Искры разгораются (Sparks Fly)

Глава 6 КАЙЯ Сердце Кайи всё еще неистово колотилось, когда она встала в строй к остальным на утреннюю перекличку. На губах призраком застыло мимолетное прикосновение дыхания Хэлли. Она изо всех сил пыталась скрыть виноватое выражение лица и подавить ту яростную жажду, что всё еще скручивалась узлом внизу живота после их несостоявшегося поцелуя. Хэлли была так мучительно близко — достаточно близко, чтобы Кайя могла утонуть в лазури её глаз или обвести кончиками пальцев резкие линии её челюсти. Сопротивляться было невозможно: Кайя отбросила всякую осторожность, подавшись вперед, чтобы стереть эту наэлектризованную границу между собой и командиром. И на одно безумное, бесконечное мгновение ей показалось, что Хэлли наконец готова сдаться. Но, конечно же, появление других новичков разрушило хрупкое напряжение именно тогда, когда между ними должно было вспыхнуть пламя. Хэлли, как обычно, мгновенно вернула себе бесстрастную профессиональную маску; она даже не осмелилась встретиться с Кайей взглядом, когда отправляла её к остальным. И Кайе в очередной раз пришлось гадать: не было ли это обжигающее влечение прискорбно односторонним? Может, она просто вообразила то ответное желание, от которого глаза Хэлли темнели, превращаясь в бушующий шторм? То самое желание, которое Кайя чувствовала каждый раз, когда видела лейтенанта. С каждой минутой их частных тренировок Кайя медленно, но верно расходилась по швам. «Что ж, — подумала она, выравниваясь в шеренге, — по крайней мере, горечь отказа не станет для меня чем-то новым». Расправив плечи, Кайя прогнала туманные мысли и сосредоточилась на утреннем брифинге. Пульс всё еще выбивал чечетку от хаотичного прилива адреналина, но она заставила себя нацепить ту же маску холодного спокойствия, что всегда носила Хэлли. Будто всего пару минут назад между ними ровным счетом ничего не произошло. Впрочем, борьба с неуемной тягой к лейтенанту оказалась меньшей из её забот: по всей станции внезапно завыл сигнал тревоги. Хэлли мгновенно приняла командование, зачитывая сводку: сильный пожар в жилом квартале неподалеку. Она выкрикивала четкие инструкции, и Кайя вместе с остальными рванула к машинам. Металлический вопль сирен с предельной ясностью вернул её в реальность. Это было по-настоящему. Это было то, ради чего она так упорно тренировалась всё это время. Больше не было времени смаковать то утро с её огненным командиром; у них была задача: спасать жизни любой ценой. Когда они прибыли на место, дым уже был густым и едким, а дом почти полностью скрылся за слепящими сполохами оранжевого и красного. Властный окрик лейтенанта Хантер перекрыл хаос, едва машина с ревом замерла. Команда слаженно бросилась в бой. Спустя секунды на Кайе уже была маска и шлем, в руках — рукав, а взгляд метался между напарниками и лидером. «Сегодня я её не подведу». Хотя Кайя знала, что на работе отвлекаться нельзя, она не могла подавить прилив собственнической гордости, видя Хэлли в деле: челюсть сжата в предельной концентрации, каждая мышца напряжена и готова к действию, пока она умело расставляет людей по позициям. Восхищение Кайи разгоралось еще сильнее при виде той непоколебимой уверенности, с которой Хэлли командовала на месте пожара. Её лейтенант была самой поэзией в движении — магнетической и неостановимой. Задавив в себе запретные угли влечения, Кайя с головой ушла в борьбу с огнем вместе с остальными. Пот мгновенно пропитал форму, когда вокруг закружились клубы обжигающего дыма, а ревущий свист рукавов под давлением заполнил воздух оглушительным белым шумом. На несколько бесконечных минут Кайя полностью растворилась в адреналиновом потоке, сражаясь с неукротимым напором пламени и гари. Она работала со своим звеном безупречно: они меняли позиции и траектории струй без единого слова, которое всё равно не удалось бы расслышать в этом грохоте. Дикий восторг захлестнул её от того, насколько синхронными стали их движения — плоды изнурительных тренировок Хэлли наконец-то оправдали себя в полевых условиях. Они становились настоящей командой, дышащей и действующей как единый организм. И как раз в тот миг, когда в груди Кайи разлилась волна заслуженной гордости, сквозь хаос прорвался посторонний звук. Она тревожно вскинула голову. Ей показалось, что за визгом водометов и ревом пожирающего пламени она слышит чей-то слабый, жалобный скулеж. Не задумываясь о протоколе, она всучила свой конец рукава в руки Кокрану, бросив краткое: «Подмени!». Тот ошеломленно уставился ей вслед, когда она рванула прочь, ныряя в дым; все её чувства были напряжены, чтобы определить источник звука. Жар обжигал кожу даже сквозь защитную экипировку, когда она пробиралась через дом. Она слышала позади встревоженный крик Кокрана, но продолжала идти вперед, сосредоточенная только на том, чтобы найти того, кто скулит. Там! Где-то в самой глубине здания донесся скорбный лай. Кайя ничего не видела за пеленой дыма, но шла на звук туда, где, по её расчетам, была кухня. Не тратя времени на оценку рисков, она начала перелезать через обломки, уклоняясь от почерневших балок, угрожающе свисающих с потолка. Секунды слились в одно одуряющее, опаляющее марево. Пульс в ушах ревел так громко, что почти заглушал леденящий душу скрежет рушащихся перекрытий. Наконец, преодолев груду обугленного мусора, она вслепую схватила попавшую в ловушку собаку. Коротко шикнула — щепа вонзилась в ладонь сквозь перчатку. — Тише, приятель, тише, — прошептала она, стаскивая свою маску и прижимая её к морде пса, давая ему вдохнуть чистый воздух. — Теперь ты со мной, всё будет хорошо. С нежностью, которая никак не вязалась с её мощной фигурой, Кайя осторожно подхватила дрожащее животное на руки, укутав в полы своей куртки. Нужно было выбираться, и быстро, пока горящие обломки, сыплющиеся сверху, не отрезали им путь. Над головой раздался оглушительный треск. Кайя инстинктивно прикрыла своим телом скулящего пса, и в ту же секунду тяжелый кусок штукатурки рухнул на то место, где она стояла мгновение назад. Задыхаясь от токсичного дыма, Кайя бросилась назад по тому же пути, который проложила, входя внутрь. Каждая косточка в её теле вопила от невыносимого жара, но драгоценная ноша на руках заставляла её бежать вперед, отдавая последние силы. Наконец Кайя вырвалась в задымленный дневной свет, судорожно заглатывая воздух глубокими, конвульсивными вдохами. Но не успела она отойти от опасной зоны, как раздался яростный окрик, и к ней стремительно направилась знакомая фигура. Электрические глаза Хэлли, казалось, прошивали Кайю насквозь. Без лишних слов стало ясно: выражение лица лейтенанта не сулит ничего хорошего. Кайя едва успела передать раненого пса парамедику, как Хэлли набросилась на неё. Грубо схватив за бицепс, она потащила её в относительную безопасность — к тротуару. — О чем ты, черт возьми, думала, Монтгомери?! — От крика лейтенанта Кайя вздрогнула; её поразила гремучая смесь ярости и ужаса на лице Хэлли. — Ты никогда, НИКОГДА не входишь в горящее здание без страховки и плана! Мы никогда не работаем в одиночку! Ты могла там погибнуть! Несмотря на пышущее за спиной пламя, Кайя почувствовала, как её прошиб ледяной озноб при виде той неприкрытой муки, что исказила красивые черты Хэлли. Она открыла было рот, чтобы защититься, настоять на том, что у неё не было выбора — она должна была спасти беспомощное существо. Но руки Хэлли сжались на её плечах, и та встряхнула Кайю так сильно, что у той зубы клацнули. — Я не желаю ничего слушать! Ты полностью наплевала на протокол и рискнула жизнью! — Грудь Хэлли тяжело вздымалась от ярости. — А ну живо в машину! Сейчас же! С этими словами лейтенант оттолкнула её и зашагала прочь, выкрикивая приказы остальным. Кайя долго стояла как вкопанная; сердце молотило по ребрам, пока она смотрела вслед уходящей Хэлли. Сглотнув горький привкус дыма и стыда, Кайя медленно побрела к машине. Каждая мышца ныла от усталости и адреналинового отката. Она прошла мимо команды, не проронив ни слова, со сжатыми челюстями, глядя строго перед собой — она не смела встретиться с их наверняка злорадными взглядами. Путь назад в часть прошел в гнетущем молчании, которое нарушалось лишь редким треском рации. Кайя чувствовала на себе испепеляющий взгляд Хэлли, сидящей рядом, но отказывалась его замечать: гордость всё еще ныла после того, как её отчитали при всех, словно нашкодившего ребенка. Лишь когда они вернулись, и остальные парни покинули машину, Хэлли наконец прервала удушающую тишину. — В раздевалку. Живо, — процедила она сквозь зубы, даже не взглянув на Кайю. Она спрыгнула из кабины и хлопнула дверью с такой силой, что у Кайи внутри всё содрогнулось. С сердцем, подступившим к горлу, Кайя последовала за ней, готовясь к неминуемой схватке. Она застала Хэлли в раздевалке: та мерила шагами пространство перед шкафчиками, как запертая в клетке тигрица. Стоило Кайе закрыть за собой дверь в их женскую зону, как Хэлли резко обернулась. Глаза её метали молнии. — Ты хоть представляешь, насколько тупой была эта выходка? Что ты пыталась этим доказать?! Кайя ощетинилась от этого язвительного обвинения, и её собственный характер тут же вспыхнул в ответ. — Я пыталась спасти жизнь! Разве не для этого мы здесь? — Не ценой своей собственной! — Хэлли сделала угрожающий шаг вперед, вплотную приближаясь к Кайе. Энергия, искрившая между ними, была настолько плотной, что Кайя готова была поклясться: она чувствует её вкус на языке. — Ты не бессмертна, Монтгомери. Мне плевать, как сильно ты хочешь быть героем. Либо ты следуешь протоколу, либо ты труп! — Почему тебя это вообще так волнует? Это моя жизнь, и я имею право ей рисковать! — Слова сорвались с губ Кайи прежде, чем она успела их остановить. Кулаки были сжаты, чтобы не поддаться искушению обхватить лицо Хэлли руками. На мгновение показалось, что Кайя ударила Хэлли. Что-то мучительное и обнаженное промелькнуло в её взгляде и тут же исчезло. Когда лейтенант заговорила снова, голос её был пугающе тихим. — Ты под моим началом. Твоя безопасность — это моя ответственность. И я прокляну себя, если позволю тебе выбросить свою жизнь на помойку в мою смену только ради того, чтобы доказать, что у тебя есть яйца. Они смотрели друг на друга бесконечно долго; грудь ходила ходуном, пульс ревел в удушающей тишине. На этот раз их было некому прервать: Кайя сжала пальцы на воротнике футболки Хэлли и рванула её на себя. Их губы столкнулись в исступленном поцелуе. Хэлли прижала Кайю к стене из шкафчиков, буквально вминая её в металл. Дрожащими руками Кайя жадно ощупывала тело лейтенанта; добравшись до талии, она одним рывком выдернула её футболку из-под ремня. Кайя удовлетворенно застонала, когда её пальцы коснулись влажной от пота кожи Хэлли. Её захлестнул восторг от того, что барьер, сдерживавший их обеих, наконец, рухнул. — Что бы ты ни задумала, у нас нет времени, — прошептала Хэлли сквозь прерывистый смешок. — Парни скоро примут душ и соберутся на разбор полетов. — Что ж, лейтенант, тогда вам лучше «разобрать» меня побыстрее, не находите? Ответный смех Хэлли на этот раз был громче; она игриво прикусила губу Кайи, прежде чем снова ворваться языком в её рот. Тяжелая усталость после утреннего спасения испарилась без следа, в крови Кайи пела необузданная страсть. Она сжала крепкие ягодицы Хэлли и прижалась к ней бедрами, отчаянно желая быть как можно ближе — насколько это вообще возможно для двух человеческих тел. Кайя едва сдержала возмущенный стон, когда Хэлли всё же прервала поцелуй и, тяжело дыша, отстранилась. Но коварная усмешка, расплывшаяся по лицу лейтенанта, говорила о том, что это еще не конец. — Нам пора в душ, Монтгомери. От тебя несет гарью. Кайя весело фыркнула, картинно принюхавшись к собственной подмышке, и тут же сорвала футболку через голову. Она наслаждалась тем, как бесстыдно глаза Хэлли скользят по её телу, пока та сама поспешно сбрасывала форму. Они обе превратились в клубок сплетенных конечностей: сбрасывали ботинки, раскидывали белье, оставляя за собой беспорядочный след на пути к душевым кабинам. «Слава богу, что эта раздевалка только наша». Кайя ахнула от шока, когда холодная вода ударила по плечам — Хэлли затолкнула её в кабинку, но струя быстро нагрелась, стекая по их разгоряченной коже. Подгоняемая осознанием того, что у них всего несколько минут, прежде чем их отсутствие станет подозрительным, Кайя тут же склонила голову, припадая губами к соску Хэлли. Ей хотелось заклеймить как можно больше её кожи, прежде чем придется вытираться и снова надевать маску профессионализма. Хэлли откинула голову назад со стоном, запустив пальцы в растрепанные кудри Кайи, пока та поочередно ласкала её грудь. Кровь в жилах Кайи бурлила. Она пожирала тело своего лейтенанта, как голодный зверь, упиваясь глубокими стонами, вибрирующими в груди Хэлли. Сама Кайя коротко вскрикнула, когда Хэлли потянула её за волосы вверх и прижала спиной к стене, накрывая всепоглощающим поцелуем. Какие бы границы они ни переступали, какими бы рисками для карьеры это ни грозило — сейчас это было последним, о чем думала Кайя, чувствуя на языке лейтенанта лишь чистую, безудержную страсть.