Эстетическая формула

Вскоре Хо Чжисяо замолчал, и со стороны его уха послышалось ровное дыхание — как будто весь этот разговор ему просто приснился. Спустя некоторое время Дин Инань окончательно убедился, что Хо Чжисяо говорил во сне. Он тихо выдохнул и аккуратно вытащил свою руку, застрявшую под его пижамой. Дин Инань прекрасно знал, что Хо Чжисяо — человек, который ни за что не станет жертвовать собственным сном ради чужого удобства. Однажды ночью Цзян Хэн тайком выскользнул из дома, чтобы развлечься, но наткнулся на родственников. Пытаясь выкрутиться, он соврал, что был вместе с Хо Чжисяо, и тут же позвонил ему, умоляя приехать и спасти положение. Однако Хо Чжисяо просто повесил трубку и мгновенно уснул. — Секретарь Дин… — снова пробормотал Хо Чжисяо со спины. — Я очень вкусный? Дин Инань: «...» Что за дикие сны снятся этому человеку?

***

Несмотря на ночные происшествия, Дин Инань на удивление хорошо выспался. Проснувшись на следующее утро, он какое-то время лежал в прострации и неосознанно прижался к теплому телу рядом с собой. Но быстро сообразив, в чем дело, протер глаза и резко сел на кровати. Резкий звук будильника явно потревожил Хо Чжисяо. Он недовольно нахмурился, но, открыв глаза и увидев Дин Инаня, мгновенно сменил раздражение на крайнее замешательство. Спустя пару секунд он хрипло спросил: — Так это был не сон? — Какой еще сон? — Дин Инань выключил будильник, зевнул, чтобы окончательно прийти в себя, и повернулся к Хо Чжисяо. Хо Чжисяо сел, все еще выглядя полусонным. Но в этот момент он вдруг схватил Дин Инаня за руку и бесцеремонно приподнял край его футболки. — Значит, сон, — с явным сожалением выдохнул Хо Чжисяо, отпуская ткань. — Иначе на твоей талии остались бы следы от моих зубов. Дин Инань, внезапно подвергшийся такому утреннему посягательству, почувствовал, как сердце бешено заколотилось. Но стоило Хо Чжисяо отпустить его, как гнев утих: рано утром никому не хотелось устраивать разборки и усложнять себе жизнь. Дин Инань спокойно поправил подол одежды и сухо бросил: — Если ты мечтаешь о том, чтобы я тебя съел, то продолжай мечтать дальше. Хо Чжисяо, кажется, только сейчас окончательно пришел в себя. Он с опозданием посмотрел на Дин Инаня и спросил: — А почему ты вообще лежишь на кровати? — Это моя кровать, почему я не могу на ней лежать? — Дин Инань перевернулся, спустил ноги, обулся в тапочки и направился к выходу. Вскоре они оба оказались в ванной комнате. Электрическая щетка Дин Инаня мерно жужжала, пока он чистил зубы. Хо Чжисяо стоял рядом и занимался тем же самым. В ванной комнате, площадь которой едва превышала три квадратных метра, двум взрослым мужчинам приходилось стоять плечом к плечу у маленькой раковины. Дин Инань никак не мог взять в толк, с какой стати его утро началось именно так, и почему он должен делить это пространство со своим боссом. Спустя пару минут электрическая щетка Дин Инаня отключилась. Под неторопливым, изучающим взглядом Хо Чжисяо он быстро умылся, нанес тоник и вернулся в гостиную. Маленькая комната была практически полностью заблокирована раскрытым чемоданом Хо Чжисяо. Вчера вечером Дин Инань удивился, что молодой господин Хо соизволил сам собрать вещи, но теперь увиденное привело его в легкое уныние. Одежда и брюки комком валялись внутри, ноутбук был засунут в эту кучу без какого-либо защитного чехла, а рядом сиротливо громоздились две обувные коробки. Вдобавок ко всему, пес Сан Байсуй, который всегда вставал рано и фонтанировал энергией, нашел себе отличное развлечение. Открытый чемодан Хо Чжисяо стал для него игровой площадкой: он прыгал прямо по вещам, создавая кучу шума. Дин Инань честно попытался проигнорировать этот хаос, но, сделав пару шагов к кухне, не выдержал. Он вернулся, решительно вытащил Сан Байсуя из багажа и пересадил на диван. Затем сам присел перед чемоданом и принялся аккуратно, вещь за вещью, перекладывать одежду Хо Чжисяо. Через некоторое время из дверного проема раздался голос: — Секретарь Дин. — Что? — Дин Инань даже не поднял головы, сосредоточенно сортируя рубашки и брюки. — Вы сейчас так похожи на мою жену. Дин Инань на секунду замер, но, по-прежнему не поднимая взгляда, парировал: — А вы своей жене платите зарплату? Он намеренно заговорил о деньгах, чтобы провести четкую черту между личной жизнью и работой, напоминая, что занимается этим исключительно из-за щедрого оклада. Однако мысли Хо Чжисяо текли совершенно в другом русле. — Логично, — согласился Хо Чжисяо. — Тогда я не буду платить тебе зарплату. — Хо Чжисяо! — Дин Инань резко вскинул голову и уставился на мужчину, расслабленно прислонившегося к косяку ванной. — У тебя вообще совесть есть? Хо Чжисяо не удержался и тихо рассмеялся. Отсмеявшись, он продемонстрировал Дин Инаню электробритву, которую прихватил с полки: — Я забыл взять свою, воспользуюсь твоей. — И тут же с легким прищуром добавил: — Твой бывший парень ей пользовался? — Нет, — огрызнулся Дин Инань. — У него была своя. — Отлично. К тому моменту, как Хо Чжисяо привел себя в порядок и вышел, Дин Инань уже полностью перебрал его вещи. Все идеально поместилось в чемодан, не осталось ни одного лишнего зазора. Даже Сан Байсуй подошел оценить безупречную укладку, после чего с чувством выполненного долга ушел на балкон терзать занавески. — У тебя что, нет с собой галстука? — спросил Дин Инань, отряхивая ладони. — Забыл взять, — Хо Чжисяо без смущения стянул домашнюю футболку и потянулся за чистой рубашкой, которую Дин Инань заботливо приготовил на диване. Перед глазами Дин Инаня снова замелькал рельефный пресс. Он неловко отвернулся и нахмурился: — Ты не мог бы вести себя поскромнее? — В каком смысле? — Хо Чжисяо спокойно застегивал пуговицы. — Не нужно постоянно выставлять свои мышцы напоказ, — пояснил Дин Инань. — А тебе тяжело на них смотреть? — парировал Хо Чжисяо. — Вовсе нет. — Ну и в чем тогда проблема? Дин Инань на мгновение потерял дар речи. Когда это Хо Чжисяо успел стать настолько самоуверенным и непробиваемым? — И вообще, — Хо Чжисяо сбросил пижамные штаны и взял строгие брюки от костюма, — разве ты не видел меня таким кучу раз до этого? — То было раньше, — отрезал Дин Инань. — А сейчас какая разница? — Сейчас... Дин Инань вовремя прикусил язык. Разница, разумеется, заключалась в том, что теперь они успели переспать. Но если озвучить это вслух, выйдет, будто он только об этом и думает. Оставив попытки воззвать к его стыду, Дин Инань ушел в спальню, чтобы переодеться самому. На этот раз он намеренно плотно закрыл за собой дверь. Однако уже через минуту дверь бесцеремонно распахнулась. Хо Чжисяо слегка заглянул внутрь: — Дай мне какой-нибудь галстук. Дин Инань в этот момент как раз держал в руках брюки, оставаясь в одних трусах. Он в ярости прикрылся одеждой: — Хо Чжисяо! — Зачем прятаться? — Хо Чжисяо усмехнулся. — Как будто я там чего-то не видел. — Ты... — Так где галстуки? — Хо Чжисяо проигнорировал его возмущение, сам подошел к шкафу и распахнул дверцу. Пользуясь тем, что босс отвернулся, Дин Инань поспешно попытался просунуть ногу в штанину. Но именно в эту секунду Хо Чжисяо заметил на полке шкафа злополучный массажер. Он достал его и с абсолютно серьезным видом повернулся к секретарю: — Хочешь взять его с собой в командировку? — Я?! — Благодаря хорошему воспитанию Дин Инань чудом подавил поток отборного мата, рвавшегося наружу. Из-за секундного замешательства он запутался в собственных брюках, потерял равновесие и полетел прямиком на Хо Чжисяо. Хо Чжисяо среагировал мгновенно: поймал Дин Инаня и, удерживая в своих объятиях, с улыбкой посмотрел на его залитое пунцовой краской лицо. — Секретарь Дин, оказывается, вы умеете так сильно краснеть. Дин Инань судорожно вздохнул и, яростно стиснув зубы, процедил: — Хо Чжисяо... Если я еще хоть раз пущу тебя на порог своего дома, я буду последней собакой. В ту же секунду из гостиной, словно по команде, раздалось звонкое: «Гав!» от играющего Сан Байсуя. Хо Чжисяо поджал губы, отчаянно пытаясь сдержать смех, но в итоге не выдержал. Кивнув в сторону прихожей, он с лукавой усмешкой произнес: — Твой сын тебя зовет.