Эстетическая формула

«Счастливых праздников?» Из уст Хо Чжисяо это пожелание прозвучало издевательски. Дин Инань только приготовил завтрак и собирался поесть, когда телефон снова зазвонил. На лбу у него вздулась вена, а в голове мелькнуло дикое желание просто выключить аппарат. Однако профессионализм взял верх: он подавил раздражение, отложил палочки и ответил: — Что случилось? — Я не хочу идти на работу, — раздался в трубке ленивый голос Хо Чжисяо, сопровождаемый шорохом одеяла. Дин Инань так и представил, как тот валяется в постели, отчаянно сопротивляясь необходимости вставать. — Если вы не хотите идти на работу, обратитесь к секретарю администрации по поводу отпуска, — сухо посоветовал Дин Инань. — Кто это? — спросил Хо Чжисяо. Дин Инань назвал имя. — Я его не знаю. Раньше Хо Чжисяо никогда не утруждал себя формальностями. Он просто говорил Дин Инаню, что сегодня не придет, и тот сам улаживал все вопросы. Это занимало меньше минуты, но сегодня Хо Чжисяо почему-то решил развести демагогию. Дин Инань не стал пересылать ему контакт секретаря, а просто вздохнул: — Хорошо, я сам составлю за вас отчет. — Славно, — отозвался Хо Чжисяо, но трубку не повесил. — А ты что делаешь? — Завтракаю. — А я не завтракал. В его голосе прозвучала явная обида и прозрачный намек: «Мне некому приготовить завтрак, так что займись этим». Дин Инань не выдержал: — Я в отпуске! Вчера он прибрался, но до его личных стандартов чистоты было еще далеко. Он сложил все оставшиеся вещи Хань Шуо в коробки, и квартира сразу стала казаться просторнее, а настроение — лучше. Тщательно вымыв пол и запустив стирку, он принялся разбирать чемодан. Помимо миниатюрных наборов из отелей, в чемодане обнаружились гостинцы от Лю Чжишу — сушеные грибы для супа. Убирая их в шкаф, Дин Инань наткнулся на еще один предмет — искусно сделанную бамбуковую стрекозу. Дин Инань был минималистом. Он ненавидел хранить ненужные вещи. Его дом был выдержан в строгом японском стиле, без лишних безделушек. Когда-то он продал старое зарядное устройство сразу после покупки нового телефона, чем вызвал смех у Хань Шуо: тот не понимал, зачем возиться из-за пары десятков юаней. Но Дин Инань просто не хотел загромождать пространство вещами, которые «могут когда-нибудь пригодиться». Бамбуковую стрекозу ему подарил Хо Чжисяо. Это была мелочь, безделушка, но для Дин Инаня она стала проблемой. С одной стороны, он хотел от нее избавиться, с другой — профессиональная этика не позволяла выбросить подарок начальника. Вдруг тот когда-нибудь спросит? Поколебавшись, он все же убрал стрекозу в ящик журнального столика. Затем отправил Хань Шуо сообщение с просьбой прислать адрес для доставки вещей. Бывший ответил, что приедет за ними сам сегодня ночью. После уборки Дин Инань обычно награждал себя вкусным обедом. Но стоило ему переобуться, чтобы выйти за продуктами, как Хо Чжисяо позвонил снова. — Что делаешь? — второй раз за день спросил босс. — Собираюсь за овощами. — Я хочу отвезти Сан Байсуя на прививку от бешенства, — сообщил Хо Чжисяо. — Пойдешь со мной? — Я в отпуске, — напомнил Дин Инань уже на автомате. — И что, ты занят? Строго говоря, Дин Инань был свободен. Он попытался придумать оправдание, но ничего дельного в голову не пришло. — Хорошо. Я найду ближайшую ветеринарную клинику. Они встретились в лечебнице. Девушка на ресепшене, оформляя документы на щенка, то и дело поглядывала на шею Дин Инаня. Тот прекрасно знал, что там красуется засос, оставленный Хо Чжисяо. Он специально надел рубашку с высоким воротником, но полностью скрыть «клубничку» не удалось. — Вы завели его вместе? — спросила девушка, нажимая «Enter». — Да, — ответил Хо Чжисяо раньше, чем Дин Инань успел открыть рот. Девушка понимающе улыбнулась: — Проходите. Сама процедура была быстрой. Когда игла вонзилась в спину щенка, тот обиженно заскулил. Девушка принялась его гладить: — Всё хорошо, Сан Байсуй, не плачь, твои родители здесь. Дин Инань едва не поперхнулся: «Что не так с нынешней молодежью?» Через полчаса, убедившись, что со щенком всё в порядке, их отпустили. Дин Инань планировал пойти на рынок, но Хо Чжисяо уверенно зашагал в сторону его дома. — Вы куда? — удивился помощник. — К тебе, — невозмутимо бросил Хо Чжисяо. — Ужинать. — Нет, — Дин Инань почувствовал, как начинает дергаться глаз. — Я в отпуске. Неужели вам не с кем поужинать? — Тебе жалко одной лишней пары палочек? — серьезно спросил Хо Чжисяо. Дело было не в палочках. Дин Инань не хотел обслуживать босса в свой выходной. — Ладно. Но посуду моете вы. Хо Чжисяо замер, недоверчиво глядя на него: — Ты хочешь, чтобы я мыл посуду? — Да. Посудомоечной машины у меня нет, я предупреждал. Хо Чжисяо поколебался, но в итоге коротко бросил: «Идет». В итоге праздничный обед, который Дин Инань готовил для себя, превратился в обслуживание капризов «дяди Хо». Единственным утешением было то, что не придется возиться у раковины. Однако, когда после еды из кухни донесся подозрительный грохот и треск, Дин Инань не выдержал и выставил босса вон. Посуда была недорогой, но узоры он подбирал с любовью и не хотел, чтобы Хо Чжисяо всё перебил. Пока он домывал тарелки, Хо Чжисяо в гостиной играл со щенком. — Где та бамбуковая стрекоза, которую я тебе подарил? — крикнул он из комнаты. Дин Инань мысленно похвалил себя за предусмотрительность: — В ящике журнального столика. Послышался звук открываемого ящика. И тут в мозгу Дин Инаня словно вспышка молнии сверкнула. Он бросил тарелку и бросился в гостиную, но было поздно. Хо Чжисяо держал в руках длинный, тонкий предмет. И это была вовсе не стрекоза. Это был… электрический вибратор. Дин Инаню мгновенно захотелось провалиться сквозь землю. Это была чистейшая социальная смерть. Хо Чжисяо же с живейшим интересом рассматривал девайс. — Секретарь Дин, ты используешь это для самоудовлетворения? — Не ваше дело! — Дин Инань, не обращая внимания на мыльную пену на руках, выхватил игрушку и швырнул обратно в ящик. Но Хо Чжисяо не унимался: — Тебе больше нравится лежа на спине или на животе? Дин Инань вспыхнул до корней волос и яростно выпалил: — Даже не думайте об этом! Хо Чжисяо рассмеялся: — Зачем мучиться самому? Если захочешь, можешь обратиться ко мне в любое время. — С какой стати мне тебя искать? — Дин Инань был вне себя от ярости и стыда. — У этой штуки заряда хватает на два часа, а тебя — всего на полчаса! Как ты вообще смеешь сравнивать? Слова вылетели раньше, чем он успел их обдумать. Улыбка на лице Хо Чжисяо мгновенно погасла, а глаза опасно сузились. Дин Инань слишком хорошо знал этот взгляд — босс был в ярости. В следующую секунду Хо Чжисяо резко шагнул вперед, подхватил Дин Инаня под бедра и закинул себе на плечо. — Пойдем-ка в кровать, — прорычал он, глядя Дин Инаню прямо в глаза. — Я устрою тебе такое, что ты будешь умолять меня не останавливаться и называть «гэгэ». — Хо Чжисяо! Пусти! — в панике закричал Дин Инань, пытаясь оттолкнуться от его плеч и размазывая мыльную пену по его одежде. — Поставь меня на пол! Хо Чжисяо уже направился к спальне, как вдруг входная дверь пискнула — сработал электронный замок. В квартиру вошел Хань Шуо. Все трое замерли, словно в немой сцене. Дин Инань первым пришел в себя и соскользнул на пол. Но прежде чем он успел хоть что-то сказать, в тишине прозвучало: — Жена... Дин Инань по привычке подумал, что это Хань Шуо, но тот у двери молчал, застыв как истукан. Это сказал Хо Чжисяо. Он по-хозяйски приобнял Дин Инаня за плечо и, кивнув в сторону порога, произнес: — Жена, твой бывший пришел. «Какую же чушь он несет», — подумал Дин Инань. Он прекрасно понял, что Хо Чжисяо сделал это специально, чтобы уколоть Хань Шуо и отомстить за утренний удар. Но при бывшем Дин Инань не стал ничего отрицать. Он просто проигнорировал выходку босса и сказал Ханю: — Твои вещи у двери, забирай. Вещей было много, и Хань Шуо пришлось несколько раз спускаться к машине. Пока он возился, Хо Чжисяо больше не приставал к Дин Инаню, а просто скучающе возился со щенком. Когда дверь за бывшим закрылась окончательно, Дин Инань повернулся к боссу: — Вы всё еще здесь? — Подожду немного, — лениво отозвался Хо Чжисяо. — А вдруг он подкараулит меня внизу и снова решит подраться? Дин Инань очень хотел сказать: «Ты сам напросился на побои, не так ли?» Но вслух произнес: — Тогда бей в ответ. Он вспомнил слова отца Хо Чжисяо о том, что в юности тот был тем еще забиякой и постоянно ввязывался в драки. Так что за физическую сохранность босса Дин Инань не переживал. Он просто хотел, чтобы тот ушел. Хо Чжисяо не стал больше искать отговорок. Он поднялся и направился к выходу. — Ладно. Увидимся завтра. На лбу Дин Инаня снова вздулась вена: — Завтра я ВСЁ ЕЩЕ в отпуске!