми облачками. — Бегаешь даже в такую погоду? — Адиль попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой, натянутой. — Да… — Элени опустила глаза, чувствуя, что разговор будет непростым. — Элени… Я узнал, что Эсме развелась. Я спрашивал её почему, но она не отвечает. Я знаю, что ты что-то знаешь… Элени подняла взгляд и встретила его глаза — в них читалась такая искренняя мольба, такая глубокая растерянность, что ей стало не по себе. — Господин Адиль, вы должны обсуждать это с ней, я не могу вам ничего сказать, — мягко, но твёрдо ответила она. — Но она не говорит! Я чувствую, что это что-то важное, то, что я должен знать… Это связано с нашим прошлым, да? Его голос дрогнул, и на мгновение он показался Элени не грозным Адилем Кочари, а потерянным мужчиной, который так и не смог отпустить прошлое. — Господин Адиль, мне очень жаль, но я не могу ничем вам помочь, — сказав это, Элени развернулась и побежала дальше, стараясь не замечать его потерянного взгляда. Адиль остался стоять на берегу, чувствуя, как холодный ветер пронизывает его до костей. Он смотрел вслед удаляющейся фигуре Элени, и в его душе только росло ощущение, что он упускает что-то жизненно важное.

***

Этот глубокий взгляд Адиля, полный боли и отчаяния, поселил в душе Элени сомнения. Она замедлила бег, остановилась, тяжело дыша, и посмотрела в сторону пансионата. «Я должна поговорить с Эсме», — твёрдо решила она и направилась в ту сторону. — Эсме? — Элени осторожно приоткрыла дверь в комнату. — Элени! — на лице Эсме появилась яркая улыбка. — Проходи, я завтракать собиралась. А ты бегала? — Да, и я встретила Адиля Кочари… — Элени вошла и села напротив, нервно сцепив пальцы. Улыбка с лица Эсме сразу исчезла. — Заходил сюда этот медведь, разбудил меня, — она вздохнула, потирая виски. — Он пытался выяснить у меня причины развода, потому что ты ему ничего не сказала. Эсме нахмурилась, её глаза сузились. — Почему он вообще спрашивал у тебя? — в её голосе прозвучало подозрение. Элени потупила взгляд, чувствуя, как краснеют щёки. — Ну, мне пришлось открыть ему то, что я знаю про ваши отношения, чтобы убедить его в теме с Фадиме и Исо… — И ты его, видимо, убедила, — Эсме откинулась на спинку кресла. — Убедила… — Нашёл слабое звено нашей семьи и использует его, — закатила глаза Эсме, но в её тоне прозвучала не столько злость, сколько усталость. — Я слабое звено? — сказала Элени слегка возмущённо. — Конечно, ты же всем веришь, всем хочешь помочь… — сказала Эсме уже намного мягче. — Да, ты права. Именно поэтому спрошу: не стоит ли рассказать Адилю правду? Даже если ты не хочешь с ним быть вместе. — Не стоит… — отрезала Эсме. — Сейчас он считает меня предательницей, пусть считает. А так ему придётся понять, что всё было не так, придётся пережить боль от потери своего ребёнка… Нет, пусть лучше живёт, как жил. — Эсме, но ты не даёшь ему выбора… Мне кажется, ты просто боишься, что будет после того, как он узнает, — Элени наклонилась вперёд, в её глазах читалась искренняя забота. Эсме вздохнула, её плечи слегка опустились. — Да, боюсь! Я хочу спокойствия, я устала от него и его гнева, который он столько лет выплёскивал на Фуртуну, — она говорила эти слова, но в глазах были совсем другие чувства — боль, тоска, невыплаканные слёзы. Элени молча подошла и крепко обняла её. — Хорошо, — прошептала она. Эсме на мгновение замерла, а потом расслабилась в объятиях, позволяя себе слабость. Она глубоко вздохнула и тихо произнесла: — Спасибо, что ты есть...

***

Дом Оруча День прошёл, как обычно: суетливо, но приятно. Вечер мягко опускался на деревню, окрашивая небо в нежные оттенки сиреневого и розового. Элени и Оруч накрывали стол на ужин. Иногда они сталкивались у стола, переглядывались и смеялись. Она расставляла тарелки с тонким голубым узором, аккуратно раскладывала приборы, а он приносил блюда с едой, время от времени бросая на жену тёплые взгляды. Элени вдруг замерла, словно что-то вспомнила, и задумчиво посмотрела в окно. Оруч заметил это и остановился, держа в руках блюдо с тушёными овощами. — Знаешь, кого я сегодня видела в деревне? — негромко спросила Элени, поворачиваясь к мужу. Её пальцы на мгновение замерли на краю тарелки, а движения стали чуть резче, чем раньше. — И кого же? — Оруч поставил блюдо на стол и повернулся к жене, слегка приподняв бровь. — Севджан, — Элени скрестила руки на груди, взгляд стал цепким, изучающим. Она внимательно следила за реакцией Оруча. Он на мгновение замер, потом пожал плечами: — И что с того? — Вот я подумала… — Элени чуть помолчала, будто подбирая слова. — А если бы мы с тобой не познакомились, ты бы всё же женился на ней? — Она слегка наклонила голову, не отрывая взгляда от его лица. — Элени, любимая, разве ты мне сама не говорила, чтобы я не думал о том, что мы могли не встретиться? — Говорила, но мы сейчас о другом, — твёрдо ответила она. — На этот вопрос есть только один правильный ответ, зачем тогда спрашиваешь? — Он слегка улыбнулся. — Мне не нужен какой-то правильный ответ, я просто хочу знать, — Элени упёрлась руками в стол, её поза стала более жёсткой, почти вызывающей. — Не знаю, может, и женился бы. Но я её никогда не любил, поэтому это сейчас уже не важно, — Оруч говорил спокойно, глядя ей прямо в глаза. — Предположим… — Элени слегка подалась вперёд. — А кроме Севджан, сколько у тебя было ещё девушек? Ты больше мне ни про кого не говорил. — Это сейчас откуда взялось? Зачем тебе это? — Оруч слегка нахмурился, на мгновение отвёл взгляд в сторону. — Не знаю… Может, они тоже ходят где-то мимо меня, а я не знаю. Оруч не смог сдержать короткого, тёплого смеха. Он подошёл ближе и положил руки ей на плечи. — До тебя у меня не было ничего важного, что стоило бы твоего внимания, — Оруч слегка сжал её плечи. — Так что не ревнуй… Элени удивлённо вскинула брови. — Я не ревную… — начала она. — Конечно, не ревнуешь, — мягко перебил Оруч. — Просто хочу разобраться, — упрямо повторила Элени. Оруч вздохнул, потом снова улыбнулся: — Хорошо. Давай поужинаем, а после поговорим обо всём, что тебя тревожит. Элени помолчала, изучающе глядя на него, потом медленно кивнула: — Договорились.