Кодекс чести (Code of Conduct)

Глава 11 Тапас-бар был заполнен лишь наполовину. Вива уверенно повела спутницу к столику в глубине зала. — Это, конечно, не настоящая испанская таверна, но готовят здесь недурно. Габриэла взяла меню. — Проголодалась? — Есть немного, — Вива оперлась подбородком о ладонь, разглядывая подругу. — Заказывай что хочешь, я составлю компанию. Ем всё, кроме осьминогов. Терпеть не могу эти присоски — аж передергивает. Габриэла выбирала долго и вдумчиво, завершив заказ бокалом сухого розового. — Уверена, что будешь только воду? — Да, спасибо. Официант приносил крошечные тарелки по одной-две за раз, выдерживая идеальные паузы, чтобы они могли не спешить. На каждом блюдце лежало по паре закусок. За неспешным разговором Вива обнаружила, что съела куда больше, чем рассчитывала. Вскоре между ними осталась лишь одна последняя тарелка. Вива подцепила вилкой лакомый кусочек и поднесла к губам. — Надо же, а я ведь думала, что совсем не голодна. Было очень вкусно, — она подняла глаза. Взгляд Габриэлы был прикован к её губам — к замершему на вилке кусочку, который вот-вот должен был исчезнуть во рту. Волна желания горячим вихрем скрутилась в животе Вивы. В глазах Габриэлы читалась жажда, а в её загадочной улыбке — воспоминания о прошлой ночи. Прошлая ночь. Дыхание Вивы сбилось, она медленно опустила вилку. Руки Габриэлы на её теле. Её рот, её губы... Боже, эти губы. Вива подалась вперед, не в силах разорвать этот напряженный контакт глаз. — Ты тоже об этом думаешь, — голос Габриэлы стал низким и хриплым. — О вчерашнем. Горло Вивы перехватило, она смогла лишь кивнуть. — Я помню вкус твоих губ, — взгляд Габриэлы скользнул к нетронутой закуске на тарелке. — Помню, как ты стонала, когда... — она накрыла руку Вивы своей ладонью. — Чего ты хочешь? Вива с трудом протолкнула слова сквозь комок в горле: — Тебя. — Как именно? — Чтобы ты лежала на моей кровати, а я пробовала тебя на вкус. И чтобы твои руки были в моих волосах. — И музыка между нами. — Поедешь ко мне? Габриэла кивнула. Она взяла стакан Вивы, сделала долгий глоток воды и протянула руку. — Идем? Счет оплатили быстро, но эти пару минут показались Виве вечностью. Несмотря на ранний час, на Саут-Бэнк было людно. Они петляли через парковую зону, спеша к дому Вивы. Едва переступив порог, Вива повернулась к ней. Возбуждение и страсть пульсировали в крови. Она поцеловала Габриэлу — долгим, тягучим поцелуем, скорее чувственным и ленивым, чем неистовым. Сердце выбивало дробь желания, все мысли были заняты только этой женщиной. Поцелуй связал их воедино, словно они запутались в невидимых тонких нитях: руки Вивы на плечах Габриэлы, ладони Габриэлы — под просторным топом Вивы, по обнаженной коже. Они на миг отстранились, обменялись понимающими улыбками, и Вива снова притянула её к себе, не желая прерывать эту связь. В спальне Вива наблюдала, как Габриэла сбрасывает одежду точными, экономными движениями. Оказавшись нагой, она подошла к Виве и стала помогать ей раздеться, лаская кончиками пальцев каждый открывающийся участок тела. Наконец Вива скользнула губами между разведенных бедер Габриэлы, припадая к сокровенной тайне. Наградой ей стал резкий, судорожный вздох.

——

Габриэла проснулась первой — не медленно всплывая из сна, а мгновенно, рывком. В комнату пробивался дневной свет. Стараясь не потревожить Виву, она выбралась из постели и ускользнула в ванную. Ноги ныли от нетерпения. Пробежка. Вот чего ей хотелось. Идеальное утро для круга вдоль реки. Она нашла телефон — начало шестого. Если выйти сейчас, она успеет заскочить к себе, переодеться и час потренироваться, пока не наступила изнуряющая жара. Вива перевернулась на спину. Копна волос разметалась по подушке, рука лежала ладонью вверх, пальцы расслабленно поджаты. Она не проснулась. Но Габриэла не могла просто уйти. Она присела на край кровати, убрала волосы с лица Вивы и легко коснулась губами её лба. Вива распахнула глаза, мгновенно приходя в себя. — Привет, — она села, оглядывая пристроившуюся с краю Габриэлу. — Решила сбежать? — Совсем нагишом? — Габриэла поцеловала её в губы. — Думала сходить на пробежку. Хочешь со мной? Только мне нужно заскочить домой за формой. — Звучит отлично! — Вива пулей вылетела из постели. Вихрь движений: схватить одежду, кроссовки, стянуть волосы в небрежный хвост. — Дай мне две минуты! — и скрылась в ванной. До квартиры Габриэлы было всего несколько минут ходу. Она впустила гостью, остро ощущая, как Вива оглядывает её скромный интерьер и практичную мебель. Маленькое пространство, почти студия. — Напоминает турне, — Вива прошла на кухню. — Краткосрочная аренда. Но такие квартиры всегда уютнее гостиничных номеров, — она открыла шкаф, достала стакан и налила воды. — Здесь можно готовить. Или ждать, пока кто-то приготовит для тебя. — На днях ты осилила только тосты, — поддразнила Габриэла. — Так что не строй из себя шеф-повара. — Готовлю редко. Но умею. Габриэла скинула халат и принялась рыться в ящике в поисках формы. Даже спиной она чувствовала пристальный взгляд Вивы. Обернувшись, она поймала её на месте преступления: Вива смотрела прямо на её грудь. Вива виновато улыбнулась: — Попалась. Слушай, если ты действительно хочешь бегать, а не сравнивать наши кровати на практике, тебе лучше поскорее одеться. По телу Габриэлы разлилось тепло. Бегать? Когда искушение так близко? С другой стороны, после утреннего бега всегда можно предаться более плотским удовольствиям. — Сначала бег. А потом, возможно... Вива пересекла комнату, прижала горячие ладони к её плечам и поцеловала в шею. — Ловлю на слове. — Буду ждать с нетерпением, — Габриэла поспешно отвернулась, пока окончательно не передумала насчет тренировки. Натянула спортивное бра, шорты и майку. — Готова. Они вышли на набережную, начав с легкой разминки. Габриэла дышала ровно, быстро поймав привычный ритм. Вива бежала рядом легко и непринужденно. Габриэла прибавила ходу, размахивая руками в такт широкому шагу; губы сами расплылись в улыбке от радости движения. Они оббежали мужчину с собакой, и лабрадор, казалось, ответил Габриэле взаимной улыбкой. Бегать с кем-то, кто без труда держит твой темп, было одно удовольствие. Вива не пыталась заговорить, она просто наслаждалась процессом. Шаг у Вивы был длиннее, но они держались плечом к плечу без тех усилий, которые обычно требуются при беге с новым партнером. Похоже, и в спорте они были совместимы. — Сколько еще планируешь? — спросила Вива спустя полчаса. — Что, выдохлась? — Ничуть. Но я уже мечтаю о кофе и яйцах Бенедикт. Там на скалах есть кафе с видом на город, оно прямо-таки выкрикивает моё имя. Габриэла замедлилась. — Это вторая по вескости причина повернуть назад из всех, что я могу придумать. — А первая? — Битва кроватей. Официальное сравнение, — она перешла на шаг и остановилась. Вива тоже замерла, протянула руку и сжала пальцы Габриэлы. — Ты хоть знаешь, насколько ты соблазнительна? От этого касания — горячего и влажного от пота — по телу Габриэлы снова пробежал ток желания. Может, ну его, этот завтрак? Но в животе громко заурчало. Ладно, для любви время еще найдется. Они развернулись и потрусили обратно в более спокойном темпе. В кафе на утесе было многолюдно, но им достался свободный столик с видом на Сити. Вива расправилась с первой чашкой кофе прежде, чем Габриэла успела сделать хоть глоток. — Хорошо, что кофеин не входит в список запрещенных веществ, — подколола она подругу, пока та заказывала вторую порцию. — Раньше я пила только одну чашку, когда... — Вива осеклась. — Когда тренировалась. А теперь могу хоть в космос на кофеиновой тяге улететь, если захочу. Покончив с едой, Вива со вздохом отодвинула тарелку. — Знаешь, я к этой праздной жизни привыкну без малейших проблем, — она помешивала уже третью чашку. — Хотя я совсем не горю желанием звонить своему агенту и объявлять об отставке. Но сегодня придется. — Я думала, ты уже это сделала, — голос Габриэлы невольно стал резче. Тревога уколола её: Вива всё еще тянет. — Нет. Я поговорила с Дипаком и тренером по физподготовке. Но не с агентом. И родителям официально еще не сказала, хотя маме намекала. Поеду в Ваггс-Покет на выходных, там и признаюсь. Они-то будут только рады — стану чаще бывать дома. А вот Ширли, мой агент, расстроится. Я приношу ей кучу денег. На пенсии таких доходов не будет. Габриэла огляделась, ожидая, что из-за соседнего столика сейчас выпрыгнет журналист с камерой. — Ты не говорила, что еще не сделала звонок. — Это не так уж важно, — Вива коснулась её руки. — Турниров сейчас нет. До начала сезона в январе я уже официально уйду, — она криво усмехнулась. — Разумеется, если ты всё еще захочешь со мной встречаться. Габриэла прикрыла глаза. Для Вивы всё просто: она уходит, значит, проблем нет. Но в душе у Габриэлы всё равно скребли кошки. Кодекс поведения официальных лиц был неумолим. Она подавила беспокойство. — Я хочу продолжать наши встречи. Очень. — Я поговорю с Ширли сегодня. Обещаю. Она организует пресс-конференцию. Габриэла кивнула. Всё будет хорошо. Как только Вива перестанет быть действующим игроком, преград не останется. Они смогут быть кем угодно. Рано загадывать дальше пары свиданий, но то, что уже произошло между ними, могло бы стоить Габриэле карьеры в Международной федерации тенниса, узнай об этом хоть кто-то. Она снова огляделась, нервничая как новичок-судья на своем первом матче. Терраса кафе была забита людьми: парочки, поглощенные друг другом, клерки с газетами, шумная компания молодых туристов. Никто не обращал на них внимания. С усилием Габриэла снова сосредоточилась на Виве: на выбившихся из хвоста влажных прядях, на изгибе её руки, на том, как она закусывает губу, когда о чем-то думает. Утреннее желание вспыхнуло с новой силой. Всё будет хорошо.