Эстетическая формула

Тайны всегда обладают таинственной силой, которая пробуждает в людях сильное желание их познать. Дин Инань быстро уловил ключевой момент слов Хо Чжисяо: «Я покажу тебе, когда закончу». Обычно это означало либо нежелание автора показывать незаконченную работу, либо преднамеренную попытку интриговать зрителя. Дин Инань не думал, что творение Хо Чжисяо окажется чем-то удивительным, поэтому предположил, что Хо Чжисяо хотел сохранить интригу, чтобы в конце удивить всех. Он также склонялся к мысли, что Хо Чжисяо намеренно пытается его поддразнить, и что объектом этой игры, очевидно, был он сам. — Вы же не трость мне сделаете, правда? — вдруг подумал Дин Инань. — Чтобы завтра я пошел на работу с тростью. Завтра была пятница, и Дин Инань должен был идти в офис. Он не стал брать отпуск, потому что Хо Чжисяо в последнее время был свободен — всё, что ему нужно было делать, это рисовать строительные чертежи, а значит, он не мог быть слишком занят. Для Дин Инаня было совершенно нецелесообразно терять дневную зарплату из-за растяжения связок, которое никак не влияло на его работу. — Завтра мне не нужно идти на работу, — Хо Чжисяо по-прежнему твердо стоял у двери мастерской. — Я и тебе попросил выходной. — Вы просили за меня? — Дин Инань смутно представил, как его зарплата улетает прочь. — Да, — сказал Хо Чжисяо. — Я тоже взял выходной, так что буду рисовать дома. — Вы знаете, к кому обратиться, если нужен выходной? — Дин Инань почувствовал себя странно, вспомнив, что у Хо Чжисяо явно не было контактной информации секретаря администрации. — Позвонил отцу, — ответил Хо Чжисяо. — Отлично. Теперь, когда всё уладилось, даже если Дин Инань хотел отменить отпуск, он не смел жаловаться Хо Сюню. Если бы он попросил отпуск, а потом передумал, Хо Сюнь подумал бы, что он просто капризничает. На этот раз Дин Инань отправился в командировку в деревню Саньян и взял с собой только багаж на два-три дня. Теперь, в доме Хо Чжисяо, у него не было никакой сменной одежды. После ужина он планировал вернуться домой и купить необходимые вещи. Но Хо Чжисяо не отпустил его, лишь сказав, что сам всё купит. Причина была проста: «Мне нужно помочь тебе и донести сумку, так что я, пожалуй, схожу один». Дин Инань посчитал, что это логично. Ему действительно не нужно было ехать туда лично, поэтому он просто включил видеосвязь и продиктовал Хо Чжисяо пароль от своей двери. — Правда? — с усмешкой спросил Хо Чжисяо, переобуваясь. — Твой пароль — шесть нулей? — Да, — Дин Инань передал поводок Сан Байсуя Хо Чжисяо. — В этом нет особого смысла, я просто так его поставил. Первоначально паролем был его день рождения. После того как Хань Шуо в прошлый раз перевез свой багаж, Дин Инань не знал, какой код поставить, поэтому просто ввел шесть нулей. Проблема заключалась в том, что пароль от дома Хо Чжисяо состоял из шести единиц, что было довольно завуалировано. Дин Инань признался себе, что привык вводить пароль от двери Хо Чжисяо, поэтому, меняя свой, подсознательно подумал о шести последовательных цифрах. Но он поклялся, что это никак не связано с его чувствами, и у него совершенно не было намерения вступать в какой-то тайный сговор с Хо Чжисяо. Однако Хо Чжисяо явно так не думал и полушутя заметил: — Секретарь Дин, боюсь, вы в меня влюблены. Дин Инань безмолвно дернул уголком рта — ему было лень объяснять. Он выгнал из дома мужчину с собакой и захлопнул дверь.

***

Дин Инань чувствовал, что по-прежнему не может слишком полагаться на объятия Хо Чжисяо, несмотря на то, что тот был крупным мужчиной. Ему казалось, что Хо Чжисяо постоянно пытается сократить дистанцию, словно между ними что-то происходит. — Лучше открой, чтобы убедиться, — снова напомнил Хо Чжисяо с едва уловимым ожиданием в голосе. Дин Инань, недолго думая, ответил «да» и закрыл дверь спальни. В сумке были одежда, компьютер и книги — всё, что он попросил привезти, ничего особенного. Однако, когда Дин Инань достал сменную одежду и собирался принять ванну, перед его глазами внезапно появился знакомый предмет. Это был уже четвёртый раз за короткий промежуток времени, когда этот предмет возник в его поле зрения. Да, опять электрический массажер. Вены на лбу Дин Инаня вздулись. Неудивительно, что Хо Чжисяо настоял на том, чтобы вскрыть сумку именно сейчас — он ожидал реакции Дин Инаня, когда тот увидит эту «мертвую палку». Раньше Дин Инань всегда не соглашался с поговоркой, что «мужчина остается подростком до самой смерти». Он чувствовал, что повзрослел, когда потерял близких. Но после общения с Хо Чжисяо он понял: если мужчины будут проявлять свою детскую сторону, это станет бесконечным процессом. Разве Хо Чжисяо не с нетерпением ждёт его реакции? Что ж, он даст ему хороший ответ. Дин Инань мысленно усмехнулся, а затем положил массажный стик на изголовье кровати. Ночь пролетела быстро. Дин Инань читал книгу и играл в игры, и прежде чем он осознал, стрелка часов приблизилась к одиннадцати. Хо Чжисяо больше не трогал сумку — вероятно, потому что ожидаемого эффекта не было достигнуто, он бросил вибратор в сторону. Понимая, что время пришло, Дин Инань снял рубашку, лег на кровать, приложил массажный стик к уголку губ, слегка высунул язык, поднял мобильный телефон и сфотографировал нижнюю половину лица. Эффект от статичного изображения был достаточно провокационным, но Дин Инань всё равно чувствовал неудовлетворение. Вместо фото он записал видео, в котором кончиком языка обводил верхнюю часть вибратора, имитируя движения рта. Прозрачная слюна стекала по уголку губ. Он облизал край рта, провел языком полукругом по верхней губе и, наконец, втянул кончик языка, прикусив нижнюю. Отредактировав видео и добавив фильтр мягкого света, он отправил его в WeChat. Дин Инань:[Video.avi] Дин Инань: [Спасибо, что принесли это сюда.] Дин Инань: [Я как раз думал об этом.] Через минуту в дверь спальни раздался отчаянный стук. — Дин Инань! — Хо Чжисяо с тревогой крикнул: — Откройте мне дверь! Те, кто не знал сути, подумали бы, что между ними что-то произошло, но на самом деле стук и крики говорили об одном: «позволь мне тебя заполучить». Конечно, Дин Инань не стал открывать. Он что-то листал в телефоне, и вскоре за дверью воцарилась тишина. Но через пять минут стук возобновился, сопровождаемый ругательствами Хо Чжисяо: — Черт! Куда ты дел ключи от моего дома? Дверь спальни была оборудована электронным замком, но с остальными комнатами всё было иначе — для каждой имелся набор запасных ключей. Они хранились в ящике в гардеробной, вместе с гарантийными талонами, и никто их не трогал с тех пор, как Хо Чжисяо сюда переехал. Если бы Хо Чжисяо лучше знал свой дом, он бы сейчас не стоял так спешно у двери. Дин Инань игнорировал его, и спустя время Хо Чжисяо ушел. Перед сном Дин Инань почувствовал жажду и решил сходить на кухню за минеральной водой. В доме было тихо, но он не осмеливался включить свет, передвигаясь в темноте. Будучи осторожным, он всё же наткнулся на пустую бутылку на обеденном столе. Она с грохотом упала. Дин Инань понял, что на столе лежит целая батарея пустых бутылок — не зная, сколько ледяной воды Хо Чжисяо выпил, чтобы подавить огонь в своей крови. Дин Инань быстро взял бутылку и направился обратно, но как только вошел в гостиную, дверь Хо Чжисяо распахнулась. Увидев проблеск жизни, Дин Инань бросился бежать, и Хо Чжисяо, появившийся с другой стороны, ринулся в погоню. Сан Байсуй, спавший на балконе, не понимая, что происходит, первым включился в эту «гонку». — Дин Инань! Стоп! — Нет! Зачем ты вообще за мной гонишься?! — Дин Инань знал: если Хо Чжисяо поймает его сейчас, он «загрызет» его насмерть. — Ты собираешься оставить меня в покое после того, как разозлил, да? — Кто тебя просил принести мне вибратор? — пока его не поймали, Дин Инань не собирался признавать поражение. — Ты просто скажи: тебе не всё равно или нет? — Конечно, нет. Дин Инань успел забежать в свою комнату и закрыть дверь. Хо Чжисяо, споткнувшись о Сан Байсуя, отстал лишь на шаг. Он ударил по двери кулаком и прорычал: — Если у тебя хватит смелости, завтра не выходи. — Давайте поговорим о завтрашнем деле завтра, — расслабившись, спокойно ответил Дин Инань. — У тебя так много партнёров, позвони хоть одному — и всё будет кончено. За дверью воцарилась тишина. Вскоре послышались шаги Хо Чжисяо и его тихий монолог: — Всё понятно. Дин Инань на мгновение опешил. Что это значит? Теперь Хо Чжисяо будет искать других, чтобы выплеснуть гнев? По какой-то причине сердце Дин Инаня словно сдавило огромным камнем, стало тяжело дышать. Всё желание сражаться улетучилось. Если подумать, у Хо Чжисяо было столько желающих оказаться в его постели, что ему не было нужды сдерживаться. К тому же, это было предложение самого Дин Инаня. В отчаянии Дин Инань лег в постель, стараясь не думать об этом. Но он невольно навострил уши, прислушиваясь. Спустя долгое время он ждал не звука открывающейся двери, а сообщения в WeChat. Хо Чжисяо прислал скриншот своих контактов. Там было более тысячи человек, у всех серьезные имена. Дин Инань не понимал, зачем это нужно. Телефон снова завибрировал. Хо Чжисяо: [Посмотри на это.] Дин Инань: [На что ты хочешь, чтобы я посмотрел?] Хо Чжисяо: [Записка, которую я передал своему партнёру, содержит его фамилию и название бара, в который я ходил.] Ну и что? Дин Инань был раздражен. Хо Чжисяо решил похвастаться своими связями? Но следующее сообщение от Хо Чжисяо заставило гнев Дин Инаня мгновенно испариться, словно лопнувший воздушный шар: Хо Чжисяо: [Посмотри, всё удалено.]