Я прощаю тебя

Прошло уже несколько часов, как Кроули изучал символы на двери, что отказывалась выпускать их наружу. Несколько раз он пытался разрушить чудо, запечатавшее дверь, но каждый раз ему приходилось мириться с поражением. И хорошо если его попытки не рикошетили прямо в него, потому что несколько раз его собственные чудеса отлетали от двери и больно ударяли демона в грудь. За работой он немного успокоился и привёл в порядок мысли. Встреча с Азирафаэлем прошла в целом не так уж и плохо. Да, Кроули был где-то на грани, но гнев не захватил его целиком, а из-за Джейн он и вовсе был теперь растерян. Стойкое ощущение, что он встретил кого-то очень близкого, не покидало. Её лицо, её взгляд, её внезапное вторжение в его личное пространство – всё это было так знакомо, но демон не мог вспомнить женщину, как бы сильно он не старался. Они были близки в той жизни, где он был ангелом, но какой была эта близость? Демон смотрел на Джейн, что тоже разглядывала светящиеся символы, и отчётливо понимал, что это что-то родственное, будто он встретил старшую сестру или вроде того. У ангелов нет родственников, но возможно она была кем-то вроде его наставницы, появившись на свет чуть раньше него самого? Женщина ткнула в ряд символов, которые сам Кроули тоже уже заприметил. Если бы у них был кто-то снаружи, тот бы без проблем мог разрушить чудо. Её стальные глаза впились в его нечеловечески жёлтые, словно учительница спрашивала нерадивого ученика о том, почему тот не выучил домашнее задание. Под этим взглядом стало как-то неуютно, но Кроули был демоном, а потому держал лицо и лишь слегка раздражённо хмыкнул: – Я не слепой, вижу. Только вот, дорогуша, – Кроули не хотел казаться похабным, но казаться беспомощным не хотел больше, а потому ухмылка сама собой приклеилась к его лицу, – это возможно сделать снаружи, но никак не изнутри. Я, конечно, не действовал в одиночку, но за мной никто не придёт. – ухмылка наконец-то сползла, выдавая бесконечную усталость демона. – На самом деле я сейчас единственное препятствие, которое может помешать Земле выжить, – Джейн нахмурилась. – Метатрон решил использовать меня, как пульт от телевизора, поставить весь мир на паузу, расставить сети, запустить и убить всё живое, оставив в живых лишь ангелов, – краем глаза демон заметил, как слегка вздрогнул Азирафаэль, что сидел в кресле неподалёку. – Трусливый гад, нацепил на меня поводок, чтобы я не мог его ослушаться, – он показательно подёргал себя за ошейник. – Так что, если ничего не придумаем… Хэй, ангелок! – он снова притворно ухмыльнулся и посмотрел прямо на Азирафаэля, что вздрогнул на этот раз всем телом. – Возрадуйся! Тебе выпала благородная миссия по убийству демона, что пробрался в Рай незаконно! – Что? – взвизгнул букинист, резко вскакивая на ноги. – Ты с ума сошёл?! Я не буду тебя убивать! – Нет, будешь, – голос демона стал неожиданно тихим, но твёрдым. – Тебе ведь не впервой. Просто раньше ты для этого использовал слова. Пришло время действий. Азирафаэль беспомощно открыл рот, закрыл, сел обратно. Слова демона больно резанули по его и без того замученной совестью душе. И всё же ангел точно знал, что не сможет убить Кроули, даже если этого от него потребует сам Господь-Бог. Демон был по-своему дорог ему, и убить его было выше всяких сил. Бессильная злость снова заставила букиниста сжать кулаки: – Не буду. Тебя вообще здесь не должно было быть! – Но я здесь! – взревел демон, заставляя Азирафаэля немного растерять запал. – Я здесь, ангел, – уже спокойней произнёс Кроули. – И если в тебе осталась хоть капля совести, то ты убьёшь меня прежде, чем Метатрон снова возьмёт меня на поводок. На какое-то время воцарилась тишина. Джейн странно посмотрела на Кроули, затем на Азирафаэля, и села на диван напротив верховного архангела. Её взгляд выражал недовольство, но чем именно она была не довольна, женщина сказать не могла, а потому просто смотрела. Азирафаэль же сидел тихо, как-то недовольно сопя. Их последний с Кроули разговор закончился катастрофой с его точки зрения, да и с точки зрения демона тоже, но ангел успокаивал себя тем, что его друг хотя бы был в безопасности. И вот спустя год, Кроули объявился в самом сердце вражеского лагеря. Когда букинист только увидел Змея, он даже слегка обрадовался, но потом тот сказал, что вернулся на Небеса исключительно из-за людей… В общем, Азирафаэль был разочарован и напуган. Разочарован, потому теперь он точно понимал, что Кроули хотел от него лишь одного, а получив отказ, сразу же забыл об их шеститысячелетней дружбе. Хорош же друг… Было горько и обидно, однако злился он всё же на себя. Чувствовал же, что Кроули уже давно перешёл грань дружбы, но ничего не говорил. Ему было страшно: отказаться от Кроули не получалось, не хотелось, принять же его чувства, тоже было нельзя, да и сомневался он в их искренности. Однако, куда сильнее был страх, что Кроули уничтожат, ведь он добровольно приполз в Рай. Он просто переживал за этого старого змея, а тот ещё и продолжал сыпать соль на рану, обвиняя его во всех грехах, а ведь он просто хотел спасти этого демона. – Я не стану брать на себя такой грех, – упрямо заявил букинист, складывая руки на груди и отворачиваясь. – Грех?! – взревел демон. – Грех ты на душу брать не хочешь?! Азирафаэля резко дёрнули чужие руки, и ангел уставился в тусклые змеиные глаза. Кроули навис над ним, его аура буквально полыхала яростью, его руки впились в подлокотники, хотя хотели бы сомкнуться на бледной шее бывшего друга. Джейн заметно напряглась, вскочила с места и положила руки демону на плечи, пытаясь оттащить, но тот лишь раздражённо сбросил их. – Нет уж, святоша, – зашипел Кроули, наклоняясь ещё ближе к лицу Азирафаэля, – ты возьмёшь этот грех на душу. Не пытайся тут никого обманывать. Из нас двоих истинный демон – это ты, а не я. Я всегда был честен и помогал тебе, даже если это имело для меня серьёзные последствия. Но ты… Ты, святоша, лишь использовал меня. И в те немногие разы, когда я осмеливался хоть что-то попросить у тебя для себя, ты напоминал мне, что в этих отношениях, лишь ты имеешь права просить, – в серо-голубых глазах ангела промелькнул стыд, Азирафаэль знал, что демон прав. – Если эти гады меня схватят, ты убьёшь меня. Мне плевать, как и чем, но ты, сукин сын, это сделаешь. Ты меня понял? Азирафаэль попытался отвернуться, но Кроули перехватил его подбородок рукой и жёстко повернул к себе, заставляя смотреть в глаза. Эти безжизненные жёлтые глаза прожигали насквозь до тех пор, пока ангел не кивнул, при этом заметно покраснев. Хмыкнув, демон отпустил бывшего друга и снова вернулся к двери. Женщина проводила того взглядом, словно опасаясь, что тот снова попытается вытрясти душу из верховного архангела, и опустилась на диван напротив, сверля Азирафаэля взглядом серых глаз. Тот нервно оттянул бабочку, сел ровнее и наконец-то беспомощно вздохнул. – Полагаю, у тебя много вопросов, Джейн, – та кивнула, по-прежнему требовательно глядя на собеседника. – Я не рассказывал тебе о Кроули, потому что ты – ангел, едва ли ты бы одобрила дружбу ангела и демона. Но мы с Кроули знакомы ещё со времён Эдема. И… – Азирафаэль помедлил, – он прав, я эгоист, который привык лишь брать. – О, у какого-то проснулась совесть? – ухмыльнулся демон. – Поздно только уж… И тут дверь щёлкнула, отворилась без скрипа. У Кроули душа ушла в пятки. Неужели всё? Но потом он увидел знакомые лица и выдохнул. В дверном проёме было двое: высокий и элегантно одетый Гавриил, а также низенькая и в неожиданно светлых шмотках Вельзевул. Гавриил невесело усмехнулся, взглянув на ошейник и оковы Кроули, Вельзевул же смерила взглядом Азирафаэля и Джейн, задержав на последней взгляд. – Это ещё кто? – не сводя настороженного взгляда с женщины, поинтересовался бывший князь Тьмы. – У нас из-за неё могут быть проблемы? – Вряд ли, – Кроули пожал плечами. – Это Джейн. Ну, по крайней мере, такое имя ей дал Азирафаэль. Она немая и коммуницировать с ней не получается. – Вздор! – Гавриил начудесил бумагу и ручку, но только бывший верховный архангел протянул их новой знакомой, как те исчезли. – О! И правда… – Короче, – Вельзевул нервно оглянулась, – выходите уже скорее. Зайдём в кабинет Метатрона, по словам Сариэля он там в ближайшее время не появится, а нам надо обсудить дальнейшие наши действия. Все тут же поторопились на выход. Гавриил тем временем поведал, что это Сариэль их вызвала, в общих чертах рассказала, что Метатрон затеял, и где искать Кроули, а также, что дверь в кабинет Бога открывается только снаружи, и, если они по глупости запрутся, их уже никто не вызволит до самого прихода Гласа Божьего. Три ангела и два демона перекочевали в соседний кабинет, который оказался не заперт, видимо, Метатрон не особо беспокоился о том, что кто-то может вломится к нему. Вельзевул осталась возле входа наблюдать за ситуацией. Кроули же снова чудеснул ангельскую маскировку, прекрасно осознавая, что если не попадаться главной четвёрке негодяев, то он спокойно сможет расхаживать по Раю. Гавриил же начал рыться в документах, будто надеялся что-то найти. Лишь Джейн и Азирафаэль растерянно топтались на месте, понимая, что оказались втянуты в крайне неприятную историю. Убедившись, что в коридорах тихо, Вельзевул подошла к рыжеволосому и принялась изучать его оковы, иногда недовольно шипя от благодати, что от них исходила. В документах тем временем не нашлось ничего важного, бывший верховный архангел недовольно цокнул языком и присоединился к демонам в изучении оков, и снова цокнул ещё более недовольно. – Дело дрянь, – констатировал он. – Похоже, оковы ковали специально для тебя, Кроули. И этот ошейник… Символ Подчинения очень сложно разбить. Сариэль не уточнял, но думаю нам нужно это знать. Зачем ты нужен Метатрону? – Я могу… – демон замялся, всё ещё будучи не уверенным в том, стоит ли об этом рассказывать, но всё же сдался, решив, что скрывать это дальше попросту несправедливо по отношению к другим, – могу управлять временем. В пределах разумного. В комнате воцарилась гробовая тишина. Гавриил в страхе прикрыл рот ладонью, Вельзевул аж перекосило от недоумения и злости, даже Джейн удивлённо приподняла одну бровь, глядя на демона с лёгким скепсисом. Лишь Азирафаэль оставался невозмутим, искренне не понимая, почему эта способность Кроули вызвала такую реакцию. – А почему вы удивляетесь? – всё же нарушил тишину нынешний верховный архангел. – Кроули же не раз использовал эту способность. Мне казалось, все знают. – Ты знал! – возмущению архангела Гавриила не было предела. – Ты хоть понимаешь, что перед нами не просто павший?! Это как минимум архангельский уровень! Если не серафимский… Вот тут-то у Азирафаэля отвисла челюсть. Хоть сам Азирафаэль и был херувимом, но серафимов он ни одного не знал лично, а тут выяснялось, что Кроули возможно в прошлом был как раз серафимом. Правда, судя по реакции самого демона, это было новостью и для него. А потом всем пришло осознание того, как именно Метатрон решил использовать Змея-искусителя. Вельзевул грязно выругалась и принялась мерить шагами кабинет, пока все за ней просто наблюдали. Спустя пару минут она остановилась напротив Змея: – Ты ключ к победе Рая, – тот мрачно кивнул. – Если не сломаем Символ Подчинения, то тебя надо убить, – снова мрачный кивок. – Твою мать! Какой же он всё-таки утырок этот Мегагондон! – Вельзевул прикрыла глаза и сжала пальцами переносицу, пытаясь успокоиться. – Впрочем, неважно. Гавр, как сломать печать? – Если бы я знал, то уже бы сломал, – огрызнулся тот. – Вообще был какой-то секрет, позволяющий стереть Символ Подчинения, но я его не помню, будто память стёрли… Демон задумчиво уставился на Гавриила. Разве могли архангелу стереть память? Вполне, если архангел был не очень-то удобным. Ведь если верить тому обрывку воспоминаний, то для стирания памяти нужно два условия, а именно доказанная и признанная вина. И не важно, что это за вина, ведь никто не уточнял, а значит, это лазейка, которой мог воспользоваться Метатрон. Ведь Сариэль смогла повлиять на память самого Кроули лишь потому, что над ним был суд, пусть он и был в теле Азирафаэля, но, видимо, это считается. Над Гавриилом тоже был суд, но вряд ли ему стёрли память после него, ведь после него архангел вполне успешно сам себе стёр память. Так где же ещё успел накосячить сам архангел Гавриил? Или это знание стёрли ещё до постановки жёстких условий?.. – Если бы эта лазейка была, то Сариэль сняла бы Печать с себя в первую очередь… – задумчиво хмыкнул демон, решив, что сейчас надо сосредоточиться на ином. – Убить меня в Раю едва ли столь сложно. Сейчас главное убедиться, что у Метатрона ничего не выйдет. Я всё сделал. В Аду все готовы? А на Земле? – Все в полной боевой готовности, – кивнула Вельзевул, продолжая задумчиво изучать символы на ошейнике. – Хм… Получается, Сариэль тоже на крючке? – Кроули лишь развёл руками, мол, имеем, что имеем. – Это многое объясняет. И всё же я думаю, Гавр прав. Тут есть какой-то секрет, – она задумчиво провела кончиком пальца по рунам, зачитывая: – «Лишь тот, кто сможет сам для себя избрать… нерушимой воли… сможет быть ведомым». Избрать что? Тут будто что-то пропущено. – Это перепутанный Символ Усиления, – пожал плечами Гавриил, не находя в прочитанном на ошейнике ничего интересного. – Там должно быть: «Лишь тот, кто сможет сам для себя избрать служение нерушимой воли божьей, сможет обрести силу». Символ Усиления позволял ангелам более эффективно выполнять свою работу, но после ангелу, использовавшему Символ, требовался отдых и восстановления эфирных сил. Потому сейчас его практически не применяют. Эффективный менеджмент решил большинство проблем. Кроули неожиданно для всех выдохнул удивлённое «О» и поражённо уставился на бывшего верховного архангела. Лишь Джейн одобрительно улыбнулась, будто тоже что-то поняла, пока остальные смотрели на демона и ждали его объяснения. Он же лишь усмехнулся: – Кажется, я кое-что придумал… – С Символом? – нахмурился бывший верховный архангел. – Нет, – змей хмыкнул всё ещё самодовольно ухмыляясь. – Напомни мне, Гавриил, какова иерархия ангелов в Раю? А точнее, есть ли кто-то чьи приказы выше приказов Метатрона? Джейн перестала улыбаться, вместо этого их новая немногословная знакомая странно нахмурилась, будто не совсем довольная поворотом событий. Зато Гавриил тоже сложил губы в удивлённое «О», понимая ход мыслей демона. Остальным же всё ещё приходилось лишь нетерпеливо дожидаться объяснений и терпение было на исходе. Только Вельзевул хотела уже поторопить своего возлюбленного, как тот заговорил сам: – И как я сам до этого не додумался! Метатрон – Глас Божий, он подчиняется напрямую Богине и мне… – сказал и тут же отрицательно замотал головой, понимая, что сказал глупость. – Э-э-э… Не мне. Я имел в виду – верховному архангелу. Теперь все устремили взгляды на Азирафаэля, что до этого момента предпочитал молча наблюдать. Тот невольно съёжился под их взглядами. Он всё ещё не до конца понимал, что тут происходило, и как он оказался во всё это втянут. Лишь одно понимание сформировалось в его голове – Кроули не врал, он здесь действительно лишь с одной целью, а именно спасти человечество, и судя по всему, у него действительно был какой-то план, о котором были в курсе и остальные. А теперь он и сам, похоже, стал частью этого плана. Букинист растерянно переводил взгляд с одного на другого, понимая, что именно он – действующий верховный архангел Рая, а значит, они будут требовать от него отдавать приказы Метатрону. И это его пугало, потому что он знал, что это бесполезно. Он пробыл здесь целый год и половину из этого срока взаперти вдали от чужих глаз. Метатрон не позволит собой командовать. По крайней мере такому, как Азирафаэль. – Если вы думаете, что я не пытался, то зря, – тихо выдохнул блондин, оглядывая кабинет. – Я с самого начала наивно думал, что у меня получиться изменить Рай. Я пытался. Но я не лидер, поэтому лишь смог скорректировать план «Второе пришествие», которое именно Вторым пришествием и должно было быть, но, скажем так, я старательно вставлял палки в колёса. Иисус отказался от этой роли и пропал. Никто не знает, где он. Боюсь, это я виноват, – в голубых глазах ангела мелькнули слёзы. – Я думаю, Метатрон что-то сделал с ним. Кроули помрачнел, он знал этого сына плотника лично, и ему даже было жаль, что тот всё же попал в Рай, хотя и участи Ада тому не желал. Однако, теперь выяснилось, что Азирафаэль сумел уболтать того отказаться от страшного суда, и теперь святой куда-то пропал. Злость переполняла демона, хотелось бросить всё, найти Метатрона и надрать ему зад. Но тут Азирафаэль тихо продолжил свой рассказ: – Он не убил его, нет, по крайней мере он уверял меня в этом, но возможно лишил беднягу памяти, решив, что «Второе пришествие» обойдётся и без Иисуса. После этого началась усиленная боевая подготовка, а ещё… – ангел замялся и нерешительно поднял глаза на Кроули. – Ещё он просил выйти на связь с Кроули, я отказывался. Но он ему был зачем-то нужен. Теперь мы знаем зачем. Так или иначе полгода назад, после официального объявления о «Втором пришествие», я попытался отдать Метатрону первый и единственный приказ, но я даже сказать ничего не успел, как он схватил меня, заткнул мне рот и швырнул в кабинет Бога. До сегодняшнего дня он ни разу туда не заглядывал. И если бы не Джейн, я бы точно сошёл с ума в одиночестве. – И почему я не удивлён? – горько ухмыляется змей. – Как это верховный архангел будет связываться с каким-то там грязным демоном. – Я не поэтому отказывался! – возмутился Азирафаэль. – Я не хотел, чтобы он использовал тебя в своих целях! – Ты преуспел. Тихое шипение демона было подобно ушату холодной воды. Букинист сжал кулаки, отчаянно пытаясь не разрыдаться. Такого пренебрежения от друга, пусть и бывшего, он не ожидал. Но ведь он действительно не преуспел в этом деле. На Кроули Символ Подчинения, и он ничего не может с этим сделать. Так же как не может исправить то, что сделал год назад, хотя всего лишь пытался защитить, помочь снова стать ангелом, каким змей всегда и был, хоть и не признавал этого. Кроули тяжело вздохнул, понимая, что сейчас не время для обид, Азирафаэль, увы, ему нужен. К тому же, сейчас ангел не врал, он действительно пытался помешать очередному Армагеддону. Похоже, Азирафаэль всё же проникся идеей защиты человечества, но по-прежнему был слишком наивен. Изменить Рай? Ха! На это способен разве что Господь-Бог, но ей уже плевать на то, что тут происходит. – Ладно, – поднимая руки в знак примирения, заговорил демон. – Моя идея на самом деле заключается не в приказе Метатрону. Азирафаэль для этого действительно слишком мягкотел. Но! – он поднимает палец верх. – Гавриил, если мне отдадут приказ одновременно Метатрон и верховный архангел, чей приказ я исполню? – Верховного архангела, – задумчиво почесал затылок архангел. – Именно! Нам просто нужны ещё одни оковы. Демон показательно помахал в воздухе руками, на которых блестели золотые оковы. Вельзевул одобрительно хмыкнула, Гавриил тоже оценил идею, показательно аплодируя, Джейн неуверенно кивнула, будто ещё сомневаясь. Лишь Азирафаэль промолчал, понимая, к чему клонил змей. Вот только он никогда таким не занимался и не был уверен, что у него получится. – У нас примерно часа два в запасе, – прикинул бывший верховный архангел. – Успеем. Пойдёмте в кузню. Он щёлкнул пальцами, и на лице Гавриила появилась густая аккуратно подстриженная борода, а волосы заметно отросли и стали завиваться. Мелочь, но в таком виде никто из бывших подчинённых его не узнает. Архангел уже двинулся к двери, когда его остановила Вельзевул, схватив за локоть. Она прикрыла глаза, будто к чему-то прислушиваясь. – Всё чисто, – на вопросительный взгляд Кроули, бывший князь Тьмы лишь усмехнулся. – Ты чуешь ложь, а я могу использовать мух в качестве шпионов. Энергозатратно, зато мы точно не напоремся на врага. – Ловко, – одобрил демон. – Я не кузнец, – попытался тихо возразить Азирафаэль, снова с отчаянием переводя взгляд с одного собеседника на другого. – Я не смогу. – Там ничего сложно, – Гавриил хлопнул ангела по плечу. – Даже такой простофиля как ты справится. Идём. Только замаскируйся немного. Букинисту ничего не оставалось, кроме как тяжело вздохнуть и щёлкнуть пальцами. Вместо привычного, пусть и белоснежного, старомодного костюма появился более современный и в более серых тонах, а лицо стало круглее, на носу появились смешные круглые очки, а волосы стали русыми и аккуратно зализанными назад, в дополнение ко всему под носом появились густые русые усы. Такой образ получил одобрение со стороны остальных, и все двинулись в сторону ангельской кузни. Коридоры Рая будто совсем опустели. Похоже, времени у них действительно было очень даже немного. Зато маскировка, по сути, была даже излишней. В кузне был один единственный ангел, и то он не обратил на них никакого внимания, полируя свой меч. Ангельская кузня выглядела совершенно не так, как человеческая, хотя что-то общее можно было найти. Здесь были ванны со святой водой и чаши со святым огнём для закалки изготовленного оружия. А ещё здесь были ванны полные эфирной энергии, из которой и ковалось всё оружие. Правда, ковалось оно тоже не в привычном для человека понимании, тут неважно была физическая сила, лишь эфирная. Компания мятежников отошла подальше от единственного посетителя кузни, и Гавриил тут же утянул Азирафаэля в процесс. Кроули осталось только злорадно наблюдать за потерянным ангелом, что тяжелее книг ничего в своих руках не держал уже очень давно, хотя, если подумать, некоторые книги были тяжелее любого молота. Впрочем, физической силы здесь и не нужно было, что делало букиниста ещё более растерянным, потому что он был не очень тонок в заклинаниях. Вельзевул и Джейн стояли рядом с демоном, не желая вмешиваться. К тому же здесь было довольно опасно для адских существ, столько святого, что даже воздух будто жёгся. Но Кроули, кажется, уже начал привыкать к постоянному жжению, а вот бывший князь Тьмы невольно ёжился от неприятного покалывания. Тишина была какой-то густой, вязкой и неприятной, поэтому лорд повернулся к бывшему подчинённому, тихо спрашивая: – Так что между вами произошло? – рыжий недоумённо приподнял одну бровь, глядя на бывшую начальницу с немым вопросом в глазах. – Между тобой и этим недотёпой? – она кивнула в сторону Азирафаэля. – Ты злишься на него. А ещё я чую боль, она волнами исходит от тебя. – Вот как… – змей поморщился, понимая, что отрицать очевидное слишком глупо. – После вашего с Гавриилом ухода я подумал, почему вам можно, а нам нельзя? И решил поговорить об этом с ним. Разговор не вышел. Я для Азирафаэля всегда был лишь удобным инструментом. Он ведь знал, наверняка, знал. Так же как Гавриил узнал, стоило ему только прислушаться к своим ангельским ощущениям. Я давно должен был это понять, но до последнего хотел верить, что Азирафаэль наконец-то понял, что не цвет крыльев нас определяет, а лишь поступки. Но нет, он хотел, чтобы я снова стал белокрылым. – А ты сам не хотел этого? – Сатана упаси, нет, – покачал головой демон. – Пусть у меня и немного воспоминаний осталось об ангельской жизни, но я помню это лицемерие. В Аду все гораздо честнее, что парадоксально. А ты бы хотела обратно? – Нет, – Вельзевул понимающе хмыкнула. – Ни за что. В Аду веселее. Эта мудачка даже на суде не присутствовала, огласила приговор и всё. И кто она после этого? Даже не взглянула, как её дети падают в бездну. Я вот лично присутствую на казнях. – Ты казнила лишь меня и то неудачно, – хохотнул змей-искуситель. – Но согласен. Это особый вид жестокости. Говорить своим детям, что любишь их, и низвергать в Ад, даже не взглянув на них в последний раз. Зато я помню, как ликовал Метатрон. Не помню, что он там говорил, но помню его самодовольную наглую харю. Какое-то время оба молчали, вспоминая свои падения. Было больно, обидно и чертовски несправедливо. Их немая знакомая лишь с сочувствием посмотрела на обоих представителей Ада. Кроули помнил, как Метатрон наклонился к нему и что-то зло прошептал в ухо. Ему всегда казалось это странным, но теперь, когда тот признал, что они были знакомы, это уже выглядело не таким странным. Но сколько демон не силился вспомнить последних слов Гласа Божьего, ему это так и не удалось. Поэтому змей переключил своё внимание на двух архангелов, что корпели над новыми оковами для него. Азирафаэль в своём новом обличие аж покраснел, пытаясь в точности повторить руны на эфирных заготовках. Гавриил уже начинал злиться, но с упрямством ангела продолжал что-то объяснять и показывать. Это немного развеселило демона, и он ухмыльнулся уголком рта. – Ты правда не помнишь кем был раньше? Вопрос Вельзевул озадачил. Помнил ли он? Едва ли. Он помнил, чем занимался, что ему нравилось, что его вдохновляло. Помнил, что иногда лично общался с Богиней, но совершенно не помнил её лица, даже не мог сказать была ли она высокой или низенькой в своём физическом воплощении, лишь голос был ему смутно знаком из недавнего воспоминания. Ещё он помнил эту кузню. Будучи ангелом, он часто здесь бывал, делал заготовки будущих звёзд. Взгляд тусклых змеиных глаз следил за руками Азирафаэля, пока демон вспоминал, что и сам часто вот так выводил руны для очередного творения. А ещё помнил собственное разочарование, когда от Азирафаэля узнал, что его творения будут уничтожены через жалкие шесть тысяч лет. Голова вдруг адски загудела. Зашипев, змей сжал виски, массируя, пытаясь успокоить боль, но она и не думала проходить. В глазах потемнело, потом наоборот резко посветлело, и он услышал голоса, звучащие будто издалека. «Метатрон! Это правда? Через шесть тысяч лет всё, что мы создаём сейчас, будет уничтожено?» – Кроули с удивлением узнал собственный голос, возмущённый и злой. «На то воля божья. Или ты сомневаешься в её замысле?» – надменный голос Метатрона невозможно было спутать с чьим-то ещё, он будто насмехался. «В её замысле я не сомневаюсь, а вот в тебе…» «Осторожнее. Тебе не нужен такой враг, как я». «Я спрошу у неё лично». Глас Божий схватил ещё пока что ангела за локоть и посмотрел на того предупреждающе, но ангел вырвался и вышел из кабинета Метатрона, направляясь в соседний. Без стука и предупреждения вваливаясь в кабинет Бога. Там кто-то был, но Кроули никак не мог разглядеть даже силуэт. «Это правда, что миру отведено лишь шесть тысяч лет, а потом он будет уничтожен?» Раздался усталый вздох. И тихий женский голос, в котором ощущалась властность и мудрость спросил: «Кто тебе это сказал? Метатрон?» «Да, Богиня». «Не верь всему, что говорит Глас Божий. В последнее время он оглашает не мою волю, а лишь свою собственную. Да, я отвела этому миру шесть тысяч лет, но после он будет не уничтожен, а испытан. Если мир людей пройдёт испытание, то продолжит своё существование в том виде, в котором уже существует. Если же нет, то придётся его подправить. Но уничтожать его я не собираюсь. Это моё творение, и как творец я буду его защищать». «Слава тебе…» «Что до Метатрона, я поговорю с ним. Полагаю, я дала ему слишком много свободы и тщеславия». Боль медленно отступила, видение рассыпалось, будто и не было. Кроули тяжело дышал, одной рукой держась за стену, о которую опирался, а второй всё ещё пытаясь массировать висок. На него глядели две пары обеспокоенных глаз, причём серые глаза немой знакомой были даже слишком обеспокоены. Хотя что можно взять с ангела? Азирафаэль и Гавриил заминки не заметили, всё ещё чудеся над оковами. – У тебя кровь из носа течёт, – в голосе лорда Ада слышалось лёгкое беспокойство. – Ты как? – Всё в порядке, – соврал демон, быстро вытирая кровь и оглядываясь. Ангел, что ранее тут начищал своё оружие уже успел уйти. Хорошо. – Я в Раю уже почти двое суток. Вероятно, слишком надышался благодатью, – Вельзевул нехотя приняла это объяснение. – Что до твоего вопроса, нет, я не помню, кем был. Помню, что делал. – И что же? – Создавал звёзды и вселенные. Бывший князь Тьмы присвистнул, оценивающе оглядывая демона перед собой. Кроули шмыгнул носом, заставляя свой организм исцелиться. Хоть он и мог себя исцелять, змей чувствовал, что его человеческая оболочка на пределе, он сам себя довёл до такого состояния и теперь даже немного сожалел. Надо было меньше кутить и глушить боль алкоголем. Тем временем оковы были готовы. Тихо ругающийся себе под нос Азирафаэль мог бы даже выглядеть мило, но Кроули заставил себя не смотреть, это было выше его сил. Гавриил выглядел не менее вымотанным, всё-таки даже у ангельского терпения были лимиты. Они подошли к остальным, букинист гордо вытянул руки, демонстрируя обыкновенные серебряные кольца с рунами на них. Змей смерил того каким-то не по-доброму весёлым взглядом и резко задрал гачи на своих джинсах, обнажая щиколотки и веселясь ещё больше, наблюдая смущение ангела. – Надевай. – На ноги? – шало поинтересовался блондин, получая уверенный кивок. – Почему на ноги? – Чтобы Мегагондон ничего не заметил, разумеется. Кроули злобно скалился, наблюдая, как Азирафаэль опустился на колени, понимая, что демон прав. Едва подавив дрожь от лёгкого прикосновения ангела, змей зашипел от очередной порции благодати, что теперь жглась на щиколотках. Однако, когда взгляд тусклых змеиных глаз зацепился за ангельскую макушку, боль отошла на второй план. Захотелось сжать волосы блондина в кулак и… Демон поспешил отогнать эту мысль, пока его буйное воображение не слишком разыгралось. Ему хватило этих фантазий в первые дни после ухода Азирафаэля, когда он представлял, как будет того наказывать и унижать за этот уход. И каждый раз его воротило от самого себя. Так что нет, не будет он об этом думать. Когда красный, как помидор, ангел поднялся на ноги, Кроули лишь хмыкнул и поправил гачи, чтобы кольца было не видать. Попытался пройтись с этим ощущением жжения. Походка получилась не более расхлябанной, чем обычно, что было маленькой победой. – А теперь запрети мне колдовать. Проверим, работают ли они. – Я приказываю тебе не пользоваться какой-либо магией, – покорно и тихо сказал букинист. Сразу после этих слов рыжеволосый попытался сотворить что-нибудь, но не смог. Даже попытался помочь себе руками, рисуя руны в воздухе, но те не вспыхнули, как бывало обычно. – Класс, – демон продемонстрировал поднятый вверх большой палец. – А теперь расколдовывай. – Ты свободен от приказа. Сразу после щелчка пальцев в руках демона появилась белоснежная шляпа, которую тот надел на голову. Ещё щелчок и шляпа исчезла. – Лорд Вельзевул, – наигранно официально обратился к бывшей начальнице искуситель, – общий сбор ангелов ведь уже начался? – Да, – лорд прикрыл глаза, удостоверясь. – Она собираются в главном зале. А ещё… – она задумчиво повернула голову, словно увидела что-то ещё, хотя глаза её по-прежнему были закрыты. – Они обнаружили твою пропажу. Ищут. – Тогда спрячемся у всех на виду. Идём в общий зал. Демон двинулся было к выходу из кузни, когда его неожиданно остановила крепкая хватка Азирафаэля, что вцепился ему в локоть. Он удивлённо уставился на бывшего друга, гадая, что на того нашло. Блондин нервно вздохнул-выдохнул и тихо сказал: – Мы ещё можем сбежать вместе на Альфу-Центавра? Кроули отшатнулся от ангела, словно тот залепил ему пощёчину. Вельзевул невольно вздрогнула от резкой волны боли и отчаяния, нахлынувшей на неё со стороны змея. А Азирафаэль просто смотрел в эти блёклые глаза. Да, Кроули не хотел с ним дружбы, но он всё ещё его друг, которого ангел отчаянно хотел защитить. Эти полгода Азирафаэль о многом успел подумать. Он был трусом. О, каким он был трусом! Он ведь чувствовал, что от демона исходили волны любви, но наивно думал, что это дружеская любовь. Точнее заставлял себя так думать. Потому что если бы он признался себе в том, что его друг влюблён в него, то это бы всё изменило. Сама только мысль, что он любим этим чертовски добрым демоном, пугала. И когда Кроули решился об этом заговорить в тот день, он был не готов. Он и сейчас не готов. Но ещё больше не готов потерять своего единственного друга, который верил в него, пока остальные считали его ущербным. Но этот разговор… Азирафаэль в очередной раз струсил. Он думал, что если уговорит Кроули пойти с ним на Небеса, то тот будет в безопасности, что змей снова станет ангелом, и тогда их связь не будет столь опасной для них обоих. Он просто хотел защитить, пусть и по-своему. Но Кроули был прав, он идиот. Думал, что сможет что-то изменить, а на деле Рай действительно ничем не отличался от Ада. Поэтому он втайне надеялся, что демон придёт за ним, и тот пришёл, но не за ним. Но может они ещё могут быть друзьями? – Я, конечно, знал, что ты жесток, ангел, но не думал, что настолько, – тихо прошипел змей, поражённо вглядываясь в голубые глаза напротив. – Возвращаешь мне мои же слова? Напомни, ангел, что ты ответил мне в прошлый раз? Внутри Азирафаэля всё похолодело. Разумеется, он помнил, что тогда сказал. Он отказался из гордости и наивности. Верил, что сможет что-то изменить. Время шло, ситуации менялись, а он по-прежнему наступал на эти грабли. Он открыл было рот, чтобы ответить на вопрос, но это оказалось выше его сил, и он покачал головой. – Тогда я напомню тебе. Ты сказал, что прощаешь меня. И что сделаешь всё по-своему. Как думаешь, каким будет мой ответ? – блондин молчал, и молчание это было тяжёлым. – Так и знал. Хмыкнув, демон пошёл дальше. Пока остальные лишь поражённо переглядывались, пытаясь понять, что это сейчас было, Азирафаэль решился. Он сжал кулаки и воскликнул: – Я не хочу, чтобы ты пострадал. Пусть ты и предал нашу дружбу, я всё ещё беспокоюсь о тебе и не хочу терять. – Я предал?! – рыкнул демон и подошёл к ангелу почти вплотную, полыхая яростью, но голос его при этом был опасно спокоен. – Нет, Азирафаэль, из нас двоих лишь ты предатель. Ради тебя я всегда делал всё, даже если потом Ад узнавал о моих благих делах и жестоко наказывал. Ты хоть раз спросил меня о моём самочувствие после этих истязаний? А? – блондин стыдливо отвёл взгляд. – Ты сам хоть раз делал что-то для меня просто так? Ты соблюдал соглашение, да, но лишь потому, что оно было для тебя удобным. Зачем ехать в Эдинбург поезде, если можно отжать машину у демона, что рад угодить? Ты ведь знал, всегда знал, что я питаю к тебе слабость, – Азирафаэль вздрогнул, хотел возразить, но Кроули не дал: – Не ври, не утруждайся, твоя ложь воняет гнилью. Я всегда её чувствовал, просто не знал причины, но теперь… – рыжеволосый горько усмехнулся. – Я больше не позволю тебе врать мне в лицо. Ты ведь всегда мог мне сказать правду, но молчал, это тоже было удобно. Не так ли? – Я думал, что это дружеская привязанность… – прошептал ангел, а затем неожиданно зло посмотрел на демона. – А ты лишь хотел замарать меня грехом. Это было, наверное, очень весело? Соблазнять ангела? Наблюдать за его падением? Я предлагал тебе белые крылья, чтобы наша связь была чистой, но ты отказался. Я просто хотел тебя защитить, ведь ангелы не трогают ангелов, им вообще друг на друга плевать. Но ты гордый. Не пошёл со мной. Ещё и напоследок попытался совратить… Лучше бы Азирафаэль его ударил, чем говорил такое. Кроули никогда не желал падения своему ангелу, но вот что оказывается, тот думал всё это время. Он думал, что для Кроули это просто развлечение. Очередной соблазн. Как он смел так думать, ощущая исходящую от искусителя ауру любви? Как он смел?.. Гавриил хотел было уже вмешаться и сказать, что сейчас нету времени на эти разборки, но Вельзевул коснулась его локтя, заставляя обратить на себя внимание, и покачала головой. Одним лишь взглядом говоря: «Пусть они уже выскажутся». И бывший верховный архангел подчинился. Однако менее неловко от этого не стало. – Ты идиот, – рыжий усмехнулся. – Но я прощаю тебя, – Азирафаэль вздрогнул. – Прощаю тебя за то, что ты всегда был эгоистом. За то, что посмел думать о том, что я просто хотел тебя соблазнить. За то, что даже сейчас ты продолжаешь трусливо убегать от правды. – От какой правды? – немного раздражённо отозвался ангел. – От той, где мой лучший друг на самом деле просто хотел переспать со мной? – От той, где ты просто пользовался мной, а я, зная это, всё равно любил тебя, – Азирафаэль зажмурился, отчаянно мотая головой, отказываясь от такой правды, чувствуя подступающие слёзы. – Я всегда любил тебя, – слова давались неожиданно легко, даже не выжигали ничего внутри демона, ведь не было смысла и дальше убегать от правды, всё уже сказано и сделано. – И в тот день, когда я тебя поцеловал, ты не мог это не почувствовать. Ведь ангелы ходячие детекторы любви. Я уже убедился в этом на горьком опыте. – Ты не можешь так со мной поступать… – голос сел, горькие слёзы всё же пролились из ангельских глаз. – Ты заставляешь меня выбирать между тем, что правильно, и тем, что… – У тебя было шесть тысяч лет на раздумья, – перебил демон. – Срок более, чем достаточный. Да и выбор свой ты уже сделал. Поэтому сейчас от тебя требуется лишь одно – не дай Метатрону завладеть моей силой. Используй оковы, но, если ничего не выйдет, просто убей. Идём! Кроули двинулся вперёд. Азирафаэль больше не смел его задерживать, понимая, что он только что потерял своего друга раз и навсегда. Гавриил подошёл к ангелу, заглянул в глаза и покачал головой, во взгляде фиолетовых глаз было сочувствие вперемешку с презрением, словно тот ещё не определился, как относиться ко всему этому. Хлопнув букиниста по плечу, архангел последовал за демоном. Вельзевул же посмотрела на Азирафаэля исключительно с презрением, будто на таракана. Но взгляд Джейн напугал того больше, она смотрела на блондина с яростью, будто она уже мысленно убила его и не раз. Замечая страх в глазах верховного архангела, женщина беззвучно цокнула языком и поспешила нагнать Кроули, обогнав остальных. Азирафаэлю оставалось лишь замыкать шествие. Кроули тем временем сам едва держался. Хотелось всё бросить, забиться в какой-нибудь тёмный уголок и уснуть, возможно даже навечно. Джейн нагнала его и просто шла рядом. Он всё ещё не мог вспомнить, кто она, но рядом с ней почему-то было легче, и он был за это благодарен. Они шли по коридорам Рая молча, пока в какой-то момент Вельзевул не чертыхнулась и не потянула их в сторону. – Там Михаил и Уриэль, надо удрать от них, пока они не почуяли наши ауры. – Это не проблема, – Гавриил схватил свою возлюбленную за руку. – Беритесь за руки, я скрою нас от их внимания. Только видите себя тихо. Я, как бывший верховный архангел, может и могу скрыть ауры, но не посторонние шумы. Вельзевул крепче сжала руку своего архангела и схватила Кроули, потянув куда-то за собой. Не успел демон опомниться, как за вторую руку его схватила их немая знакомая, а Гавриил схватил Азирафаэля. Бывший князь Тьмы легко утянул их в чей-то небольшой и пустующий кабинет. Все замерли, боясь даже дышать. Какое-то время было тихо, но вот послышались торопливые шаги, которые замерли рядом с их укрытием. Послышались ещё одни шаги, более спокойные, которые также замерли неподалёку. – Михаил, куда ты помчался? – послышался голос Уриэль. – Показалось, – мрачно констатировала Михаил, оглядывая коридор. – Где только может быть этот паршивец? Да и эти двое тоже смылись… Гавриил не обманул, они стояли буквально по другую сторону эфира, а их ауры оставались невидимыми для незваных гостей. И судя по растерянному выражению лица Азирафаэль, тот так не мог, это была способность исключительно Гавриила. – Скорее, как он вообще сбежал? – А я говорил Метатрону, чтобы тот держал эту погань на поводке, как можно ближе, – зло рыкнул Архангел. – А теперь если не найдём его, то сами будем обращены в ничто. – Может, ему она помогла? Архангелы замолчали, а потом неожиданно расхохотались, да так недобро расхохотались, что некоторым демонам впору завидовать такому злодейскому смеху. – Ага, как же, – отсмеявшись, ответила Михаил. – Хорошо, что теперь Метатрон у руля, а то она была как тряпка. Сделала из людей равных нам. Позорище. Ну, ничего, скоро будет создан новый мир, в котором люди займут своё законное место и станут нашими рабами, а погани вроде Кроули и вовсе не будет. Ладно, пошли. Пока все прислушивались к звуку удаляющихся шагов, Кроули едва сдерживал шипение от вновь резко накатившей волны головной боли. Он невольно начал оседать на пол, чувствуя, как держащие его за руки девушки пытались не дать ему упасть. В глазах потемнело от боли. «Должна признать, меня порадовала сила воли людей. Они прекрасно впишутся в наш мир и станут нам равными», – воодушевлённо говорила Богиня, оглядывая всех присутствующих на собрании, присутствующих было довольно много и многие были Кроули незнакомы. «Равными? – с сарказмом протянул Глас Божий. – А как же ваши же слова о том, что они станут рабами божьими. Думаю, здесь многие, как и я, восприняли это буквально. К тому же нам нужны помощники». «Соглашусь с Метатроном, – подала голос Михаил. – Как эти смертные букашки могут быть нам равными?» «Они и века прожить-то не могут…» – скучающе добавила Уриэль. «Отнюдь, – возразил Гавриил. – Я присутствовал на тестированиях. Выглядит многообещающе». «И тем не менее нам не нужны очередные равные, нам нужны подчинённые. Рабы, если угодно», – продолжил гнуть свою линию Метатрон. «Нет, всё уже решено, – властно объявила Богиня. – Люди будут равными нам. В их короткой жизни есть как минусы, так и плюсы. Пока ангелы нежатся, уверенные в том, что им отведено достаточно времени, люди выдумывают новое». «Но нам не нужно новое». «Тебе нужны лишь слуги, мы поняли, – подал голос ангел, которым некогда был Кроули. – Но не тебе идти против воли Господня и никому из нас». «А ты вообще рот закрой, сосунок, – ощетинился Глас Божий. – Ты вроде у нас звёздами занимался? Вот и занимайся ими впредь». «Нет, он прав, – вступился за ангела Гавриил. – Не тебе идти против воли Господня. К тому же Богиня права, и ангелы действительно изнежились. Возможно, люди дадут нам стимул стать лучше». «Полагаю, у меня есть идея как заставить ангелов шевелиться, – с задором продолжил создатель звёзд. – Что если мы им скажем, что есть некая книга, содержащая все имена ангелов, и если из неё вычеркнуть имя, то и ангел исчезнет навсегда? Страшилка, но на многих наверняка подействует. И назвать её можно будет «Книгой жизни», например…» «Мы тебя услышали, дитя, – мягко остановил его голос Богини, тот покорно умолк. – Что касается людей, решение принято. Да будет так. Аминь». Гавриил и Кроули охотно подхватили: «Аминь», остальные были более нейтральны, а Михаил, Уриэль и Метатрон были откровенно недовольны, но перечить не посмели. – Кроули, очнись! – Вельзевул похлопывала бездыханного демона по щекам. Отшатнусь от очередного удара, змей шало вскочил на ноги, оглядывая всех. На него глядело четыре пары испуганных глаз. Под носом было что-то влажное. Он поспешил это нечто стереть и увидел на кончиках пальцах кровь. Тёмную, почти черную, но всё ещё кровь. Сколько ещё он так протянет? Голова ещё немного гудела, но теперь от внезапно открывшегося знания. Это он придумал «Книгу жизни», которой пугали всех ангелов и демонов. А ещё Метатрон уже давно был не в ладах с Богом. Но если всё так, то почему Богиня не вмешивается? – Ты знал, что Глас Божий уже давно оглашает не волю Господня, а свою собственную? – демон повернулся к Гавриилу. – Откуда ты?.. – нахмурился архангел, но отмахнулся от собственного вопроса. – Да, знал. На самом деле они не очень ладили. Но я плохо помню… После низвержения падших чистке памяти подверглись все. – И тебя не смущает, что ты не можешь вспомнить лицо Богини? – это было сказано наобум, но судя по удивлению на лице бывшего верховного архангела, Кроули попал в яблочко. – Значит, я прав. Метатрон стёр её не только из памяти павших, но и из ангельской. Только вот зачем? Выясним. Он двинулся к выходу, мысленно придерживаясь своего плана. Но его снова перехватили и снова Азирафаэль. Кроули выдернул локоть из ангельской хватки, но тот схватил его вновь. В голубых глазах было искреннее беспокойство за жизнь демона, но тот больше не хотел ощущать на себе этот взгляд, ведь он напоминал о тех днях, когда они ещё были друзьями. – Что с тобой, Кроули? – Не знаю. Я единственный демон, который пробыл в Раю почти двое суток. Видимо, такова цена моего пребывания, – но букинист явно остался недоволен таким ответом, всё ещё обеспокоенно заглядывая в совсем потускневшие глаза бывшего друга. – Это место… Кажется, Рай заставляет меня вспоминать ту прошлую жизнь, пока я ещё был белокрылым, – сдался демон. – Я и так кое-что помнил, но то, что вспоминаю сейчас, меня беспокоит. Но это ничего, – поспешил добавить он. – Скоро всё закончится. – А я до сих пор не знаю, что именно вы все задумали, – маскировка Азирафаэля делала того ещё более смешным, чем обычно, но змей лишь покачал головой. – Увидишь. Они шли по коридорам к центральному залу. Внутри было довольно шумно, а ещё многолюдно. Ангелы толпились, смеялись, потряхивали оружием, были очень воодушевлены предстоящей битвой и новоприбывших не замечали. Их странная компания подобралась поближе к небольшому возвышению, служившему сценой, и принялись ждать. Благо ждать пришлось недолго. На сцену вышел безмятежный Метатрон, он, видимо, ещё не знал о пропажи демона. Зато Михаил и Уриэль явно нервничали. Из этих двоих, разумеется, именно Михаил решилась и быстро подошла к Гласу Божьему, что-то шепнув тому на ухо. Лицо Метатрона тут же перекосилось от гнева, но уверенности своей он не растерял. Разумеется, нет, ведь он мог призвать демона, что наверняка и сделает. Что-то бросив в ответ Михаилу, Метатрон вышел вперёд. Гвалт в зале моментально утих, тысячи глаз обратилось в Гласу Божьему, а тот только этого и ждал. Кроули не вслушивался в его хвалебную оду самому себе, он думал. Им нужно было как-то послать сигнал вниз. Здесь в зале огромный макет Земли, и взгляд демона был прикован к нему. Азирафаэль рассказывал, что однажды смог сбежать из Рая с помощью подобной штуки, но сейчас этот макет был за спиной Метатрона, и пробраться к нему было невозможно. Правда, возле макета была Сариэль в своём кресле, но как попросить её передать сообщение на Землю? Азирафаэль проследил за взглядом бывшего друга, хмурясь. Он всё ещё не знал в чём заключался план Кроули, но решил просто довериться ему. В конце концов идеи этого демона часто срабатывали, иногда не так как хотелось бы, но срабатывали. Может, если всё это закончиться удачно, они ещё смогут помириться? Азирафаэль ловил себя на этой мысли снова и снова, потому что дико скучал по демону, и видеть его теперь было так радостно, и в то же время боязно из-за стремительно развивающихся событий. – О чём ты думаешь? – тихо поинтересовался ангел. – На Земле все и так готовы, но послать им какой-нибудь сигнал было бы полезно, – змеиные глаза, спрятанные за очками, сверлили взглядом Сариэль, пытаясь привлечь её внимание. – А ты вроде уже как-то использовал подобную штуку. – Я могу попросить Сариэля это сделать, – Кроули тут же переключил внимание на Азирафаэля, а тот лишь тяжело вздохнул. – Я всё ещё верховный архангел, а, значит, могу их призывать. В кабинете Бога я не мог этого сделать, но здесь… – Так попроси, раз можешь! – раздражённо зашипел змей. – Пусть свяжется с Адамом, он в курсе. Азирафаэль кивнул, не решаясь спрашивать, как в это оказался втянут бывший Антихрист, и мысленно сосредоточился на архангеле возле макета. Ему всё ещё тяжело давалось подобное, но, судя по тому, как Сариэль вздрогнула, у него получилось. Вскоре ему вернулся мысленный ответ архангела, заставляя букиниста ещё сильнее нахмуриться. – Что она ответила? – поинтересовался Гавриил, который в отличие от нынешнего верховного архангела часто пользовался возможностью позвать подчинённого, не выходя из кабинет. – Говорит, что может это сделать, но нужно отвлечь внимание от макета. – Раз плюнуть, – ухмыльнулся Кроули, предвкушающе потирая руки. – Уж что-что, а наводить суету я умею. Вы не высовывайтесь. Будете моей страховкой. Азирафаэль, запрещай мне пользоваться магией, только если Метатрон попросит меня остановить время. Понял? – Понял, – кивнул тот и неожиданно добавил. – Береги себя, дорогой. Демон невольно замер. Он так давно не слышал этого ласкового обращения от своего ангела, и услышать его сейчас было больно. Но сладко. Может, не всё потеряно? Глупая любовь, которую он пытался задушить в себе, невольно напомнила о себе. Дыхание участилось, сердце забилось чаще, но с куда большей болью, чем до этого. Хотелось кинуться на этого глупого наивного ангела, сказать, чтобы он не смел давать ему надежду, но нельзя. Многие ангелы и так стали вертеть головами, ища глазами источник такой горькой любви. Змей поймал на себе взгляд Гавриила полный жалости, а ещё сочувствующий взгляд Вельзевул, что не могла ощущать его любовь, но ощущала боль. Азирафаэль же стыдливо отвёл взгляд, чувствуя эту горечь всем своим существом. Теперь ангел не сомневался – Кроули любил его, даже сейчас он продолжал его любить. И от этого было больно уже самому ангелу, который не знал, что ему делать с этим знанием. Из ступора демона вывело лёгкое прикосновение тонкой кисти Джейн к его плечу. Она смотрела на него так, будто ей самой было больно, как и ему. Хмыкнув, он скинул её руку и стал протискиваться сквозь толпу, пытаясь попутно успокоить всплеск эмоций, чтобы другие ангелы не провожали его странными взглядами. Постепенно он снова сосредоточился. Метатрон вещал что-то про то, что ангелы заслужили наконец-то построить свой мир без скверны Ада, но это было неважно. Куда больше демона интересовала сколько ещё тот мог трындеть. Впрочем, змей всё равно намеревался прервать этот скучный монолог, от которого даже ангелы уже начали уставать. Пройдя мимо одного из небесных бойцов, рыжеволосый с лёгкостью утащил чужой меч. Отойдя ещё немного подальше от своих товарищей, Кроули щёлкнул пальцами, отправляя украденный меч в молниеносный полёт до сцены, до головы Метатрона, если точнее. Но тот будто ждал чего-то подобного и легко уклонился. Меч просвистел в воздухе и вонзился в эфирную стену. И в без того тихом зале повисла гробовая тишина. Едва сдержав непрошенный смешок, Кроули решился повторить манёвр. Выкрал ещё один меч и точным чудом направил его в ненавистного Метатрона. Тот снова сделал шаг в сторону. Меч впился в эфир почти в то самое место, где только что стоял Глас Божий. По залу раскатился гул недоумевающих голосов, внимание ангелов полностью покинуло сцену и Метатрона, начиная выискивать предателя, что поднял оружие против собратьев. Михаил и Уриэль выскочили на сцену, загораживая Глас Божий и пристально вглядываясь в толпу ангелов. И снова в сцену полетели мечи, теперь уже несколько. Метатрон отступил назад, Уриэль тоже уклонилась, а вот Михаил один точным и выверенным жестом, перенаправила летящей ей в голову меч, заставляя тот впиться в эфир возле её ног. Кроули же веселился вовсю, ловко протискиваясь между ангелами, отводя их взгляды мелкими чудесами. Мечи взметались вверх и набирали скорость, но цели так и не достигли, зато демон достиг своей цели. Он краем глаза видел, как Сариэль приблизилась к макету Земли и что-то с ним сделала. А потом она едва заметно кивнула, догадываясь, что за ней наблюдают. Сообщение было отправлено. Впрочем, это не мешало Кроули и дальше веселиться. Он готовился запустить очередную партию ангельских мечей, когда Метатрон нашёл его глазами. – Я приказываю, замри. Неприятное жжение тут же напомнило демону, что он не принадлежал себе. Чертыхнувшись, он попытался двинуться, но тело замерло, как и было приказано. А замер он в довольно удачном виде, с одним из мечей в руке, а другая уже готова была сделать очередной щелчок. Толпа вокруг довольно быстро расступилась, теперь змей был как на ладони. Глас Божий недобро усмехнулся: – Неужели ты думал, что сможешь этим меня убить? Ангельская сталь лишила бы меня лишь оболочки. – Попытаться стоило. Разумеется, Кроули не собирался объяснять тому, что просто отвлекал внимание, поэтому решил поощрить своего врага тем, что позволил тому думать, будто план демона разгадан. Метатрон рассмеялся, пока остальным было не до смеха. – От тебя я скорее ожидал трусливого бегства, но так даже лучше. Верни меч хозяину и избавься от этой маскировки. Скрипя зубами, рыжий подчинился. И вот уже круг вокруг него стал ещё больше из-за отшатнувшихся ангелов, увидевших демона во всей красе. Стало даже как-то смешно. Ангелы так сильно испугались его одного, а ещё хотели сражаться с толпой таких, как он. Жалкое зрелище. По залу прокатился шёпот недоумевающих бойцов, некоторые обратили взоры к своему предводителю. – Иди сюда, – Метатрон подозвал демона жестом, как пса, и тот нехотя поплёлся через расступающуюся толпу ангелов. – Да, это демон Кроули. Возможно, вам это покажется безумием, но именно он поможет нам одержать победу над врагом без потерь. Некоторые из вас наверняка ещё помнят архангелов, одарённых Богиней, способных повелевать временем. Ныне их не осталось среди нас. Во время восстания наш враг вырезал всех, но один уцелел, принял сторону врага и во время суматохи был низвержен в Ад. И да, этот последний в своём роде архангел сейчас перед вами и это демон Кроули. Да, после падения его сила приуменьшилась, но мы ещё можем ей воспользоваться. Я подчинил его себе, и он остановит для нас время, давая возможность занять самые выгодные позиции, а после… Думаю, вы и так понимаете, что будет после, братья мои. Победа. Наша безоговорочная победа. На этих словах Метатрон хлопнул уже подошедшего к нему демона по плечу, вызывая недоумение у других ангелов, которые даже касаться не желали какого-то там падшего. Кроули зло смотрел на старика, отмечая, что, видимо, тот выбрал для себя такую форму, чтобы его слова казались весомее. Игнорируя злой взгляд змеиных глаз, тот сильнее надавил на плечо демона. – На колени. Отчаянно сопротивляясь жжению ошейника, Кроули опустился на колени, и едва он это сделал, как под ним расцвела пентаграмма, которую ему уже доводилось видеть. Ещё мгновение и золотые цепи натянулись, выворачивая руки пленного. Длинные блекло-рыжие волосы упали на лицо. Он шипел, пытался принять чуть более удобную позу, но у Метатрона всё было рассчитано. – Жалкое зрелище, – тихо произнёс Глас Божий, разглядывая своего пленника. – Насколько же ты себя ненавидишь, что выглядишь вот так? – Сильнее, чем ты думаешь, – рыкнул тот в ответ. – Но я не позволю тебе победить. – Смешно. Я уже победил, – старик отвернулся от демона и снова заговорил так, чтобы его все слышали. – Время пришло, братья! Пора! – он снова повернулся к искусителю. – Демон Кроули, я приказываю тебе остановить время для всех кроме себя самого и всех ангелов. Руки Кроули пришли в движение, ведомые цепями, и принялись вырисовывать сложные символы и руны. Но в какой-то момент на лице демона появилась едва заметная усмешка. Щелчок. И ничего. Все замерли, ожидая хоть чего-то, но ничего не произошло. Метатрон перевёл взгляд на Сариэль, но та лишь покачала головой, вызывая у старика беспокойство. Тем временем наблюдавшая за всем этим компания из трёх ангелов и одного демона тоже беспокойно глядели на последнего. Вельзевул лишь хмыкнула и демонстративно щёлкнула своего возлюбленного по носу. Гавриил нахмурился, но обижаться не стал, переводя взгляд на Азирафаэля и тихо выдыхая: «Работает». Букинист и сам облегчённо выдохнул, всё ещё не веря, что их авантюра сработала. – Демон Кроули, я приказываю остановить время для всех кроме себя самого и всех ангелов, – повторил Метатрон, не понимая, что происходит. И снова красивые взмахи руками, щелчок и ничего. Кроули уже вовсю злорадно ухмылялся. В третий раз старик не стал повторять, а просто подошёл к змею и ударил его. Звонкая пощёчина эхом разнеслась по всему залу. Но Кроули лишь рассмеялся, поднимая взгляд исподлобья: – Я же говорил, что не позволю тебе победить. – Что ты сделал? – зарычал Глас Божий. – Отвечай, я приказываю. – Я? Ничего. – Почему твоя магия не работает? Отвечай. – Мне запрещено использовать магию. – Ни оковы, ни пентаграмма не блокируют его возможности, – тут же вставила Сариэль. – Но есть вмешательство со стороны. – Как?! – теперь Метатрон был действительно в бешенстве. – Отвечай! – Ха! – Кроули же вовсю веселился. – Ты, кажется, забыл кто ты, Глас Божий, – старик замер и будто даже испугался, но продолжал внимательно слушать. – Ты подчиняешь лишь Богу, либо верховному архангелу, – мимолётный страх улетучился, будто и не было. – Зря ты посадил меня в одну клетку с Азирафаэлем. – Где он?! Отвечай! – Достаточно далеко. Это была ложь, но, с другой стороны, Азирафаэль действительно был в отдалении, так что технически змей не врал. Вельзевул тут же смекнула, что дело пахнут жареным и схватив букиниста за рукав, потащила его прочь. Гавриил быстро подхватил того под другую руку, понимая ход мыслей своей возлюбленной. Их немая знакомая тенью последовала за ними, хоть ей и ничто не мешало смешаться с толпой. Под довольно громкие попытки Метатрона выяснить, где верховный архангел сейчас, и ловкие ничего незначащие ответы змея-искусителя, компания довольно быстро добралась до выхода, но путь к спасению им перегородило несколько ангелов, что были крупнее и сильнее прочих. – А вы ещё куда? – Воздухом подышать, – быстро нашлась Вельзевул. – А то это, похоже, надолго. – Приказано зал не покидать. – Да мы быстро… Разумеется, их перепалка с охраной не могла остаться незамеченной. Метатрон, что готов был снова поднять руку на ненавистно демона, резко перевёл взгляд на выход. Кроули тоже заметил своих компаньонов, но предупредить их не успел. Глас Божий метнул в сторону компании чудо, и маскировка стекла с них, как вода. Возле выхода из зала стояли в своих истинных обличиях Вельзевул, Гавриил, Азирафаэль и Джейн. – Схватить. Одного приказа Метатрона хватило, чтобы зал пришёл в движение. Сообщники даже не успели и глазом моргнуть, как их схватили и выволокли на сцену. Азирафаэль в отчаянной попытке попытался отдать приказ Метатрону, но тот лишь щёлкнул пальцами, и бабочка букинист мгновенно превратилась из аксессуара для одежды в кляп. В другой ситуации это смотрелось бы даже забавно. Метатрон прошёлся между пленниками, замирая возле нынешнего верховного архангела. – Интересная, однако, у вас компания, – он как-то странно посмотрел на Джейн, будто опасался эту строгую на вид женщину, но в то же время знал, что она безобидна. – Неужели, вы взаправду думали, что сможете остановить предначертанное? – старик схватил за волосы блондина и заставил того запрокинуть голову. – Азирафаэль, я ведь и правда думал, что ты одумался, но ты снова решил предать Небеса. – Отпусти его! Не смей его даже пальцем касаться, ты урод! – рычал змей, ненавидя себя за беспомощность. – Гляди-ка, – Метатрон чуть ослабил хватку, чтобы бывшие друзья могли видеть друг друга. – Ты причинил ему столько боли, Азирафаэль, буквально уничтожил его, но он продолжает тебя любить. Ведь ты тоже чувствуешь? Наверняка чувствуешь. Это так иронично, демон может любить, а ангел нет. Азирафаэль в очередной раз за этот бесконечный день почувствовал дикий стыд, заставляющий его опускать взгляд, лишь бы не встретить взгляд змеиных глаз. По залу зашептались, но Метатрону уже было всё равно. Он достал из воздуха небольшой нож, и Кроули моментально почуял адскую энергию, что веяла от короткого клинка. Почуяли её и остальные. – Какого хрена в твоих руках адское оружие? – возмутилась Вельзевул. – Откуда оно вообще у тебя? – Сам сделал, – добродушно усмехнулся Глас Божий, осторожно вертя клинок в руке. – Когда вы нам одалживали адское пламя, я собственноручно закалил этот нож в нём, чтобы иметь возможность карать неверных без вашей помощи. Не думал, что до этого дойдёт, но… – он повернулся к залу. – Братья мои! Вы видите то же, что и я. Верховный архангел Азирафаэль предал нас. Снова. Ему был дарован второй шанс, но он им не воспользовался. И в этот раз ему не избежать наказания. Кара за предательство – смерть. Смерть всем предателям и врагам! Мы не побоимся пролить кровь за лучший мир! За наш мир! Зал одобрительно загудел, хоть некоторые и явно сомневались. Метатрон снова натянул светлые волосы, обнажая горло букиниста и занёс нож, чтобы нанести решающий удар. – Не смей! – воскликнул Кроули. – Ты и мизинца Азирафаэля не стоишь, скотина! Он лучший ангел из всех, а ты просто зазнавшийся самовлюблённый болван! – Ты не смог остановить меня в прошлый раз, не сможешь и сейчас, Рафаэль!